44Г-40

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Верховного Суда Республики Татарстан

24 апреля 2019 г. г. Казань

Президиум Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Гилазова И.И., 

членов президиума Беляева М.В., Хайруллина М.М., Герасимова А.Ю., Гилманова Р.Р., Горшунова Д.Н., Курмашевой Р.Э., Романова Л.В., 

при секретаре судебного заседания Сафиной А.Р., 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по кассационной жалобе ФИО1 на решение Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 7 августа 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 11 октября 2018 г., поступившей 28 января 2019 г., по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3, действующим в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, истребованному 26 февраля 2019 г. и поступившему в Верховный Суд Республики Татарстан 6 марта 2019 г., переданному для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции определением судьи Верховного Суда Республики Татарстан Вишневской О.В. от 3 апреля 2019 г.

Заслушав доклад по делу судьи Верховного Суда Республики Татарстан Вишневской О.В., объяснения представителя ФИО1 – ФИО8 в поддержку жалобы, ФИО2 и ФИО3, возражавших ее удовлетворению, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась к ФИО2 и ФИО3, действующим в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 с иском о возмещении ущерба, причиненного пожаром. В обоснование указала, что 13 июня 2017 г. на территории домовладения 

<

адрес> 

<

адрес>, принадлежащего на праве общей долевой собственности ФИО9, нанятыми ФИО5 работниками ФИО6 и ФИО7 проводились работы с применением огневого источника, связанные с ремонтом кровли гаража, но из-за нарушения противопожарного режима возник пожар, в результате которого повреждено принадлежащее истице имущество в виде жилого дома 

<

адрес>, пристроя к дому, бани, сараев, домашнего имущества, уничтожено 15 голов овец и 50 кур. В результате пожара истице причинен материальный ущерб, состоящий из стоимости восстановительного ремонта дома с пристроем в размере 3 267 314 руб., стоимости поврежденного имущества в размере 173 200 руб., а также стоимости уничтоженных овец и кур в размере 119 750 руб. Ущерб частично возмещен публичным акционерным обществом Страховая компания «Росгосстрах» (далее – ПАО СК «Росгосстрах») в размере 431 468,90 руб. Уточнив предъявленные требования, истица просила взыскать с У-вых в возмещение ущерба 2 880 902,15 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., а также возместить понесенные расходы по оценке стоимости ущерба и иные судебные расходы.

Ответчики иск не признали.

Решением Бугульминского городского суда Республики Татарстан от 7 августа 2018 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 11 октября 2018 г., иск удовлетворен частично. В счет возмещения ущерба в размере 1 714 672, 57 руб. и расходов по оплате услуг оценщика 21 087, 50 руб. взыскание произведено с ФИО6 В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе истицей ставится вопрос об изменении принятых по делу постановлений судов первой и апелляционной инстанций и взыскании суммы ущерба с ответчиков в солидарном порядке и компенсации морального вреда.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке; кроме лиц, указанных выше, остальные участники в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились. Президиум, руководствуясь статьей 385 ГПК Российской Федерации, счел возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК Российской Федерации).

Президиум находит, что такого рода нарушения закона были допущены судами при рассмотрении данного дела.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Собственниками соседнего земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, являются ФИО2, ФИО3, ФИО и ФИО4 (доля в праве по 1/4).

В настоящее время по указанному адресу проживает и зарегистрирован ФИО5, по приглашению которого 13 июня 2017 г. ФИО6 и ФИО7 производили ремонтные работы крыши гаража, расположенного на территории домовладения 

<

адрес> 

<

адрес>.

ФИО5 для выполнения указанных работ был нанят ФИО6, который по собственной инициативе и за счет собственных средств, в целях оказания ему помощи, пригласил ФИО7

Ремонт кровли гаража производился ФИО6 с использованием газовой горелки, подключенной к газовому баллону, ФИО7 осуществлял вспомогательные работы по подъему строительного материала на крышу гаража и по его укладке.

Во время выполнения указанных работ в результате попадания огня на сарай, принадлежащий ФИО1, произошло его возгорание с переходом огня на другие объекты недвижимости, расположенные на земельном участке истицы.

В результате произошедшего пожара повреждены принадлежащие ФИО1 объекты недвижимости, движимое имущество, находившееся в жилом доме, а также уничтожены домашние животные и птицы.

В соответствии с заключением эксперта Федерального государственного бюджетного учреждения «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Республике Татарстан», очаг пожара, произошедшего 13 июня 2017 г. по адресу: 

<

адрес>, расположен на стыке кровли гаража (

<

адрес>) с кровлей сарая (

<

адрес>) в его северо-западной части; наиболее вероятной причиной пожара является возгорание горючих веществ и материалов в результате контакта с источником открытого огня от газовой горелки.

Согласно отчетам, составленным по заказу ФИО1 индивидуальным предпринимателем ФИО, рыночная стоимость движимого имущества определена в размере 173 200 руб., рыночная стоимость восстановительного ремонта жилого дома истицы (литер А), пристроя (литер А1), пристройки (литер А), сарая (литер Г2), сарая (литер Г3), сарая (литер Г4), сарая (литер Г5), сарая (литер Г6), сарая (литер Г7) – в размере 3 267 314 руб.; по уточненному отчету рыночная стоимость восстановительного ремонта объектов недвижимости определена в размере 3 066 345 руб.

По данным судебной экспертизы, проведенной обществом с ограниченной ответственностью «Центр независимой оценки «Эксперт» (далее – ООО «ЦНО «Эксперт»), стоимость восстановительного ремонта недвижимого имущества без учета износа составила 1 923 151, 02 руб., с учетом износа – 1 715 460, 65 руб., рыночная стоимость движимого имущества – 171 666 руб.

На основании договора добровольного страхования от 3 августа 2016 г., заключенного между ПАО СК «Росгосстрах» и ФИО1, страховщиком выплачено страховое возмещение в размере 513 392, 85 руб.

Разрешая спор, суд первой инстанции (с чем согласился и суд апелляционной инстанции) исходил из того, что совокупность условий для наступления деликтной ответственности ФИО6 за причиненный истице материальный вред (наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями, вина причинителя вреда) достоверно установлена, поскольку именно ФИО6 нарушены правила противопожарной безопасности, в связи с чем в удовлетворении иска к остальным ответчикам было отказано. Определяя размер возмещения ущерба, суд основывался на заключении судебной экспертизы ООО «ЦНО «Эксперт» и сумме страхового возмещения, также принял во внимание не покрытую страховым возмещением стоимость уничтоженных пожаром и не оцененных судебным экспертом холодильника и шкафа двухстворчатого в размере 11 998,40 руб. и 1 500 руб. соответственно, учел стоимость домашних животных и птиц в размере 119 750 руб. по справке Управления сельского хозяйства и продовольствия в Бугульминском муниципальном районе Республики Татарстан от 1 августа 2017 г. Требования о компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения по мотиву безосновательности.

Вместе с тем судами при рассмотрении настоящего дела не было учтено следующее.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (пункт 2).

Статьей 210 Гражданского кодекса (далее – ГК) Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Пунктом 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Вина причинителя вреда презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации). 

По смыслу приведенных норм права ответственность по содержанию имущества лежит на его собственнике. Вред, причиненный ненадлежащим, небезопасным его содержанием несет собственник, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом бремя содержания имущества предполагает, в том числе принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

Согласно пункту 3 статьи 308 ГК Российской Федерации обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

В силу положений статьи 403 ГК Российской Федерации собственник имущества отвечает за действия третьих лиц, на которых он возложил свою обязанность по поддержанию имущества в надлежащем состоянии и соблюдению прав и законных интересов третьих лиц, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственным исполнителем третье лицо.

Обращаясь в суд с иском к ФИО9 как к собственникам соседнего дома и земельного участка, с территории которого начался пожар, ФИО1 исходила из обязанности ответчиков содержать свое имущество в надлежащем состоянии и соблюдать права и законные интересы соседей. 

Вместе с тем, возлагая гражданско-правовую ответственность на ФИО6, суды не учли, что причина возникновения пожара (нарушение указанным ответчиком правил противопожарной безопасности) сама по себе не может являться основанием для освобождения собственников жилого дома от выполнения возложенных на них законом обязанностей по содержанию принадлежащего им имущества в надлежащем состоянии, соблюдению прав и законных интересов соседей, и от ответственности за необеспечение такого содержания (статьи 210, 403 и 1064 ГК Российской Федерации).

Иное означало бы, что собственник, с чьего согласия (одобрения), заключается договор на производство ремонтных работ с целью поддержания имущества в надлежащем состоянии, фактически снимает с себя всякую ответственность за содержание и безопасное состояние этого имущества.

С учетом изложенного отказ в возмещении потерпевшей ущерба, причиненного собственниками ненадлежащим содержанием имущества, со ссылкой на его причинение третьим лицом, нанятым с согласия или одобрения собственников, противоречит приведенным выше нормам материального права.

Поскольку истица не являлась участником отношений, вытекающих из соглашения о ремонте в домовладении ответчиков У-вых, постольку этим соглашением не может быть ограничено ее право на возмещение ущерба собственниками этого домовладения.

Президиум признает допущенные нарушения закона существенными, поскольку они повлияли на правильность разрешения спора, а с учетом полномочий суда апелляционной инстанции и требований закона о соблюдении разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 ГПК Российской Федерации), считает, что отмене подлежит апелляционное определение с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела судебной коллегии следует учесть изложенное и разрешить дело в соответствии с требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388 и 390 ГПК Российской Федерации, президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 11 октября 2018 г. отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе судей.

Председательствующий Гилазов И.И.