УИД 66RS0016-01-2019-000243-24

Мотивированное 

решение

 составлено 27.05.2019. Дело № 2-242/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Артемовский 20 мая 2019 года

Артемовский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Соломиной Т.В., при секретаре Гужавиной О.А., с участием Егоршинского транспортного прокурора Кайгородова Е.В., истца ФИО10, представителя истца ФИО11, представителя ответчика ОАО «Российские железные дороги» ФИО12, представителя третьего лица ГУ Свердловского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО13, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к ОАО «Российские железные дороги» об установлении фактов несчастного случая на производстве от 12.03.2009 и 29.11.2015, взыскании компенсации морального вреда в сумме по 500 000 рублей в размере за каждый несчастный случай,

УСТАНОВИЛ:

ФИО10 обратилась в суд с исковым заявлением к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного травмой, в результате несчастного случая на производстве 12.03.2009, в размере 500 000 руб. 

ФИО10 обратилась в суд с исковым заявлением к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного травмой, в результате несчастного случая на производстве 29.11.2015, в размере 500 000 руб.

Определением Артемовского городского суда Свердловской области от 02.04.2019 соединены гражданские дела № 2-242/2019 и № 2-243/2019 в одно производство.

Определением Артемовского городского суда Свердловской области от 29.04.2019, в протокольной форме, привлечено к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований ГУ СРО Фонд социального страхования РФ.

В обоснование заявленных требований истец ФИО10 указала, что с 01.02.2007 работала в Егоршинской дистанции пути Свердловской железной дороги филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» уборщиком производственных помещений 2 разряда, а с 13.08.2007 переведена станционным рабочим 2 разряда Егоршинского участка. 12.03.2009 в 9.00 часов в районе ст. Талый ключ, при производстве работ по заданию работодателя, ФИО10 носила дрова для печи, подходила к крыльцу, подскользнулась на скользком покрытии ступенек крыльца, упала на левое колено, почувствовала острую боль, получила травму левой ноги. На месте ФИО10 оказали первую помощь, наложили шину, доставили в медицинское учреждение. На основании заключения медицинского освидетельствования и рентгенографии, проведенной в травматологическом отделении центральной районной больницы г. Артемовский, ФИО10 установлен диагноз: оскольчатый перелом нижней трети, средней трети левого бедра. Шок первой степени. Причинами несчастного случая послужила неудовлетворительная организация производства работ, нарушение безопасных условий труда и соблюдение требований охраны труда со стороны ответчика. Указанный факт несчастного случая на производстве не был оформлен работодателем актом формы Н1. В связи с чем, ФИО10 просит установить юридический факт о получении повреждения ее здоровья в результате несчастного случая на производстве, поскольку установить обстоятельства причинения вреда ее здоровью в ином порядке не представляется возможным. Установление данного факта ей необходимо в целях реализации права на получение выплат по возмещению вреда здоровью в соответствии с требованиями действующего законодательства. В связи с получением травмы ФИО10 была установлена утрата профессиональной трудоспособности, длительное время она находилась на больничном. В связи с травмой, ФИО10 была лишена дальнейшей возможности продолжать привычный образ жизни, поскольку полученные повреждения не совместимы с активной деятельностью. Была госпитализирована в экстренном порядке в травматологическое отделение. Лежала 8 дней на вытяжке до момента проведения операции, не могла вставать и самостоятельно себя обслуживать. Перенесла операцию на ноге, установлена пластина, огромный шрам 9 см. Травмированные места, переломы долго причиняли боль и мешали свободному движению, ФИО10 находилась в гипсе, была прикована к постели. Вынуждена была ходить на костылях, с тростью (л.д. 2-5 дела № 2-242/2019). 

29.11.2015 ФИО10 пришла на работу в выходной день, так как ее обязали убирать снег. Переоделась, стала заходить в здание вокзала и на пороге подскользнулась, получила травму правой ноги. На основании выписного эпикриза травматологического отделения центральной районной больницы г. Артемовский, ФИО10 установлен диагноз: закрытый двухлодыжечный перелом правой голени с подвывихом стопы со смещением отломков. Причинами несчастного случая послужила неудовлетворительная организация производства работ, нарушение безопасных условий труда и соблюдение требований охраны труда со стороны ответчика. Указанный факт несчастного случая на производстве не был оформлен работодателем актом формы Н1. В связи с чем, ФИО10 просит установить юридический факт о получении повреждения ее здоровья в результате несчастного случая на производстве, поскольку установить обстоятельства причинения вреда здоровью в ином порядке не представляется возможным. Установление данного факта ей необходимо в целях реализации права на получение выплат по возмещению вреда здоровью в соответствии с требованиями действующего законодательства. В связи с получением травмы ФИО10 была установлена утрата профессиональной трудоспособности, длительное время она находилась на больничном. В связи с травмой ФИО10 была лишена дальнейшей возможности продолжать привычный образ жизни, поскольку полученные повреждения не совместимы с активной деятельностью. Была госпитализирована в экстренном порядке в травматологическое отделение. Произведена операция остеосинтез лодыжек, наложение аппарата ДРУ. Травмированные места, переломы долго причиняли боль и мешали свободному движению, ФИО10 находилась в гипсе, была прикована к постели. Сейчас прихрамывает. 

Последствия травм проявляются и в настоящее время. Таким образом, в результате произошедших несчастных случаев ФИО10 причинены физические страдания, связанные с длительным, болезненным лечением, а также нравственные страдания, связанные с нарушением обычного ритма жизни, необходимости социальной адаптации, а также невозможности вести активный образ жизни. В действиях ФИО10 отсутствовала грубая неосторожность, она не могла предвидеть, что при производстве работ по чистке прилегающей территории поскользнется, потеряет равновесие и упадет. Поскольку причинами случившегося и лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, являются лица из числа ответственных сотрудников ответчика, истец во время травмирования находилась при исполнении служебных обязанностей, действовала по заданию работодателя, ответственность за причинение вреда должна быть возложена на ОАО «Российские железные дороги». Таким образом, ответчиком не созданы достаточные условия для безопасности труда, в результате чего, ФИО10 травмирована в результате произошедших несчастных случаев на производстве. Факт повреждения здоровья истца подтверждается медицинским заключением и это обстоятельство является безусловным доказательством причинения физических и нравственных страданий (л.д. 2-5 дела № 2-243/2019). Просит иски удовлетворить.

В судебном заседании истец ФИО10 и ее представители ФИО11, ФИО14, действуя по доверенности (л.д. 7), поддержали заявленные требования по изложенным в исках и в пояснениях представителя истца доводам (л.д. 121-125 дела № 2-242/2019). 

Истец дополнила, что 12.03.2009 пришла на работу к 08.00, переоделась, вытерла пыль, пошла за дровами, для топки 4-х печей, которые отапливали здание вокзала. Когда возвращалась с дровами, на входе в здание вокзала, где располагается дежурная часть, поскользнулась, и упала. На ногах были одеты валенки, их выдал работодатель, они были по размеру, 25 размер. ФИО10 несла охапку дров, 5-6 поленьев на руке. При входе в дежурную часть лежит бетонная плита, на ней подскользнулась, упала на левое колено, закричала от боли, выбежали люди: электромеханик ФИО4, приемосдатчик ФИО5, дежурная по станции ФИО2 На каменной плите, перед входом, был лед, капало с крыши, а к утру застыло. Лед обычно посыпали, вроде бы золой. Перед получением травмы, истец не успела посыпать, поскольку, сначала топила печи. Вызвали скорую помощь. Не оформили производственную травму, так как к ней в больницу приезжал инженер по технике безопасности ФИО8, уговаривал, чтобы она не подтвердила производственную травму. До него приезжали сотрудники полиции, истец им написала, как все было. После чего, приехали сотрудники, стали просить оформить травму, как полученную в быту. Поначалу истец отказывалась, но была под действием лекарственных препаратов, а также побоялась, что уволят с работы и подписала документы. ФИО8 ей сказал, что они могут пострадать, если будет производственная травма, и истец подтвердила, что получила травму в быту. На сегодняшний день травма себя проявляет, стоят титановые пластины, в обоих случаях, колено болит, место перелома реагирует на погоду, прихрамывает на правую ногу, в непогоду испытывает ноющие боли, покалывание, на колено встать не может. Титановые пластины установили через 8 дней после травмы, 8 дней лежала на вытяжке. В момент получения травмы у нее не было на валенках калош, набоек. На больничном была полгода, от работодателя помощи не было, никто не навещал. Они обязаны были выплатить моральный вред, но ничего не выплатили. Истец работала в ОАО «РЖД» с 02.02.2007 до 29.12.2017. В суд не обращалась, так как боялась увольнения. Должно было работать два человека, а работала она одна. Зимой надо было истопить печи, убрать снег, мытье полов, руководство просили выходить в выходные дни, когда шел снег. Оценивает размер морального вреда в размер 500 000 руб., т.к. постоянно болит нога, ноет, на колено встать истец е может. Размер компенсации связан с сокрытием случая производственной травмы. ФИО5, ФИО6 ФИО2, в момент получения травмы были в дежурке, увидели все в окно. Вся прилегающая к зданию вокзала территория входила в зону ее ответственности, дорожки подсыпали каждый день, в тот день не подсыпала, лед отдалбливали, снега уже не было, то, что капало с крыш, застывало, с дровами первый раз шла, в течение 2018 года не обращались в суд, думала бесполезно, но ей посоветовал мужчина, который работал в ОАО «РЖД» обратиться к этим юристам, истец обратилась. Истец писала, что запнулась об упавшее из рук полено, а на самом деле подскользнулась, специальную обувь 1 раз выдали валенки на прорезиненной подошве, в них невозможно было ходить, они дубовые. 

29.11.2015 пришла на работу с мужем, он иногда помогал ей, это был выходной день, так как мастер просила выходить, когда шел снег, чтобы он не притаптывался, потом хуже будет его убирать. Истец решила зайти в зал ожидания, посмотреть все ли в порядке, открыла дверь, правой ногой ступила на порог, нога поехала, левая осталась за порогом, почувствовала резкую боль в правой ноге. Позвала мужа, он помог ей подняться, пассажиров в зале не было. Это произошло в 08.00, в начале девятого утра. Истец позвонила ФИО2, дежурной, чтобы она вызвала скорую помощь. «Скорая» приехала, наложили лангет на лодыжку, и увезли в Артемовскую ЦРБ. Снова была повреждена левая нога, в медицинских документах написано неправильно, что правая. Медицинскую комиссию проходила в Железнодорожной больнице, когда работала, они не могли найти медкарту, сказали, что в архиве был пожар, карточки обгорели, дали справку, что истец находилась в больнице в такой-то период. В 2015 году случай не был расследован, как несчастный случай на производстве, т.к. истцу нужна была работа. В больницу приходила бригадир – ФИО1, спрашивала, может ли истец работать. Заявление от 29.11.2015 истца вновь заставили написать, что получила бытовую травму, что не соответствует действительности. Текст заявления писала сама. На больничном в 2015 году была с 29.11.2015 до 20.01.2016. В этот раз пострадала лодыжка, тоже стоят титановый пластины с обеих сторон. Постоянно беспокоит ноющая боль на непогоду, нога устает, ночью просыпается от боли. В объяснительной от 13.03.2016 ее подпись, но, почерк не ее. Писала объяснения не истец, подписывала истец, заявление о предоставлении отпуска на 3 часа истец не писала.

Представитель истца дополнил, что истец в праве была обратиться в суд о взыскании компенсации морального вреда, когда считала нужным. Ни один документ, якобы подписанный истцом, не носит преюдициальный характер. Сам работник ответчика указывает на то, что оба случая случились на работе, сотрудник «скорой помощи» также говорит, что на работе. Ответчик находит любой способ, чтобы уйти от предусмотренной законом ответственности. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не оспорено, если бы ответчик действовал добросовестно, то создал бы комиссию, провел расследование, установил причину получения истцом травмы. Считает, моральный вред должен быть выплачен в повышенном размере, в данном случае, так как это не только способ восстановления нарушенного права, но это еще и принудительная мера, чтобы в последующем действовать на причинителя, чтобы он не допускал такого. Есть совокупность доказательств, которые указывают, что ответчик причинитель вреда, Просит иски удовлетворить, размер морального вреда соразмерен и разумен. Ответчик ссылается на злоупотребление права истцом, так как она обратилась в суд через 10 лет после получения травмы, но в правоотношениях работник и работодатель, работник является заведомо слабой стороной, все расходы, в не зависимости от того, кто выиграет дело, несет работодатель. И то, что работник в течение 10 лет не обращается в суд, это разумное объяснение, так как два ее раза принудили, чтобы написать ложные объяснения, поэтому, она не знала - как после этого работодатель отреагирует на то, что человек обратился в суд, ее просто уволят, поэтому поведение истца было разумным и добросовестным.

Также представитель истца дополнил, что по двум случаям имеются два заявления от истца, по ним видно, что несчастного случая на производстве не было, в одном случае истец отпросилась в больницу, в другом шла в магазин, истец утверждает, что они написаны под психологическим давлением руководства ответчика, с целью скрыть несчастный случай на производстве. Это подтверждается выпиской из книги учета преступлений, и постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, за 2009 год. В постановлении есть пояснения третьих лиц, что несчастный случай произошел на рабочем месте, что опровергает позицию ответчика. В 2015 году истца также принудили написать объяснительную, в которой попросили указать, что она следовала в магазин, но имеются подтверждения дежурного по станции, и сотрудника скорой помощи, которые подтвердили, что два раза имели место несчастные случаи на производстве. Если возникает сомнение в отношении надежности источника доказательств, то возникает необходимость в более четком подтверждении из других источников. В данном случае, позиция ответчика, что несчастные случаи были не на производстве, подтверждается только самой ФИО10, вместе с тем, она сама утверждает, что написала объяснительные под давлением руководства. Любой работодатель заинтересован в скрытии несчастного случая на производстве, так как это влечет административную ответственность, разбор на комиссии по несчастным случаям, дисциплинарная ответственность. Поскольку истец отрицает факт бытовых травм, возникает сомнение в источнике доказательств, и возникает потребность проанализировать иные источники, а иные, в данном случае, это работники станции скорой медицинской помощи и дежурная по станции, которые подтверждают, что оба раза травмы произошли на рабочем месте. Истец пояснила, что отсутствовали реагенты, в представленной должностной инструкции нет четкой проработанной схемы того, что она должна была сделать, чтобы избежать этих травм. Оба раза были получены серьезные травмы, в 2009 году истец полгода была на больничном, в 2015 году три месяца истец находилась на лечении. Если смотреть по степени тяжести причиненного вреда, по длительности лечения, оба раза – это тяжкий вред здоровью. Статус жертвы сохраняется до тех пор, пока в пользу истца не была выплачена аналогичная сумма по аналогичным делам. Просит суд учесть длительность нахождения в стационаре, и те трудности, которые сейчас испытывает истец. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО12, действуя по доверенности (л.д. 33), возражала против удовлетворения исковых требований по изложенным в отзыве доводам, поскольку согласно заявлению ФИО10 от 12.03.2009 и объяснительной ФИО10 от 13.03.2009 ФИО10 12.03.2009 в 8 часов 00 минут пришла на работу и у нее разболелся зуб. В 8 часов 15 минут она позвонила бригадиру ФИО1 с просьбой отлучиться в больницу к зубному врачу. После этого истец пошла в больницу. Переходя автодорогу, она поскользнулась и упала на колено, почувствовала сильную боль. Проходящие мимо мужчины помогли добраться до вокзала, чтобы вызвать врача. Приемосдатчик вызвала скорую помощь. В 9 часов 40 минут скорая помощь отвезла ФИО10 в городскую больницу г. Артемовского. Из больницы по сотовому телефону истец позвонила бригадиру ФИО1 и рассказала о случившемся. Согласно приказу от 12.03.2009 №278/т ФИО10, на основании ее заявления, предоставлен отпуск без сохранения заработной платы - три часа (с 9:00 до 12:00). То есть, травмирование произошло в нерабочее время при обстоятельствах, не связанных с трудовой деятельностью истца. В судебном заседании истец дала пояснения (отличные от изложенных в объяснительной от 13.03.2009) о травмировании при носке дров, в результате того, что поскользнулась. Согласно пункту 6.3 должностной инструкции станционного рабочего станции Талый ключ, с которой ФИО10 ознакомлена, истец являясь станционным рабочим указанной станции, должна была осуществлять очистку от снега, льда маршрутов прохода, крылец, платформ и посыпку их песком (отсевом). То есть, она является виновным лицом в наличии льда на территории вокзального комплекса, в том числе, на крыльце, где якобы поскользнулась ФИО10, является сама истец, поскольку не выполнила надлежащим образом свои прямые обязанности станционного рабочего. Согласно заявлению ФИО10 от 29.11.2015 травма была ею получена утром 29.11.2015 в районе 11 часов по дороге из дома в магазин за продуктами. То есть, травмирование произошло в нерабочее время при обстоятельствах не связанных с трудовой деятельностью ФИО10 В судебном заседании ФИО10 дала пояснения (отличные от изложенных в заявлении от 29.11.2015) о травмировании при нахождении на территории вокзала, с целью уборки снега. Согласно табелю учета рабочего времени за ноябрь 2015 года 29.11.2015 являлся для истца выходным днем (воскресенье). Доказательств официального вызова на работу в этот день в материалы дела не представлено. То, что у истца гиперответственность, это не основание для признания несчастного случая производственным. Доказательств того, что в этот день были особые погодные условия, связанные с выпадением осадков, в материалах дела не представлено. Если учитывать, что травмы носят бытовой характер, оснований для взыскания компенсации морального вреда нет. Если говорить о размере заявленной компенсации морального вреда, он не соответствует принципу разумности и соразмерности с учетом обстоятельств дела, этот размер не доказан. С момента бытовых травм 12.03.2009 и 29.11.2015 прошло больше 10 и 3 лет, соответственно. При определении размера компенсации морального вреда должны быть соблюдены принципы разумности, справедливости и недопущения неосновательного обогащения истца за счет ОАО «РЖД». С учетом оценочного характера размера компенсации морального вреда степень фактически причиненных истцом физических и нравственных страданий незначительна, а в действиях истца усматривается желание обогатиться за счет ОАО «РЖД», в связи с чем, заявленные требования необоснованны. В этой связи ОАО «РЖД» полагает, что взыскиваемые суммы должны быть обоснованными и не служить неосновательным обогащением за счет средств ОАО «РЖД» для дальнейшего обеспечения жизни. Просит в удовлетворении требований истцу отказать в полном объеме. Также считает, заявленный размер компенсации морального вреда чрезмерно и неоправданно завышен (л.д. 94-97).

В судебном заседании представитель третьего лица ГУ Свердловского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО13, действуя по доверенности, поддержала доводы отзыва, из которого следует, что Свердловская дистанция гражданских сооружений структурное подразделение Свердловской железной дороги филиала ОАО «РЖД» было зарегистрировано в Филиале № 13 с 21.07.2010 по 13.02.2015, которое ликвидировано в результате реорганизации ОАО «РЖД». В настоящее время с 21.10.2013 в Филиале №13 в качестве страхователя зарегистрирована Свердловская дирекция по эксплуатации зданий и сооружений - структурное подразделение Свердловской железной дороги - филиала ОАО «РЖД». Извещения о несчастных случаях, произошедших с ФИО10 в адрес Филиала № 13 не поступало. Взыскание компенсации причиненного морального вреда оставляет на усмотрение суда.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9. суду пояснил, что забирал истца с переломом два раза, весной и осенью, со станции Талый ключ. Свидетель работал водителем скорой помощи с 2002 года в п. Красногвардейский, это 3 км. от станции Талый ключ. Все вызовы регистрируются, и выезжает машина только с подстанции. Первый случай был в марте 2009 года, был гололед, после обеда. От кого поступил вызов, не знает, диспетчер записывает вызовы. В тот день работала фельдшер ФИО8. Свидетель выходил из машины, и помогал нести истца на носилках от дежурной по вокзалу до машины скорой помощи, истец находилась в помещении, кто с ней был, не помнит. Она сказала, что упала. Истца доставили в приемный покой Артемовской ЦРБ. Истец идти сама не могла, несли ее на носилках, какую помощь ей оказывала фельдшер, не знает. Во что была одет истец, не помнит. Это было днем, светло, и гололед. Второй случай был осенью, время не помнит, забирали оттуда же, был день, в смене тоже была ФИО8, откуда забирали, точно не помнит. Свидетеля приглашают, когда нужна физическая помощь. Погоду, одежду истца не помнит. Была травма ноги, левой или правой не помнит. Как она получила травму, не знает. Доставили в приемный покой Артемовской ЦРБ. Раньше диспетчерская служба была своя на подстанции, а с 2016 года единая диспетчерская служба. Ехать от п. Красногвардейский до Артемовской ЦРБ 45 минут. Истец получила в 2009 году травму ноги, а какая травма, не знает.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО2 суду пояснила, что работает дежурной по станции с 2007 года, сразу познакомилась с истцом, она работала станционным рабочим. В обязанности истца входило убирать мусор на территории, топить печи, мыть пол в помещении. Ее рабочий день с 08.00 до 17.00, обед с 12.00 до 13.00. В выходные дни истец выходила на работу, если шел снег, так как с нее за это спрашивали. В 2009 году свидетель работала в дневную смену, 12.03.2009 утром все подстыло. Свидетель выглянула из окна, увидела, что истец шла с дровами, внезапно истец поскользнулась и упала. Возле входа на пост ЭЦ дощатый настил из деревянных досок, доски покрашены, на него и накапало. Истец шла с дровами и упала на левый бок, вместе с дровами. Настил сделан вровень с землей, рядом есть бетонная плита, настил тоже с ней вровень. В помещении свидетель была одна, к ней вышли на помощь из других помещений, ФИО7, кто-то еще, не помнит, вызвали скорую. Истцу было очень больно, вынесли ей плащ, чтобы она присела на бочку до приезда скорой. На кровле сделан желоб, с него капала вода, которая образуется наледь. Крыльцо ничем не оборудовано, обычно его посыпали, с утра не успели посыпать. Там кто угодно мог поскользнуться. Свидетелю неизвестно, почему не оформили производственную травму. 

Второй случай произошел 29.11.2015 в воскресенье, истец пришла с мужем на станцию. Днем, в период с 14.00-15.00 часов, пришел муж истца и попросил вызвать «скорую», истец сломала ногу, падения свидетель не видела, скорую помощь вызывала с сотового телефона. В первом случае истец повредила левую ногу, упала на бедро, второй раз, вроде, повредила правую лодыжку. В составе бригады скорой помощи был водитель ФИО9, врач та же, что и в 2009 году. По случаю 2015 года свидетеля никто не опрашивал. Истцу было больно, это было видно. В 2015 году истец вышла на работу в выходной, так как шел снег, свидетель была на работе согласно своему графику. Начальство спрашивало с истца за неубранный снег, кто конкретно, не знает. В обязанности истца входила очистка территории, посыпать наледь, но сначала ей надо было топить печи. В 2009 году истец упала в период 09.00-10.00. Ее рабочий день был с 08.00, каждый день свидетель проводила инструктаж по технике безопасности, они расписывались в журнале, инструктаж занимал 5-10 минут. Истец была одета в рабочее пальто, на ногах были бурки. Раньше спецодежду не выдавали, они ходили в своей обуви. Истец упала при входе в зал ожидания для пассажиров, там есть дощатый настил, он окрашен, она поскользнулась и упала в коридоре, это свидетель знает со слов истца. Обычно рабочих, в том числе и истца, просили выходить в выходной день, когда шел снег, и его необходимо было убирать, потом давали им отгул. В ночное время, и выходные дни топили печи сами.

Свидетель ФИО3 суду пояснил, что в 2009 году он работал ревизором по контролю доходов Свердловского территориального центра. Проживает в 

<

адрес>. 12.03.2009 он работал на ст. Егоршино, собирался ехать туда на поезде, примерно в 10.00. В период с 09.00 до 10.00 утра, свидетель зашел к начальнику ст. Талый Ключ, затем в «дежурку», потом вышел покурить, увидел истца, она шла с дровами, поскользнулась, упала у плиты, закричала, вызвали «скорую помощь», ее увезли в больницу. Был март, днем обычно тает, а ночью замерзает. Во что была одета истец - не помнит. Истец поскользнулась, т.к., вроде бы была наледь. Истец повредила левую ногу.

Свидетель ФИО4 суду пояснил, что в марте 2009 года он работал электромехаником на ст. Талый ключ, истец тоже там работала. Знает, что истец в то время ломала там ногу, так как в марте днем тает, ночью замерзает. Свидетель сидел у дежурного по вокзалу, услышал стоны, вышел на улицу, увидел ФИО3 ФИО10, она лежала и охала. Они посадили ее на бочку, дожидаться «скорую помощь». Это было примерно в 10.00, точно не помнит, но до обеда. Погоду в тот день не помнит. Истец была одета в зимнюю одежду, на ногах были валенки. Она уже лежала, когда свидетель вышел, она лежала почти на выходе, за крыльцом, на плите. Плита находится у входа в дежурку. Истец упала где-то на выходе. 

В заключении прокурор Кайгородов Е.В. указал, что требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, в результате первого несчастного случая на производстве в 2009 году, являются обоснованными, факт второго случая в 2015, полагает, что не доказан. 

Дело рассмотрено в отсутствие представителя 3 лица АО «Страховое общество газовой промышленности» на основании ч. 5 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), который о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Заслушав стороны, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. В соответствии со ст.ст. 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом. 

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых.

Трудовое законодательство Российской Федерации предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни и здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 21, 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ответственность работодателя заключается в возмещении работнику причиненного вреда путем: возмещения утраченного заработка; возмещения дополнительных расходов в связи с трудовым увечьем; выплаты единовременного пособия в связи с трудовым увечьем или смертью кормильца; выплаты морального вреда.

В соответствии со ст. ст. 227 - 228 Трудового кодекса РФ Расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 11 Постановления от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил, что установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из совокупности представленных и исследованных в судебном заседании письменных материалов дела установлено, что ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспортные данные на л.д. 8), на момент получения травм 12.03.2009 и 29.11.2015 состояла в трудовых отношениях с Егоршинской дистанцией пути Свердловской железной дороги филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в должности уборщика производственных помещений 2 разряда, с 13.08.2007 переведена станционным рабочим 2 разряда Егоршинского участка (л.д. 9-14).

Согласно должностной инструкции, утвержденной начальником СП ЦЭиР 10.01.2008, в должностные обязанности станционного рабочего ст. Талый Ключ ОАО «РЖД» ФИО10 входило, в том числе: зимой 1 раз в смену очистка от снега, льда, маршрутов прохода, крылец, платформ и посыпка их песком (отсевом) (п. 6.3.), ежесменно топка печи с подноской угля, дров и очисткой печи от золы с последующей ее выноской (по необходимости), количество печей – 4 (п. 6.4.) (л.д. 100-102).

Доводы истца о получении ею травмы левой ноги 12.03.2009 объективно подтверждаются справкой ГБУЗ СО «Артемовская ЦРБ» от 10.05.2018, согласно которой, она находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении в период с 12.03.2009 по 31.03.2009 с диагнозом: оскольчатый перелом к/з, с/з левого бедра, шок 1 (л.д. 15).

Получение травмы левой ноги, на производственной территории работодателя, на входе в здание дежурной части ж/д станции Талый Ключ, во время исполнения истцом трудовых обязанностей, как станционного рабочего, объективно подтверждены материалами проверки КУСП № НР-143 от 12.03.2009 и КУСП № 192 от 01.04.2009, согласно которых 12.03.2009 в 11:45 в приемный покой Артемовской ЦРБ обратилась ФИО10, работающая станционным работником, которая упала возле ж.д. вокзала ст. Талый Ключ, причинив себе травму, перелом со смещением левого коленного сустава. Кроме того, как следует из сведений о преступлениях и происшествиях на транспорте, 12.03.2009 в 11-45 в приемный покой ЦРБ обратилась ФИО10, которая упала возле ж/д вокзала ст. Талый Ключ, причинив себе травму, дата события – 09 -00 часов. Также указано, что ФИО10 работает станционным рабочим, находясь на рабочем месте, получила травму левой ноги (л.д.65-66). Получение истцом травмы, при указанных обстоятельствах, также подтвердили свидетели ФИО9., ФИО2, ФИО3, ФИО4, что падение истца, которая в руках переносила дрова для растопки печи, произошло около здания дежурной станции вокзала, на обледеневшем крыльце.

Заявление истца отпустить ее с работы на три часа с 09 час. до 12 час. (л.д.34), приказ о предоставлении отпуска работнику на три часа (л.д.35), объяснительная от 13.03.2009 (л.д.98), в условиях совокупности полученных доказательств, представленных стороной истца, не может с достаточностью свидетельствовать о получении травмы истцом в другом месте. Учитывая, что именно на работодателе лежит обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении вреда здоровью работника, служебной проверки по факту получения травмы истцом, с оформлением акта не проводилось, иных доказательств, свидетельствующих о получении истцом травмы ноги 12.03.2009 суду не представлено, суд приходит к выводу, что травма была получена истцом на территории работодателя, при исполнении служебных обязанностей, т.е., является производственной.

То обстоятельство, что в должностные обязанности истца входила очистка привокзальной территории ото льда и снега, а также посыпка, и, которые, к моменту падения, не были выполнены истцом, не освобождает работодателя от обязанности возместить ущерб работнику, в связи с получением последней производственной травмы.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об установлении факта несчастного случая на производстве от 12.03.2009 ФИО10, работавшей в должности станционного рабочего 2 разряда Свердловского подразделения Центра эксплуатации и ремонта Свердловской железной дороги-филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги». 

Также суд соглашается с доводами истца о получении ею производственной травмы левой ноги 29.11.2015. Травмирование истца 29.11.2015, около 10 - 30 часов, объективно подтверждаются выпиской из входящих вызовов Красногвардейской подстанции скорой медицинской помощи, где указан диагноз – перелом голени, голеностопа (л.д.89), медицинской картой №388/4051 о поступлении в 13-10 часов истца в травматологическое отделение ГБУЗСО «Артемовская ЦРБ» (диагноз - перелом наружной лодыжки слева) (л.д.142-144).

Доводы истца о получении ею травмы левой ноги 29.11.2015 на входе в здание зала ожидания ж/д станции Талый Ключ объективно подтверждены показаниями свидетелей ФИО9., ФИО2, которые подтвердили, что падение истца, произошло около здания зала ожидания ж/д ст. Талый Ключ. Свидетель ФИО2 подтвердила доводы истца, что последняя вышла на работу в свой выходной день, поскольку, руководство требовало, чтобы станционный рабочий, для уборки снега во время снегопада, выходил на работу в выходные, в связи с чем, потом предоставлялись отгулы. Не доверять указанным показаниям свидетеля ФИО2 у суда оснований нет, поскольку, ответчиком не представлено каких-либо контрдоказательств, которые бы поставили под сомнение показания свидетеля и доводы истца. Кроме того, как следует из выписки из журнала скорой медицинской помощи, медицинскую помощь вызвала именно ФИО2, а не кто-либо другой (л.д.89). Служебная проверка на предмет получения или неполучения истцом производственной травмы 29.11.2015 работодателем вновь не проводилась. Учитывая, что обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о том, что истец при иных обстоятельствах, не связанных с исполнением ею трудовых обязанностей, получила травму ноги, а также с какой целью истец пришла на свое рабочее место в выходной, лежит на работодателе. Вместе с тем, достаточных доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, стороной ответчика не представлено. 

Заявление истца от 29.11.2015, предоставленное ответчиком, согласно которого, истец получила травму ноги по дороге в магазин, в ходе судебного разбирательства, она не подтвердила, объяснив, что указанное заявление она вынуждена была подписать под уговоры представителей работодателя (л.д.36). Указанное заявление, в условиях совокупности полученных доказательств, представленных стороной истца, не может с достаточностью свидетельствовать о получении травмы истцом в другом месте. Учитывая, что именно на работодателе лежит обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении вреда здоровью работника, служебной проверки по факту получения травмы истцом с оформлением акта не проводилось, иных доказательств, свидетельствующих о получении истцом травмы ноги 29.11.2015 суду не представлено, суд приходит к выводу, что травма была получена истцом на территории работодателя, при исполнении служебных обязанностей, т.е., является производственной.

То обстоятельство, что истец получила производственную травму в выходной день, выводы суда не изменяет, поскольку, истец вышла на работу для выполнения своих должностных обязанностей станционного рабочего, в связи с устным распоряжением представителей работодателя. 

Как следует из табеля учета рабочего времени участка содержаний зданий и сооружений ст. Талый Ключ - ст. Усть - Аха (3 группа) ОАО «РЖД» от 24.11.2015, за отчетный период с 01.11.2015 по 30.11.2015, ФИО10 29.11.2015 отмечен больничным днем (л.д. 39).

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об установлении факта несчастного случая на производстве от 29.11.2015 ФИО10, работавшей в должности станционного рабочего 2 разряда Свердловского подразделения Центра эксплуатации и ремонта Свердловской железной дороги-филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги». 

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель был обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В силу п. 2 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Верховный Суд Российской Федерации в п. 32 Постановления Пленума N 1 от 26.01.2010 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указал, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

На основании ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Судом установлено, ФИО10, при исполнении трудовых обязанностей 12.03.2009, истцу была причинена травма левой ноги, последующий диагноз: оскольчатый перелом нижней трети, средней трети левого бедра. Шок первой степени. В результате травмы истец была нетрудоспособна, находилась на стационарном лечении.

Кроме того, ФИО10, при исполнении трудовых обязанностей 29.11.2015, истцу была причинена травма правой ноги, последующий диагноз: закрытый двухлодыжечный перелом правой голени с подвывихом стопы со смещением отломков. В период с 29.11.2015 по 25.02.2016 истец была нетрудоспособна, находилась на стационарном лечении.

Таким образом, работодатель не обеспечил для работника безопасные условия труда, которые, привели к получению истцом производственных травм. В связи с чем, между действиями работодателя и причинением вреда здоровью истца имеется прямая причинно-следственная связь, то есть все правовые основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, вследствие нравственных страданий и физической боли, перенесенных истцом, в результате несчастного случая.

Как следует из листка нетрудоспособности от 01.02.2018, этапных эпикризов по направлению на ВК, ФИО10 находилась на больничном листе в период с 29.11.2015 по 25.12.2015 у врача - хирурга (л.д. 45-46, 8, 9-15 дело №2-243/2018).

Таким образом, судом установлено, что действиями ответчика истцу был причинен вред здоровью, в связи с чем, она испытала и испытывает физические боли по поводу случившегося, испытывал нравственные страдания в связи с проблемами со здоровьем, в результате чего, требования о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастных случаев на производстве по вине ответчика – работодателя, подлежат удовлетворению. Однако, размер компенсации, по мнению суда, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая объем и характер причиненных работнику нравственных и физических страданий, с учетом тяжести перенесенных им страданий в связи с полученными травмами, учитывая длительность (по первому случаю - почти десять лет, по второму – более трех лет) прошедшего временного периода, когда истец обратилась в суд за защитой своего права, с учетом разумности и справедливости, предъявленный истцом в размере по 500 000 руб. за каждый несчастный случай, является завышенным и подлежит снижению и взысканию с ответчика в размере 50 000 руб. за каждый несчастный случай.

Также, судом при определении размера компенсации морального вреда учитывается период нахождения истца на лечении, характер и обстоятельства полученной травмы, переживания о дальнейшем состоянии своего здоровья, имеющиеся в связи с этим неудобства, длительность не обращения истца с данными требованиями. Оснований полагать, что в получении производственных травм имелась грубая неосторожность истца, у суда не имеется, а значит, обстоятельств, освобождающих ответчика от обязанностей возмещения вреда истцу, не наступило.

В связи с чем, сумма компенсации морального вреда в размере по 50 000 руб. за каждый несчастный случай не является завышенной, является разумной, то есть, она соразмерна характеру причиненного вреда, не приводит к неосновательному обогащению истца и справедливой.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с учетом характера спорных правоотношений и количества удовлетворенных исковых требований, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 200 руб. (600 руб. – за два требования неимущественного характера (установление фактов) и 600 руб. за требования о компенсации морального вреда).

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО10 удовлетворить частично.

Установить факт несчастного случая на производстве от 12.03.2009 ФИО10, работавшей в должности станционного рабочего 2 разряда Свердловского подразделения Центра эксплуатации и ремонта Свердловской железной дороги-филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги». 

Установить факт несчастного случая на производстве от 29.11.2015 ФИО10, работавшей в должности станционного рабочего 2 разряда Свердловской дистанции гражданских сооружений структурного подразделения Свердловской дирекции эксплуатации зданий и сооружений структурного подразделения Свердловской железной дороги-филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» на участке по станции Талый Ключ Егоршинского участка содержания зданий и сооружений (3 группы). 

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО10 компенсацию морального вреда по факту несчастного случая на производстве от 12.03.2009 в размере 50 000 руб., по факту несчастного случая на производстве от 29.11.2009 в размере 50 000 руб.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход местного бюджета Артемовского городского округа Свердловской области государственную пошлину в размере 1 200 руб.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Артемовский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья: Т.В. Соломина