Дело №2а-2598/2023

УИД 73RS0013-01-2023-003354-51

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

30 октября 2023 года г. Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Берхеевой А.В., при секретаре Кузьминой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Тюрьма Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ульяновской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Ульяновской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконным действий (бездействий), выразившихся в нарушении условий содержания, взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО1 обратился с иском в суд к ответчикам в обосновании заявленных требований указал, что он находился в тюрьме г.Димитровграда с начала 2013 по конец 2015 года с нарушением всех установленных правил условий содержания осужденных. В период его пребывания в указанном учреждении отсутствовало горячее водоснабжение, принудительная вентиляция, камеры не были оборудованы информационными стендами, баня была один раз в неделю, отсутствовали сушилки для полотенец, на окне присутствовал грибок, остекление частично отсутствовало на оконной раме (для вентиляции) из-за чего в холодную погоду в камере было холодно и приходилось спать в теплой одежде. Все эти нарушения условий содержания вызывало негатив и душевный дискомфорт. 

Об имеющихся нарушениях он сообщал начальнику тюрьмы и его заместителям. 

Относительно пропуска срока на обращение с иском в суд полагает, что имеются основания для его восстановления, поскольку до настоящего времени содержится в местах лишения свободы и принудительной изоляции, что ограничивает его возможности по защите нарушенных прав и законных интересов.

Просит признать действия (бездействия) ответчика незаконными; признать нарушение его прав стороной ответчика; взыскать с ответчика за нарушение его прав и свобод выраженного в нарушении условий содержания в исправительном учреждении 100000 руб.

В судебном заседании ФИО1, заявленные требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что не помнит номера камер, в которых сидел, но по факту все они находились на одном этаже. Грибок был в последней камере. Он самостоятельно заказывал купорос, и потом пришли, почистили ему стену от грибка. Горячая вода была только в бане, куда их водили один раз, вентиляции не было. В суд не обращался, поскольку не знал, что это можно сделать, когда узнал, обратился. 

Представитель административного ответчика ФИО2 исковые требования не признала, пояснила, что ФИО1 пропустил срок для обращения с иском в суд, поскольку обратился спустя 8 лет после убытия из учреждения. 

Здание тюрьмы было спроектировано и построено в 1984 году, при этом действовавшие на тот момент нормы не предусматривали подводку горячей воды к камерам. Нормы проектирования, утвержденные приказом Министерства юстиции от 28.05.2001 №161, подлежат применению только к вновь построенным зданиям. 

Пищеблок, медкабинет, банно-прачечный комплекс, имеющий 5 помывочных отделений, прачечное отделение со стиральными машинами были обеспечены в период содержания истца в учреждении горячим водоснабжением. 

Согласно п.5.1 Инструкции по организации государственного санитарно-эпидемиологического надзора за банно-прачечным обеспечением осужденных, помывка в бане осужденных производилась не реже одного раза в семь дней с обязательной сменой полного комплекта белья. После помывки грязное белье собирается в мешки и сдается в прачечную, где осуществляется его стирка, сушка и глажка. 

Кроме того, ежедневно во время раздачи пищи осужденными хозяйственной обслуги осуществлялась раздача горячей кипяченой воды всем осужденным, а также на внутреннем посту режимного корпуса имелся электрочайник для обеспечения горячей водой осужденных при дополнительной необходимости, по просьбе осужденного дополнительно кипяченая горячая вода для гигиенических целей и питья предоставлялась младшим инспектором ежедневно с учетом потребности, что позволяло компенсировать отсутствие горячего водоснабжения в камере. 

Все камеры, в которых содержался ФИО1 были оборудованы окнами, с отрывающимися во внутрь форточками для проветривания. Кроме того, во всех камерах, где содержался истец, имелись внутристенные вытяжные каналы. 

Кроме того, в 2013-2014 года в режимном корпусе №2 проводился капитальный ремонт. Все камеры были после ремонта. Грибка в камерах не было, окна были остеклены. 

Каких-либо заявлений от осужденного ФИО1 в адрес администрации о ненадлежащих условиях содержания не поступало. 

В каждой камере имелась информация об основных правах и обязанностях осужденных, о почтовых реквизитах вышестоящих органов государственной власти, органов прокуратуры, а также списка ОНК. 

Приказом ФСИН России №512 от 27.07.2006 не предусмотрено оборудование камер учреждения сушилками для полотенец. 

Представитель административного ответчика ФСИН России ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования полагал не подлежащими удовлетворению.

Представитель административного ответчика Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ульяновской области в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с ч.1 ст.227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч.1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч.5 ст.227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Исходя из положений п.1 ч.2 ст.227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет требование административного истца об оспаривании решения, действия (бездействия) в том случае, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам, регулирующим спорные правоотношения, и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с подп.3,6 п.3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, одна из основных задач ФСИН России - обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

На основании ст.13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Статьей 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Права и обязанности осужденных определяются Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

В соответствии со ст.99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий (пункт 14).

Судом установлено, что ФИО1 отбывал наказание в ФКУ Тюрьма УФСИН России по Ульяновской области с 19.02.2013 по 17.11.2015.

В указанный период он содержался в следующих камерах: 

с 04.03.2013 по 12.03.2013 в камере №219,

с 13.03.2013 по 14.03.2013 в камере №212,

с 15.03.2013 по 10.07.2013 в камере №219,

с 11.07.2013 по 21.07.2013 в камере №008,

с 22.07.2013 по 23.07.2013 в камере №219,

с 24.07.2013 по 07.08.2013 в камере №008,

с 08.08.2013 по 08.08.2013 в камере №219,

с 09.08.2013 по 21.08.2013 в камере №247А,

с 22.08.2013 по 26.08.2013 в камере №008,

с 27.08.2013 по 28.09.2013 в камере №213,

с 29.08.2023 по 22.09.2013 в камере №208,

с 23.09.2013 по 30.09.2013 в камере №213,

с 01.10.2013 по 14.10.2013 в камере №010,

с 15.10.2013 по 08.12.2013 в камере №213,

с 09.12.2013 по 23.12.2013 в камере №008,

с 24.12.2013 по 28.01.2014 в камере №220,

с 29.01.2014 по 30.01.2014 в камере №213,

с 31.01.2014 по 07.02.2014 в камере №220,

с 08.02.2014 по 10.04.2014 в камере №205, 

с 11.04.2014 по 19.08.2014 в камере №213,

с 20.08.2014 по 25.09.2014 в камере №209,

с 26.09.2014 по 30.10.2014 в камере №205,

с 31.10.2014 по 31.10.2014 в камере №011,

с 01.11.2014 по 20.01.2015 в камере №205,

с 21.01.2015 по 02.02.2015 в камере №251,

с 03.02.205 по 17.11.2015 в камере №205. 

Как следует и искового заявления, ФИО1 указывает на ненадлежащие условия содержания в период пребывания в ФКУ Тюрьма УФСИН России по Ульяновской области. 

В судебном заседании он не смог назвать номера камер, в которых имелись заявленные им нарушения, указал, что в двух последних камерах. При этом пояснил, что по факту содержался всего в трех камерах. 

В качестве нарушения условий содержания ФИО1 указывает на отсутствие в камерах горячей воды. 

Судом установлено, что режимный корпус №2 ФКУ Т УФСИН России по Ульяновской области, в котором располагаются камеры был построен в 1984 году. 

Пищеблок, медкабинеты, банно-прачечный комбинат, имеющий 5 помывочных отделений с наличием горячего и холодного водоснабжения, прачечное отделение со стиральными машинами были обеспечены системой ГВС в период содержания административного истца в учреждении.

Горячее водоснабжение (ГВС) в камерах, в которых непосредственно содержался ФИО1, отсутствовало. 

В тоже время, осужденные имели возможность раз в неделю помыться в банно-прачечном комплексе, им разрешалось использовать кипятильники, в период приема пищи у дежурного можно было попросит горячую воду, которая раздавалась осужденным. 

Указанные компенсирующие мероприятия, восполняли недостаток в виде отсутствия горячей воды в камере. 

Ссылку административного истца на положения Инструкции СП 17-02 по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказа Минюста России N 130-ДСП от 02.06.2003, суд находит необоснованной, поскольку согласно п.п.1 ее нормы должны соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем. 

Как следует из разъяснений, содержащимися в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47, содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий (пункт 14).

Отсутствие горячей воды в камерах, с учетом проведения компенсирующих мероприятия по обеспечению горячей водой по запросу осужденного, не относится к существенным нарушениям условий содержания.

С учетом указанного, отсутствие горячей воды в камерах, суд не признает незаконным бездействием ответчиков, нарушающих права административного истца. 

Судом установлено, что система вентиляции в ФКУ Тюрьма УФСИН России имелась. Кроме того, проветривание камер можно было осуществлять через открывающиеся форточки на окнах камер. 

Пунктом 5.1 Инструкции по организации государственного санитарно-эпидемилогического надзора за банно-прачечным обеспечением осужденных, утвержденных приказом Минюста России от 08.11.2001 №18/29-395, предусмотрено, что помывка в бане осужденных производится не реже одного раза в семь дней с обязательной одновременной сменой полного комплекта белья. 

Таким образом, посещение бани один раз в неделю не является нарушением, а соответствует действовавшей в период отбывания наказания ФИО1 Инструкции. 

Согласно Номенклатуре, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказ ФСИН России от 27.07.2006 N 512, камеры не должны быть оборудованы сушилкой для полотенец. 

Из материалов дела следует, что в период с июля 2013 года по апрель 2014 года в ФКУ Тюрьма УФСИН России по Ульяновской области в рамках Программы капитального и текущего ремонта объектов УФСИН России по Ульяновской области проводились работы по капитальному ремонту жилых камер режимного корпуса №2. Приемка объектов после капитального ремонта осуществлялась на основании Акта №2-04-14 от 30.04.2014. 

Из пояснений ФИО1 следует, что грибок был в последней камере, в которой он сидел. 

Однако как следует из материалов дела, камеры до 30.04.2014 отремонтировали. В камере №205 ФИО1 стал отбывать наказание с 10.02.2014. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что если грибок присутствовал в камере, то не продолжительное время, поскольку был произведен ремонт, тем более, что ФИО1 не отрицает, что покупал купорос, а рабочие производили ремонт стены по удалению грибка. 

Доказательств наличия отсутствия стекла у окна суду не представлено. Тем более, что ФИО1 затрудняет назвать номер камеры, в которой имело место данное нарушение.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 14 постановления от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, затрудненный доступ к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, нарушение требований к качеству еды.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц. Например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений (в частности, для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

С учетом установленных условий содержания ФИО1, суд приходит к выводу о том, что права ФИО1 на надлежащие условия содержания не нарушены. 

В исковом заявлении административный истец просит взыскать компенсацию за нарушение его прав и свобод, выраженную в нарушении условий содержания в исправительном учреждении за период с 2013 по 2015 года, то есть до введения в действие ст.227.1 КАС РФ (введена Федеральным законом от 27.12.2019 №494-ФЗ).

Следовательно, в силу ч.5 ст.15 КАС РФ, согласно которой при разрешении административного дела суд применяет нормы материального права, которые действовали на момент возникновения правоотношения с участием административного истца, если из федерального закона не вытекает иное, при разрешении вопроса о компенсации за ненадлежащие условия содержания следует руководствоваться нормами, регулирующими положения о моральном вреде (ст. ст. 150, 151 ГК РФ).

Между тем оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Как следует из пунктов 3 и 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в от 25 декабря 2018 года № 47 обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем административному истцу надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются).

Однако такие сведения ФИО1 суду не представлены.

Доказательств претерпевания административным истцом физических и нравственных страданий по причине отсутствия горячей воды в камерах, иных нарушений заявленных в иске, суду не представлено. 

Как следует из материалов дела, ФИО1 с какими-либо заявлениями к администрации учреждения, в котором он содержался, в период отбывания наказания в части нарушения условий его содержания не обращался. 

Согласно ответу Ульяновской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях области, ФИО1 в спецпрокуратуру с заявлениями о ненадлежащем состоянии камер в 2013-2015 года в ФКУ Тюрьма УФСИН России не обращался. 

Исходя из правовой позиции Верховного суда, изложенной в пунктах 12 и 14 постановления Пленума от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В материалах дела отсутствуют доказательства претерпевания ФИО1 физических или нравственных страданий.

Кроме того, суд принимает во внимание то, что с настоящим иском ФИО1 обратился в суд по истечении 7 лет после убытия из ФКУ-Т УФСИН России по Ульяновской области, что указывает на отсутствие актуальности для него в настоящее время причиненных, по его мнению, нравственных страданий, тем более, что в иске он сам указывает, что о нарушении своих прав узнал от других осужденных. 

Административным ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

Как указано выше, на основании ч.5 ст.15 КАС РФ, при разрешении вопроса о компенсации за ненадлежащие условия содержания суд руководствуется нормами, регулирующими положения о моральном вреде. В силу абз.2 ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав, о защите которых просит ФИО1 

Таким образом, срок на обращение с иском в суд истцом не пропущен. 

С учетом приведенных норм права, исследованных по делу доказательств, в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании нарушенными его прав, взыскании компенсации в размере 100000 руб. надлежит отказать. 

Руководствуясь ст.ст.175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении административного иска ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Тюрьма Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ульяновской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Ульяновской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконным действий (бездействий), выразившихся в нарушении условий содержания, взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 07 ноября 2023 года 

Председательствующий судья А.В.Берхеева