Дело № 2-48/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Красноярск 06 февраля 2018 года

Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего: судьи Соловьева Е.В.,

при секретаре Гришине А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Акционерного общества «Производственно – издательский комплекс «Офсет» к ФИО1 А16 и ФИО1 А17 о взыскании убытков, выделении доли в общем совместном имуществе супругов, в том числе путем признания собственности на долю в праве собственности,

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество «Производственно-издательский комбинат «Офсет» (далее – истец) обратилось в суд с указанным иском (с учетом уточнений), мотивируя тем, что ответчик ФИО2, являясь генеральным директором указанного предприятияУ % участником которого является Х, с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года совершил ряд сделок от имени общества вопреки его законным интересам, тем самым, причинив обществу убытки. Так, в 2013 году между АО ПИК «Офсет» и ООО «ЮниКредит А4» был заключен договор купли - продажи У/S/1 от 00.00.0000 года по приобретению рулонной печатной машины GWSG200 производства GlobalWebSystems (США) и деталей к ней (далее - машина Глобал), стоимостью 40000000 рублей. Согласно указанному договору, машина Глобал была передана продавцом не по месту нахождения покупателя в Х, а по адресу: Х, где располагалось АО «Московские учебники и Картолитография» (далее – АО «Московские учебники»), в фактическом владении которого находилась машина Глобал, как до заключения ФИО2 данного договора купли - продажи, так и после. При совершении данной сделки было очевидно, что машина Глобал стационарно смонтирована на территории АО «Московские учебники» в Х и не может использоваться АО ПИК «Офсет», которое расположено в Х, а ее демонтаж и перевозка требовали значительных материальных затрат. Поскольку у АО «Московские учебники» был интерес в получении машины Глобал в собственность, более того, данная машина стационарно смонтирована на его территории, а у АО ПИК «Офсет» такого интереса нет и никогда не было, общество передало данную машину в собственность АО «Московские учебники» в счет погашения задолженности, предварительно заключив 00.00.0000 года соответствующее соглашение. При этом была произведена рыночная оценка машины, согласно которой ее стоимость составила 20607000 рублей (рыночная стоимость оказалась в два раза меньше закупочной). Таким образом, какого-либо коммерческого эффекта сделка по приобретению машины Глобал не имела, никакой выгоды общество не извлекло. Помимо этого, полагает, что при совершении сделки по купле-продаже машины Глобал ФИО2, в нарушение п. 1 ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» действовал недобросовестно, поскольку данная сделка не была согласована с советом директоров общества, в известность о ее совершении ФИО2 высшие органы управления общества не поставил. Кроме того, сведения о приобретении рулонной печатной машины GWSG200 производства GlobalWebSystems (США) в собственность АО ПИК «Офсет» не были отражены в бухгалтерском балансе за 2013г., что подтверждается пояснительной запиской к бухгалтерскому балансу за 2013г. Также ответчик ФИО2 должен был знать и знал о том, что сделка, стоимостью 40000000 рублей совершается на заведомо невыгодных для юридического лица условиях, оценка рыночной стоимости им не была произведена. В результате данной сделки обществу были причинены убытки в виде реального ущерба в сумме 19393000 рублей (40000000 – 20607000). Убытки исчислены как разница между ценой приобретения машины Глобал и ценой ее последующей реализации в собственность АО «Московские учебники».

Кроме этого, истцу были причинены убытки в виде реального ущерба в результате выплаты процентов по кредитным договорам, средства по которым ушли на оплату стоимости машины Глобал. Так, 00.00.0000 года с АО «НОТА-БАНК» заключен кредитный договор У-кл, сумма займа по которому составила 29800000 рублей (под 13,75% годовых), из которой 12000000 рублей перечислены продавцу машины Глобал - ООО «ЮниКредит Лизинг». Общий размер процентов, уплаченных АО ПИК «Офсет» по кредиту согласно акту сверки, составил 2905668 рублей 54 копейки, из которых 1170067 рублей 87 копеек – размер процентов, уплаченных за пользование 12000000 рублей заемных средств, взятых в кредит для частичной оплаты машины Глобал. Также 00.00.0000 года с АО «НОТА-БАНК» заключен кредитный договор У-кл, сумма займа по которому составила 38000000 (под 14% годовых), из них 28 000000 рублей также перечислены продавцу машины Глобал - ООО «ЮниКредит Лизинг». Размер процентов, уплаченных АО ПИК «Офсет» по кредиту, согласно акту сверки, составил 9433211 рублей, из которых 6950 787 рублей 66 копеек – размер процентов, уплаченных за пользование 28000000 рублей заемных средств, взятых в кредит для окончательной оплаты машины Глобал. Общий размер процентов по двум кредитным договорам за пользование заемными средствами, взятыми для оплаты машины Глобал, составил 8120855 рублей 53 копейки (1170067, 87+6950787, 66). Поскольку при совершении сделки купли-продажи машины Глобал ФИО2 действовал недобросовестно, и он не вправе был ее заключать, то и у общества не было необходимости заключать кредитные договоры в части получения заемных денежных средств для приобретения машины Глобал. Таким образом, общий размер убытков составил 27513855 рублей 53 копейки (19393000+8120855, 53). Помимо этого, истец полагал, что вправе потребовать выдела доли в общем имуществе супругов ФИО1 А18 и ФИО1 А19, которое было выявлено в ходе осуществления исполнительских действий по наложению ареста имущество на общую сумму 500000 рублей.

При изложенных обстоятельствах, просит (с учетом уточнений) взыскать в пользу общества с ФИО1 А20 убытки в размере 27513855 рублей 53 копейки и выделить долю ФИО1 А21 в общем совместном имуществе супругов - ФИО1 А22 и ФИО1 А23, состоящих в браке с 06.12.2008г., в том числе путем признания права собственности на 1/2 долю в праве собственности на: легковой автомобиль марки У У, стоимостью 200000 рублей и легковой автомобиль марки Nissan Almera серебристого цвета, 2015 года выпуска, государственный номер У У, стоимостью 300000 рублей. 

В судебном заседании представители истца – ФИО3 (по доверенности от 11 ноября 2016 года сроком на три года) и ФИО4 (по доверенности от 11 ноября 2016 года сроком на три года) исковые требования с учетом уточнений поддержали, просили удовлетворить. 

Ответчик ФИО2, представитель ответчиков ФИО2, и ФИО5 (по доверенностям от 30 марта 2017 года сроком на три года и от 31 марта 2017 года сроком на три года соответственно) – ФИО6 исковые требования не признали, просили отказать, поддержали объяснения, данные ранее в ходе судебного заседания, дополнительно пояснив, что в рамках хозяйственной деятельности им (ФИО2) с одобрения Совета директоров общества и собственника в целях реализации плана выхода общества из кризиса было принято решение о развитии производства, для чего было необходимо приобретение техники. Последующее заключение договоров на приобретение техники, в том числе кредитных, а также в связи с возникшей необходимостью договора безвозмездного пользования и договора хранения было также обосновано, в том числе экономически необходимо и оправданно. Сами сделки соответствовала целям и основному виду деятельности общества, не нарушали его интересов, а его (ответчика) действия как генерального директора были добросовестными, разумными и согласованными. Таким образом, принимая решения о заключении договоров, он действовал в пределах предоставленных ему полномочий, что исключает противоправность его действий и подтверждается в том числе, проведенной отделом УЭБиПК ГУ МВД России по Х проверкой в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ, которой не было установлено нарушений финансовой деятельности общества со стороны директора ФИО2, договоры заключены в рамках действующего законодательства, никакого ущерба предприятию действиями директора в ходе проверки также установлено не было. По результатам проверки в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по ст. 201 УК РФ было отказано за отсутствием в деянии состава преступления.

Также в его (ФИО1) действиях отсутствуют признаки недобросовестного и неразумного осуществления своих прав и исполнения обязанностей в отношении общества, в том числе отсутствует совокупность условий ответственности, предусмотренной ст. 15 ГК РФ (не доказан факт наличия и причинения убытков, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимая причинная связь между поведением указанного лица и наступившим вредом), что является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков. Доводы истца, изложенные в иске, являются предположительными и не подтверждаются какими – либо фактическими доказательствами. То обстоятельство, что были заключены вышеуказанные договоры, само по себе не свидетельствует о противоправных действиях ответчика, поскольку отсутствуют доказательства личной финансовой заинтересованности и извлечения выгоды. Таким образом, он (ФИО1) заключил спорные договоры в результате разумного и добросовестного исполнения своих обязанностей, при выбранной им экономической стратегии развития полиграфического бизнеса (согласованной собственником и Советом директоров), которая на момент заключения была наилучшей и в интересах акционерного общества в пределах разумного и допустимого по условиям оборота предпринимательского риска, в связи с чем наличие возможных негативных последствий для общества в силу рискового характера предпринимательской деятельности не может являться основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности, которая может наступить лишь при наличии неправомерных противоправных и виновных действий. Требование о выделе доли должника в общем имуществе супругов также не подлежит удовлетворению в связи с отсутствием оснований для удовлетворения основного требования.

Третьи лица ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом путем направления заказной корреспонденции. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков, применяемое в качестве меры гражданско-правовой ответственности и направленное на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ: лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу указанной нормы закона, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В соответствии с п.3 ст. 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно п.1 ст. 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В п. 1 ст. 71 Федерального закона от 00.00.0000 года N 208-ФЗ Закона об акционерных обществах предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. Пунктом 2 данной статьи устанавливается гражданско-правовая ответственность единоличного исполнительного органа общества перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием).

Таким образом, привлечение единоличного исполнительного органа общества к ответственности, по правилам статьи 71 Закона об акционерных обществах, зависит от того, действовали ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявлял ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 00.00.0000 года N 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются (п. 3 ст. 10 ГК РФ). В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абз. 3 п. 1 постановления Пленума ВАС РФ N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»), а негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. 

В соответствии с п.1 ст. 69 Закона об акционерных обществах, руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров.

Согласно п. 2 ст. 69 Закона об акционерных обществах, к компетенции исполнительного органа общества относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров или совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Исполнительный орган общества организует выполнение решений общего собрания акционеров и совета директоров (наблюдательного совета) общества. 

В силу указанной статьи закона, а также положений п. 11.8 устава АО ПИК «Офсет», к компетенции исполнительного органа общества, в том числе входит обеспечение выполнения решений Общего собрания акционеров и Совета директоров общества. 

Таким образом, суд приходит к обоснованному выводу о том, что ответчик ФИО2, заключая спорные договоры, действовал в пределах предоставленных ему полномочий, что исключает противоправность его действий. 

Кроме того, суду представлена копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 00.00.0000 года, из которой следует, что при проведении отделом УЭБиПК ГУ МВД России по Х проверки в порядке ст. ст. 144-145 УПК РФ, исследовались обстоятельства относительно приобретения и хранения печатной машины и сушильного устройства. По результатам проверки, каких-либо нарушений финансовой деятельности общества со стороны директора ФИО2 не установлено, договоры заключены в рамках действующего законодательства, криминального характера не носят и никакого ущерба предприятию действиями директора в ходе проверки также не установлено. Также в рамках этой проверки была опрошена председатель Совета директоров АО ПИК «Офсет», заместитель руководителя агентства печати и массовых коммуникаций Красноярского края ФИО7, которая пояснила, что в ее заявлении отсутствуют какие-либо выводы о причиненном ущербе предприятию бывшим генеральным директором ФИО2, она не смогла пояснить, в чем выразился ущерб предприятию, и не смогла предоставить какие-либо документы в подтверждению этого. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по ст. 201 УК РФ отделом УЭБиПК ГУ МВД России по Красноярскому краю было отказано за отсутствием в деянии состава преступления. 

Приведенное постановление об отказе в возбуждении дела дол настоящего времени не отменено, и, по мнению суда, также служит доказательством отсутствия каких – либо противоправных действий ответчика ФИО2 как генерального директора АО ПИК «Офсет».

По смыслу действующего законодательства, суд не вправе проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых юридическим лицом, органами юридического лица, в том числе директором.

Вместе с тем, доводы представителей истца основаны исключительно на экономической целесообразности принятых ответчиком ФИО2 решений, связаны с экономической деятельностью общества, носят предположительный и вероятностный характер, в связи с чем, суд полагает, что директор (в данном случае ФИО2) не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки (даже при условии их доказанности) в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Давая оценку доводам истца о том, что ответчик ФИО2, как директор, действовал недобросовестно, что подтверждается заключенными им от имени общества договорами, повлекшими причинение убытков юридическому лицу, суд полагает необходимым отметить следующее

В соответствии с п. 2 вышеприведенного Постановления Пленума ВАС РФ N 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал бы при наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

В судебном заседании указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения, наличие конфликта между личными интересами ответчика ФИО2 и интересами юридического лица не установлено и истцом не доказано, что также подтверждается отказом в возбуждении уголовного дела в отношении ответчика от 14 июня 2016 года в связи с отсутствием в действиях последнего состава преступления.

Оценивая спорные сделки и действия ответчика ФИО2, суд приходит к выводу о том, что об этом достоверно был информирован, в том числе, Совет директоров и собственник предприятия АО ПИК «Офсет». Данные обстоятельства подтверждаются предоставленными в материалы дела копиями переписки между агентством по управлению государственным имуществом Х и АО ПИК «Офсет», а также копиями протоколов собраний общества, заседаний Совета директоров общества, а также представленным истцом в судебное заседание Планом выхода из кризиса АО ПИК «Офсет», существование которого представителями истца первоначально отрицалось. 

Кроме того, заключенные ответчиком ФИО2 сделки не могут являться сделками, заключенными на заведомо невыгодных для юридического лица условиях. 

Так, из пояснений представителей истца следует, что стоимость сделки в разы превышала стоимость приобретенной печатной машины, в обоснование чего было представлено заключение от 23.03.2017г., где рыночная стоимость рулонной печатной машины GWSG200 производства GlobalWebSystems (США) и инфракрасного сушильного устройства составила 20607000 рублей. 

Вместе с тем, по смыслу действующего законодательства, невыгодность сделки определяется на момент ее совершения. Вместе с тем, определение рыночной стоимости было произведено по состоянию на 00.00.0000 года, а не на дату приобретения, и, кроме того, суд принимает во внимание, что оценка проведена без осмотра оборудования, по документам. 

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). 

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

В судебном заседании ответчиком ФИО2 и его представителем даны полные и подробные пояснения относительно своих действий, которые свидетельствуют лишь о заключении им спорных сделок от имени общества, в рамках обычной хозяйственной деятельности общества, исполнения своих обязанностей и выбранной им экономической стратегии развития полиграфического бизнеса, которые были согласованы собственником и Советом директоров, и которые он считал на тот момент наилучшими в интересах акционерного общества и с учетом исследования реального положения дел, исходя из сопутствующих фактических обстоятельств (сложившейся внутренней и внешней экономической ситуации на полиграфическом рынке и рынке вообще), специфики производства. Сделка по покупке печатной машины изначально была заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица, оборотные средства приобретались, чтобы в дальнейшем предприятию выйти из финансового кризиса. Кредитные договоры (а также договоры хранения и безвозмездного пользования), были взаимосвязаны, объединены общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом.

Указанное подтверждается данными суду подробными пояснениями ответчика ФИО2 относительно своих действий в должности директора, который был непосредственным участником заключения спорных сделок, которые логичны и согласуются со всеми предоставленными суду документами, а также спецификой производства и бухгалтерской отчетности, нахождением АО ПИК «Офсет» в неблагоприятной финансовой ситуации, о чем свидетельствуют финансовая и годовая отчетность с 2008 по 2015 годы, расположенные на сайте общества, представленная переписка с собственником предприятия, а также сам План выхода из кризиса общества. То, что печатная машина в дальнейшем планировалась к перевозке и эксплуатации также свидетельствует представленные ответчиком суду фотографии и видео материалы, а также контракт на перевозку машины. Кроме того, в годовом отчете за 2013г. указано, что после запуска нового оборудования, комбинат планируется перевести на новый, более качественный уровень производства. Так, из указанных документов видно, что всегда приобреталось оборудование, чтобы развивать приоритетное направление деятельности предприятия, в том числе на кредитной основе. Также годовой отчет учитывал факторы риска, связанные с деятельностью общества, среди которых имеются указанные ответчиком изменения курса валют и рыночные риски и т.п.

Основания ставить под сомнение доводы ответчика, с учетом вышеприведенных обстоятельств, у суда отсутствуют. 

В соответствии с п. 6 приведенного Постановления Пленума ВАС РФ N 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков согласно ст. 15 ГК РФ. Следовательно, истец, предъявляя требования к ФИО2, как единоличному исполнительному органу общества о возмещении убытков, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, должен был доказать обстоятельства, на которые он ссылается, как на основания своих требований, а именно доказать тот факт причинения убытков обществу, их размер, противоправность действий генерального директора, наличия как неблагоприятных последствий для общества, так и причинной связи между действиями ответчика и данными неблагоприятными последствиями. Названные обстоятельства совокупности элементов, необходимых для возникновения деликтной ответственности, истцом также не доказаны, следовательно, нет оснований для применения ст. 15 ГК РФ.

Утверждение представителей истца о том, что при совершении сделки купли-продажи машины Глобал ФИО2 действовал недобросовестно, чем причинил обществу убытки, в том числе, потому что сделка по приобретению рулонной печатной машины GWSG200 производства GlobalWebSystems (США) в собственность АО ПИК «Офсет» не была согласована с советом директоров общества, в известность о ее совершении ФИО2 высшие органы управления общества не поставил, сведения о приобретении рулонной печатной машины в собственность АО ПИК «Офсет» не были отражены в бухгалтерском балансе за 2013г., и что ФИО2 должен был знать и знал о том, что сделка, стоимостью 40000000 рублей совершается на заведомо невыгодных для юридического лица условиях, в судебном заседании не нашли своего подтверждения, данные факты представителями истца в достаточной мере, в соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ, не доказаны.

Анализируя все вышеприведенные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что деятельность ответчика ФИО2 и заключенные им в период нахождения в должности генерального директора сделки от имени АО ПИК «Офсет», а именно, договор купли-продажи У/S/1 от 08.04.2013г. по приобретению рулонной печатной машины У (США) и инфракрасного сушильного устройства, кредитные договоры: У-кл от 13.03.2013г. и У-кл от 25.09.2013г. были совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности предприятия, соответствовали целям и основному виду деятельности общества, были совершены в интересах акционерного общества, были экономически необходимыми и оправданными, с учетом исследования реального положения дел, исходя из сопутствующих фактических обстоятельств, которые он посчитал наилучшим на тот момент, а также в пределах разумного и допустимого по условиям оборота предпринимательского риска, в связи с чем наличие возможных негативных последствий для общества в результате деловых просчетов в силу рискового характера предпринимательской деятельности при заключении спорных сделок не может являться основанием для привлечения его к гражданско-правовой ответственности, которая может наступить лишь при наличии неправомерных, противоправных и виновных действий. 

Доказательства же неправомерности, противоправности и виновности действий ответчика ФИО2 истцом суду не представлены, данное утверждение опровергается установленными в суде фактическими обстоятельствами и предоставленным суду вышеприведенным постановлением об отказе в возбуждении в отношении ФИО2 уголовного дела по ст. 201 УК РФ. Тот факт, что о заключении спорных сделок не было никому известно не нашел своего подтверждения в суде. Сами по себе негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, не свидетельствуют о недобросовестности и неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. 

Таким образом, в действиях ответчика, как генерального директора отсутствуют признаки недобросовестного осуществления своих прав и исполнения обязанностей в отношении общества, а также отсутствует совокупность условий ответственности, предусмотренная ст. 15 ГК РФ.

В связи с изложенным, суд не находит достаточных оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, в том числе и в части выдела доли ФИО1 А24 в общем совместном имуществе супругов - ФИО1 А25 и ФИО1 А26, состоящих в браке с 06.12.2008г., в том числе путем признания права собственности на 1/2 долю в праве собственности на: легковой автомобиль марки Peugeot 308 серого цвета, 2011 года выпуска, государственный номер У VIN У, стоимостью 200000 рублей и легковой автомобиль марки Nissan Almera серебристого цвета, 2015 года выпуска, государственный номер У У, стоимостью 300000 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Акционерного общества «Производственно – издательский комплекс «Офсет» – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хвой суд через Октябрьский районный суд Х в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Подписано председательствующим.

Копия верна.

Судья Е.В. Соловьев