Дело № 2-230/2021

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Нюрба 16 июня 2021 года

Нюрбинский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Иванова Д.Д. единолично, 

с участием представителя истца ФИО, 

ответчика ФИО, представителей ответчика ФИО, ФИО, 

при секретаре ФИО, переводчиков ФИО, ФИО, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО к ФИО о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей в размере 405 364 руб. 00 коп., расходов по уплате государственной пошлины в размере 7 254 руб. 00 коп.,

установил:

Акционерное общество ФИО обратилось в суд с вышеуказанным иском к гр. ФИО Свои исковые требования мотивировало тем, что 15.01.2018 г. между АО «Кюндядинская» и гр. ФИО заключен трудовой договор и договор о полной материальной ответственности, согласно которому коневод ФИО Г.Г. принял на себя обязательство по обеспечению сохранности вверенного ему поголовья племенных лошадей. Согласно инвентаризационному акту от 12.03.2021 была выявлена недостача 6 голов (в том числе 5 голов кобылы и 1 жеребца-производителя) на общую сумму 405 364 руб. 00 коп. Просит взыскать с ФИО материальный ущерб, причиненный по его вине в размере 405 364 руб. 00 коп., а также сумму уплаченной госпошлины в размере 7 254 руб. 00 коп. 

В судебном заседании представитель истца ФИО исковые требования поддержал в полном объеме, пояснил, что на основании приказа от 2012 года ФИО был временно принят на должность коневода в ФИО», в соответствии с трудовым договором от 2018 принял на себя 123 голов лошадей в коневодческой базе 

<

данные изъяты> что по состоянию на 2020 год была выявлена недостача 6 голов, просит исковые требования удовлетворить и взыскать материальный ущерб, причиненный по вине работника.

В судебном заседании ответчик ФИО с исковыми требованиями не согласился, мотивируя тем, что к концу 2019 года количество лошадей сократилось до 146 голов из 151, об этом он неоднократно сообщал зоотехнику ФИО, что при приеме на работу и при переводе в местность 

<

данные изъяты> поголовно не подсчитывалось точное количество лошадей, что формально подписывались акты приема-передачи лошадей. 

Представитель ответчика ФИО поддержала доводы ответчика ФИО, при этом дополнительно пояснила, что в нарушение ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации, при поступлении на работу договор о полной материальной ответственности с ФИО не заключался, а соответственно в соответствии со ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае отсутствия специального договора о полной индивидуальной материальной ответственности за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка. Кроме того указала, что в следствие отсутствия актов недостачи, падежа, либо утери невозможно определить период недостачи, что недостача или падеж лошадей в конебазах относится к нормальному хозяйственному риску. На содержании коневода ФИО приходилось свыше 100 голов лошадей, когда как согласно постановлению Правительства Республики Саха (Якутия) от 28.08.2008 года № 2350 «Об утверждении методических рекомендаций по организации труда и заработной плате коневодов и сельскохозяйственных организациях, включая индивидуальных предпринимателей», на 2008 год норма обслуживания на одного табунщика – 50 голов лошадей. Также руководство не обеспечивало условиями для проживания в конебазе «Томтор», которая расположена в 13 км. от села Кюняддя, в связи с чем просит отказать в удовлетворении искового заявления. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО с исковыми требованиями не согласилась, поддержала доводы ответчика ФИО и представителя ответчика ФИО 

В суде свидетель ФИО пояснила, что ответчик ФИО Г.Г. работает в АО ФИО с 2012 года, что в 2019-2020 году все поголовье лошадей было, лошадей передавали по акту, что ответчик ежемесячно отчитывался за оборот лошадей, в 2019 или 2020 году обнаружили недостачу 6 голов лошадей, что когда ФИО Г.Г. сообщил о недостаче она посоветовала ему подождать до следующей весны. Кроме того, пояснила, что в 2019 году коневодом работал ФИО, который в июне или июле 2019 года уволился с работы. При инвентаризации лошадей считают по чипам, и она не принимала участия при их подсчете. 

Свидетель ФИО указала, что в 2019 году никто в агрофирме не говорил о недостаче; на конеабазе, в которой работал ФИО более 120 голов лошадей; недостачу обнаружили в 2021 году; инвентаризацию проводил зоотехник, ежемесячно составлялся отчет на основании оборотов, который предоставляли табунщики, до 2021 года недостачи в АО «Кюндядинская» не было.

Свидетель ФИО указал, что в июне 2019 года он уволился с АО ФИО где работал коневодом. Инвентаризация была проведена в 2018 году, однако, лошадей тогда поголовно не считали, составили акт приема-передачи, сидя в конторе. В 2020 году к нему обращался ФИО Г.Г. за советом по поводу пропажи лошадей, при этом он сказал, что сообщил зоотехнику о пропаже 6 голов, на что зоотехник ФИО посоветовала подождать. Полагает, что пропавший табун пропал в 2019 году, что при пропаже должны были быть обнаружены их трупы.

Свидетель ФИО показал, что в 2019-2020 г. помогал своему брату ФИО по работе.

Свидетель ФИО показал, что работает в АО ФИО селекционером-зоотехником. В начале 2020 года составил акт приемки-передачи за 2019 год, где обнаружилась недостача 6 голов лошадей. Пояснил, что лошадей поголовно не считали. Подтвердил, что при явной недостаче 6 голов лошадей фактически в акте указывалось, что недостачи не имеется.

Свидетель Свидетель №2 показала, что в 2019 году работала специалистом в отделе кадров АО ФИО и что с работником ФИО действительно при приеме его на работу договор о полной материальной ответственности не составлялся. 

Свидетель ФИО пояснил, что в 2019 году помогал ФИО в поиске пропавших 6 голов лошадей, других деталей по делу не знает. 

Изучив представленные доказательства, заслушав мнения сторон, показания свидетелей суд приходит к следующему: 

АО ФИО на основании Устава и выписке из Единого государственного реестра юридических лиц является юридическим лицом, основным видом деятельности которого, в том числе является разведение крупного рогатого скота.

Из материалов дела следует, что стороны состояли в трудовых отношениях, что сторонами не оспаривается.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 (ред. от 28.09.2010) "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. При рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба. 

На основании докладной селекционера ФИО от 02.03.2021 г. была обнаружена недостача 6 голов лошадей в АО «Кюндядинская», в связи с чем на основании приказа №33 от 03.03.2021 г. ФИО за совершение дисциплинарного проступка, то есть за ненадлежащее исполнение работником возложенных на него обязанностей, за систематическое невыполнение приказов руководителя был объявлен выговор. 

Согласно акту №1 по состоянию на 30 марта 2021 года в АО ФИО имеется недостача 6 голов, в том числе: жеребца производителя в количестве 1 головы масти «Ала турагас» с номером чипа 643014000013575 с живым весом 490 кг. с балансовой стоимостью 51 289 руб.; кобылы в количестве 1 головы масти «Могул» с номером чипа 643014000012928 с живым весом 483 кг. с балансовой стоимостью 70 815 руб.; кобылы в количестве 1 головы масти «Кегеччер» с номером чипа 900119000542470 с живым весом 483 кг. с балансовой стоимостью 70 815 руб.; кобылы в количестве 1 головы масти «Урун сур» с номером чипа 643014000013212 с живым весом 483 кг. с балансовой стоимостью 70 815 руб.; кобылы в количестве 1 головы масти «Сиэр» с номером чипа 900119000542471 с живым весом 483 кг. с балансовой стоимостью 70 815 руб.; кобылы в количестве 1 головы масти «Сиэр» с номером чипа 643014000012825 с живым весом 483 кг. с балансовой стоимостью 70 815 руб. 

В результате сумма недостачи составила 405 364 руб. 00 коп.

В связи с вышеуказанным актом на основании приказа №53 от 30 марта 2021 года на коневода ФИО возложена обязанность по возмещению ущерба путем удержания указанной суммы из заработной платы работника ФИО

Из объяснений ответчика ФИО следует, что он не согласен с взысканием с него ущерба, так как при приеме-передаче лошадей в 2019 году после увольнения ФИО не было поголовного учета лошадей. 

Приказом от 01.04.2021 года №22-К ФИО Г.Г. был уволен с АО ФИО на основании п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 №85 «Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности» утверждена типовая форма о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности (приложение №4), согласно которой решение работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности оформляется приказом (распоряжением) работодателя и объявляется коллективу (бригаде). Приказ (распоряжение) работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности прилагается к договору. Комплектование вновь создаваемого коллектива (бригады) осуществляется на основе принципа добровольности. При включении в состав коллектива (бригады) новых работников принимается во внимание мнение Коллектива (бригады). Руководство коллективом (бригадой) возлагается на руководителя коллектива (бригадира). Руководитель коллектива (бригадир) назначается приказом (распоряжением) работодателя. При этом принимается во внимание мнение коллектива (бригады). При временном отсутствии руководителя коллектива (бригадира) его обязанности возлагаются работодателем на одного из членов коллектива (бригады). При смене руководителя коллектива (бригадира) или при выбытии из коллектива (бригады) более 50 процентов от его первоначального состава настоящий договор должен быть перезаключен. Договор не перезаключается при выбытии из состава коллектива (бригады) отдельных работников или приеме в коллектив (бригаду) новых работников. В этих случаях против подписи выбывшего члена коллектива (бригады) указывается дата его выбытия, а вновь принятый работник подписывает договор и указывает дату вступления в Коллектив (бригаду).

С договором о полной индивидуальной материальной ответственности без №__/19 между работодателем и работником ФИО ответчик ФИО ознакомлен и поставил свою подпись лишь 31 марта 2021 года, то есть до дня увольнения 01 апреля 2021 года, что также не оспаривается представителем истца и свидетелями. 

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказывания возлагается на работодателя, в частности: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. 

Статьей 244 ТК РФ в качестве основания для возложения на работников полной материальной ответственности за недостачу вверенных им товарно-материальных ценностей предусмотрено наличие заключенных между этими работниками и их работодателями письменных договоров о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности. 

Причины возникновения недостачи работодателем не установлены и доказательств этого в материалах дела не имеется. Представленные в материалах дела ежемесячные и квартальные отчеты по обороту лошадей АО ФИО за 2019, 2020, 2021 годы, как установлено в судебном заседании, и как подтверждается самими работниками агрофирмы составлялись не по фактическим данным, то есть не соответствовали действительному количеству имеющихся лошадей и кобыл. 

В суде действительно установлено, что недостача 6 голов лошадей была обнаружена уже в 2019 году, что подтверждает свидетель ФИО, который пояснил, что в выписке из реестра лошадей конебазы 

<

данные изъяты> по состоянию на 2019 год им собственноручно указано количество недостающего поголовья. 

Таким образом, в момент пропажи 6 голов лошадей договор о полной индивидуальной материальной ответственности между АО «Кюндядинская» и ответчиком ФИО не был заключен, следовательно, не соблюдены правила заключения договора о полной материальной ответственности, что относится к обстоятельству, имеющему существенное значение по делу. 

Судом установлено, что после увольнения предыдущего коневода ФИО ответчик ФИО принял стадо лошадей без поголовного подсчета, ответчик неоднократно сообщал о недостающих 6 головах лошадей с 2019 года, однако, руководством данный факт пропажи 6 голов лошадей был оставлен без внимания, суду не представлены доказательства соблюдения работодателем выявления недостачи в законном порядке. 

Доказательств наличия вины ответчика ФИО в причинении недостачи, причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом истец в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суду не представил. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований акционерного общества ФИО к ФИО о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную Коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) через Нюрбинский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме

Изготовлено мотивированное решение в окончательной форме 21.06.2021.

Судья: п/п Д.Д. Иванов

Верно.

Судья Нюрбинского районного суда 

Республики ФИО1 Иванов