72RS0№-40

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

26 января 2024 года город Тюмень 

Калининский районный суд города Тюмени в составе: 

председательствующего судьи Дубровина Е.А., 

при помощнике ФИО1,

с участием прокурора Калининского округа города Тюмени в лице помощника ФИО6,

с применением средств аудиопротоколирования хода судебного разбирательства, видеоконференцсвязи, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 к ООО «ЛУКОЙЛ-АИК» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что с 10 мая 2006 года по 30 июля 2019 года ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «ЛУКОЙЛ-АИК» в должности машиниста подъемника 7 разряда цеха специальной промысловой техники. Условия труда ФИО2 не соответствовали санитарно-эпидемиологическим требованиям по химическому фактору, шуму, общей вибрации, что было выявлено санитарно-гигиенической характеристикой условий труда от 24 июля 2019 года за №, составленной ТО Управления Роспотребнадзора по ХМАО-Югре в городе Когалым. Согласно медицинскому заключению о наличии профессионального заболевания от 2 октября 2020 года № Автономного учреждения ХМАО-Югра «Центр профессиональной патологии» установлена причинно-следственная связь между имеющимися к ФИО2 основными заболеваниями и условиями труда в должности машиниста подъемника 7 разряда цеха специальной промысловой техники ООО «ЛУКОЙЛ-АИК». Актами № и № от 3 февраля 2021 года у ФИО2 подтверждено наличие профессиональных заболеваний. Справками МСЭ-2011 № и № от 5 сентября 2022 года установлены утраты профессиональной трудоспособности 19 августа 2022 года, бессрочно.

Представитель истца – ФИО3, действующая на основании доверенности (л.д.32), исковые требования поддержала по заявленным основаниям.

Представитель ответчика – ФИО4, действующая на основании доверенности, просила снизить компенсацию морального вреда, мотивируя тем, что размер утраты профессиональной трудоспособности составляют лишь 10% и 20%, что соответствует незначительному снижению квалификации.

Представитель третьего лица ООО «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ» - ФИО5, ФИО6, а также представитель третьего лица ООО «ЛУКОЙЛ – Западная Сибирь» - ФИО7, действующие на основании доверенности, полагали, что иск подлежит удовлетворению частично.

Третье лицо ООО «КАТКОНЕФТЬ» на судебное заседание не явился при его надлежащем извещении, причину неявки суду не сообщил, возражений по иску не представил.

Суд, выслушав пояснение лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в разумных пределах, установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам:

С 10 мая 2006 года по 30 июля 2019 года ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «ЛУКОЙЛ-АИК» в должности машиниста подъемника 7 разряда цеха специальной промысловой техники, что подтверждается сведениями из трудовой книжки ВТ-I № (л.д.7-13).

Главным государственным санитарным врачом по ХМАО-Югре была утверждена Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания за № от 24 июля 2019 года в отношении ФИО2. Согласно указанной характеристики на ФИО2, работавшего машинистом подъёмника 7-го разряда в ООО «ЛУКОЙЛ-АИК», в процессе трудовой деятельности воздействуют следующие вредные производственные факторы, не соответствующие требованиям нормативных документов:

Химический: согласно протокола измерений (оценки) химического фактора №-Х от 22 апреля 2014 года фактические значения концентрации углеводородов алифатических предельных С1-С10 (в перерасчета на С) в рабочей зоне площадки подъёмного агрегата АПР-60 максимальное разовое составило – 580 мг/м3, в кабине автомобиля (управление подъёмником) – максимально разовое составило – не менее 150 мг/м3; среднесменное – 319 мг/м3; ПДК м.р./ ПДК ср.см.: 900/300 мг/м3; величина отклонения среднемесячного значения: 19мг/м3.

Шум: согласно протокола измерений (оценки) шума №-Ш от 22 апреля 2014 года., фактическое значение эквивалентного уровня звука на рабочем месте машиниста подъёмника (Подъёмный агрегат АПР 60) составил 93 дБА, нормативное значение уровня звука – 80 дБА; величина отклонения 13 дБА; согласно протокола измерения уровня шума на рабочих местах № Ф.К. от 17 июля 2019 года, фактическое значение эквивалентного уровня смены на рабочем месте машиниста подъёмника 7 разряда составил 84,2 дБА, нормативное значение уровня звука – 80 дБА; величина отклонения 4,2 дБА;

Общая вибрация: Согласно протокола измерений общей вибрации № Ф.К. от 17 июля 2019 года, фактическое значение эквивалентного уровня виброусиления на рабочем месте, машиниста подъёмника 7 разряда (во время работы с насосным блоком НЦ-320. Процесс раскатки и замера трубы) по осям ортогональной системы координат (X, Y, Z) составило: ось Х – 99,3 дБ, ось Y – 101,2 дБ, ось Z -103,6 дБ; нормативное значение по осям Х, Y – 97 дБ, Z – 100дБ; величина отклонения по осям Х – 2,3 дБ, Y – 4,2 дБ, Z – 3,6 дБ.

Условия труда ФИО2 на протяжении профессионального маршрута в должности машиниста подъёмника не соответствуют санитарно-эпидемиологическим требованиям по химическому фактору, шуму, общей вибрации (л.д.16-23).

Согласно медицинского заключения о наличии профессионального заболевания от 2 октября 2020 года № Автономное учреждение ХМАО-Югра «Центр профессиональной патологии» причинно-следственная связь между имеющимся основанным заболеванием «Вибрационная болезнь начальные проявления (1-я степень), связанная с воздействием общей вибрации (проявлении: хроническая демиелинизирующая полиневропатия верхних и нижних конечностей с поражением дистальных отделов умеренной степени выраженности, сенсорная форма, перифирический ангиодистонический синдром верхних конечностей)» и условиями труда на момент проведения экспертизы установлена. Причинно-следственная связь между имеющимся основным заболеванием «Потеря слуха, вызванная шумом (хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость 1 степени)» и условиями труда на момент проведения экспертизы установлена (л.д.24-25).

3 февраля 2021 года ТО Управления Роспотребнадзора по ХМАО-Югре, с участием представителя ООО «ЛУКОЙЛ-АИК», был составлен и подписан акт № о случае профессионального заболевания, согласно которого ФИО2 был выставлен диагноз: Т 75.2 Вибрационная болезнь начальные проявления (1-я степень), связанная с воздействием общей вибрации (проявления: хроническая демиелинизирующая полиневропатия верхних и нижних конечностей с поражением дистальных отделов умеренной степени выраженности, сенсорная форма, периферический ангиодистонический синдром верхних конечностей), который был выявлен впервые 2 октября 2020 года. Заболевание возникло в результате воздействия вредных производственных факторов в процессе трудовой деятельности, вины работника при это установлено не было (л.д.38-48).

3 февраля 2021 года ТО Управления Роспотребнадзора по ХМАО-Югре, с участием представителя ООО «ЛУКОЙЛ-АИК», был составлен и подписан акт № о случае профессионального заболевания, согласно которого ФИО2 был выставлен диагноз: Н 83.3 Потеря слуха, вызванная шумом (хроническая двусторонняя хроническая тугоухость 1 степени), который был выявлен впервые 2 октября 2020 года. Заболевание возникло в результате воздействия вредных производственных факторов в процессе трудовой деятельности, вины работника при это установлено не было (л.д.49-59).

Согласно справки МСЭ-2011 № ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10% в связи с профессиональным заболеванием с 19 августа 2022 года бессрочно (л.д.28).

Согласно справки МСЭ-2011 № ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 20% в связи с профессиональным заболеванием с 19 августа 2022 года бессрочно (л.д.28).

В силу ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право, в том числе на: рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст.214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда.

Как следует из положений ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Суд находит, что вред здоровью был причинен истцу вследствие использования механизмов работодателя, при этом работодатель не обеспечил работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, что следует из актов о случае профессионального заболевания. С выводами, содержащимися в указанных актах работодатель согласился и в судебном порядке не оспорил.

Ответчик не представил доказательств отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников.

В силу ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

На основании ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Таким образом, суд находит, что истец вправе требовать с Ответчика (работодателя) выплаты компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суд учитывает, в числе других обстоятельств, как то длительность вредных воздействий на организм, который составляет более 13 лет, значимость для работника нематериальных благ, степень утраты профессиональной трудоспособности, которая составляет 10% и 20%, отсутствие вины работника в причинении вреда. 

С учетом всех обстоятельств дела, разумности компенсации находит, что размер заявленных требований истца является явно завышенным. 

Суд находит, что разумными будет считаться компенсация морального вреда в размере 400000 рублей, которая и подлежит взысканию с ответчика.

Руководствуясь ст.ст.21, 214, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст.ст.151, 1064, 1079, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», ст.ст.12, 56, 67, 68, 98, 103 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд –

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО2 к ООО «ЛУКОЙЛ-АИК» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ЛУКОЙЛ-АИК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «ЛУКОЙЛ-АИК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход муниципального образования город Тюмени государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы, представления через Калининский районный суд города Тюмени.

Председательствующий судья: Дубровин Е.А.

Мотивированное решение изготовлено 20 февраля 2024 года.