дело № 2-776/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 июня 2018 года г.Норильск 

Норильский городской суд (в районе Талнах) Красноярского края в составе: председательствующего судьи Ивановой Т.В.,

при секретаре Козиновой Т.В., 

с участием прокурора Бусловской Л.А.,

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей за себя, и как законный представитель несовершеннолетних детей ФИО17, к Обществу с ограниченной ответственностью «Норильскникельремонт» о признании недействительными отдельных положений акта о несчастном случае на производстве и компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого родственника,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, действующая за себя, и как законный представитель несовершеннолетних детей - ФИО5 и ФИО6 обратилась в суд с требованиями к Обществу с ограниченной ответственностью «Норильскникельремонт» (ООО «Норильскникельремонт») о признании недействительными отдельных положений акта о несчастном случае на производстве, составленного по факту гибели ее супруга ФИО7, и компенсации морального вреда, причиненного его гибелью ей и несовершеннолетним дочерям, в размере 1000000 рублей в пользу каждой, мотивируя следующим. 

ДД.ММ.ГГГГ в результате несчастного случая на производстве в ООО «Норильскникельремонт» погиб ее супруг ФИО7, являющийся отцом их несовершеннолетних детей ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ДД.ММ.ГГГГ работодателем был утвержден Акт о несчастном случае, согласно разделам 9 и 10 которого, одной из причин наступления несчастного случая является нарушение ее супругом ст.ст. 212, 214 Трудового кодекса РФ, п.1.15.7 Инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника ООО «Норильскникельремонт» РМСТ «Норильскникельремонт» ИОТ №.

Пунктом 10.46 коллективного договора ООО «Норильскникельремонт» предусмотрено, что в случае смерти потерпевшего не связанной с его виновными действиями, общий размер возмещения его семье морального вреда составляет 2000000 рублей, в остальных случаях – 310000 рублей.

ООО «Норильскникельремонт» выплачена компенсация морального вреда ей с детьми в размере 310000 рублей.

Полагала, что работодателем не доказано наличие виновных действий супруга, в связи с чем размер компенсации морального вреда необоснованно уменьшен.

При расследовании несчастного случая и доследственной проверки по данному факту, было установлено, что технологический проем, в который во время работы на высоте ДД.ММ.ГГГГ упал супруг, оставался открытым с ведома ответственных работников с ДД.ММ.ГГГГ, и на момент несчастного случая, был прикрыт листом металла и фрагментом транспортной ленты, что исключало возможность визуального обнаружения непосредственной опасности, защитное ограждение у технологического проема отсутствовало. Выполнение обязанностей в районе технологического проема на высоте было поручено супругу его непосредственным руководителем устно, без инструктажа по технике безопасности, письменное задание с определением мер безопасности не выдавалось, текущий инструктаж не проводился, опасные производственные факторы до сведения не доводились, в связи с чем, о наличии открытого технологического отверстия он не мог знать. 

По результатам периодического медицинского осмотра от ДД.ММ.ГГГГ у супруга были выявлены медицинские противопоказания для работы на высоте, в связи с чем данные работы работодатель поручать ему не должен был.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что смертельной травме предшествовало обострение хронической ишемической болезни сердца в результате чрезмерной нагрузки, стресса и сосудистого криза с резким повышением артериального давления. 

С учетом характера порученных работ и состояния здоровья супруга, по мнению истца, несчастный случай мог произойти ввиду резкого ухудшения самочувствия, в результате чего супруг мог потерять ориентацию, наступить на непрочную поверхность и упасть с высоты, о чем также указано в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ по факту несчастного случая. Поэтому в действиях супруга не было грубой неосторожности.

Данные обстоятельства при принятии решения о размере компенсации морального вреда работодателем не были учтены, в связи с чем выводы в п.п. 9.4, 10.3 Акта Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденном ДД.ММ.ГГГГ о нарушении супругом требований ст.ст. 212, 214 Трудового кодекса РФ, п.1.15.7 Инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника ООО «Норильскникельремонт» РМСТ «Норильскникельремонт» ИОТ №, неверны.

Истцы являются единственными наследниками умершего, в результате смертельного несчастного случая всем им причинены невосполнимая утрата и тяжелые нравственные страдания и переживания, поскольку они лишись близкого человека, с которым длительное время жили одной семьей, заботились и помогали, супруг фактически был единственным кормильцем. 

В судебном заседании истец ФИО1, действующая за себя, и как законный представитель несовершеннолетних дочерей ФИО16 на заявленных требованиях настаивала по указанным в исковом заявлении основаниями, просила требования удовлетворить в полном объеме. Также пояснила, что свидетели происшедшего объясняли, что проем, куда упал супруг, не был прикрыт, что свидетельствует о нарушениях со стороны ответчика, а не супруга. После смерти супруга находилась в длительной депрессии, в стрессовом состоянии, до сих пор не может рассказать младшей дочери о гибели отца.

Представитель ответчика ООО "Норильскникельремонт" – ФИО2, действующая на основании доверенности № ННР/7 от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании с исковыми требованиями истца не согласилась, просила в удолвтеоврении заявленных требований отказать, поддержала представленные возражения, из которых следует, что при расследовании несчастного случая, происшедшего с погибшим ФИО7, было установлено, что он также являлся лицом, который проигнорировал требования запрещающего знака и находился в опасной зоне, чем нарушил п. 1.15.7 инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника ООО «Норильскникельремонт» РМСТ «Норильскникель-ремонт» ИОТ №. Комиссия верно установила, что технологический проем, в который упал ФИО7, был огорожен сигнальной лентой, также был вывешен предупреждающий знак. Кроме этого, в силу ст. 231 Трудового кодекса РФ, разногласия при несогласии с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на проведение государственного надзора и контроля за соблюдением трудового законодательства, а уже решения федерального органа – могут быть обжалованы в суд. Между тем истец с момента утверждения Акта в 2016 года, его не оспаривала, в их адрес о несогласии с актом не обращалась. Возмещение морального вреда в размере 2000000 рублей - согласно положений коллективного договора, производится только в том случае, если смерть потерпевшего не связана с его виновными действиями, однако в п. 9 Акта о несчастном случае были установлены причины несчастного случая, а в п. 10 – установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда, одним из которых является слесарь-ремонтник ФИО7

Привлеченная по делу в качестве третьего лица Государственная инспекция труда в Красноярском крае представителя в судебное заседание не направила, просила о рассмотрении дела в их отсутствие, возражений не представила. 

Выслушав истца, представителя ответчика, заключение прокурора Бусловской Л.А., полагавшей требования истца подлежащими удовлетворению в части компенсации морального вреда в разумных пределах и в отказе в признании недействительными положений акта о несчастном случае, исследовав материалы дела и оценив доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Согласно ст. 214 Трудового кодекса РФ работник обязан соблюдать требования охраны труда.

В силу ст. 227 Трудового кодекса РФ, расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

На основании ч. 1 ст. 229 Трудового кодекса РФ, для расследования несчастного случая работодатель незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек, в которую включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда.

При расследовании несчастного случая со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта РФ или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя) (ч. 2 ст. 229 ТК РФ).

Как определено ст. 229.1 Трудового кодекса РФ, расследование несчастного случая со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 дней.

Порядок проведения расследования несчастных случаев установлен статьей 229.2 Трудового кодекса РФ, оформления материалов расследования несчастных случаев - положениями ст. 230 Трудового кодекса РФ, из которых следует, что по несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме. 

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда (ст. 230 ТК РФ).

В соответствии со ст. 231 Трудового кодекса РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд.

В судебном заседании установлено, что ФИО7. с ДД.ММ.ГГГГ осуществлял трудовую деятельность в ООО «Норильскникельремонт» в должности слесаря-ремонтника. 

ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей ФИО7 получил производственную травму, вследствие которой наступила его смерть.

Во исполнение требований ст. 227 Трудового кодекса РФ, в порядке, предусмотренном ст.ст. 228, 229 Трудового кодекса РФ, ДД.ММ.ГГГГ ООО «Норильскникельремонт» была создана комиссия и проведено расследование несчастного случая, составлен Акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве №, утвержденный ООО «Норильскникельремонт» ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно указанному акту, составленному комиссией по расследованию причин и обстоятельств произошедшего несчастного случая, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай произошел при выполнении работ по демонтажу защитного кожуха раздаточного бункера СМЖ-2В № бетосмесительного отделения (БСО) участка сборного железобетона, бетона и растворов завода строительных материалов и конструкций ООО «Норильский обеспечивающий комплекс» на территории завода железобетонных изделий, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ был демонтирован раздаточный ствол секции № раздаточного бункера СМЖ-2В № Бетоносмесительного отделения на отметке +4,80 м, поскольку при разгрузке в раздаточный ствол из него вытекал бетон. На месте демонтированного раздаточного ствола, остался открытый технологический проем, через который просматривалась нулевая отметка здания БСО. Технологический проем был отгорожен с двух сторон сигнальной лентой и установлен предупреждающий знак «Стой! Опасно для жизни», впоследствии технологический проем был закрыт листом металла и фрагментом транспортной ленты.

ДД.ММ.ГГГГ в смену с 16.00 до 00.00 часов работники ООО «Норильскникельремонт» ФИО7 и ФИО8 получили задание на оперативное обслуживание электрооборудования до 1000 В, систем тепловодоснабжения, механо-технологического оборудования. В 16 часов 50 минут им поступила устная заявка от начальника смены ФИО9, без выдачи сменного задания и инструктажа по охране труда и мер безопасности, снять нижний кожух с продольной тележки раздаточного бункера СМЖ-2В № БСО на отметке +4,80 м, куда работники направились выполнять заявку.

Находясь на отметке + 4,80 м бетосмесительного отделения раздаточного бункера СМЖ-2В №, при выполнении работ по техническому обслуживанию продольной тележки раздаточного бункера произошло падение ФИО7 в технологический проем. Очевидцев обстоятельств падения ФИО7 в технологический проем не имелось. При этом установлено, что в момент несчастного случая у технологического проема отсутствовало защитное ограждение, служащее для предотвращения непреднамеренного доступа работника к границе перепада по высоте.

Согласно заключению периодического медицинского осмотра КГБУЗ «Норильская городская поликлиника №» от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО7 выявлены медицинские противопоказания для работы на высоте.

Из медицинского заключения № от ДД.ММ.ГГГГ Норильского городского судебно-медицинского отделения ГКБУЗ «

<

адрес>вое бюро судебно-медицинских экспертиз» у ФИО7 имелась тупая сочетанная травма головы и шейного отдела позвоночника, которая состояла в прямой причинной связи с наступлением смерти. Также при микроскопическом исследовании сердца обнаружены признаки острых диффузных ишемических изменений клеток сердечной мышцы, признаки острых нарушений сердечного ритма, которые могут являться следствием как травмы шейного отдела спинного мозга в результате повреждения сосудодвигательного центра, так и предшествующего травме обострения хронической ишемической болезни сердца в результате чрезмерной для возраста и физической нагрузки, психоэмоциональных расстройств (стресс), сосудистого криза с резким повышением артериального давления. 

Причиной несчастного случая явились – в качестве основной - неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, выразившиеся в отсутствие защитного ограждения технологического проема (п. 9.1); сопутствующие причины – недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в допуске работников к выполнению работ по снятию кожуха с продольной тележки раздаточного бункера, без проведения с ними инструктажа по охране труда с указанием требований и мер безопасности (п. 9.2); неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостаточном контроле со стороны должностных лиц за проведением ремонтных работ (п. 9.3). Также установлено несоблюдение работником (ФИО7) трудового распорядка и дисциплины труда, выразившиеся в не соблюдении запрещающего знака и нахождения в опасной зоне, чем нарушены требования ст.ст. 212, 214 Трудового кодекса РФ, п.1.15.7 Инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника ИОТ №.

Лицами допустившими нарушения требований охраны труда установлены ФИО9 – начальник смены УСЖББ и Р ЗСМ и К ООО «НОК», который не организовал должным образом и допустил выполнение ремонтных работ работников смены без проведения с ними инструктажа по охране труда. Нарушив положения должностной инструкции и Положения об организации безопасного производства работ при ежесменном техническом обслуживании механотехнологического оборудования оперативным дежурным персоналом РМСТ «Норильскэнергоремонт» ООО «Норильскникельремонт» в подразделениях ЗСМ и К ООО «НОК»; не установил защитное ограждение технологического проема, нарушив Должностную инструкцию начальника смены (п. 10.1); ФИО10 – и.о. производителя работ участка № РМСТ «Норильскэнергоремонт» ООО «Норильскникельремонт», не обеспечивший контроль за состоянием защитного ограждения в соответствие с требованиями безопасности (п.10.2); слесарь-ремонтник участка № РМСТ «Норильскэнергоремонт» ООО «Норильскникельремонт» ФИО7, проигнорировавший требования запрещающего знака и находившийся в опасной зоне, нарушивший п.1.15.7 Инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника ИОТ № и ст. 214 Трудового кодекса РФ (п. 10.3).

Из п. 1.15.7 инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника РМСТ «Норильскэнергоремонт» ООО «Норильскникельремонт» ИОТ № следует, что слесарь–ремонтник обязан выполнять требования знаков безопасности (предупреждающих, запрещающих, указывающих) и следить за наличием ограждений опасных зон на рабочих местах. 

Таким образом, комиссией в том числе установлен факт невыполнения требований инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника в действиях пострадавшего ФИО7

Разрешая заявленные требования о признании п.п. 9.4, 10.3 Акта Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденном ДД.ММ.ГГГГ о нарушении ФИО7 требований ст.ст. 212, 214 Трудового кодекса РФ, п.1.15.7 Инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника ООО «Норильскникельремонт» РМСТ «Норильскникельремонт» ИОТ №, суд на основании анализа и оценки по правилам ст. 67 ГПК РФ представленных по делу письменных доказательств, с учетом положений статей 221, 227 - 231 Трудового кодекса РФ и требований ст. 56 ГПК РФ, приходит выводу, что представленные доказательства достоверно не подтверждают отсутствие нарушений в действиях пострадавшего, поскольку в силу закона на работнике лежит обязанность соблюдать требования охраны труда, между тем, установлено нарушение данных требований.

Описанные в акте о несчастном случае на производстве, оспариваемые истцом, обстоятельства несчастного случая основаны на материалах проведенного расследования, созданной комиссией по расследованию несчастного случая, которой опрашивались очевидцы происшедшего и анализировались представленные документы, выводы о причинах несчастного случая и виновных лицах сделан комиссионно.

Из постановления от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по факту гибели ФИО7 следует, что нарушения, допущенные ФИО9, который не выдал письменное задание на проведение работ и не провел инструктаж, не обеспечил безопасный проход работников к рабочему месту, не проверил наличие люка на существующем проеме, не состоят в причинной связи с наступившими последствиями, так как ФИО7 видел заграждающую ленту, должен был предполагать, что в данном месте имеется опасность для жизни, при том, что никакие работы в месте проема ему поручены не были.

Само по себе наличие у ФИО7 признаков острых диффузных ишемических изменений клеток сердечной мышцы и констатация данного факта в медицинском заключении, в условиях отсутствия безусловных доказательств наличия причинно-следственной связи между смертью пострадавшего и наличием данных признаков, не может служить достаточным основанием для вывода об отсутствии нарушений со стороны работника требований охраны труда. Такая связь должна быть установлена заключением судебно-медицинской экспертизы, однако в экспертном заключении указано, что непосредственной причиной смерти пострадавшего является тупая сочетанная травма головы и шейного отдела позвоночника, которая состояла в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Ссылки истца на пояснения ФИО8 о том, что об открытом люке, прикрытом листом, их не ставили в известность, сигнальная лента была натянута только с одной стороны бункера, ограждения не было, не опровергают выводов комиссии о причинах несчастного случая, поскольку в действия работодателя установлены нарушения в сфере охраны труда, однако в силу закона и локальных нормативных актов работник не должен выполнять распоряжений, если они противоречат требованиям безопасности и не приступать к работам при наличии опасности ее выполнения.

Обстоятельства несчастного случая описаны в оспариваемых разделах акта, в соответствии с требованиями ч. 9 ст. 229 Трудового кодекса РФ, Постановления Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №, основаны на материалах расследования данного происшествия, проведенного в установленном порядке соответствующими полномочными лицами, с участием представителей государственных органов надзора и контроля, выводы о нарушении требований охраны труда, в том числе пострадавшим ФИО7, сделаны комиссионно, оснований с ними не согласиться суд не находит.

Поэтому правовых оснований для признания недействительными п.п. 9.4, 10.3 Акта Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, у суда не имеется. 

В связи с чем, на основании вышеприведенных положений закона, проанализировав процессуальные позиции сторон, исследовав представленные доказательства, и оценив доказательства в их совокупности, суд полагает требования истца о признания недействительными п.п. 9.4, 10.3 Акта Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, подлежащими отказу в удовлетворении. 

Разрешая требования о компенсации морального вреда, суд учитывает, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Согласно пункту 6 статьи 8, статьей 12 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу. Защита гражданских прав осуществляется, наряду с другими способами, в том числе и путем компенсации морального вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения и т.п.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

На основании пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Истцы ФИО1, являющаяся супругой погибшего ФИО7, и ее несовершеннолетние дети - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются близкими родственниками погибшего, что подтверждается копиями свидетельств о рождении ФИО3 и ФИО4, свидетельства о заключении брака между ФИО1 и ФИО7, проживали одной семьей. 

В связи с гибелью ФИО7 истцы просят взыскать с ООО «Норильскникельремонт» компенсацию морального вреда, причиненного в результате гибели их близкого родственника при выполнении им трудовой функции, в размере 1000 000 рублей в пользу каждого.

Согласно ст. 220 Трудового кодекса РФ, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

К правоотношениям по компенсации работодателем морального вреда, причиненного работнику при исполнении трудовых обязанностей, применяются положения Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со ст. 5 Трудового кодекса РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией РФ, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), иных федеральных законов и законов субъектов РФ, содержащих нормы трудового права.

Согласно п. 10.46 действующего в ООО «Норильскникельремонт» Коллективного договора на 2015-2018 годы, в случае смерти работника в результате несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, если смерть потерпевшего не связана с его виновными действиями (бездействием), общий размер возмещения его семье морального вреда составляет 2000000 рублей, в остальных случаях - 310000 рублей.

Из пояснений ФИО1, которые подтвердил представитель ответчика, следует, что ей и ее дочерям ответчиком в качестве компенсации морального вреда выплачена сумма 310000 рублей, исходя из того, что в действиях супруга ответчик установил его виновность в происшедшем несчастном случае.

Также на основании положений Коллективного договора ФИО1 получила иные гарантии, установленные для членов семьи погибшего при исполнении трудовых обязанностей работника. 

Также, на основании приказа генерального директора ООО «Норильскникельремонт» № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена ежемесячная материальная помощь в размере 40000 рублей до наступления совершеннолетия детей. 

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Также должны учитываться степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ (ст. 1099 ГК РФ).

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации определяется в каждом конкретном случае, исходя из заслуживающих внимания обстоятельств.

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда, с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Суд исходит из того, что ФИО7 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, его смерть наступила вследствие несчастного случая на производстве при выполнении трудовых обязанностей, работа выполнялись по заданию работодателя, который, в силу ст. 212 ТК РФ, обязан был обеспечить безопасные условия труда. Несчастный случай на производстве произошел в результате нарушения работодателем требований, предъявляемых к безопасности работ и охране труда, ненадлежащим обеспечением контроля за организацией и проведением работ, так и установленными нарушениями со стороны работника, что подтверждается актом о несчастном случае.

При установленных обстоятельствах доводы представителя ответчика об отсутствии доказательств причинения морального вреда суд отклоняет как необоснованные.

Признавая факт и характер нравственных страданий истцов ФИО1, ФИО5 и ФИО6 в связи с невосполнимой утратой ими супруга и отца, принимая в качестве обоснованных их доводы о перенесенных негативных эмоциях и переживаниях в результате причиненного горя, применяя вышеизложенные нормы действующего законодательства, суд считает их требования о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению. 

При этом суд учитывает характер и обстоятельства причинения нравственных страданий каждому из истцов, степень родства, взаимной привязанности и душевной близости с погибшим супругом и отцом ФИО7, принятие ответчиком мер к компенсации морального вреда в добровольном порядке, степень вины ответчика в наступлении смерти пострадавшего, связанной в том числе с необеспечением безопасных условий труда, действий самого пострадавшего, а также требования разумности и справедливости.

Оценив эти обстоятельства в совокупности, суд полагает заявленный каждым из истцов размер требований завышенным и считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, исходя из установленных обстоятельств, подлежащий взысканию с ООО «Норильскникельремонт» в пользу истцов в размере 530000 рублей в пользу каждого, признавая данные суммы разумным и справедливым размером денежной компенсации морального вреда. 

В соответствии со ст. 98 и ст. 103 ГПК РФ взысканию с ответчика ПАО в доход местного бюджета муниципального образования город Норильск подлежит государственная пошлина, от уплаты которой освобождены истцы, удовлетворенным требованиям неимущественного характера в сумме 900 рублей (300 руб. + 300 руб. + 300 руб.).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, действующей за себя и как законный представитель несовершеннолетних детей ФИО3 и ФИО4, к Обществу с ограниченной ответственностью «Норильскникельремонт», удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Норильскникельремонт» в пользу ФИО1, ФИО3 и ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 530000 рублей, в пользу каждой.

В остальной части исковых требований, отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Норильскникельремонт» в доход местного бюджета муниципального образования городской округ Норильск государственную пошлину в размере 900 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд в течение одного месяца, со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Иванова

Мотивированно решение изготовлено 03 июля 2018 года