Дело № 2-16/2025

УИД: 50MS0307-01-2025-001504-12

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Наро-Фоминск

Московская область 22 августа 2025 года

Наро-Фоминский городской суд Московской области, в составе председательствующего судьи Царёвой ФИО45

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самощенковой ФИО44

с участием старшего помощника Наро-Фоминского городского прокурора Московской области Вакула ФИО46.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, с использованием системы аудиопротоколирование и видеконференц связи гражданское дело по исковому заявлению судебном заседании ФИО16 ФИО47, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей: ФИО16 ФИО48, ФИО16 ФИО49, ФИО16 ФИО50 к ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница», ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи» о компенсации морального вреда, расходов на погребение,

у с т а н о в и л:

Истец, действуя в своих интересах и в интересах 3х несовершеннолетних детей обратилась в суд с вышеуказанным иском к ответчикам. В обоснование заявленного иска указав, что являлась супругой ФИО16 ФИО51 от брака с которым у них родились: ФИО16 ФИО52 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО16 ФИО53., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО16 ФИО54., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 ФИО55 умер, находясь в ГБУЗ МО «Красногорская ГБ». Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы трупа № от ДД.ММ.ГГГГ, причиной смерти ФИО16 ФИО56 явилась закрытая черепно-мозговая травма с ушибами вещества головного мозга, осложнившееся отеком головного мозга. Между причиненным тяжким вредом здоровью и наступившей смертью имеется причинно-следственная связь. Из заключения экспертизы также следует, что на момент доставления пациента в Наро-Фоминскую областную больницу, последний был осмотрен дежурным реаниматологом, в больницу доставлен в тяжёлом состоянии, госпитализирован в отделение реанимации. КТ выполнить не получилось, в связи с тем, что аппарат не работает, МРТ выполнить не представилось возможным, в связи с тяжёлым состоянием пациента. Ссылаясь на то, что действительно, ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 ФИО57. упал с самоката в 

<

адрес> ФИО6, после чего в ДД.ММ.ГГГГ минуты был доставлен в Наро-Фоминскую областную больницу в крайне тяжёлом состоянии и бригада скорой помощи, зная о том, что аппарат КТ в Наро-Фоминской больнице не работает и оценив степень тяжести его состояния, не вызвала на себя реанимационную бригаду и не поспособствовала транспортировке пациента в другое медицинское учреждение по протоколу оказания помощи пациентам с тяжелой черепно-мозговой травмой, а также то, что в Наро-Фоминской больнице пациенту не оказали необходимой диагностики, поскольку не работали аппараты КТ, а при этом ФИО16 ФИО58 находился в больнице всю ночь, утро и часть следующего дня, несмотря на то, что ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ был рекомендован МОНИКИ в региональное НХО по жизненным показаниям, при этом в результате бездействия врачей тяжесть состояние здоровья супруга ухудшалась и отек головного мозга нарастал и каких-нибудь действий сотрудники больницы не предпринимали, что в совокупности привело к ухудшению состояния супруга до такой степени, при которой спасти его стало уже не возможно и он скончался, истец просила взыскать с ответчиков в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 

<

данные изъяты> руб., с каждого ответчика. Также указывая на то, что истцом понесены расходы, связанные с погребением в размере 

<

данные изъяты> руб., истец просила взыскать данные расходы в равных долях с ответчиков.

В судебное заседание истец, надлежаще извещенная судом о дате, месте и времени слушания дела не явилась, уважительных причин неявки не представила, каких-либо ходатайств в адрес суда не направила.

Представитель истца, адвокат ФИО1 ФИО59. в ходе судебного разбирательства исковые требования поддержала, на удовлетворении иска настаивала, одновременно указав, что проведенной по делу судебной экспертизой с достоверностью установлены недостатки в действиях скорой медицинской помощи и Наро-Фоминской больницы. Добавила, что допрошенный в ходе судебного заседания эксперт, показал, что если бы не выявленные недостатки в работе ответчиков по оказанию медицинской помощи ФИО16 ФИО60 то у ФИО16 ФИО61., возможно появился бы шанс на жизнь. Так, человека доставили в больницу, человек был в тяжелом состоянии, непонятно почему доставили в эту больницу, хотя должны были в другую, непонятно почему больница не оказала надлежащие услуги в установленное время, непонятно почему человек практически 16 часов находился в больнице без всякой помощи, почему его нельзя было госпитализировать, перевезти в Красногорскую больницу, почему это должны были делать его родственники, которые бегали, искали реанимобиль – это все большой вопрос. Ответчики отнеслись к своим обязанностям недостаточно внимательно и в должном объеме, ничего не мешало выйти к родственникам и сказать что нет возможности вызвать реанимобиль, что надо вызывать реанимобиль, но они этого не сделали, пока родственники сами не догадались после личных консультаций с различными врачами и не поняли, что ФИО16 надо экстренно везти. Из-за всего этого он потерял какие-то то, может и призрачные, но шансы на жизнь, истец потеряла мужа, мало того, отца потеряли дети. Никто не знает, как жизнь может повернуться, никто не знает и ни при таких травмах люди выживают. Если бы ФИО16 был жив, у него бы была возможность дальше обеспечивать своих детей, обеспечить им образование, достойную работу, удовлетворять их здоровые интересы, но его нет, указанные обстоятельства попадают под действие Закона РФ «о Защите прав потребителей», экспертами установлены дефекты в оказании медицинской помощи, да они не находятся в причинно-следственной связи и эксперт пояснил почему. Размер компенсации морального вреда, определенный истцом соответствует ее нравственным переживаниям, а также переживанием несовершеннолетних детей; расходы на погребение полностью подтверждены представленными документами.

Представитель истца, действующая на основании доверенности, ФИО2 ФИО62. в судебное заседание не явилась, уважительных причин неявки не представила, ране представила письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела и из которых следует, что в ходе производства судебной экспертизы, экспертами установлен перечень оказанной медицинской помощи ответчиками, однако установлены недостатки, в связи с чем можно сделать однозначный вывод о том, что действия ответчиков, в совокупности причинили истцу и ее трем несовершеннолетним детям нравственные страдания, поскольку смерть ФИО16 ФИО63 является невосполнимой утратой, поскольку смерть последнего наступила не только от полученной травмы, но и в связи с допущенными бездействиями и неверными действиями ответчиков. Исковые требования истца поддержала в полном объеме.

Представитель ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи», Печерей ФИО64. просил в удовлетворении заявленного истцом иска в части касающихся требований к ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи», отказать, представив письменные возражения, которые приобщены к материалам дела, которые поддержал в ходе судебного заседания, одновременно добавив, допрошенный в ходе судебного заседания эксперт сам себе противоречит. Действия сотрудников скорой помощи: фельдшер, приехавший на место, верно все оценил и отразил в карте. Почему эксперты на основании записей в карте, исключительно записей в карте, не находясь на месте происшествия, не осматривая пациента, делают вывод о необходимости проведения ИВЛ, выводы эксперта о качестве оказания медицинской помощи на этапе транспортировки пациента ничем не подтверждены, являются абсолютно ошибочными и не могут являться основанием того, что имели место недостатки. Скорая медицинская помощь с учетом тяжести состояния пациента определяет сама маршрутизацию пациента, поэтому и была выбрана ближайшая больница – Наро-Фоминская больница.

Представитель ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница», ФИО3 ФИО65 исковые требования истца не признал, просил истцу отказать в иске, представив письменные возражения, которые приобщены к материалам дела, одновременно в ходе судебного заседания добавил, что экспертами установлено, что недостатки оказания медицинской помощи в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента не состоят и ухудшение состояния здоровья вызвано именно характером и тяжестью травм, поэтому не может считаться причинением вреда здоровью, соответственно не было причинения вреда здоровью. Сотрудники Наро-Фоминской больницы сделали все, чтобы стабилизировать состояние ФИО16 ФИО66 но, к сожалению, его состояние ухудшалось, в связи с ухудшением было предложено проведение той операции которую эксперт назвал кустарной и от которой отказались. Врачи считают, что при проведении этой операции, вероятность сохранения жизни пациента была бы 50/50.

Третье лицо: ГБУЗ Московской области «Красногорская больница» своего представителя в суд не направило, возражений не представила.

Третьи лица: ФИО4 ФИО67., ФИО5 ФИО68 ФИО7 ФИО69., ФИО8 ФИО70., Кедров ФИО71., ФИО9 ФИО72., ФИО10 ФИО73 Горшков ФИО74., Монахов ФИО75. в судебное заседание не явились, возражений не представили.

Третье лицо: ФИО14 ФИО76. в судебное заседание не явился, ранее исковые требования истца к Наро-Фоминской больнице полагал не подлежащими удовлетворению, в связи с тем, что врачи больницы сделали все необходимое для стабилизации состояния ФИО16 ФИО77

Старший помощник Наро-Фоминского городского прокурора Московской области Вакула ФИО78. дала заключение, которым полностью поддержала искровое требования истца в части взыскания компенсации морального вреда с ответчиков, поскольку в ходе судебного заседания установлены недостатки в оказании медицинской помощи ФИО16 ФИО79 ответчиками.

Суд, выслушав лиц участвующих в деле, заключение старшего помощника Наро-Фоминского городского прокурора Московской области и исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ФИО16 ФИО80 и ФИО16 ФИО81. состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ и имеют троих несовершеннолетних детей: ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 ФИО82. умер, находясь в ГБУЗ Московской области «Красногорская больница».

Согласно заключению судебной-медицинской экспертизы трупа № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО16 ФИО83. явилась закрытая черепно-мозговая травма с ушибами вещества головного мозга, осложненная отеком головного мозга. Между причинённым тяжким вредом здоровью и наступившей смертью имеется причинно-следственная связь.

Из материалов дела следует из представленных медицинских документов, усматривается, что на станцию скорой помощи ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ поступил вызов, поводом которого являлось: больной без сознания. Пибытие на место осуществлено бригадой скорой помощи, в составе водителя и фельдшера, была оказана экстренная помощь ФИО16 ФИО84 Диагноз: «S06.7 Внутричерепная травма. Гематомы параорбитальных областей. Ушиб затылочной области головы». Место вызова: улица. Признаки алкогольного опьянения: да. Признаки наркотического опьянения: нет. Эффект оказания медицинской помощи: без эффекта… Доставлен в стационар ГБУЗ МО «НФОБ» хирургический корпус. Отделение анестезиологии-реанимации. Анамнез болезни и жизни: со слов друзей ехал на скутере без шлема в сильном алкогольном опьянении, остановившись хотел слезть со скутера и зацепился и упал с высоты своего роста на асфальт ударившись затылком, потерял сознание, вызвали незамедлительно СМП. Общее состояние тяжелое. Сознание: кома. ШКГ 9 баллов. Кожные покровы сухие, теплые, бледные. Сыпи нет. Видимые слизистые бледно-розовые, отеков нет. Не контактен. Зрачки одинаковые, обычные. Реакция на свет живая. Нистагм: нет. Менингеальные симптомы: нет. Очаговые симптомы: нет. Носовое дыхание свободное. Зев в норме. Участие вспомогательной мускулатуры: нет. ЧДД 24 в мин. Аускультативно дыхание везикулярное, хрипов нет. Кашля, мокроты нет. Тоны сердца звучные, ритмичные. Пульс нормальный. АД 120/80 (140/80 со слов друзей). Язык влажный. Живот мягкий, доступен глубокой пальпации… с-м поколачивания: не реагирует. Локальный статус: больной не контактен, в затылочной области ушибленная рана не кровоточащая, гематомы параорбитальной области с обеих сторон. Из правой и левой ноздри следы состоявшегося носового кровотечения. Угнетения сознания…сопор. Шкала Глазго 9 баллов. Дыхание спонтанное. Запах алкоголя… Оказанная помощь: осмотр, воротник Шанца, ингаляция через лицевую маску 50% кислорода (вес 90 кг) – 10 л/мин. Постановка кубитального катетера. Лежа на носилках фиксирован ремнями, доставлен в Наро-Фоминскую ОБ. Прибытие 1:52. АД 120/75, ЧСС 80, ЧДД 22, SpO2 98%. Глюкометрия до и после терапии 4,5». Время прибытия в медицинскую организацию 01:59.

Из обращения главному врачу ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи» от ДД.ММ.ГГГГ уматривается, что Наро-Фоминская больница проинформировала, что с 16:: ДД.ММ.ГГГГ прием в кабинет КТ осуществляться не будет, в связи с поломкой.

При этом согласно обращения от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что кабинет КТ в Наро-Фоминской больнице с ДД.ММ.ГГГГ будет осуществлять прием пациентов для приема.

Судом также установлено, что ФИО16 ФИО85. доставлен в Наро-Фоминскую больницу ДД.ММ.ГГГГ. Дата и время выписки: ДД.ММ.ГГГГ. Переведен в НХО г. Красногорск.

Согласно карте медицинского больного Красногорской больницу, ФИО16 ФИО86. поступил ДД.ММ.ГГГГ Летальный исход: ДД.ММ.ГГГГ... Предварительный диагноз (диагноз при поступлении)…: сотрясение головного мозга. Внешняя причина при травмах, отравлениях: неуточненные повреждения с неопределенными намерениями. В неуточненном месте... .

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Аналогичные разъяснения содержались и в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", действующего на момент вынесения судом первой инстанции решения.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Как разъяснено в п. 48 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В целях установления юридически значимых обстоятельств по делу и проверки доводов истца о ненадлежащем оказании ФИО16 ФИО87. медицинских услуг, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручена ФГБУ Российский Центр судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации, которые подготовили заключение №.

Так экспертами установлено, что причиной смерти ФИО16 ФИО88. явилась закрытая черепно-мозговая травма в виде: ссадины с кровоизлиянием в толще мягких тканей теменно-затылочной области справа; переломов костей свода и основания черепа; очагов ушибов лобных долей головного мозга, его ствола и правого полушария мозжечка (по результатам спиральной компьютерной томографии – далее – СКТ); эпидурального (над твердой мозговой оболочкой) кровоизлияния в затылочной области справа в проекции переломов; субдурального (под твердой мозговой оболочкой) кровоизлияния в области полюсов лобных и левой височной долей; субарахноидальных кровоизлияний (под паутинную оболочку) обоих полушарий головного мозга с разрывом оболочки в области полюсов лобных долей, кровоизлияния под намёт мозжечка; кровоизлияния в желудочковую систему головного мозга и в его стволовые отделы (по результатам СКТ), осложнившаяся отеком и дислокацией головного мозга, на что указывают:

- клинические данные: отсутствие сознания, несимметричность зрачков, снижение их фотореакции, наличие ссадины с припухлостью мягких тканей на затылочной области, положительные менингеальные симптомы; синюшно-фиолетовые кровоподтеки на верхних веках;

- данные инструментальных исследований (СКТ):

= скопление крови: в субдуральном пространстве: левой лобно-височно-теменной области головного мозга – гиперденсное (69-85HU) однородное содержимое; правой лобно-височно-теменной области головного мозга – гиперденсное (73-89HU) однородное содержимое; кровь в правом боковом желудочке, базальных цистернах, ФИО15 водопроводе, субарахноидальных бороздах с обеих сторон, под наметом мозжечка и в субдуральном пространстве продолговатого и спинного мозга (на уровне первого шейного позвонка);

= очаги ушиба: в правой гемисфере мозжечка – (2 тип); в лобных и височных областях нарушение дифференцировки белого и серого вещества, в среднем мозге снижение плотности вещества;

= перелом затылочной кости справа с переходом на основание и правую стенку основной пазухи, верхней стенки левой и правой орбиты;

= сдавление (дислокация) мозга: смещение вправо срединных структур, включая боковые желудочки, неотчетливая визуализация IV желудочка, сдавление базальных цистерн;

= локальный отек мягких тканей глубоких отделов правой затылочной области;

- морфологические макроскопические данные: 

= темно-красное кровоизлияние в толще мягких тканей правой теменно-затылочной области;

= трехлучевой перелом на чешуе затылочной кости с распространением одной из линий перелома по чешуе затылочной кости справа, огибанием большого затылочного отверстия, переходом на скат основания черепа, пересечением турецкого седла, переходом на верхнюю стенку пазухи клиновидной кости, продолжением через левое крыло клиновидной кости на верхнюю стенку левой глазницы; 

= скопление крови: над твердой мозговой оболочкой в проекции переломов, под твердой мозговой оболочкой в области полюсов лобных долей, под паутинной оболочкой по всем поверхностям обоих полушарий головного мозга;

= кровоизлияния очаговые в толще Варолиева моста;

= отек и сдавление мозга: дряблость вещества, смазанная граница между серым и белым веществом на разрезах, прилипание ткани мозга к ножу;

- морфологические микроскопические данные:

= кровоизлияния: в мягких мозговых оболочках и под ними – крупноочаговые с выпадением рыхлых и уплотняющихся масс фибрина, инфильтрацией по краю умеренным количеством сегментоядерных нейтрофилов; 

= очаги ушибов мозга: примесь ядерного детрита в мягких мозговых оболочках, в коре и белом веществе больших полушарий, в глубинных отделах – фокусы некроза;

= отек головного мозга: расширение периваскулярных и перицеллюлярных пространств, очаговое разрежение клеток стромы, вокруг кровоизлияний резко выраженное – деструктивный отек.

Между повреждениями, составляющими комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, и смертью ФИО16 ФИО89. имеется прямая причинно-следственная связь. 

Также экспертами установлено, что в городской больнице г. Наро-Фоминска, согласно предоставленным медицинским документам, ФИО16 ФИО90 были выполнены следующие исследования: общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови, группа крови и резус фактор, коагулограмма, анализ крови на глюкозу, рентгенография костей черепа, обзорная рентгенография органов грудной клетки. Назначены исследования: кровь на RW, ВИЧ, Hbs, HcV, ЭКГ. 

Не была выполнена компьютерная томография головы в связи с поломкой компьютерного томографа.

ФИО16 ФИО91 была необходима по жизненным показаниям операция – декомпрессивная трепанация черепа слева, удаление острой субдуральной гематомы слева. 

После выполнения компьютерной томографии в городской больнице г. Красногорска, куда ФИО16 ФИО92. был переведен из городской больницы г. Наро-Фоминска (на этапе постановки диагноза проведение КТ головы является обязательным методом обследования пострадавших с ЧМТ – «Тяжелая черепно-мозговая травма. Клинические рекомендации», 2017-2020-2023, п. 2.4), ему там же была выполнена вышеназванная операция. 

Из заключений экспертизы следует, что диагноз «S06.7 Внутричерепная травма. Гематомы параорбитальных областей. Ушиб затылочной области головы» бригадой скорой помощи был выставлен обоснованно; лечебные мероприятия ФИО16 ФИО93. на месте были ему показаны, однако выполнены не в полном объеме. Необходимо было еще провести обезболивание и выполнить протекцию дыхательных путей (в связи с нарушенным сознанием пострадавшего: по ШКГ 9 и менее баллов) – перевести на ИВЛ в виду опасности развития гипоксии и аспирации; способ транспортировки был правильный, однако при определении места для стационарного лечения не учтена невозможность оказания профильной медицинской помощи в ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница». 

Из разъяснения, полученного из ГБУЗ МО «МОССМП» на запрос суда следует, что какой-либо локальный нормативно-правовой акт о временном приостановлении направления по СМП на компьютерно-томографические исследования и госпитализацию пациентов в ГБУЗ МО «Наро-Фоминская областная больница» в связи с поломкой компьютерного томографа, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (время введения в эксплуатации томографа после ремонта), – не издавался. Однако, в соответствии с Порядком оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи (утв. приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н), при установлении объективных медицинских показаний к экстренной медицинской эвакуации в стационар, выездная бригада скорой медицинской помощи осуществляет медицинскую эвакуацию пациента в ближайшую профильную медицинскую организацию на основании совокупности клинических данных, диагноза и степени тяжести заболевания (состояния) пациента на момент осмотра. Кроме того, в ГБУЗ МО «МОССМП», согласно требованиям вышеназванного приказа, функционирует отдел медицинской эвакуации, решение о маршрутизации пациентов принимается сотрудниками отдела медицинской эвакуации, исходя из информации, полученной от сотрудников бригады СМП. В данном случае была допущена непрофильная маршрутизация ФИО16 ФИО94., что отсрочило возможность получения им нейрохирургической помощи.

Также эксперты установили противоречия в карте вызова скорой медицинской помощи: уровень сознания ФИО16 ФИО95 (в соответствии со шкалой ком Глазго – 9 баллов) вначале оценен как кома, а потом как сопор (при тех же 9 баллах).

В ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница» ФИО16 ФИО96 был доставлен в относительно стабильном состоянии (гемодинамических и респираторных нарушений на момент поступления не было: АД 120/80 мм рт. ст., частота дыхания 22 в минуту (норма 16-20), частота сердечных сокращений 80 (норма 60-90), сатурация – степень насыщения гемоглобина кислородом – 98% (норма 96-100). При наличии медицинских показаний, а в данном случае они были, он должен был быть в экстренном порядке переведен в профильное отделение (нейрохирургию) для оказания высокотехнологической помощи («Порядок оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Анестезиология и реаниматология» приказ Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 № 919н).

ФИО16 ФИО97. в период пребывания в ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница» обоснованно находился в отделении анестезиологии и реанимации, где получал показанную ему респираторную поддержку и медикаментозную помощь в виде: интубации трахеи с дальнейшей ИВЛ, проведения инфузионной (хлорид натрия, сульфат магния, раствор Рингера, трисоль) в общем объеме 

<

данные изъяты> мл, антибактериальной (цефтриаксон, амикацин, метрогил), противоотечной (маннит), бронхолитической (эуфиллин), гемостатической (дицинон, викасол), противоязвенной (омез) терапии, медикаментозной седации (сибазон), купирования болевого синдрома (морфин), введения нейропротекторов (актовегин). 

ФИО16 ФИО99 следовало провести санационную бронхоскопию в связи с предположением о возможной аспирации желудочным содержимым, но этого сделано не было.

В период нахождения ФИО16 ФИО100 ему не была выполнена компьютерная томография головы в связи с поломкой компьютерного томографа.

Следует отметить, что не смотря на указание в мед. карте о нахождении ФИО101. в состоянии комы, известные обстоятельства получения травмы, отмеченного появления дыхания Чейн-Стокса, в предварительном диагнозе выставлено сотрясение головного мозга: («ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Кома. Ушибленная гематома затылочной области. Алкогольное опьянение»), что является неверным.

В ГБУЗ МО «Красногорская больница» ФИО16 был доставлен в крайне тяжелом состоянии с нестабильной гемодинамикой, поддерживаемой вазопрессором норадреналином через инфузомат со скоростью 0,6 мкг/кг/мин. (на этом фоне: АД 84/45 мм рт. ст., частота сердечных сокращений 126, ритм синусовый). После проведения компьютерной томографии головы, подтвердившей и уточнившей диагноз, было выполнено экстренное оперативное вмешательство – декомпрессионная трепанация черепа слева, удаление острой субдуральной гематомы слева. После окончания операции он был переведен в состоянии медикаментозной седации и миоплегии в отделение реанимации, где была продолжена ИВЛ, посиндромная интенсивная терапия, коррекция гемодинамических нарушений постоянным внутривенным введением раствора вазопрессора. Несмотря на проводимую интенсивную терапию ДД.ММ.ГГГГ наступила остановка кровообращения. Реанимационные мероприятия, продолжительностью 30 минут, без успеха. Констатирована смерть.

Лечебно-диагностические мероприятия были выполнены в полном объёме, однако оказались неэффективными в связи с тяжестью черепно-мозговой травмы и поздним выполнением оперативного вмешательства из-за позднего поступления ФИО16 ФИО102 в ГБУЗ МО «Красногорская больница».

Запоздалое выполнение оперативного вмешательства, оказало неблагоприятное влияние на исход полученной ФИО16 ФИО103 черепно-мозговой травмы, однако установить степень этого влияния не представляется возможным в связи с изначальной её тяжестью.

Установление персоналий, оказывавших медицинскую помощь ФИО16 ФИО104., не входит в компетенцию комиссии экспертов.

Также экспертами отмечено, что учитывая тяжесть полученной черепно-мозговой травмы, стабильные параметры гемодинамики при госпитализации в ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница», невозможность оказания необходимой медицинской помощи (сломан компьютерный томограф), необходимо было перевести ФИО16 ФИО105. в профильный стационар для оказания специализированной нейрохирургической помощи, включающей и экстренное хирургическое вмешательство (декомпрессионная трепанация черепа с удалением внутричерепного травматического субстрата). В данном случае, на фоне нарастания отека головного мозга, затягивание с переводом, и, вследствие этого, запоздалое выполнение оперативного вмешательства, – не способствовали повышению вероятности благоприятного прогноза для ФИО16 ФИО106

Экспертами отмечено, что родственникам пациента было предложено проведение диагностической фрезетомии с обеих сторон (метод, который при отсутствии КТ головного мозга позволяет выявить оболочечные гематомы). От предложенной операции родственники отказались (о чем есть запись на листе 181 Медицинской карты стационарного больного №), настаивая на переводе.

Экспертами сделан вывод, что причина смерти ФИО16 ФИО107. – закрытая черепно-мозговая травма. Исход полученной ФИО16 ФИО108. черепно-мозговой травмы уже изначально был сомнителен в связи с ее тяжестью и обширностью внутричерепных повреждений: множеством очагов ушибов, затрагивающих все структуры головного мозга (оба полушария и ствол мозга, правое полушарие мозжечка), наличие обширных подоболочечных и внутрижелудочковых кровоизлияний. Подобные повреждения, даже в условиях своевременной госпитализации в специализированные лечебные центры и проведении неотложного хирургического вмешательства, далеко не всегда оканчиваются благоприятно (сохранением жизни). 

Установленные недостатки в оказании медицинской помощи ФИО16 ФИО109. в прямой причинно-следственной связи с его смертью не состоят, так, как ведущим в наступлении смерти ФИО16 ФИО110. была тяжесть полученных повреждений, которые предопределили: во-первых, наступление неблагоприятного исхода, и, во-вторых, малую вероятность наступления благоприятного исхода при условии правильно и своевременно оказанной медицинской помощи.

Ухудшение состояния здоровья ФИО16, завершившееся летальным исходом, было вызвано характером и тяжестью травмы, в связи с чем, не рассматривается как причинение вреда здоровью [основание – пункт 24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека (приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н)].

Нарушений в оказании медицинской помощи ФИО16 ФИО111. в ГБУЗ МО «Красногорская больница» не установлено.

В ходе судебного заседания судом, был допрошен эксперт Кучерявец ФИО112., которые выводу судебной экспертизы поддержал в полном объеме, одновременно добавив, эксперты делали заключение на исследовании с учетом представленных в материалы дела медицинских документов, в которых в частности установили дефекты ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи» и указал, что в связи с противоречиями в представленных последним медицинских документов, экспертами сделал однозначный вывод о том, что в виду того, что ФИО16 ФИО113. был без сознания, ему для профилактики опасности развития гипоксии нужно было провести ИВЛ, чего сделано не было, поскольку это необходимо при черепно-мозговой травме, кроме того, бригада скорой помощи была неукомплектованная и пациенту была необходима профильная больница, в связи с неработающим КТ, по мнению экспертов состояние здоровья позволяло эвакуацию пациента в профильное учреждение и после постановки ИВЛ, пациента можно было бы транспортировать. Дефекты оказанной Наро-Фоминской больницей помощи выразились в том, что ФИО16 необходимо в целях профилактики провести сонационная бронхоскопию, в связи с предположением о возможной аспирации желудочного содержимого, чего сделано не было. Кроме того, Наро-Фоминская больница приняла пациента, заведомо зная, что необходимое лечение не может ему выполнить, в связи с неработающим КТ и не приняли достаточных мер для эвакуации пациента в профильное учреждение, осмотр его специалистами произведен с большим промежутком времени от момента поступления, что также является недостатком.

Оценивая заключение эксперта, выводы которой подтвердил в ходе судебного заседания эксперт Кучерявец ФИО114 суд отмечает, что оно соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ. Эксперты, проводившие экспертизу, имеют высшее медицинское образование по соответствующей специальности, продолжительный стаж работы, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертами полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, в том числе материалы гражданского дела, а также медицинские документы. Изложенные в заключении комиссии экспертов выводы последовательны, иными доказательствами по делу не опровергнуты, оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имеется.

Доводы представителя ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи», что все действия бригады скорой помощи соответствовали приказу Здравоохранения Московской области от ДД.ММ.ГГГГ, а эксперты не изучили его при производстве экспертизы, опровергнуты в ходе судебного заседания допрошенным экспертом, который показал, что они прежде всего руководствовались приказами Минздрава Российской Федерации, подготавливая экспертное заключение.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Таким образом, в ходе судебного заседания, судом с достоверностью 

установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО16 ФИО115. ответчиками были допущены недостатки, указанные выше в заключении судебной медицинской экспертизы, которые подтверждены, допрошеным в ходе судебного разбирательства экспертом, предупрежденным судом об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения. Установленные дефекты (недостатки) при оказании медицинской помощи ФИО16 ФИО116. ответчиками как в совокупности, так и в отдельности, прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти не состоят, так как ведущим в наступлении смерти ФИО16 ФИО117. была тяжесть полученных повреждений, которые предопределяли: во-первых, наступление неблагоприятного исхода, и во-вторых, малую вероятность наступления благоприятного исхода при условии правильно и своевременно оказанной медицинской помощи.

Ухудшение состояние здоровья ФИО16 ФИО118. завершившееся летальным исходом, было вызвано характером и тяжестью травмы, в связи с чем, не рассматриваются как причинение вреда здоровью.

Нарушений в оказании медицинской помощи ГБУЗ МО Красногорская больница, не установлена.

Достаточных и достоверных доказательств того, что допущенные дефекты оказания ФИО16 ФИО119. медицинской помощи произошли не по вине ответчиков последними представлено не было.

Оценивая собрание по делу доказательства в их совокупности, суд полагает, что само по себе наличие установленного факта оказания ФИО16 ФИО120. медицинской помощи ненадлежащего качества, дает основания его супруги и детям переживать, причиняет страдания, то есть вред, что с учетом приведенного выше правового регулирования является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Между тем, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчиков в пользу истца и троих несовершеннолетних детей, учитывает разъяснения, содержащиеся в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", согласно которым суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Суд полагает, что при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца заслуживающими внимания обстоятельствами является характер допущенных ответчиками дефектов оказания медицинской помощи, наличие которых в причинно-следственной связи не состоят с его смертью, в связи с тяжестью полученных ФИО16 ФИО121 повреждений, суд также отмечает, что ФИО16 ФИО122. самостоятельно привел себя в состояние алкогольного опьянения и начал управлять источником повышенной опасности: скутером, упал с него и в последствие получил черепно-мозговую травму, которая предопределила неблагоприятного исход и малую вероятность благоприятного исхода для сохранения его жизни. Суд, в совокупности, учитывает степень вины ответчиков, характер нравственных страданий истца и несовершеннолетних детей, степень их душевных переживаний, влияние недостатков медицинской помощи на благоприятный исход и дальнейшую жизнь ФИО16 ФИО123., индивидуальные особенности личности истца и ее несовершеннолетних детей, то что истец является многодетной мамой, в связи с чем полагает необходимым взыскать с ответчиков в равных долях в пользу истца, которая действует в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей, то есть по 

<

данные изъяты> руб. с каждого.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Поскольку смерть ФИО16 ФИО124 от полученной им черепно-мозговой травмы и ее тяжести с обширностью внутричерепных повреждений, которые далеко не всегда оканчиваются благоприятно, суд, приходит к выводу о том, что ответчики не являются лицами, ответственными за смерть ФИО16 ФИО125., в связи с чем оснований для удовлетворения требований истца о взыскании расходов на погребение в размере 

<

данные изъяты> руб., суд не усматривает.

Довод представителя истца о том, в связи с установленными недостатками медицинской помощи ответчиками распространяются действия Закона РФ «О Защите прав потребителей», не состоятелен, к указанным правоотношениям не применимы действия данного Закона.

В силу изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО16 ФИО126, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей: ФИО16 ФИО127, ФИО16 ФИО128, ФИО16 ФИО129 к ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница», ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи» о компенсации морального вреда, расходов на погребение, удовлетворить частично.

Взыскать ГБУЗ Московской области «Московская областная станция Скорой помощи», ИНН: № в пользу ФИО16 ФИО130, паспорт: №, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей: ФИО16 ФИО131 ФИО16 ФИО132, ФИО16 ФИО133 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб.

Взыскать с ГБУЗ Московской области Министерства здравоохранения Московской области «Наро-Фоминская больница», ИНН № в пользу ФИО16 ФИО134, паспорт: №, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей: ФИО16 ФИО135, ФИО16 ФИО136, ФИО16 ФИО137 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб.

В удовлетворении остальной части, заявленного ФИО16 ФИО138, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей: ФИО16 ФИО139, ФИО16 ФИО140, ФИО16 ФИО141 к ГБУЗ МО «Наро-Фоминская больница», ГБУЗ МО «Московская областная станция скорой медицинской помощи» иска, отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Наро-Фоминский городской суд Московской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено судом 10.10.2025

Судья ФИО142 Царёва