№2-220/2020г. 62RS0011-01-2020-000372-18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

2 июля 2020 года г.Спас-Клепики Рязанской области

Клепиковский районный суд Рязанской области в составе:

Председательствующего Пыриковой Е.С.

С участием пом.прокурора Кудрявцевой Е.С.

При секретаре Обуховой Л.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании единовременного пособия по беременности и родам, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истца ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2 о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании единовременного пособия по беременности и родам, компенсации морального вреда. 

Свои требования истица мотивирует тем, что со 02 апреля 2012 года работала у ответчика в должности кассира торгового зала, 27 октября 2018 года у нее родился третий ребенок и она находилась в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет. По окончании отпуска по уходу за ребенком до 1,5 лет 28 апреля 2020 года она подала работодателю заявление о предоставлении отпуска по беременности и родам и выплате ей пособия по беременности и родам. 27 апреля 2020 года в последний день отпуска по уходу за ребенком до 1,5 лет ответчик издал приказ об увольнении ее с работы по п.7 ст.81 ТК РФ. Данный приказ был направлен ей почтой лишь 06 мая 2020 года и получен ею 15 мая 2020 года, в связи с чем, полагает об издании данного приказа 06 мая 2020 года. Ссылается на то, что ответчик не указал когда именно и какие действия она совершила, которые дали ему основание для увольнения, при этом объяснения с нее перед увольнением не отбиралось, с 09 августа 2018 года она не выполняла никаких трудовых функций, поскольку находилась в декретном отпуске, а потом – в отпуске по уходу за ребенком. Также указывает на то, что в момент издания оспариваемого приказа она находилась на 34 неделе беременности. Данными действиями нарушены ее трудовые права, чем причинен моральный вред, который оценивает в 50 000 рублей.

В судебном заседании представитель истицы ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал, пояснив, что до настоящего момента истица не получила пособия по беременности и родам, в настоящий момент у нее родился четвертый ребенок, ответчик ранее ее уже увольнял незаконно в период отпуска по уходу за третьим ребенком, но восстановил на работе.

В судебном заседании ответчик исковые требования не признал, пояснил, что уволил истицу, которая изначально была принята на работу в качестве кассира торгового зала, а затем по ее инициативе по совместительству и бухгалтером, в связи с обнаруженной после ее ухода в декретный отпуск недостачей денежных средств порядка 2 млн.рублей, которую она, будучи по совместительству бухгалтером скрыла. Факт недостачи подтверждается актами аудиторской проверки. Считает, что с истицей по условиям работы и трудового договора был заключен договор о полной материальной ответственности. Полагает, что правильно уволил истицу в последний день отпуска по уходу за ребенком до 1,5 лет, при этом объяснения у нее до увольнения не получал так как на работе ее нет, а ее место жительства ему не известно.

Выслушав представителя истца, ответчика, заключение прокурора, полагавшего об удовлетворении исковых требований, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истицы по следующим основаниям.

Истица ФИО1 находилась в трудовых отношениях с ИП ФИО2 со 02 апреля 2012 года, что подтверждается копией трудового договора (л.д.30-31).

Истица выполняла функцию кассира торгового зала, договор о полной материальной ответственности с истицей не заключался, что подтверждается текстами трудовых договоров и доп. соглашений к ним (л.д.32,33). 

ФИО1 27 октября 2018 года родила дочь, в связи с данными обстоятельствами с августа 2018 года до 27 апреля 2020 года находилась в отпусках по беременности и родам и по уходу за ребенком до 1,5 лет.

Данные обстоятельства признаются сторонами. 

Кроме того, данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Клепиковского районного суда Рязанской области от 08 мая 2019 года (л.д.38-42), которым удовлетворены исковые требования ФИО1 к ИП ФИО2 о восстановлении на работе и взыскании компенсации морального вреда, и в силу положений ст. ч.2 ст.61 ГПК РФ не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. 

27 апреля 2020 года, т.е. в период нахождения истицы в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет, ответчик без соблюдения процедуры применения дисциплинарного наказания издал приказ №1, которым уволил за совершение виновных действий, непосредственно обслуживающую денежные ценности ФИО1, согласно п. 7 ст. 81 ТК РФ (л.д.20).

Данный приказ был направлен ФИО1 06 мая 2020 года, что подтверждается конвертом (л.д.23-24).

В соответствии с частью 6 статьи 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Аналогичное разъяснение о запрещении увольнения работника в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске по инициативе работодателя содержится и в подпункте "а" пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".

Согласно части 1 статьи 256 ТК РФ по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

Возможность реализации трудовых прав работником, находящимся в отпуске, гарантирована государством и должна обеспечиваться работодателем.

Статья 22 ТК РФ закрепляет обязанность работодателя знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о незаконности увольнения ФИО1 27 апреля 2020 года, поскольку истица была уволена по инициативе работодателя в период отпуска, предусмотренного трудовым законодательством.

Увольнение по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ является видом дисциплинарного взыскания, применение которого должно производиться в четком соответствии с положениями ст. 192, 193 Трудового кодекса РФ.

Основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности является факт совершения дисциплинарного правонарушения, который в трудовом законодательстве называется дисциплинарным проступком и под которым понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей - ст. 192 Трудового кодекса РФ. Под неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя).

В силу пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 увольнение по данному основанию возможно, если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Кодекса.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 установлено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Следовательно, установлению подлежит факт выполнения работником трудовых обязанностей, непосредственно связанных с обслуживанием денежных или товарных ценностей; факт совершения работником действий, которые привели к утрате доверия со стороны работодателя; вина работника в совершении указанных действий, соблюдение общего порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности в виде увольнения

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.

Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Иное толкование вышеуказанных норм Трудового законодательства РФ, приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по надуманным основаниям.

Суд в порядке ст. 56 ГПК РФ возложил на ответчика обязанность представить доказательства законности увольнения истицы.

При указанных обстоятельствах исследованию подлежит вопрос, какие конкретно виновные действия совершила истица и дают ли эти действия основания для утраты к ней доверия со стороны работодателя. Одного лишь факта недостачи денежных средств недостаточно для вывода о законности ее увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Как усматривается из приказа ИП ФИО2 № 1 от 27 апреля 2020 года ФИО1 уволена с работы по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ в связи с совершением виновных действий, которые дали основания для утраты доверия к работнику со стороны работодателя, однако, основания для издания данного приказа не указаны.

Из пояснений суду ответчика, следует, что данное увольнение, как мера дисциплинарной ответственности была применена к истице в связи с обнаруженной после ее ухода в декретный отпуск в 2018 году недостачей денежных средств порядка 2 млн.рублей, которую она, будучи по совместительству бухгалтером скрыла. 

На основании приказа ИП ФИО2 № 3 от 10 апреля 2019 года (л.д.67) назначено проведение инвентаризации с 11 по 12 апреля 2019 года комиссией в составе: ФИО1, ФИО5, ФИО6 Данных о результатах инвентаризации стороной ответчика суду не представлено.

Как установлено вступившим в законную силу решением Клепиковского районного суда Рязанской области от 08 мая 2019 года (л.д.38-42), ответчик о проведении инвентаризации истицу не предупредил, не дал возможности ознакомиться с ее результатами, не потребовал от истицы объяснений.

В силу положений ст. ч.2 ст.61 ГПК РФ данные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Из акта ревизии от 30 июля 2019 года и акта ревизии от 15 ноября 2019 года, составленных аудитором ФИО7, не возможно бесспорно установить - кем причинена недостача наличных денежных средств (л.д.69-76,77-81). Ссылка в актах на выполнение ФИО1 обязанностей бухгалтера и назначение ее материально ответственным лицом доказательствами не подтверждена, приказов о переводе на другую работу и назначении материально ответственным лицом ответчиком суду не представлено.

Кроме того, факт выполнения истицей до ухода в отпуск по беременности и родам в августе 2018 года лишь функции кассира торгового зала и отсутствие договора о полной материальной ответственности с ней установлен вступившим в законную силу решением Клепиковского районного суда Рязанской области от 08 мая 2019 года.

При этом суд не принимает в качестве доказательства наличия у ответчика оснований для увольнения истицы Акт экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.86-96), поскольку на момент увольнения данный акт не существовал, следовательно, его выводы не были известны работодателю при решении вопроса о применении дисциплинарного взыскания и не были положены в основу ее увольнения.

Сведений о наличии административного правонарушения, либо уголовного деяния, свидетельствующего о хищении материальных ценностей истицей, ответчик суду не представил (л.д.82-84).

Поскольку ответчик не представил бесспорных доказательств того, что недостача товарно-материальных ценностей образовалась в результате совершения ФИО1 каких-либо виновных действий, суд приходит к выводу о незаконности ее увольнения.

Кроме того, ответчиком ИП ФИО2 при издании оспариваемого приказа об увольнении ФИО1 не затребовал от нее письменного объяснения, нарушив порядок применения дисциплинарного взыскания.

Согласно ст.192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе - замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с п. 47 Постановления Пленума, в случае, если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 Кодекса.

Согласно ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. 

Ответчик не оспаривал в суде, что до издания приказа № 1 от 27 апреля 2020 года об увольнении ФИО1 он не затребовал от нее письменного объяснения.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", подлежит восстановлению на прежней работе работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО1 о признании незаконным приказа об увольнении и восстановлении ее на работе, поскольку истица была уволена по инициативе работодателя в период отпуска, предусмотренного трудовым законодательством, с несоблюдением порядка применения дисциплинарного воздействия, что свидетельствует о незаконности ее увольнения.

Разрешая требование ФИО1 о возложении на ответчика обязанности осуществить ей единовременную выплату пособия по беременности и родам суд исходит из следующего.

Согласно ст.255 ТК РФ женщинам по их заявлению и на основании выданного в установленном порядке листка нетрудоспособности предоставляются отпуска по беременности и родам продолжительностью 70 (в случае многоплодной беременности - 84) календарных дней до родов и 70 (в случае осложненных родов - 86, при рождении двух или более детей - 110) календарных дней после родов с выплатой пособия по государственному социальному страхованию в установленном федеральными законами размере.

ФИО1 28 апреля 2020 года ГБУ РО ФИО4 выдан больничный лист №, в котором указан период нетрудоспособности с 28 апреля 2020 года по 14 сентября 2020 года (л.д.18).

Факт беременности ФИО1 и выдачу данного больничного листа в связи с беременностью подтверждается справкой ГБУ РО «ФИО4» (л.д.28) и не оспаривался в суде ответчиком.

28 апреля 2020 года ФИО1 обратилась к работодателю ИП ФИО2 с заявлением о предоставлении ей отпуска по беременности и родам и назначении пособия по беременности и родам (л.д.55).

Довод ответчика о том, что данное заявление не оформлено надлежащим образом суд не принимает, поскольку требований к оформлению такого заявления закон не устанавливает, в ИП ФИО2 локальным нормативным актом такие требования не установлены, что подтвердил в суде ответчик.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО1 в этой части, поскольку пришел к выводу о восстановлении ее на работе с 27 апреля 2020 года.

Разрешая требование ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

В силу ст.394 ТК РФ в случаях увольнения с нарушением установленного порядка увольнения суд может по требованию работника вынести решение о возмещении ему денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац четвертый пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

При таких обстоятельствах, суд установил, что незаконным увольнением ответчик нарушил право истицы на труд, лишил ее пособия по беременности и родам, нарушил ее право на хорошую трудовую репутацию, поскольку применение указанного дисциплинарного взыскания в виде увольнения умаляет такую репутацию работника, что может повлечь за собой нравственные страдания и переживания.

Учитывая, что стороной истца не представлено доказательств, что незаконное увольнение принесло ей нравственные и физические страдания, выразившиеся в ухудшении ее здоровья, определяя размер компенсации морального вреда, суд исходя из того, что соглашениями сторон не определен размер морального вреда в указанных случаях, рассматривая конкретные обстоятельства настоящего дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, сохранения баланса интересов сторон, и учитывая, что компенсация морального вреда не может быть средством незаконного обогащения, а является гарантом восстановления нарушенных прав работника, полагает достаточным и разумным определить размер компенсации морального вреда в 5000 рублей. 

В силу п.2 ч.2 ст.333.17 НК РФ плательщиками государственной пошлины являются организации, выступающие ответчиками в судах общей юрисдикции и если при этом решение суда принято не в их пользу и истец освобожден от уплаты государственной пошлины.

Согласно п.1 ч.1 ст.333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции освобождаются истцы - по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, сведений о наличии оснований для освобождения ответчика от уплаты государственной пошлины не имеется, исковые требования ФИО1 удовлетворены в полном объеме, суд находит подлежащей взысканию с ответчика государственную пошлину в доход государства в размере 4 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Признать незаконным приказ № 1 от 27 апреля 2020 года, вынесенный ИП ФИО2, 

<

адрес>, ОГРН №, дата внесения записи в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ №, об увольнении за совершение виновных действий, непосредственно обслуживающей денежные ценности ФИО1, согласно п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ и восстановить ФИО1 на работу.

Обязать ИП ФИО2, 

<

адрес>, ОГРН №, дата внесения записи в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ №, осуществить единовременную выплату пособия по беременности и родам ФИО1.

3. Взыскать с ИП ФИО2, 

<

адрес>, ОГРН №, дата внесения записи в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ №, в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 5 000 (Пять тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с ИП ФИО2, 

<

адрес>, ОГРН №, дата внесения записи в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ №, государственную пошлину в доход соответствующего бюджета в сумме 4 000 (Четыре тысячи) рублей 00 копеек.

Решение о восстановлении на работе ФИО1 подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме в суд апелляционной инстанции - Рязанский областной суд - с подачей апелляционной жалобы через Клепиковский районный суд.

Судья: Пырикова Е.С.