РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 10 октября 2025 года пос. Лежнево 

Ивановский районный суд Ивановской области в составе 

председательствующего судьи Фищук Н.В., 

при ведении протокола помощником судьи Агафоновой Н.В., 

с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности,

ответчика ФИО3 и её представителя ФИО4, действующей на основании ходатайства,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5,

прокурора Цветовой Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в Ивановском районном суде Ивановской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО6, действующей в своих интересах и в интересах малолетнего ФИО2, к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что 22 января 2025 года ребенок истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., был приглашен на мероприятие по случаю дня рождения в Детский центр «Веселая панда» по адресу: г. Иваново, мкр. Московский, д. 8, где получил травму головы при падении с металлической конструкции. В результате травмы ему был причинен вред здоровью – ушибленная рана лба. В травмпункте наложены швы, так как было рассечение. Истец полагает, что травма произошла в результате несоблюдения техники безопасности в Детском центре. Игровой инвентарь в Детском центре имеет острые железные углы, о которые ударился ребенок. То есть в целом такие приспособления травмоопасны для детей и могут привести к более серьезным травмам. В данном случае ответчик, регулярно сдавая помещение под проведение именно детских мероприятий, должна была обеспечить безопасность оборудования. Детский центр «Веселая панда» оказывает услуги именно детям, что видно из рекламы и информации, размещенной в сети «Интернет». Однако в Детском центре не было предупреждений для арендаторов, что оборудование может быть опасно, не были установлены возрастные ограничения. Истец обращалась к ответчику с предложением компенсировать моральный вред, однако в добровольном порядке ответчик урегулировать спор отказалась. То, что ответчик не осуществляет услуги по присмотру за детьми, не означает, что она не должна обеспечивать безопасность тех, кому сдаёт своё помещение и инвентарь под проведение различных мероприятий. Оборудование для детей должно быть безопасным и исключать возможность причинения им травм, либо же исполнитель должен предупреждать законных представителей детей о такой возможности, чтобы законные представители могли оценить потенциальный вред какого-либо оборудования и самостоятельно решать вопросы с допуском к нему своих детей. ФИО3 не обеспечила безопасность помещения и оборудования, сдаваемого ею в аренду. В связи со сложившейся ситуацией истец обратилась в прокуратуру. В результате проверки было установлено, что арендатором помещения и владельцем оборудования, где получил травму ребенок истца, является ФИО3 Она зарегистрирована как самозанятая, осуществляет деятельность по организации детских праздников, сдает помещение с инвентарем под проведение праздничных мероприятий. Она же является получателем денежных средств за аренду помещения и владельцем инвентаря, лично его приобретала на различных маркетплейсах. Постановлением старшего следователя Следственного комитета России по Ивановской области от 26 марта 2025 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 отказано в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ. Нравственные страдания ФИО2 выразились не только в том, что он получил физическую травму, пусть и в легкой форме, он не смог вместе с друзьями отпраздновать день рождения, у него остался шрам на голове, возможно, навсегда, он не смог посещать хоккейную секцию и пропустил хоккейный турнир, что является для него очень важным, так как он профессионально занимается хоккеем, получает награды за участие в различных соревнованиях. Его матери ФИО6 также были причинены моральные страдания, которые выразились в переживаниях за жизнь и здоровье ребенка, так как было неясно, к каким последствиям может привести травма головы. Её нравственные и физические страдания также были обусловлены заботой о здоровье сына после травмы, восстановлением его здоровья. Кроме того, она испытала страдания в связи с игнорированием её требований ФИО3, которая не принесла извинений и не поинтересовалась здоровьем ребенка. ФИО6 пришлось через правоохранительные органы искать сведения о Детском центре, в котором ее сын получил травму. В рамках проверки она сама, отец ребенка, сын, родители подруги сына опрашивались в Следственном комитете, что вызвало у ФИО6 чувство неловкости. На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного малолетнему ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в размере 500000 руб., компенсацию морального вреда, причиненного ей самой, в размере 100000 руб., а также штраф 50 % по Закону о защите прав потребителей. 

В судебное заседание истец не явилась, извещена надлежащим образом, реализовала право на участие в деле через представителя.

Представитель истца в судебном заседании требования поддержала, просила иск удовлетворить. 

В предыдущих судебных заседаниях истец поясняла, что 22 января 2025 года она находилась в Москве, поэтому ребенка на детский праздник отвёл отец ФИО5 Из Москвы истец вернулась через 3 дня, очень переживала. Сын жаловался на боль в области раны. С ответчиком ФИО3 созванивалась два раза, предлагала ей возместить 50000 руб., ФИО3 обещала перезвонить, но так и не перезвонила, перестала отвечать на звонки и не извинилась. 

Ответчик и её представитель в судебном заседании против удовлетворения иска возражали, полагали, что применение к сложившимся правоотношениям Закона о защите прав потребителей необоснованно, поскольку регистрация гражданина – физического лица как самозанятого относится исключительно к режиму налогообложения гражданина и не может быть расценена судом как подтверждение ведения предпринимательской деятельности. Предоставляя помещение в аренду, ответчик действует как физическое лицо с особым статусом плательщика налога на профессиональный доход, договорные отношения возникают между двумя физическими лицами. Согласно ст. 1073 Гражданского кодекса РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине. Из имеющихся в материалах дела документов следует, что по заявлению ФИО6 СО по Ленинскому району г. Иваново СУ СК РФ была проведена проверка, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ. В ходе проверки установлено, что малолетний ФИО2 находился в Детском центре в отсутствие законных представителей, был оставлен под присмотр родителя одного из детей ФИО7, арендовавшей помещение. Ребёнок залез на один из объектов детского досуга, представляющий собой металлический каркас прямоугольной формы, балки которого имеют грани и углы, внутри которой натянута веревочная лестница. Не удержавшись на указанной конструкции, ФИО2 упал вниз головой, ударившись лбом о нижнюю балку металлического каркаса, в результате чего получил ушибленную рану лба. Получение несовершеннолетним данной травмы квалифицировано следователем как несчастный случай казуального характера, наступивший в результате собственных неосторожных действий ребенка и отсутствием должного внимания и контроля со стороны лиц, несущих ответственность за воспитание детей, к которым в числе прочих относятся родители (законные представители) ребенка. Сведений об оказании ФИО3 услуг, не отвечающих требованиям безопасности для жизни и здоровья, в ходе проверки получено не было. В случае удовлетворения иска представитель ответчика ходатайствовала об уменьшении размера штрафа на основании ст.333 Гражданского кодекса РФ, просила учесть тяжелое материальное положение ФИО3, наличие у неё на иждивении двоих малолетних детей, а также, что вред причинён в результате недосмотра ответственных за ребёнка взрослых.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании принесла свои извинения отцу ребенка ФИО5, пояснила, что сожалеет о случившемся, в настоящее время металлическая балка в основании верёвочной лестницы прикрыта спортивными матами. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5 (отец ФИО2) полагал требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению, пояснил, что в Детском центре было недостаточно места для всех родителей, поэтому он привёз сына и уехал – на празднике не присутствовал. Когда оставлял сына в Детском центре, он был невредим, никаких травм не имел. Когда вернулся, увидел, что ФИО2 весь в крови, кровь текла из раны на лбу, кожа разошлась на 2 см, ребенок был напуган и плакал. О том, что у ФИО2 случился какой бы то ни было конфликт с другим ребенком, во время которого он мог так пострадать, никто из присутствовавших на празднике и сам ФИО2 не рассказывали. После произошедшего родители других детей звонили, интересовались, как себя чувствует ФИО2. Ответчик ФИО3 ни разу не позвонила, не извинилась и не обеспокоилась самочувствием ребенка, что очень задело их с ФИО6 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 (родитель другого ребенка - организатор детского дня рождения в центре «Веселая панда»), ФИО8 (аниматор), извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, причины неявки не сообщили, ходатайств, возражений в суд не направили.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Прокурор в судебном заседании дала заключение об обоснованности предъявленных требований, полагала, что истцу и её сыну должен быть компенсирован моральный вред в разумном размере.

Заслушав истца, с учётом заключения прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Абзац 10 ст. 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ (п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ).

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред.

Жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда приусловии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственнымистраданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска (п. 15 постановления № 33).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ) (п. 24). 

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (п. 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26). 

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27). 

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28). 

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (п. 29). 

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30). 

Судом установлено, что 22 января 2025 года сын истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., находясь в Детском центре «Веселая панда» по адресу: г. Иваново, мкр. Московский, д. 8, ударился головой о металлическую конструкцию игрового инвентаря, в результате чего получил травму в виде ушибленной раны лба. 

По данному факту ФИО6 обратилась в прокуратуру, по её заявлению проведена проверка.

В ходе проверки были взяты объяснения с ФИО6, ФИО5, ФИО9, ФИО7, которые пояснили, что 22 января 2025 года 6-летний ФИО2 был приглашен в игровой центр «Весёлая панда» на детский день рождения. Его мать ФИО6 (истец) в это время находилась в Москве, поэтому ребенка в игровой центр отводил отец ФИО5 ФИО5 оставил сына под присмотром других родителей (ФИО7, ФИО10) и ушёл по своим делам. Во время игры на металлической конструкции в виде рамки с натянутыми верёвками ФИО2 карабкался по веревочной лестнице, но не удержался и упал вниз головой, при падении ударился головой о железную балку - стало больно, из раны на лбу потекла кровь. ФИО7 вызвала ребёнку «Скорую помощь», после чего ФИО9 отвезли в Областную детскую клиническую больницу. В больнице рану зашили и наложили бинт. С 22 января 2025 года ФИО2 находился дома на больничном до 3 февраля 2025 года. 

Из объяснений ФИО3 в материалах проверки КУСП следует, что в 2023 году она оформила статус самозанятой, деятельность связана с организацией детских праздников, арендует помещение на втором этаже многоквартирного дома №8 в мкр. Московский г. Иваново. Данные помещения она также сдает в аренду для проведения детских праздников, мастер-классов, дней рождения и любых иных мероприятий на усмотрение арендатора. В помещении «Веселая панда» имеется обеденная зона, в которой есть столы и стулья, бытовая техника, надувной батут, гамаки-качели, мини-скалодром, а также декоративные элементы, в том числе верёвочная лестница. Верёвочная лестница представляет собой металлический каркас в виде прямоугольника, внутри которого натянуты канаты, переплетённые в сетку. Данную веревочную лестницу изготовили декораторы во время ремонта, то есть она изготовлена кустарным способом. Саму верёвку (канат) она (ФИО3) заказывала на маркетплейсе «Вайлдберриз». 22 января 2025 года ей поступил звонок от аниматора Детского центра «Веселая панда», которая сообщила, что на детском празднике один из мальчиков в игровой зоне (не во время организации игр аниматорами) упал с верёвочной лестницы и рассёк себе лоб о нижнюю балку. Мальчику оказали первую помощь и вызвали «Скорую помощь», которая госпитализировала его в больницу. На следующий день ей позвонила мать этого мальчика и предложила возместить моральный вред в денежном эквиваленте. Каких-либо денег она ей не передавала. Полагает, что на неё не может быть возложена ответственность за травму, полученную ФИО2, поскольку услуги по присмотру за детьми она не оказывает, ответственность за здоровье детей несут взрослые, которые присутствуют на детских праздниках. 

Аниматор ФИО8 в своих объяснениях в материалах проверки КУСП пояснила, что 22 января 2025 года в помещении «Веселой панды» проводился детский день рождения. Когда она переодевалась в служебном помещении, один из мальчиков во время игры упал с верёвочной лестницы, ударился головой и расшиб лоб. Затем приехала «Скорая помощь», и мальчика увезли.

Согласно протоколу осмотра предметов от 25 марта 2025 года на CD-диске имеется видеозапись из Детского центра «Веселая панда». В углу помещения размещён объект, представляющий собой конструкцию из соединённых между собой под прямым углом вертикальных и горизонтальных балок зелёного цвета. Вертикальные балки большего диаметра, нижняя балка (расположена на полу) меньшего диаметра. Металлическая конструкция слегка наклонена в сторону угла комнаты, образуя «склон», верхняя балка соприкасается со стенами, образующими угол комнаты. К балкам крепятся (привязаны) верёвки желтого цвета, которые перевязаны между собой, образуя сетку. В нижней части сетки имеется дефект, а именно: веревки разъединены.

Из медицинских документов следует, что ФИО2 был осмотрен врачом-травматологом-ортопедом 22 января 2025 года. Общее состояние: удовлетворительное. Имеется рана размером 2 см в пределах кожи и подкожно-жировой клетчатки. Края раны неровные, кровотечение не выражено. Без признаков воспаления. Сосудистых и неврологических расстройств нет. Рана промыта, наложены швы, асептическая повязка. Клинический диагноз: Ушибленная рана лба. 

ФИО2 повторно осмотрен врачом-детским хирургом 23 января 2025 года. Жалоб нет. Общее состояние удовлетворительное. Лечение продолжено. 

Повторно осмотрен врачом-детским хирургом 3 февраля 2025 года. Жалоб нет. Общее состояние удовлетворительное. Сняты швы, рана зажила первичным натяжением, обработана. 

3 февраля 2025 года ФИО2 выписан с освобождением от занятий по физкультуре и спорту на три недели. 

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы Бюро СМЭ Ивановской области от 2 апреля 2025 года № 694 у ФИО2 имелась рана в области лба, которая образовалась в результате как минимум одного травмирующего воздействия. Установить механизм образования раны, а также дать ответы на вопросы: образовалась ли эта рана в результате падения с высоты на плоскую поверхность, на поверхность с выступающими поверхностями, каковы особенности травмирующего предмета, - невозможно ввиду отсутствия детального описания раны в представленном медицинском документе. Рана имела давность в пределах одних суток на момент осмотра врачом 22 января 2025 года, что подтверждается проведением первичной хирургической обработки раны. Согласно п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, рана квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья. 

Постановлением следователя от 26 марта 2025 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по ч. 1 ст. 238 УК РФ отказано в связи с отсутствием в её действиях состава преступления. 

Оценивая изложенное, суд находит доказанным факт причинения вреда здоровью малолетнего ФИО2 в результате игры на металлической конструкции, принадлежащей ответчику ФИО3 

При этом суд учитывает, что для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенёс физические или нравственные страдания вследствие посягательства причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага. На причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. То есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из содержания искового заявления усматривается, что основанием для обращения ФИО6 в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда послужило причинение малолетнему ФИО2 травмы в связи с ненадлежащим предоставлением ФИО3 услуг по проведению мероприятий, в том числе детских праздников, а именно: необеспечением безопасности оборудования (верёвочной лестницы), находящегося в Детском центре. 

Применительно к спорным отношениям, в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик ФИО3 должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда малолетнемуФИО2

В соответствии с преамбулой к Закону РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Исполнитель - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Как следует из разъяснений в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», исходя из смысла пункта 4 статьи 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им приэтом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей.

Недостаток товара (работы, услуги) - несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Безопасность товара (работы, услуги) - безопасность товара (работы, услуги) для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги).

Согласно п. 1 ст. 7 Закона о защите прав потребителей потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя.

В силу абз. 3 п. 2 ст. 7 названного Закона вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со ст.14 данного Закона.

Пунктом 1 ст. 14 этого же Закона предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Согласно п. 138 «ГОСТ Р 51303-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Торговля. Термины и определения», утвержденного приказом Росстандарта от 28 августа 2013 г. № 582-ст, под безопасностью услуги торговли понимается комплекс свойств услуги, проявление которых при обычных условиях ее оказания не подвергает недопустимому риску жизнь, здоровье и имущество покупателя (потребителя).

Кроме того, как указано в Обзоре судебной практики по делам о защите прав потребителей, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.10.2023, право на возмещение вреда, причиненного вследствие недостатков услуги (товара), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с исполнителем (продавцом) или нет.

Таким образом, ФИО3, осуществляющая фактическую предпринимательскую деятельность в области оказания услуг по организации досуга, отвечает за безопасность предметов, находящихся в помещении, которое она сдает в аренду для проведения таких мероприятий, в том числе перед теми потерпевшими, с которыми она не вступала в договорные правоотношения, а следовательно, является лицом, ответственным за вред, причиненный здоровью малолетнего ФИО2 Доказательств отсутствия своей вины ответчик вопреки положениям ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ суду не предоставила, поэтому не может быть освобождена от гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда. 

В своих возражениях ответчик ссылается на то, что ни следователем, ни судом не установлен достоверно механизм причинения вреда несовершеннолетнему ФИО2, в заключении судебной медицинской экспертизы указано, что установить механизм образования раны, а также дать ответы на вопросы: образовалась ли эта рана в результате падения с высоты на плоскую поверхность, на поверхность с выступающими поверхностями, каковы особенности травмирующего предмета, - невозможно.

Суд отклоняет указанные доводы возражений, поскольку представленными в материалы дела доказательствами в их совокупности механизм причинения вреда ребёнку истца установить возможно. 

Так, о том, что ФИО2 получил травму в результате падения с верёвочной лестницы в Детском центре 22 января 2025 года, свидетельствуют объяснения самого ребёнка, ФИО7, аниматора ФИО8 в материалах проверки КУСП и объяснения третьего лица ФИО5 в судебном заседании о том, что сын не имел травм до оставления его в Детском центре 22 января, конфликтов с другими детьми во время праздника у ФИО2 не было. То есть иной механизм получения травмы не доказан, а заключением судебной медицинской экспертизы получение ребёнком травмы в результате падения с верёвочной лестницы не исключено, указано лишь на то, что эксперт-медик не может установить точный механизм по имеющимся в его распоряжении медицинским документам. Однако судом по материалам дела и представленным доказательствам обстоятельства дела, в том числе причинно-следственная связь, установлены с достаточной степенью достоверности. 

Утверждение ответчика о том, что нельзя доверять объяснениям малолетнего ребёнка, несостоятельно. Сведений об оказании на 6-летнего ФИО2 давления со стороны взрослых, под влиянием которого им выдумана версия о падении именно с верёвочной лестницы в Детском центре, в деле не имеется, объяснения пострадавшего ребёнка согласуются с объяснениями других лиц, участвующих в деле, и не противоречат другим доказательствам, в том числе заключению судебной медицинской экспертизы. Представленная ответчиком и приобщённая к делу в качестве вещественного доказательства металлическая балка, идентичная той, которая находилась в основании конструкции верёвочной лестницы, также доказывает, что удар об неё головой может повлечь ушиб с рассечением кожи. Для этого вывода специальных познанийне требуется. 

Довод возражений ответчика о том, что причиной причинения вреда здоровью ФИО2 стал ненадлежащий присмотр ответственных взрослых, поэтому ответчиками должны быть ФИО5 и ФИО7, основан на ошибке суждений: ответчик подменяет понятия «причина» и «условия». В данной ситуации причиной вреда явился удар головой о металлическую балку, а ненадлежащий присмотр – условием. При отсутствии открытой балки и том же условии (ненадлежащем присмотре) ФИО2 не получил бы данную травму, а вот при наличии открытой балки и надлежащем присмотре риск получения аналогичной травмы снижается, но полностью не исключён. Другими словами, ФИО2 пострадал не от того, как за ним присматривали взрослые, а от того, что ударился об опасный предмет. 

Вместе с тем, определяя размер компенсации, суд принимает во внимание обстоятельства причинения вреда малолетнемуФИО2, в том числе, что он был оставлен на игровой площадке без должного присмотра со стороны законных представителей и ответственных взрослых. Указанное обстоятельство не исключает ответственность ФИО3, но влияет на размер компенсации морального вреда. 

Морально-нравственные страдания малолетнего ФИО2 выразились в болевых ощущениях в момент получения травмы и при обработке раны, недлительном изменении качества жизни: в период нахождения на двухнедельном больничном (амбулаторно) не мог посещать детский сад, пропустил хоккейные соревнования, не мог тренироваться. Из представленных истцом в материалы дела грамот следует, что в апреле 2025 года ФИО2 был признан лучшим игроком среди детских команд ДД.ММ.ГГГГ г.р. в открытом турнире по хоккею с шайбой.

Причинно-следственная связь между ОРЗ, перенесённым ребенком в период с 27.01.2025 по 04.02.2025, и полученной в результате падения травмой головы не установлена, поэтому учёту данный факт при определении размера компенсации не подлежит. 

Морально-нравственные страдания истца ФИО6 выразились в переживаниях за здоровье и качество жизни своего ребенка. 

Учитывая, что компенсация морального вреда направлена на восстановление социальной справедливости и предотвращение подобных нарушений в будущем, обязанность компенсировать моральный вред должна удерживать от противоправного поведения, делать такое поведение экономически невыгодным. Поэтому суд должен руководствоваться принципом эквивалентности при определении размера моральной компенсации, возлагая таким образом на нарушителя дополнительные финансовые санкции. С данной позиции размер компенсации не может и не должен быть предельно низким. 

С этой целью судом исследовано и принято во внимание при определении размера компенсации материальное и семейное положение ответчика ФИО3

Так, установлено, что ответчик состоит в браке, на её иждивении находятся двое малолетних детей (2018 и ДД.ММ.ГГГГ г.р.), что подтверждается справкой комитета Ивановской области ЗАГС; по данным ОСФР по Ивановской области в базе данных индивидуального (персонифицированного) учета на застрахованное лицо ФИО3 за период с 01.01.2024 по 31.03.2025 сведений, составляющих пенсионные права, нет, ФИО3 с 13 декабря 2023 года зарегистрирована в качестве физического лица, применяющего специальный налоговый режим; по данным Росреестра в общей совместной собственности ответчика находится квартира в г. Иваново, объект обременён ипотекой в силу закона; по данным ГИБДД транспортных средств на ФИО3 не зарегистрировано. 

Из объяснений ответчика в судебном заседании также следует, что она замужем, на иждивении двое малолетних детей, совокупный семейный доход в месяц в среднем составляет 80-90 тыс.руб., в собственности супруга имеется автомобиль Хендай, приобретённый 12 лет назад. 

Установив и проанализировав совокупность изложенных обстоятельств, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что размер компенсации морального вреда, причинённого малолетнему ФИО2, должен быть определен в размере 50 000 руб., размер компенсации морального вреда, причинённого его матери ФИО6, - 20 000 руб. Данные суммы, по убеждению суда, в достаточной степени компенсируют физические и нравственные страдания ребёнка от травмы, полученной при падении с металлической конструкции, и переживания истца в связи с этим, соразмерны степени тяжести и последствиям причинённого вреда, отвечают целям восстановления социальной справедливости и превенции. 

Как указано в Обзоре судебной практики по делам о защите прав потребителей, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.10.2023, продавец обязан обеспечить безопасные условия для здоровья потребителей и сохранности их имущества. Возникновение деликтного обязательства само по себе не исключает возможности применения к правоотношениям сторон Закона РФ «О защите прав потребителей».

Пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортёром), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17).

Необходимым условием для взыскания данного штрафа является не только нарушение изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортёром) права потребителя на добровольное удовлетворение его законных требований, но и присуждение судом каких-либо денежных сумм потребителю, включая основное требование, убытки, неустойку и компенсацию морального вреда.

В данном случае размер штрафа, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 35 000 руб., из расчета: (50 000 руб. + 20 000 руб.) : 2. 

Ответчиком заявлено о снижении размера штрафа на основании ст. 333 Гражданского кодекса РФ в связи с её трудным материальным положением. 

Разрешая ходатайство ответчика, суд руководствуется следующим.

В силу ст. 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение статьи 333 Гражданского кодекса РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым. При этом снижение размера неустойки не должно вести к необоснованному освобождению должника от ответственности за просрочку исполнения обязательства.

С учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в определении № 263-О, положения п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса РФ содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной её несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае нарушения права могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другие, значимые для дела обстоятельства.

Трудное материальное положение ответчика не является основанием для снижения штрафной санкции по ст. 333 Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем, суд учитывает, что ответчик принесла извинения и выразила свои сожаления по поводу случившегося в судебном заседании, данный случай является единичным, в большинстве случаев дети и родители остаются довольны посещением Детского центра «Веселая панда», деятельность Центра получает положительные отзывы, Центр участвует в благотворительных проектах, в настоящее время, со слов ответчика, металлическая балка накрыта спортивными матами. 

Учитывая обстоятельства причинения вреда, характер недостатка оборудования,значимость защищаемого права и последствия его нарушения,длительность нарушения ответчиком прав потребителя, суд полагает необходимым в соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса РФ уменьшить размер неустойки до 10 000 руб.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой освобождена истец, в размере 3000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, ИНН №, в пользу ФИО6, ИНН №, действующей в интересах малолетнего ФИО2, компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., 

в пользу ФИО6, ИНН №, действующей в своих интересах, - компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.,

штраф по Закону о защите прав потребителей в размере 10000 руб., 

а всего 80000 (восемьдесят тысяч) руб. 

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО3, ИНН №, в бюджет Ивановского муниципального района Ивановской области государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ивановский районный суд Ивановской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Н.В. Фищук