Дело № 2-2329/2017

Мотивированное 

решение

 изготовлено 19 июня 2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2017 года Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Нагибиной И. А., при секретаре Шардаковой Е. И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 АлексА.а к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных издержек,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных издержек.

В обоснование исковых требований указано, что 15 марта 2017 года в 

<

...> 

<

 № >, произошло ДТП с участием автомобиля «Хонда Испаер», гос. №

<

 № >, принадлежащего Г., под управлением ФИО2, и «Шкода Октавия», гос. №

<

 № >, под управлением собственника ФИО1

Причиной ДТП явились действия водителя ФИО2, который нарушил требования Правил дорожного движения Российской Федерациии допустил столкновение с автомобилем истца.

В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения.

Гражданская ответственность истца застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств ответчиком, а виновника ДТП - ПАО СК «Росгосстрах».

17 марта 2017 года ответчик получил заявление истца о возмещении убытков, а также приложенные к нему документы.

06 апреля 2017 года страховщик выплатил истцу страховое возмещение в сумме 

<

 данные изъяты >.

Согласно экспертному заключению ООО «Уральская палата оценки и недвижимости» сумма восстановительного ремонта поврежденного автомобиля с учетом износа составила 

<

 данные изъяты >.

Расходы истца на оценку ущерба составили 

<

 данные изъяты >. 

10 апреля 2017 года ответчику вручена претензия с требованием о доплате суммы страхового возмещения, ответчик в выплате страхового возмещения в полном объеме отказал

Истцом рассчитана неустойка за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты за период с 06 апреля 2017 года по 15 мая 2017 года, сумма которой составила 

<

 данные изъяты >. 

В результате действий ответчика истцу был причинен моральный вред, который она оценивает в 

<

 данные изъяты >.

Расходы истца на оплату услуг представителя составили 

<

 данные изъяты >.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму страхового возмещения в размере 

<

 данные изъяты >, расходы на оплату услуг эксперта в размере 

<

 данные изъяты >, неустойку с расчетом сумм на день вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 

<

 данные изъяты >, расходы на оплату услуг представителя - 

<

 данные изъяты >, а также штраф в соответствии с законом «Об ОСАГО». Истец и его представитель в судебном заседании на исковых требованиях настаивали, дали пояснения аналогичные изложенным в исковом заявлении. В качестве обоснования исковых требований сослались на то обстоятельство, что ответчиком в расчет страхового возмещения не включены суммы по восстановлению поврежденной в результате рассматриваемого страхового случая АКПП, в связи с чем, сумма ущерба ответчиком занижена. 

Стороной истца суду представлен расчет неустойки на дату рассмотрения дела по существу, сумма которой составила 

<

 данные изъяты > за 69 дней просрочки.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, полагая, что обязанность по выплате страхового возмещения страховщиком исполнена надлежащим образом и в срок. Оснований для взыскания суммы, большей, чем выплачено ответчиком, не имеется, в виду недоказанности возникновения повреждений АКПП автомобиля истца от рассматриваемого страхового случая. При удовлетворении иска просил применить к неустойке и штрафу положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда уменьшить до разумных пределов.

Представителем ответчика к материалам дела приобщен письменный отзыв на исковое заявление, на доводах которого он настаивал в ходе судебного разбирательства.

Третьи лица ФИО2,ПАО СК «Росгосстрах» в судебное заседаниене явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом и в срок, причина неявки суду не известна.

Заслушав стороны, заключения специалистов, проводивших трасологическое исследование, исследовав письменные доказательства и материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьями 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения). 

Судом установлено, подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии, не оспаривается сторонами, что 15 марта 2017 года в 

<

...> 

<

 № >, произошло ДТП с участием автомобиля «Хонда Испаер», гос. № 

<

 № >, принадлежащего Г., под управлением ФИО2, и «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № >, под управлением собственника ФИО1

Согласно справке о ДТП, определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, постановлению по делу об административном правонарушении, водитель ФИО2, управляя автомобилем, неправильно выбрал боковой интервал, тем самым, допустил столкновение с автомобилем истца, за что привлечен к административной ответственности в виде штрафа. Наличие события административного правонарушения и назначенное административное наказание не спаривал, о чем в постановлении по делу об административном правонарушении поставил свою подпись в соответствующей графе.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии прямой причинно-следственной связи между противоправными действиями водителя ФИО2, допустившего столкновение с автомобилем истца, и причиненным истцу материальным ущербом.

В соответствии со статьей 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу статьи 1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховым случаем признается наступление гражданской ответственности страхователя, иных лиц, риск ответственности которых застрахован по договору обязательного страхования, за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату. 

В соответствии с ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ (в ред. от 21.07.2014) «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Размер страховой суммы, установленный статьей 7 Закона об ОСАГО, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

На основании п. 21 ст. 12 Закона об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

Согласно справке о ДТП, автогражданская ответственность ФИО2 застрахована в ПАО СК «Росгосстрах». Автогражданская ответственность истца застрахована ответчиком, что последним не оспаривается.

Из материалов дела усматривается, подтверждается представителем ответчика, что заявление о выплате страхового возмещения и все необходимые документы были получены ответчиком 17 марта 2017 года.

05 апреля 2017 года ответчик осуществил страховую выплату в сумме 

<

 данные изъяты >, что подтверждается платежным поручением 

<

 № > от 05 апреля 2017 года. 

Размер страхового возмещения определен ответчиком на основании экспертного заключения 

<

 № > от 23 марта 2017 года, выполненного ООО «Росоценка» в соответствии с которым стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила с учетом износа 

<

 данные изъяты >.

Перед экспертом на разрешение поставлены вопросы об установлении наличия, характера и объема технических повреждений транспортного средства, причин возникновения технических повреждений автомобиля и возможности отнесения их к рассматриваемому дорожно-транспортному происшествию, а также технологии, объема восстановительного ремонта и размера затрат на восстановительный ремонт. 

Заключение составлено экспертом ООО «Росоценка» на основании приобщенного к заключению акта осмотра транспортного средства 

<

 № > от 22 марта 2017 года, в котором зафиксированы, в том числе, повреждения кронштейна КПП переднего, корпуса КПП. В графе повреждения, не относящиеся к данному ДТП, указание на какие-либо повреждения отсутствуют.

Согласно выводам эксперта-техника З. наличие, характер и объем технических повреждений, причиненных транспортному средству истца определены при осмотре и зафиксированы в Акте осмотра 

<

 № > (Приложение № 1) и фототаблице (Приложение № 3), являющимися неотъемлемой частью настоящего экспертного заключения. Направление, расположение и характер повреждений, а также возможность их отнесения к следствиям рассматриваемого ДТП, определены путем сопоставления полученных повреждений, изучения административных материалов по рассматриваемому событию, изложены в п. 2 исследовательской части.

Как усматривается из п. 2 исследовательской части экспертного заключения, каких-либо исключений из объема установленных в акте осмотра автомобиля 

<

 № > повреждений, в том числе повреждений кронштейна КПП переднего, корпуса КПП, со ссылкой на невозможность их возникновения при установленных обстоятельствах ДТП, эксперт не делает. Мотивированных оснований исключения повреждений АКПП автомобиля истца из стоимости восстановительного ремонта экспертное заключение не содержит.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что экспертом необоснованно исключено из объема восстановительного ремонта восстановление поврежденной в дорожно-транспортном происшествии АКПП автомобиля истца, поскольку данное повреждение имело место в результате рассматриваемого страхового случая, что прямо отражено в представленном ответчиком акте осмотра транспортного средства 

<

 № > от 22 марта 2017 года, подписанного истцом и экспертом-техником. Соответственно стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца экспертом З. немотивированно занижена на стоимость восстановления поврежденной АКПП.

При оспаривании истцом суммы выплаченного страхового возмещения, в материалы дела представлено экспертное заключение ООО «Уральская палата оценки и недвижимости» 

<

 № > от 25 марта 2017 года, в соответствии с которым, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила с учетом износа 

<

 данные изъяты >. В объем восстановительного ремонта поврежденного автомобиля включены работы и материалы на восстановление поврежденной в результате ДТП АКПП автомобиля.

Также истцом в доказательство возникновения повреждений автомобиля «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № >, от рассматриваемого страхового случая, зафиксированных в акте осмотра транспортного средства 

<

 № > от 22 марта 2017 года, представлено заключение специалиста ООО «Уральская палата оценки и недвижимости» 

<

 № > от 02 июня 2017 года.

В соответствии с выводами данного заключения повреждения корпуса АКПП на автомобиле «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № > с большей долей вероятности могли быть получены в результате заявленных обстоятельств ДТП от 15 марта 2017 года. Заключение составлено на основании административного материала и фотографий осмотра поврежденного автомобиля и места происшествия.

Специалист М., составившая указанное выше заключение, в судебном заседании пояснила, что вывод о повреждениях АКПП автомобиля истца в результате рассматриваемого страхового случая она сделала на основании осмотра автомобиля истца и осмотра места дорожно-транспортного происшествия. При выезде на место ДТП ею был обнаружен инородный элемент (предположительно фрагмент железобетонного изделия), частично внедренный в грунт, верхняя кромка которого расположена на высоте около 35 см относительно уровня дороги, что зафиксировано на фотографиях, которые она приобщила к материалам настоящего дела. При сопоставлении технических характеристик клиренса автомобиля истца и обнаруженного железобетонного элемента, высота которого вдвое превышает клиренс исследуемого автомобиля, эксперт пришла к выводу о том, что, АКПП автомобиля истца могла быть повреждена в результате наезда истца на этот инородный элемент, внедренный в газон, непосредственно в момент дорожно-транспортного происшествия. Более того, при осмотре автомобиля истца совместно с представителем страховщика, никаких сомнений относительно повреждения АКПП автомобиля в результате страхового случая эксперт страховщика не высказывал, данные повреждения им были зафиксированы в акте осмотра транспортного средства страховщика.

Выводы специалиста М. о повреждении АКПП автомобиля «Шкода Октавия» при наезде истца на инородный элемент, согласуются с пояснениями истца ФИО1, данными в судебном заседании при описании обстоятельств ДТП, из которых следует, что от удара об автомобиль «Хонда Испаер», его транспортное средство выбросило на снежный накат, который был расположен непосредственно за бордюром, отделяющим проезжую часть от газона. 

Указанные выводы согласуются и с актом осмотра транспортного средства 

<

 № > от 22 марта 2017 года, составленным представителем страховщика, из которого, как уже указано, явно усматривается повреждение АКПП от рассматриваемого ДТП. 

К материалам дела приобщены фотографии места дорожно-транспортного происшествия, из которых усматривается, что в месте ДТП на газоне, непосредственно за бордюром находится инородный элемент. 

Место дорожно-транспортного происшествия определено в справке о ДТП от 15 марта 2017 года, а также на схеме места ДТП (л.д. 41), которая ответчиком в судебном заседании не оспаривалась.

Доказательств того, что дорожно-транспортное происшествие произошло в ином месте, где отсутствует инородный элемент, ответчиком в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено. 

Установленное позволяет суду сделать вывод о том, что в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца получил повреждения АКПП, восстановление которых должно быть осуществлено за счет страхового возмещения.

Поскольку акты осмотра автомобиля истца, представленные суду обеими сторонами, с определенным в них объемом повреждений, не противоречат друг другу, в качестве доказательства, наиболее полно отражающего действительную стоимость восстановления автомобиля «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № >, судом принимается экспертное заключение ООО «Уральская палата оценки и недвижимости» 

<

 № > от 25 марта 2017 года, представленное истцом. Данное заключение составлено квалифицированным экспертом-техником, полномочия которого подтверждены документально.

Таким образом, сумма ущерба, причиненного истцу в результате рассматриваемого страхового случая, определяется судом в размере 

<

 данные изъяты > и за вычетом выплаченной страховщиком страховой суммы в размере 

<

 данные изъяты > и в пределах лимита ответственности страховщика, который составляет 

<

 данные изъяты >. С ответчика в пользу истца подлежит взысканию 

<

 данные изъяты >.

Суд не принимает в качестве доказательства невозможности повреждения АКПП автомобиля истца при рассматриваемых обстоятельствах Акт экспертного исследования 

<

 № > от 14 апреля 2017 года, выполненный специалистом ООО «Росоценка» О., по следующим основаниям.

Из представленного ответчиком Акта экспертного исследования 

<

 № > от 14 апреля 2017 года, выполненного ООО «Росоценка», усматривается, что на разрешение исследования поставлены вопросы о характере и механизме образования повреждений автомобиля «Шкода Октавия», гос. № 

<

 № >, возможности возникновения повреждений одномоментно в результате контактирования с автомобилем «Хонда Испаер», гос. № 

<

 № > либо при иных обстоятельствах.

Согласно выводам экспертного исследования характер и механизм образования следов-повреждений и причина их образования на автомобиле «Шкода Октавия» и «Хонда Испаер» изложены в исследовательской части, из которой следует, что максимальное возвышение поребрика над проезжей частью, согласно СНИП, составляет не более 15 см, клиренс автомобиля «Шкода Октавия» составляет 145-155 мм, соответственно плоскость клиренса может проходить через поверхность головки болта и нижнюю плоскость соединения картера КПП, при этом нижняя грань ребра усилителя картера отстоит от плоскости клиренса на расстоянии около 5 см. На вертикальной плоскости ребра усилителя картера имеется три следовых отпечатка от воздействия следообразующего объекта. Каплепадение нижней части картера КПП может свидетельствовать об износе прокладки между картерами или ослаблении затяжки болтов соединения. Данные недостатки свидетельствуют об эксплуатационном характере их образования, исключающих возникновение при заявленном ДТП.

По характеру и механизму образований внешних первичных повреждений автомобиля «Шкода Октавия», можно категорически утверждать, что заявленные повреждения картера КПП не могли образоваться при контактировании с дорожным ограждением, одномоментно, в заявленном месте при заявленных обстоятельствах, по причине отсутствия совпадающих следовых отпечатков, направления движения и высоты расположения повреждений. Данный вывод эксперта следует из одновременного сопоставления по форме, размерам, на основании анализа характера и локализации повреждений на автомобиле истца и поребрике (следообразующем объекте), основан на визуальной оценке повреждений и их сопоставлении между собой, исходя из направления просматриваемого излома в зоне первичного контакта с учетом идентичности автомобиля «Шкода Октавия».

Далее эксперт делает вывод о том, что водитель автомобиля «Шкода Октавия» должен был руководствоваться п.п. 10.1 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, однако его действия противоречат данным положениям Правил.

Повреждения нижней части кузова автомобиля «Шкода Октавия» могли образоваться во время его маневрирования, однако действия водителя противоречат требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации.

Со стороны водителя автомобиля «Шкода Октавия» предотвращение столкновения с автомобилем «Хонда Испаер» зависело не от технической возможности, а от выполнения требований п.п. 10.1 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, которыми он должен был руководствоваться в рассматриваемой ситуации, то есть при прямолинейном движении автомобиля «Шкода Октавия» с одновременным торможением и (или) совершением маневра не переходить предел, когда силы сцепления шин с дорогой еще достаточны, чтобы противодействовать боковой силе и не дать автомобилю потерять управляемость. Следовательно, действия водителя автомобиля «Шкода Октавия» с технической точки зрения, находятся в причинно-следственной связи с потерей управляемости автомобиля, а также в причинно-следственной связи при наезде на препятствие.

В судебном заседании специалист О. дал пояснения, аналогичные изложенным в Акте экспертного исследования 

<

 № > от 14 апреля 2017 года. Указал, что поскольку данный акт составлен не на основании судебного определения о назначении судебной экспертизы, выводы эксперта могут не соответствовать поставленным перед экспертом вопросам. Кроме того, пояснил, что установленные повреждения корпуса АКПП исследуемого автомобиля не требуют при их восстановлении полной замены данного механизма, достаточно припаять алюминиевый поврежденный элемент на АКПП, что составит не более 

<

 данные изъяты >.

Оценив акт экспертного исследования 

<

 № > от 14 апреля 2017 года, в совокупности с пояснениями специалиста, суд приходит к выводу, что он не опровергает заключение эксперта М. о том, что АКПП автомобиля «Шкода Октавия» повреждена в результате рассматриваемого страхового случая, поскольку не содержит выводов относительно возможности возникновения данного повреждения при иных обстоятельствах, в иное время и в другом месте. 

Доводы эксперта О. о том, что заявленные повреждения картера КПП не могли образоваться при контактировании с дорожным ограждением, одномоментно, в заявленном месте при заявленных обстоятельствах, не свидетельствую о том, что транспортное средство истца не могло отбросить на препятствие в виде инородного элемента, расположенного за тротуарным бордюром, в результате удара об автомобиль виновника ДТП. 

Выводы специалиста О. о нарушении водителем ФИО1 п.п. 10.1, 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, носят вероятностный характер, материалами дела не подтверждаются. Ссылка эксперта на объяснения водителей, в том числе, о том, что автомобиль «Шкода Октавия» выполнил левый поворот с наездом на препятствие, несостоятельна в отсутствие в Акте экспертного исследования копий письменных объяснений участников ДТП. Каких-либо доказательств, с достоверностью свидетельствующих о нарушении истцом ФИО1 Правил дорожного движения Российской Федерации, материалы дела не содержат. 

Из материалов дела усматривается, что столкновение автомобилей произошло задними левыми их частями, в момент, когда транспортные средства заканчивали разъезд, и в результате заноса автомобиля «Хонда Испаер» при движении по колее, что не оспаривалось сторонами настоящего дела. 

Данные обстоятельства не свидетельствуют о нарушении водителем ФИО1 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, в соответствии с которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. ФИО1 не предполагал и не мог предполагать, что автомобиль «Хонда Испаер» при движении по колее занесет на его транспортное средство в рассматриваемой дорожной ситуации, соответственно скорость движения автомобиля истца не является причиной возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Не имеется в деле и доказательств того, что ФИО1 совершал какой-либо маневр, создавший опасность для движения или помеху другим участникам дорожного движения (п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Суд считает необходимым отметить, что вопрос о наличии в действиях водителя ФИО1 нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации, перед специалистом не ставился, потому не мог являться предметом его исследования.

При таком положении, выводы специалиста о наличии в действиях водителя ФИО1 причинно-следственной связи с возникшими повреждениями его автомобиля, судом не принимаются.

В соответствии с п. 1.6 Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденного Банком России 19.09.2014 N 432-П, необходимый и достаточный набор (комплекс) работ по восстановительному ремонту транспортного средства устанавливается в зависимости от характера и степени повреждения отдельных частей, узлов, агрегатов и деталей на основе технологии предприятия-изготовителя или сертифицированных ремонтных технологий с учетом особенностей конструкции деталей (узлов, агрегатов), подвергающихся ремонтным воздействиям, выполнения в необходимом и достаточном объеме вспомогательных и сопутствующих работ по разборке/сборке, регулировке, подгонке, окраске, антикоррозийной обработке и так далее для обеспечения доступа к заменяемым и ремонтируемым частям, узлам, агрегатам и деталям, сохранности сопряженных частей, узлов, агрегатов и деталей и соблюдения требований безопасности работ.

Решение о замене коробки передач, в случае выявления повреждений, относящихся к рассматриваемому дорожно-транспортному происшествию, но не позволяющих сделать однозначный вывод о необходимости замены агрегата или механизма в сборе, принимается после их диагностики или дефектовки с разборкой при наличии на то технически обоснованных показателей (признаков), свидетельствующих о возможном наличии скрытых повреждений (наличие механических повреждений только в виде царапин, задиров и сколов на корпусе к таким признакам не относится).

Доводы специалиста О. о том, что восстановление АКПП возможно без ее замены в сборе, отклоняются судом, поскольку в дело не представлено допустимых доказательств возможности ремонта корпуса АКПП без ее замены в сборе, и такая возможность допускается технологией предприятия-изготовителя или сертифицированными ремонтными технологиями с учетом особенностей конструкции АКПП автомобиля «Шкода Октавия», принадлежащего истцу. 

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на оценку ущерба.

Расходы истца на оценку ущерба составили 

<

 данные изъяты >, что подтверждается квитанцией 

<

 № > от 22 марта 2017 года (л.д. 19 оборотная сторона).

В силу п. 14 ст. 12 Закона об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, стоимость независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), на основании которой осуществляется страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования.

При этом расходы на проведение экспертизы не являются страховым возмещением, поскольку они должны быть понесены при осуществлении страховщиком обычной хозяйственной деятельности. Исполнение ответчиком обязанности по оценке поврежденного транспортного средства и выплате страхового возмещения не в полном объеме создало препятствия для реализации потерпевшим его прав на полное возмещение ущерба и привело к необходимости несения им расходов на проведение такой экспертизы.

Следовательно, стоимость независимой экспертизы (оценки), на основании которой должна быть произведена страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком, а не в состав страховой выплаты.

Иное толкование названного положения Закона об ОСАГО приведет к нарушению права потерпевшего на возмещение убытков в полном объеме, поскольку подлежащая выплате сумма страхового возмещения, направленная на восстановление поврежденного имущества, будет необоснованно уменьшена на стоимость услуг по проведению независимой экспертизы.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Соответственно, стоимость независимой экспертизы, проведенной по инициативе потерпевшего, подлежит взысканию со страховщика в сумме 

<

 данные изъяты > сверх лимита ответственности страховщика.

В силу положений п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему. 

Не оспаривается ответчиком, что заявление о выплате страхового возмещения получено им 17 марта 2017 года, в установленный законом 20-дневный срок, а именно 05 апреля 2017 года страховое возмещение выплачено истцу в сумме 

<

 данные изъяты >, что на 

<

 данные изъяты > меньше, чем установлено судом к выплате ответчиком.

Претензия истца о доплате страхового возмещения получена ответчиком 10 апреля 2017 года, в установленные п. 1 ст. 16.1 Закона об ОСАГО сроки ответчиком удовлетворена не была.

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчика неустойки и штрафа, предусмотренных ст.ст. 12, 16.1 Закона об ОСАГО, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

По расчетам истца сумма подлежащей взысканию неустойки за период с 06 апреля 2017 года по 14 июня 2017 года на сумму страхового возмещения 

<

 данные изъяты > составляет 

<

 данные изъяты >. 

Между тем, неустойка не подлежит начислению на сумму расходов на оплату услуг эксперта - 

<

 данные изъяты >. Сумма неустойки должна начисляться на сумму страхового возмещения, недоплаченную ответчиком и равную 

<

 данные изъяты >. В данном случае неустойка составляет 

<

 данные изъяты > (

<

 данные изъяты > х 1% х 69 дней). Сумма штрафа составляет 

<

 данные изъяты >.

Ответчиком заявлено о применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о суммах подлежащих взысканию в качестве неустойки и штрафа.

Согласно пункту 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к правоотношениям, вытекающим из законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, также не исключено.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть, по существу, на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Принимая во внимание то обстоятельство, что просрочка ответчика не является значительной, ответчиком в установленный срок осуществлена выплата страхового возмещения в неоспариваемой части, истцом не представлено доказательств того, что в результате просрочки ответчика в выплате страхового возмещения в полном объеме, у него возникли убытки, соответствующие заявленной неустойке, суд, руководствуясь статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает возможным снизить размер неустойки до 

<

 данные изъяты >, размер штрафа - до 

<

 данные изъяты >, взыскав указанные суммы в пользу истца.

Правоотношения, возникшие между сторонами, регулируются общими положениями Закона о защите прав потребителей, потому требование истца о компенсации морального вреда является обоснованным и подлежит удовлетворению на основании ст. 15 указанного закона. С учетом моральных и нравственных страданий истца, причиненных ответчиком несвоевременной выплатой страхового возмещения в полном объеме, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 

<

 данные изъяты >.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные истцом, подлежат возмещению за счет средств ответчика в разумных пределах. 

Заявленный истцом размер расходов по оплате услуг представителя в сумме 

<

 данные изъяты > суд находит несоразмерным объему выполненной представителем истца работы, отвечающим требованиям разумности. 

С учетом конкретных обстоятельств дела, объема проведенной представителем работы, сложности дела, суд полагает возможным требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя удовлетворить в размере 

<

 данные изъяты >.

С ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина на основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, от уплаты которой истец освобожден при подаче искового заявления, исчисленная пропорционально удовлетворенной части исковых требований и на основании налогового законодательства в размере 

<

 данные изъяты >, из которых 

<

 данные изъяты > - по требованию о компенсации морального вреда. 

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 АлексА.а к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, судебных издержек, штрафа, удовлетворить частично.

Взыскать с страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в пользу ФИО1 АлексА.а страховое возмещение в сумме 

<

 данные изъяты >, расходы на оценку ущерба - 

<

 данные изъяты >, неустойку в размере 

<

 данные изъяты >, компенсацию морального вреда 

<

 данные изъяты >, штраф 

<

 данные изъяты >, расходы на оплату услуг представителя - 

<

 данные изъяты >, всего 

<

 данные изъяты >.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в доход местного бюджета госпошлину в размере 

<

 данные изъяты >.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения в Свердловский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья И. А. Нагибина