Дело № 2-3597/2025

УИД: 34RS0002-01-2025-005260-94 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 ноября 2025 года г.Волгоград

Дзержинский районный суд г.Волгограда в составе:

председательствующего судьи Сурковой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Попове В.М.,

помощнике судьи Хлюстовой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО1 к ФИО3 о признании завещания недействительным,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании завещания недействительным, указав в обоснование требований, что 25 февраля 2025 года умер ФИО4, после смерти которого открылось наследство, состоящее из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Истец является сыном наследодателя и наследником по закону. В июне 2025 года, при обращении к нотариусу г.Волгограда ФИО5, истец узнал, что 23 октября 2023 года ФИО4 составил завещание в пользу ФИО3. Полагает, что при составлении завещания ФИО1 был не способен понимать значение своих действий или руководить ими, поскольку в 2016 году ему было диагностировано заболевание – шизофрения, что отражено в медицинской документации. Он регулярно находился на стационарном лечении по психическому заболеванию в ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2» с 2018 года по 2024 год. По указанным основаниям просит признать завещание от 23 октября 2023 года недействительным.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие, доверил представление интересов представителю. 

Представитель истца ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, доверила представление интересов представителю. Ранее, в судебном заседании 27 августа 2025 года, просила суд отказать в удовлетворении исковых требований. В обоснование возражений поясняла, что с ФИО2 ее познакомила его бывшая помощница по дому в 2022 году, после чего с лета 2022 года по договоренности с ФИО2 она за плату стала осуществлять за ним уход, помогала в хозяйственных делах, вызывала ему скорую помощь при необходимости, поскольку у него было тяжелое состояние здоровья, ему не к кому было больше обратиться. Поначалу она приезжала к нему раз в неделю, покупала продукты, готовила, убирала, все остальное время он ухаживал за собой сам, решал бытовые вопросы он также самостоятельно, был очень общительным. Позже, в 2024 году его состояние здоровья ухудшилось, а именно ухудшилось состояние ног из-за диабетической нейропатии, в связи с чем она была вынуждена приезжать чаще и им пришлось даже оформить доверенность для представления интересов в медицинских учреждениях. Его сын и дочь к нему никогда не приезжали, его не навещали, дочь даже не приехала на похороны. Очень редко к ФИО2 в гости приезжала сестра ФИО6. При этом, ФИО2 никогда ничего плохого про своих родственников ей не говорил, объяснял отсутствие общения с ними их занятостью. Каких-либо странностей в поведении ФИО2 она не наблюдала, он всегда находился в адекватном состоянии, правильно ориентировался во времени и пространстве, четко все понимал, у него была очень хорошая память, он часто рассказывал про свою жизнь, подробно, с датами, именами, демонстрируя фотографии. Она не помнит, находился ли он на лечении в психиатрической больнице в 2022-2024 гг. Оформить на нее завещание ФИО2 решил сам, о его намерении это сделать она не знала. Для этого он самостоятельно обратился к нотариусу, после чего сообщил об этом ей уже по факту. При этом, он ее попросил, чтобы она его похоронила с учетом всех его пожеланий, подробно обозначив алгоритм ее действий после его смерти. Когда ФИО2 умер, она выполнила его пожелания, организация похорон производилась полностью за ее счет. 

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО8, действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования полагал не подлежащими удовлетворению, поскольку заключение судебной экспертизы является недопустимым доказательством. Исходя из медицинской документации, с апреля 2023 года по дату смерти ФИО2 нигде не лечился, его родственники по вопросу признания его недееспособным не обращались. В спорный период ФИО2 совершал иные юридически значимые действия. Полагает, что истцом не представлено доказательств того, что на момент составления заявления ФИО2 не мог понимать значение своих действий или руководить ими. 

Третье лицо нотариус г.Волгограда ФИО5, привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица ФИО9 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, о причина неявки не уведомили.

Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица ФИО11 в судебное заседание не явилась, представила письменные объяснения в порядке ст.35 ГПК РФ, согласно которым исковые требования ФИО1 считала подлежащими удовлетворению, так как ФИО2 на октябрь 2023 г. имел психическое заболевание и не мог понимать всего что делает, так как «бредил».

Суд, с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте его проведения.

Заслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав и оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

В соответствии с пунктом 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1121 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель может совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц (статья 1116 Гражданского кодекса Российской Федерации), как входящих, так и не входящих в круг наследников по закону.

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 ГК РФ).

Согласно же ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

При этом, в силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из приведенной нормы закона следует, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, поскольку сделку, совершенную гражданином в состоянии, когда он не осознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог ими руководить, нельзя считать действительной.

Основание недействительности сделки, предусмотренной п. 1 ст. 177 ГК РФ, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 177 ГК РФ, возложено на истца.

По настоящему делу судом установлено.

Истец ФИО1 является сыном ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении VIII-МЮ №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер, о чем ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС администрации Дзержинского района Волгограда составлена актовая запись о смерти №.

На праве собственности ФИО2 принадлежала квартира, с кадастровым номером №, расположенная по адресу: Россия, 

<

адрес>, что подтверждается договором купли-продажи от 28 июля 2015 года и выпиской из ЕГРН.

23 октября 2023 года ФИО2 на случай смерти составлено завещание, удостоверенное нотариусом г.Волгограда ФИО5, согласно которому наследодатель распорядился принадлежащей ему квартирой в пользу ФИО3.

Основанием к обращению с настоящим иском явились доводы ФИО1 о том, что ФИО2 на момент составления завещания от 23 октября 2023 года не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в силу своего возраста, заболеваний. 

В целях проверки доводов ответчика о том, что ФИО2 мог понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период, по ходатайству стороны отетчика в судебном заседании по обстоятельствам дела была допрошена свидетель ФИО10, которая суду пояснила, что она работает библиотекарем ВМУК «ЦСГБ». 27 июня 2023 года ФИО2 записался в библиотеку. Их общение началось с того, что когда он пришел, он стал рассказывать стихи ФИО12. После того, как он записался в библиотеку, он взял книгу «Три товарища» Э.М.Ремарка, читал он, в основном, про войну. Посещал он библиотеку в течение полугода в 2023 году, в 2024 году уже не приходил. Когда ФИО2 приходил в библиотеку, они долго разговаривали (около часа), он всегда что-то рассказывал, у нее создалось такое впечатление, что ему не хватало общения. Больше всего ее удивила ситуация, когда в июле 2023 года ФИО2 спросил у нее книгу писателя Л.Фейхтвангера, название которой он не мог вспомнить, при этом полностью рассказал сюжет произведения, а позже вспомнил и само название, а когда книга была найдена в библиотеке, он, пролистав ее, извинившись, не стал ее брать, так как четко помнил ее содержание. После этого ФИО2 долго не было, а когда он пришел, чтобы продлить книгу ФИО12, она предложила ему что-нибудь взять, но он отказался, сославшись на то, что из-за болей в ногах он будет переживать, что не сможет вовремя сдать книгу. Через какое-то время книгу ФИО12 принесла уже ФИО3. 

Свидетель ФИО13 суду пояснила, что она работает продавцом ИП ФИО16 в павильоне, расположенном по адресу: 

<

...>. ФИО2 она знала на протяжении примерно семи лет, он часто заходил в павильон, покупал пиво, сигареты. Он всегда был чистым, опрятным. ФИО2 всегда был в курсе всех новостей, рассказывал, что он работал в Москве в МВД, был очень общительным, начитанным, грамотным. Странностей в его поведении она никогда не замечала, он всегда был вежливым, обращался исключительно по имени и отчеству. В павильон ФИО2 приходил часто: каждый день либо через день, иногда просто заходил пообщаться, ничего не покупал. Были периоды, когда он не приходил в павильон, после объяснял это тем, что болел, но чем болел, не говорил. 

Свидетель ФИО14 суду пояснила, что ФИО3 знает, поскольку она является супругой ее давнего знакомого – Романа. Роман занимается компьютерной техникой. В январе-феврале 2023 года, точную дату назвать не может, в связи с давностью событий, она обратилась к Роману по вопросу ремонта ее ноутбука. Они договорились, что она сама подъедет к нему, а по дороге, по его просьбе, должна будет забрать его супругу – ФИО3 со Спартановки. Подъехав по указанному адресу, Елена попросила ее подняться в квартиру, так как ей необходимо было доделать что-то, она поднялась в квартиру, где ее встретил ФИО2. Примерно через неделю, когда Роман отремонтировал ноутбук, она также заезжала за Еленой и видела ФИО2. Эти две встречи с ФИО2 продолжались в течение 20-40 минут. При встрече, ФИО2 сразу представился, вел себя адекватно, у него была абсолютно связанная, грамотная речь, он показывал свои картины, угощал чаем, который сам очень красиво сервировал. Выглядел ФИО2 моложаво, был ухожен и опрятен. 

Оценив показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, суд не может их принять в качестве достоверно подтверждающих либо опровергающих наличие у ФИО2 психического расстройства в спорный период, поскольку данные свидетели не обладают специальными медицинскими познаниями, они с ФИО2 в спорный период времени постоянно не проживали, им не были известны подробности физического и психологического состояния его здоровья на момент оформления завещания. 

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Для разрешения вопроса о способности ФИО2 понимать на момент оформления доверенности значение своих действий и руководить ими, установлению наличия либо отсутствия эмоционально-волевых нарушений и индивидуально-психологических особенностей интеллектуальной сферы, которые могли бы оказать существенное влияние на его поведение, волеизъявление, на его способность учитывать и понимать объем информации, изложенной в завещании от 23 октября 2023 года, судом по ходатайству стороны истца назначалась комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам амбулаторного отделения судебно-психиатрических экспертиз ГКУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2». 

Согласно выводам заключения комиссии экспертов ГКУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2» № 1-2944 от 06 октября 2025 года, на основании исследования медицинской документации ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при жизни, том числе и на юридически значимый период времени, указанный в определении суда - ДД.ММ.ГГГГ, страдал психическим расстройством в форме органического шизофреноподобного расстройства, галлюцинаторно-бредовый синдром на фоне дефекта (код F 06.2 по МКБ-10), которое препятствовало его возможности понимать (осознавать в трактовке вопроса в определении суда) характер и значение своих действий и руководить ими. Об этом свидетельствуют данные материалы гражданского дела и медицинских документов, его анамнеза, наличие психических расстройств с 2017 года в виде галлюцинаторно-бредовой симптоматики, которые были верифицированы врачами-психиатрами в ходе его неоднократного стационарного лечения, склонность к хроническому и прогредиентному течению указанных расстройств, с периодическими обострениями психотической (бредовой) симптоматики, формированием характерного эмоционально-волевого дефекта с нарушением мышления, ослаблением аттентивно-мнестической сферы со снижением адаптивных возможностей. С учетом хронического и прогредиентного течения указанного психического расстройства, с нарушением мышления, периодическими обострениями психотической (бредовой) симптоматики на фоне сформированного эмоционально-волевого дефекта, у экспертов есть все основания утверждать, что ФИО2. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в момент составления завещания, удостоверенного нотариусом г. Волгограда ФИО5 23 октября 2023 года, не мог понимать (осознавать в трактовке вопроса в определении суда) характер и значение своих действий и руководить ими. 

Согласно положениям статей 56, 59, 67 ГПК РФ, суд определяет какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Оценивая вышеназванное доказательство, суд признает достоверным заключение судебной экспертизы, поскольку оно полностью соответствует предъявляемым к нему требованиям процессуального законодательства, поскольку проведено оно в соответствии с требованиями ст. 79 ГПК РФ, заключение дано экспертами, имеющими высшее медицинское образование, большой стаж работы, эксперты не являются заинтересованными лицами, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение экспертов согласуются с исследованными материалами дела и не доверять заключению экспертов у суда нет оснований. 

Кроме того, доказательств, дающих оснований ставить выводыКУЗ ВО «ВОКПНД» под сомнение, кем-либо из лиц, участвующих в деле, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ представлено не было. 

В этой связи, заключение ГКУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2» принимается судом как допустимое доказательство по делу.

То обстоятельство, что показания свидетелей, допрошенных судом, объяснения сторон, не отражены в заключении комиссии экспертов ГКУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2» само по себе не является основанием сомневаться в правильности вывода экспертов, поскольку для исследования экспертам были предоставлены все материалы гражданского дела, медицинская документация на ФИО15, которые были исследованы экспертами, что отражено в самом заключении.

Вопреки доводам представителя ответчика нарушений при производстве судебной экспертизы и даче заключения соответствия требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", положениям статей 79, 83 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые бы свидетельствовали о неполноте, недостоверности и недопустимости заключения экспертизы и неправильности сделанных выводов судом не установлено.

Ссылку представителя ответчика в подтверждение вменяемости и адекватности ФИО2, на то, что ФИО2 состоял в реестре адвокатов, на документы, составленные и подписанные им самостоятельно, суд считает также несостоятельной, поскольку документы, оформленные в 2021 и 2022 году не относятся к юридически значимому периоду, а представленная копия заявления от 26 октября 2023 года от имени ФИО2 о получении сведений из ЕГРН не может свидетельствовать об отсутствии у него на тот период психического расстройства, в силу которого он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Так, обусловленная тем или иным психическим нарушением неспособность при осуществлении определенных прав и обязанностей в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими далеко не всегда означает, что гражданин не в состоянии обращаться с письменными заявлениями, в том числе, запрашивать документы из государственных органов, при этом, совершение этих действий не может свидетельствовать о наличии у этого лица способности в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценив все вышеприведенные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о доказанности наличия оснований для признания завещания ФИО2 от 23 октября 2023 года недействительным, поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно подтверждено то обстоятельство, что в момент его составления последний не мог понимать значение своих действий и руководить ими. 

В этой связи, поскольку по указанным мотивам доводы истца нашли подтверждение, суд полагает возможным удовлетворить иск ФИО1, признав составленное от имени ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, удостоверенное нотариусом г. Волгограда ФИО5, недействительным.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.198-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

иск ФИО1 к ФИО3 о признании завещания недействительным – удовлетворить.

Признать завещание от 23 октября 2023 года, составленное от имени ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, удостоверенное нотариусом г. Волгограда ФИО5, недействительным.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Дзержинский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено в окончательной форме 08 декабря 2025 года.

Судья Е.В.Суркова