Дело № 12-175/2021 

УИД 58MS0019-01-2020-004636-71

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 марта 2021 года 

Судья Октябрьского районного суда г.Пензы Бобылева Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Пензе жалобу ФИО1 на постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.19.12. КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 8 Октябрьского района г.Пензы от 22.01.2021 года (резолютивная часть от 21.01.2021 года) ФИО1 был привлечен к административной ответственности по ст.19.12. КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 3 000 (трех тысяч) рублей с конфискацией предмета административного правонарушения – сотового телефона марки «OPPO A5 2020» черного цвета, imei: №, и сим-карты сотового оператора «Билайн» №#.

Из названного постановления мирового судьи следует, что ФИО1 совершил административное правонарушение, предусмотренное ст.19.12. КоАП РФ, при следующих обстоятельствах: 26.11.2020 года, в 14 час. 30 мин., в комнате досмотра граждан, прибывших в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, расположенное по адресу: 

<

...>, у ФИО1, прибывшего в учреждение в качестве адвоката, при досмотре личных вещей в сумке черного цвета был обнаружен и изъят сотовый телефон марки «ОРРО А5 2020» черного цвета, imei: №, и сим-карта сотового оператора «Билайн».

Руководствуясь Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденными приказом Минюста России № 189 от 14.10.2005 года, и положениями Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», исследовав и оценив все доказательства по делу в их совокупности, мировой судья нашел вину ФИО1 в совершении названного административного правонарушения, полностью доказанной, и не усмотрел оснований для прекращения дела либо иной квалификации действий ФИО1. 

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении (лицо, привлеченное к административной ответственности), ФИО1, не признавая своей вины в совершении вмененного ему административного правонарушения, обратился в суд с жалобой на названное выше постановление, в которой просил отменить постановление мирового судьи и прекратить производство по делу ввиду наличия обстоятельств, предусмотренных ст.24.5 КоАП РФ, и недоказанности обстоятельств, на основании которых вынесено постановление, указав, наряду с прочим, на следующее:

Не доказан умысел в его действиях на совершение действий, предусмотренных диспозицией ст.19.12 КоАП РФ. В судебном заседании представленными им документами (копии чека об оплате телефона, паспорта на телефон, справки по операции ПАО Сбербанк по карте МИР, скриншоты коробки к телефону с указанием IMEI телефона и даты его изготовления) подтвержден факт принадлежности ему изъятого у него сотового телефона и сим-карты, длительного пользования ими. При указанных обстоятельствах один только факт обнаружения у него в сумке и изъятии сотового телефона с сим-картой не может свидетельствовать о том, что он намеревался передать их при условиях, отраженных в диспозиции ст.19.12. КоАП РФ. Его доводы о том, что он просто забыл вынуть сотовый телефон с сим-картой в нем из сумки, и данным телефоном и сим-картой он пользуется сам, ни чем в представленных в суд материалах административного дела не опровергнуты. Указанные им документы свидетельствуют, что сотовый телефон и сим-карта приобретены именно им, соответственно, 30.11.2020 и 03.05.2020, и с данного времени по 26.11.2020 находились в его личном пользовании. Полагает, что эти и другие вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии каких-либо его активных действий, направленных на совершение действий, предусмотренных ст.19.12. КоАП РФ. При этом наличие сотового телефона с сим-картой на дне принадлежащей ему сумки не может расцениваться, как скрытый пронос, т.к. дно сумки не является потайным местом, поскольку при проведении досмотра оно становится доступным для обозрения, в связи с чем в его действиях отсутствует, в т.ч., объективная сторона вменяемого ему правонарушения. Представленные в материалах дела по запросу судьи ответы из СИЗО-1 на л.д.98-100, 118-119 и представленные им документы на л.д.67-77 (копии ордера адвоката № 1337 от 25.11.20 в порядке ст.ст.50-51 УПК РФ, постановлений о возбуждении уголовных дел, заключения комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов № 718) подтверждают его доводы о невозможности осуществления им самостоятельной встречи с обвиняемым ФИО2 в следственном кабинете при рассматриваемых обстоятельствах дела. Отсутствие его ордера в личном деле подследственного К, без чего было невозможно с ним встретиться, невменяемость самого подследственного и вызванная этим необходимость участия во всех следственных действиях его законного представителя, следователя и его вызовы подследственного К на допрос соответствующими требованиями, в которые вписывалась его (ФИО1) фамилия и должность для обеспечения его участия в следственных действиях, объективно делало невозможным его встречу с К наедине. Все вопросы, связанные с К, он вынужден был обсуждать со следователем и с законным представителем подзащитного. В этой связи вывод суда о том, что наличие у его подзащитного хронического психического расстройства не имеет юридического значения для состава рассматриваемого административного правонарушения, считает необоснованным, поскольку вышеуказанный факт следует оценивать в совокупности с другими собранными по делу данными.

Досмотр и изъятие у него сотового телефона с сим-картой произошли при переходе контрольно-пропускного пункта пропуска людей из локальной зоны в административное здание СИЗО-1 и в режимную зону, т.е. на территории локальной зоны, не относящейся к режимной зоне, что исключает его ответственность по ст.19.12. КоАП РФ. Согласно п.7.1. и п.3.10 СП 247.1325800.2016 «Свод правил следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования, утвержденные приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ» от 15.04.2016 № 245/пр (далее – Свод правил СИЗО СП 247.1325800.2016), в локальной зоне размещаются, в том числе КПП-Л – контрольно-пропускные пункты пропуска людей из локальной зоны в административное здание СИЗО и в режимную зону. Согласно положениям п.7.2 Свода правил СИЗО СП 247.1325800.2016, в состав режимной зоны СИЗО не входят, в т.ч.: «шлюз», «контрольно-пропускной пункт пропуска людей из локальной зоны в административное здание СИЗО и в режимную зону». В режимную зону входит, в частности, следственное отделение, где, как указано им выше, имеется свой контрольно-пропускной пункт. Из смысла перечисленных нормативно-правовых актов, контрольно-пропускной пункт пропуска людей из локальной зоны в административное здание СИЗО и в режимную зону осуществляет лишь функцию по добровольному и принудительному выявлению запрещенных на режимной территории предметов и не входит в состав самой режимной зоны. В обжалуемом постановлении суд сделал вывод о том, что наличие состава административного правонарушения по ст.19.12. КоАП РФ законом не привязано к типу зоны режимного учреждения, на которой был обнаружен запрещенный предмет. С данным выводом суда он не согласен, так как считает, что по смыслу закона сбыт или попытку сбыта запрещенных предметов можно совершить лишь в режимной зоне СИЗО. Этот его довод находит свое подтверждение в показаниях свидетеля К в той их части, что КПП-2 он относит к режимной зоне изолятора, и по этой причине полагает, что имеются основания для привлечения его к административной ответственности по ст.19.12. КоАП РФ. Между тем, показания К в части признания им КПП-1 режимной зоной противоречат положениям п.7.2 Свода правил СИЗО СП 247.1325800 2016 о том, что контрольно-пропускной пункт пропуска людей из локальной зоны в административное здание СИЗО и в режимную зону, коим является КПП-2, в состав режимной зоны СИЗО не входит. Данные противоречия в ходе судебного разбирательства не устранены, оценка им не дана.

Не доказан факт того, что местом, где у него возле КПП-2 СИЗО-1 обнаружили и изъяли сотовый телефон и сим-карту, является именно комната для досмотра граждан. Эти данные, кроме указания об этом в протоколах и показаниях свидетеля К, другими материалами своего подтверждения не находят. Нормативно-правовых актов на этот счет в материалах дела не представлено, а ссылок на таковые в обжалуемом постановлении не имеется. Между тем, в своих объяснениях, в том числе в судебном заседании, он отрицал, что вышеуказанное место является комнатой досмотра граждан. 

Протокол об административном правонарушении от 26.11.2020 составлен с существенным нарушением требований КоАП РФ, влекущим недопустимость его в качестве доказательства по делу. Данный протокол не содержит конкретного описания события административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ, поскольку в нем не указано, какой закон, его пункт и статья были нарушены и с какого момента. Указание в протоколе в качестве места совершения правонарушения комнаты досмотра граждан не соответствует действительности, т.к. телефон и сим-карта к нему обнаружены при досмотре его личных вещей на КПП 2 СИЗО-1. Вышеперечисленные недостатки протокола являются существенными, так как, согласно ст.ст.26.1. и 28.2. КоАП РФ, в протоколе об административном правонарушении формулируется обвинение, предъявленное лицу, привлекаемому к административной ответственности, за пределы которого судья выходить не вправе. Отсутствие в протоколе надлежащего описания события административного правонарушения, достаточного для квалификации действий лица по указанной норме, нарушает право этого лица на защиту и противоречит требованиям ст.28.2. КоАП РФ. Указанное обстоятельство лишает судью возможности проверить обоснованность предъявленного ему обвинения и принять правильное решение по делу. Расширить событие правонарушения, сформулированное в протоколе об административном правонарушении, и установить новые обстоятельства судья при рассмотрении дела не вправе. Допущенные по настоящему делу нарушения требований КоАП РФ являются существенными, влияют на всесторонность, полноту и объективность рассмотрения дела и не могут быть оставлены без внимания в силу положений статей 24.1, 26.1 названного Кодекса.

Протокол об изъятии от 26.11.2020 составлен с существенным нарушением требований КоАП РФ, влекущим его недопустимость в качестве доказательства по делу. Указание в этом протоколе в качестве места обнаружения изымаемого сотового телефона и сим-карты не соответствует действительности, т.к. телефон и сим-карта к нему были обнаружены при досмотре его личных вещей на КПП-2 СИЗО-1, чего в протоколе об изъятии указано не было. В вышеуказанном протоколе, в графе о разъяснении ему прав, предусмотренных ст.25.1. КоАП РФ, отсутствует его подпись, что свидетельствует о неразъяснении этих прав. Ни на видео, ни в показаниях вышеуказанных свидетелей, а также в заверенных их подписями документах по делу (рапорте на л.д.3 и акте на л.д.4), какой-либо информации о понятых и К, а также роли последних в рассматриваемых обстоятельствах дела, не имеется. Подписей К, М и Б в протоколе об изъятии у него сотового телефона и сим-карты, составленном К, также нет. При таких обстоятельствах, вопрос о том, каким образом и где конкретно сотрудником СИЗО-1 К был оформлен и составлен рассматриваемый протокол об изъятии, при том, что сотовый телефон и сим-карта у него уже были изъяты К, остался невыясненным. Между тем, ответ на этот вопрос имеет существенное значение для установления законности и обоснованности порядка привлечения лица к административной ответственности по ст.19.12. КоАП РФ, влекущего в случае нарушения данного порядка исключение этого протокола из числа доказательств, как недопустимого, прекращение административного дела. Указанные противоречия в обжалуемом постановлении оставлены без внимания, оценка им и факту неразъяснения ему ст.25.1. КоАП РФ при составлении протокола об изъятии не дана. Вышеуказанных нарушений достаточно для исключения протокола об изъятии из числа доказательств, как недопустимого доказательства по делу.

Подтверждение позиции о недоказанности его вины по ст.19.12. КоАП РФ существующей судебной практикой Первого кассационного суда общей юрисдикции. Так, согласно судебной практике Первого кассационного суда общей юрисдикции (№ 16-5437/2020 от 25.09.2020) и апелляционной инстанции Кировского районного суда г.Саратова (№ 12-293/2020 от 16.07.2020), в обоснование доказанности вины адвоката по ст.19.12. КоАП РФ суды обеих инстанций руководствовались следующими основаниями: адвокату был выдан пропуск для посещения следственной комнаты; запрещенный предмет был обнаружен у него при проведении досмотра, предшествующего проходу к лицу, содержащемуся в следственном изоляторе; отсутствовали опознавательные знаки на изъятом запрещенном предмете. В его ситуации указанные существенные обстоятельства, доказывающие виновность по ст.19.12. КоАП РФ, отсутствуют. Во-первых, ему не был выдан пропуск для посещения следственной комнаты. Так, в судебном заседании свидетель К подтвердил его доводы о том, что в следственном отделении на 4 этаже изолятора имеется пост, на котором, как и на КПП-2, проводится досмотр, и установлена рамка переносного металлоискателя. Согласно ответу начальника отдела специального учета ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области на л.д.98, в личном деле К отсутствует ордер (дубликат) адвоката ФИО1. В случае отсутствия в личном деле ордера на защиту лица, содержащегося в учреждении, требование на вызов не оформляется. Согласно требованию № 85 от 26.11.2020 на л.д.100, 26.11.2020, в послеобеденное время, вызов содержащегося в учреждении СИЗО-1 К в следственный кабинет осуществлял только следователь ФИО3. Как видно из документов, пропуском в следственное отделение для свидания либо для проведения следственных действий с лицом, содержащимся в СИЗО-1, является вышеуказанное требование на его вызов, на что он в данном случае не имел права по причине отсутствия его ордера в личном деле ФИО2. Соответственно, пропуск (вышеуказанное требование на вызов) ему не выдавался. Во-вторых, изъятый у него сотовый телефон и сим-карта были обнаружены и изъяты при проведении досмотра, не предшествующего проходу к лицу, содержащемуся в СИЗО-1. Отсутствие у него права на получение требования на вызов лица, содержащегося в СИЗО-1, лишало его возможности пройти указанный свидетелем К пост в следственном отделении на 4 этаже изолятора. В-третьих, все опознавательные знаки на изъятом у него сотовом телефоне и сим-карте имелись в наличии, подтверждены представленными им в суд документами, приобщенными к делу.

Наличие мобильного телефона в здании СИЗО у адвоката, осуществляющего защиту по уголовному делу, является правомерным. Действия сотрудников СИЗО-1 по изъятию у него, как адвоката, средства связи не соответствуют ФЗ от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации, лишают адвоката (защитника) возможности надлежащим образом выполнять свои профессиональные и процессуальные обязанности.

В ходе рассмотрения жалобы на постановление мирового судьи судом апелляционной инстанции ФИО1 поддержал жалобу и приведенные в ней доводы о незаконности обжалуемого постановления, дал объяснения по существу обстоятельств дела, которые в целом соответствуют изложенным им на страницах 1-4 жалобы обстоятельствам, и в судебном заседании 11.03.2021 представил письменные дополнения от 02.03.2021 года к жалобе, в которых указал на следующее:

I. Показания свидетеля К в судебном заседании получены с существенным нарушением требований КоАП РФ, влекущими недопустимость их в качестве доказательств по делу. Так, в обоснование доказанности его вины по ст.19.12. КоАП РФ в обжалуемом постановлении мировой судья привел показания допрошенного в судебном заседании свидетелем заместителя начальника дневной смены отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области К, составившего в отношении него протокол об административном правонарушении по ст.19.12. КоАП РФ. Согласно ч.1 ст.25.6. КоАП РФ, в качестве свидетеля по делу об административном правонарушении может быть вызвано лицо, которому могут быть известны обстоятельства, подлежащие установлению. За отказ или уклонение от исполнения обязанностей, предусмотренных ч.2 ст.25.6. КоАП РФ, свидетель несет административную ответственность, предусмотренную КоАП РФ (ч.6 ст.25.6. КоАП РФ). Данных о разъяснении свидетелю К его прав и обязанностей, предупреждении его за дачу заведомо ложных показаний в материалах дела не установлено. Не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, если они получены с нарушением закона (ч.3 ст.26.2. КоАП РФ). В соответствии с п.18 постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ» нарушением, влекущим невозможность использования доказательств, может быть признано, в том числе, если свидетели не были предупреждены об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст.17.9. КоАП РФ. Указанное нарушение влечет исключение показаний свидетеля К в суде из числа доказательств, как недопустимого доказательства по делу. 

II. Не разрешено заявленное им ходатайство об истребовании из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области сведений о том, какие функции выполняет располагающийся при входе в следственное отделение СИЗО-1 КПП, и на основании какого пропуска (документа) через него разрешен вход к лицу, содержащемуся в следственном изоляторе, в том числе для адвоката (л.д.64). Запрашиваемая информация требовалась для подтверждения того, что досмотр, при котором у него обнаружен сотовый телефон с сим-картой, не предшествовал его проходу к обвиняемому ФИО2, так как ему предстоял досмотр на следующем КПП, уже в следственном отделении режимной зоны СИЗО-1, где необходимо наличие пропуска в виде требования, которого он не получал. Таким образом, требовалось документальной подтверждение его доводов об этом, однако ответ из ФКУ СИЗО-1 по указанному поводу в материалах дела отсутствует. По этой причине ссылаться в обоснование правоты своей позиции на таковой документ при обжаловании постановления суда он сейчас лишен возможности, что нарушает его право на защиту. Согласно ч.4 ст.1.5. КоАП РФ, неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ст.19.12. КоАП РФ, - заместитель начальника дневной смены отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России Пензенской области К являлся в суд для рассмотрения жалобы ФИО1 на постановление мирового судьи и представил в суд 03.03.2021 года письменные возражения на жалобу, в которых указал, что постановление мирового судьи судебного участка № 8 Октябрьского района г.Пензы от 22.01.2021 года считает законным и обоснованным, а жалобу ФИО1 - не соответствующей нормам права и фактическим обстоятельствам дела, и, наряду с прочим, следующее:

1. Административная ответственность по ст.19.12. КоАП РФ наступает не только за передачу запрещенных предметов, но и за попытку совершения противоправных действий. При этом передачей или попыткой передачи запрещенных предметов признаются действия, направленные на их вручение, то есть если такие предметы были пронесены на территорию режимного объекта. Таким образом, действия защитника, явившегося на свидание с подзащитным, содержащимся в следственном изоляторе, связанные с сокрытием от досмотра запрещенной и обнаруженной в ходе досмотра вещи, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ, и расцениваются, как попытка передачи запрещенных предметов лицу, содержащемуся в учреждениях уголовно-исполнительной системы. Необходимо отметить, что ФИО1 в силу осуществления профессиональной деятельности в качестве адвоката был осведомлен о предметах, запрещенных к проносу в режимное учреждение на КПП-2 по пропуску лиц в режимную зону, добровольно данный предмет не сдал и о наличии такого предмета не сообщил, запрещенные предметы были у него обнаружены после прохода через КПП-2 при проведении личного досмотра, предшествующего проходу к лицу, содержащемуся в следственном изоляторе. Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях ФИО1 умысла на совершение административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ. Таким образом, судебная инстанция пришла к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ. 

2. ФИО1 указывает на то, что досмотр и изъятие у него сотового телефона с сим-картой произошли при переходе контрольно-пропускного пункта пропуска людей из локальной зоны в административное здание СИЗО и в режимную зону, т.е на территории локальной зоны, не относящейся к режимной зоне, что исключает его ответственность по ст.19.12. КоАП РФ. С данными доводами не согласны. В соответствии с п.12 гл.2 приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 31.07.2019 № 152дсп линия охраны проходит по внешним дверям КПП по пропуску людей в режимную зону. 

3. ФИО1 указывает на то, что не доказан факт того, что местом, где у него возле КПП-2 обнаружили и изъяли сотовый телефон и сим-карту, является комната для досмотра граждан. С данными доводами не согласны. В соответствии с протоколом совещания у заместителя директора ФСИН России генерал-лейтенанта внутренней службы Б по вопросу «О принятии мер по профилактике проникновения средств мобильной связи в следственные изоляторы УФСИН России по г.Москве и УФСИН России по Московской области» от 07.06.2016 № 28 организован пост по досмотру лиц, входящих на территорию учреждений. Местонахождение поста определено на КПП по пропуску людей или в расположенном рядом помещении, при этом указано исключить возможность прохода лиц без досмотра. В соответствии с данным указанием пост по досмотру лиц, прибывающих в СИЗО, находится рядом с КПП-2, после его прохода.

4. ФИО1 указывает на место совершения правонарушения КПП-2, что не соответствует действительности, т.к. КПП-2 оборудовано отсекающими решетками, где часовой несет службу в помещении, огражденном стеклянной перегородкой, общение с прибывшими гражданами ведется через переговорное устройство, и досмотр в данном месте не производится. ФИО1 ссылается на протокол изъятия, в котором также считает местом изъятия КПП-2, что не соответствует действительности. 

5. ФИО1 было предоставлено право знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами в соответствии с КоАП РФ, о чем имеется роспись в протоколе об административном правонарушении от 26.11.2020.

6. Вина ФИО1 доказана в судебном заседании на основании всех собранных материалов. Доводы о том, что ФИО1 не виновен, являются необоснованными. 

Исследовав материалы дела, просмотрев видеозапись, изучив доводы жалобы ФИО1 и возражения должностного лица на жалобу, судья приходит к следующему:

В силу ст.1.5. КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина, и не обязано доказывать свою невиновность, бремя доказывания возлагается на публичную власть.

Согласно ст.24.1. КоАП РФ, задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

На основании ст.26.1. КоАП РФ по делу об административном правонарушении подлежат выяснению обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В силу п.п.4, 6 ч.1 ст.29.10. КоАП РФ в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть, в частности, указаны обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, мотивированное решение по делу.

В соответствии с ч.ч.4 и 5 ст.25 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" предметы, вещества и продукты питания, которые представляют опасность для жизни и здоровья людей или могут быть использованы в качестве орудия преступления либо для воспрепятствования целям содержания под стражей, запрещаются к передаче подозреваемым и обвиняемым; сокрытие от досмотра или передача подозреваемым и обвиняемым запрещенных к хранению и использованию предметов, веществ и продуктов питания, а равно передача им любых предметов, веществ и продуктов питания вопреки установленным правилам, влекут за собой ответственность в соответствии с административным и уголовным законодательством.

Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года N 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее также – Правила), согласно п.25 которых к запрещенным к хранению и использованию подозреваемыми и обвиняемыми относятся предметы, вещества и продукты питания, которые представляют опасность для жизни и здоровья или могут быть использованы в качестве орудия преступления либо для воспрепятствования целям содержания под стражей, а также не включенные в Перечень предметов первой необходимости, обуви, одежды и других промышленных товаров, а также продуктов питания, которые подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать по безналичному расчету (приложение N 2). 

Согласно ст.19.12. КоАП РФ, передача либо попытка передачи любым способом лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы или изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей, предметов, веществ или продуктов питания, приобретение, хранение или использование которых запрещено законом, влечет наложение административного штрафа в размере от трех тысяч до пяти тысяч рублей с конфискацией запрещенных предметов, веществ или продуктов питания.

Статья 19.12. КоАП Российской Федерации направлена на охрану правового режима содержания лиц в учреждениях уголовно-исполнительной системы, изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей в части, запрещающей хранение и использование указанными лицами предметов, веществ и продуктов питания, которые в том числе представляют опасность для жизни и здоровья или могут быть использованы в качестве орудия преступления либо для воспрепятствования целям содержания под стражей. 

Соответственно, объектом административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ, являются отношения в области охраны правового режима содержания лиц в учреждениях уголовно-исполнительной системы, изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей. 

Объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ, выражается в совершении противоправных действий по передаче любым способом лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы или изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей, предметов, веществ или продуктов питания, приобретение, хранение или использование которых запрещено законом. 

При этом административная ответственность наступает не только за передачу запрещенных предметов, но и за попытку совершения противоправных действий. 

Передачей или попыткой передачи запрещенных предметов признаются действия, направленные на их вручение, то есть если такие предметы были пронесены на территорию режимного объекта. 

Согласно п.16 ч.2 ст.16 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", Правилами внутреннего распорядка устанавливается порядок обеспечения участия подозреваемых, обвиняемых и подсудимых в следственных действиях и судебных заседаниях.

В абз.1 и 3 ч.1 ст.28 того же ФЗ закреплено, что администрация мест содержания под стражей по указанию следователя, лица, производящего дознание, или суда (судьи) обеспечивает предоставление на территории места содержания под стражей оборудованных помещений для проведения следственных действий, …. 

Таким образом, в частности, действия защитника, явившегося на свидание с подзащитным, содержащимся в следственном изоляторе, а равно для участия в следственных действиях на территории следственного изолятора, являющегося режимным объектом, связанные с сокрытием от досмотра запрещенной вещи и обнаруженной в ходе досмотра, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ, и расцениваются, как попытка передачи запрещенных предметов лицу, содержащемуся в учреждениях уголовно-исполнительной системы.

Как следует из материалов дела, и установлено мировым судьей и судом апелляционной инстанции, 26.11.2020 года ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области, расположенное по адресу: 

<

...>, в качестве адвоката для участия в следственных действиях с обвиняемым по уголовному делу и его подзащитным К.

При этом ФИО1 совершил попытку передачи содержащемуся в следственном изоляторе К предметов, приобретение, хранение или использование которых запрещено законом, - сотового телефона марки «ОРРО А5 2020» черного цвета, imei №, и сим-карты сотового оператора «Билайн».

Из акта сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области: НДСОРиН (начальника дневной смены отдела режима и надзора) К, ДПНСИ (дежурного помощника начальника следственного изолятора) Б и НК (начальника караула отдела охраны) М, составленного и подписанного ими 26.11.2020 года, а также из показаний названных лиц, допрошенных мировым судьей в качестве свидетелей, следует, что 26.11.2020 года, в 14:30 час., в комнате досмотра граждан, прибывших в ФКУ СИЗО-1 г.Пензы, расположенное по адресу: 

<

...>, при досмотре личных вещей гражданина ФИО1, прибывшего в ФКУ СИЗО-1 г.Пензы в качестве адвоката, а именно, в сумке черного цвета, был обнаружен и изъят сотовый телефон марки «ОРРО А5 2020» и сим-карта сотового оператора «Билайн», то есть предметы, запрещенные к хранению и использованию в СИЗО.

Об изъятии у ФИО1 вышеназванных запрещенных предметов заместителем начальника дневной смены отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области К 26.11.2020 года был составлен протокол, подписанный, в частности, ФИО1 Ню, как лицом, у которого изъяты вещи, и понятыми: К и М.

Оснований не доверять акту от 26.11.2020 года, протоколу об изъятии от 26.11.2020 года и показаниям свидетелей по делу не имеется, иным собранным по делу доказательствам они не противоречат. 

Указанное выше послужило основанием для составления 26.11.2020 года заместителем начальника дневной смены отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области К в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном ст.19.12. КоАП РФ, и привлечения ФИО1 к административной ответственности.

Субъекты административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ, - физические лица, достигшие 16-летнего возраста, передающее или имеющее намерение передать лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы или изоляторах временного содержания и иных местах содержания под стражей, запрещенные предметы. 

К доводам ФИО1 о том, что он просто забыл вынуть из сумки сотовый телефон с сим-картой в нем, судья относится критически, поскольку, как видно из материалов дела и видеозаписи, не отрицалось самим ФИО1, до того момента, когда у него были обнаружены и изъяты названные запрещенные к хранению и использованию на территории следственного изолятора предметы, вопрос о наличии таковых сотрудниками СИЗО-1 ему задавался, и от ФИО1 был получен отрицательный ответ. 

С субъективной стороны правонарушение, предусмотренное ст.19.12. КоАП РФ, характеризуется виной в форме умысла или неосторожности.

При таких обстоятельствах доводы ФИО1 об отсутствии у него умысла на совершение названного правонарушения и его объяснения по этому поводу со ссылкой на доказательства, которые, по его мнению, подтверждают эти доводы, судьей не принимаются, поскольку не исключают при этом наличия в его действиях субъективной стороны состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ст.19.12. КоАП РФ.

ФИО1, будучи надлежащим образом осведомленным о необходимости сдать сотовый телефон, прибыв на территорию ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области для участия в следственных действиях с участием его подзащитного, содержащегося в следственном изоляторе, независимо от того, действовал он при этом по назначению или по договору на оказание юридических услуг, не сдал в установленном законом порядке запрещенные к проносу предметы. 

Ссылка ФИО1 на нарушение его прав адвоката, предусмотренных ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», в результате изъятия сотового телефона, который необходим ему для выполнения своих профессиональных и процессуальных обязанностей, не соответствует закону, поскольку ни ФЗ № 63-ФЗ от 31.05.2002 г., ни иными нормативно-правовыми актами РФ не предусмотрено обязательное наличие у адвоката средств мобильной и сотовой связи при осуществлении должностных обязанностей. 

Доводы ФИО1 о том, что досмотр и изъятие у него сотового телефона с сим-картой произошли при переходе контрольно-пропускного пункта пропуска людей из локальной зоны в административное здание СИЗО-1 и в режимную зону, т.е. на территории локальной зоны, не относящейся к режимной зоне, что исключает его ответственность по ст.19.12. КоАП РФ, не могут быть приняты судьей во внимание, поскольку в силу пункта 12 главы 2 приказа Минюста России от 31.07.2019 № 152дсп линия охраны проходит по внешним дверям КПП по пропуску людей в режимную зону. 

Указание ФИО1 на недоказанность того факта, что местом, где у него возле КПП-2 обнаружили и изъяли сотовый телефон и сим-карту, является комната для досмотра граждан, не соответствует действительности, так как на основании протокола совещания у заместителя директора ФСИН России по вопросу «О принятии мер по профилактике проникновения средств мобильной связи в следственные изоляторы УФСИН России по г.Москве и УФСИН России по Московской области» от 07.06.2016 № 28 в следственных изоляторах на территории Российской Федерации организованы посты по досмотру лиц, входящих на территории СИЗО, местонахождение которых определено на КПП по пропуску людей или в расположенном рядом помещении, и исключена возможность прохода лиц без досмотра. 

Как указал в суде апелляционной инстанции заместитель начальника дневной смены отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области К, в соответствии с указанием об исключении возможности прохода граждан, прибывших в ФКУ СИЗО-1 г.Пензы, без досмотра, пост по досмотру лиц, прибывающих в СИЗО, находится рядом с КПП-2, после его прохода, и оснований сомневаться в достоверности предоставленной К информации у судьи не имеется, она подтверждается имеющейся в деле видеозаписью, из которой видно, что местом обнаружения совершенного административного правонарушения и изъятия у ФИО1 запрещенных предметов является именно комната досмотра, а не КПП-2, которое, как правильно отметил К, оборудовано отсекающими решетками, и досмотр в котором не производится. 

Доводы ФИО1 о допросе К мировым судьей в качестве свидетеля, к тому же, без предупреждения его об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст.17.9. КоАП РФ, судья находит ошибочными, поскольку ни мировым судьей при рассмотрении дела по существу, ни судьей апелляционной инстанции при рассмотрении жалобы ФИО1 на постановление мирового судьи, К не допрашивался в качестве свидетеля.

В абз.1-3 п.10 постановления от 24.03.2005 N 5 (ред. от 19.12.2013) "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" Пленум Верховного Суда РФ разъяснил:

Поскольку должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, …, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ, они не вправе заявлять ходатайства, отводы. Вместе с тем, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях, в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов. Частью 1.1 статьи 30.1 КоАП РФ должностным лицам, уполномоченным в соответствии со статьей 28.3 КоАП РФ составлять протокол об административном правонарушении, предоставлено право обжаловать вынесенное судьей постановление по делу об административном правонарушении в вышестоящий суд. К таким лицам относится любое должностное лицо органа, выявившего правонарушение, и уполномоченное в соответствии со статьей 28.3 КоАП РФ составлять протоколы о данных административных правонарушениях (как непосредственно составившее этот протокол, так и его не составлявшее). …. Должностное лицо, вынесшее постановление по делу об административном правонарушении, вправе обжаловать в вышестоящий суд решение судьи по жалобе на это постановление, в том числе в порядке надзора (часть 5 статьи 30.9, часть 4 статьи 30.12 КоАП РФ).

В соответствии с данными разъяснения ВС РФ заместитель начальника дневной смены отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Пензенской области К, как должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении по ст.19.12. КоАП РФ в отношении ФИО1, и был вызван в суд и опрашивался мировым судьей и судьей суда апелляционной инстанции для выяснения возникших вопросов.

Оценивая иные собранные по делу доказательства, судья отмечает, что, в частности, составленный в отношении ФИО1 26.11.2020 протокол об административном правонарушении соответствует предъявленным к нему КоАП РФ процессуальным требованиям и содержит описание конкретного совершенного правонарушения, которого достаточно для квалификации действий ФИО1 по ст.19.12. КоАП РФ, в связи с чем, как и ввиду приведенной выше и ниже оценки доводов ФИО1 протокол об изъятии от 26.11.2020 года, является допустимым и надлежащим доказательством по делу. 

Не соглашаясь с соответствующими доводами ФИО1, судья отмечает, что тот факт, что в протоколе об изъятии от 26.11.2020 отсутствует подпись ФИО1 о разъяснении ему прав, предусмотренных ст.25.1. КоАП РФ, как лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не свидетельствует о неразъяснении ФИО1 названных прав, поскольку в этом протоколе имеется его подпись о получении копии протокола, и он, как квалифицированный юрист (адвокат, что подтверждается адвокатским удостоверением № 853, выданным ему Управлением Минюста России по Пензенской области 20.10.2015 года), имел возможность при необходимости ознакомиться со своими правами в общедоступном источнике – Кодексе об административных правонарушениях Российской Федерации.

К тому же, права, предусмотренные ст.25.1. КоАП РФ, были разъяснены ФИО1 К при составлении в отношении него в тот же день, 26.11.2020 года, уже упомянутого ранее протокола об административном правонарушении, предусмотренном ст.19.12. КоАП РФ, в тексте которого процитированы положения ст.25.1. КоАП РФ, и имеются многократно проставленные ФИО1 личные подписи.

На основании вышеизложенного доводы ФИО1 о том, что протокол об административном правонарушении от 26.11.2020 и протокол об изъятии от 26.11.2020 составлены с существенными нарушениями требований КоАП РФ, не соответствует материалам дела и основаны на неверном толковании закона.

Судья отмечает, что все собранные по делу доказательства содержат аналогичные друг другу сведения, не противоречат друг другу, добыты и оформлены в установленном КоАП РФ порядке, относимы и допустимы, в совокупности являются достаточными для установления в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ст.19.12. КоАП РФ, а также вины ФИО1 во вмененном ему административном правонарушении.

Таким образом, мировой судья пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ст.19.12. КоАП РФ.

Фактические обстоятельства совершения ФИО1 административного правонарушения подтверждены имеющейся в материалах дела совокупностью доказательств, получивших оценку мирового судьи по правилам, установленным статьей 26.11 КоАП РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности. 

Нарушений норм материального и процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого постановления мирового судьи, по делу не имеется.

Несогласие ФИО1 с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием мировым судьей норм КоАП РФ не свидетельствует о том, что мировым судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные КоАП РФ процессуальные требования.

Все доводы жалобы ФИО1 направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств и собранных по делу доказательств и основаниями для отмены постановления мирового судьи от 22.01.2021 года о привлечении его к административной ответственности по ст.19.12. КоАП РФ и назначении ему административного наказания не являются.

Указание ФИО1 в жалобе судебной практики недоказанности вины адвоката по ст.19.12. КоАП РФ не исключает его ответственности за совершенное правонарушение, поскольку приведенные им судебные постановления вынесены по иным делам и обстоятельствам и в отношении иных лиц, не являются прецедентными по настоящему делу, имеющему свои конкретные обстоятельства. 

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено мировым судьей с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.1 ст.4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание назначено мировым судьей привлекаемому к административной ответственности лицу в пределах санкции 19.12. КоАП РФ. 

Обстоятельств, которые в силу п.п.2-4 ч.2 ст.30.17 КоАП РФ, могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемого судебного акта, при рассмотрении жалобы ФИО1 не установлено.

Руководствуясь ст.30.6., п.1 ч.1 ст.30.7., ст.30.8., п.3 ст.30.9., ч.1 ст.30.3. КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 8 Октябрьского района г.Пензы от 22.01.2021 года, резолютивная часть которого оглашена от 21.01.2021 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.19.12. КоАП РФ, оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд города Пензы в течение 10 суток со дня вручения или получения его копии.

СУДЬЯ