УИД 74RS0038-01-2025-000868-80

Судья Громова В.Ю.

Дело № 2-1801/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№ 11-2220/2026

20 февраля 2026 года

г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Благаря В.А.,

судей Силаевой А.В., Лузиной О.Е.,

при секретаре Галеевой З.З.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Сосновского районного суда Челябинской области от 14 октября 2025 года по заявлению ФИО1 об отмене исполнительной надписи нотариуса нотариального округа Сосновского муниципального района Челябинской области ФИО2.

Заслушав доклад судьи Силаевой А.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы и возражений на нее, объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО4, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к нотариусу нотариального округа Сосновского муниципального района Челябинской области ФИО2, публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее по тексту ПАО «Сбербанк России») о признании незаконной и отмене исполнительной надписи № № от 11 февраля 2025 года о взыскании с него в пользу ПАО «Сбербанк России» задолженности по кредитному договору № от 23 января 2022 года в сумме 446 023,93 руб., в том числе: суммы долга 404 906,63 руб., процентов 38 065,44 руб., расходов взыскателя в связи с совершением исполнительной надписи 3 051,86 руб., указав в обоснование на то, что об исполнительной надписи истцу стало известно 13 февраля 2025 года после получения уведомления о возбуждении исполнительного производства судебным приставом-исполнителем Троицкого ГОСП ГУФССП России по Челябинской области ФИО5 на основании исполнительного документа - исполнительной надписи № № от 11 февраля 2025 года. Нотариус совершила нотариальные действия при отсутствии документов о бесспорности требований взыскателя к должнику. Банк, в свою очередь, злоупотребив своим правом, зная о наличии возражений и несогласии должника с действиями банка, обратился к нотариусу с заявлением о совершении исполнительной надписи, при этом не представил нотариусу сведения о наличии у должника спора с банком. Заключение кредитного договора № от 23 января 2022 года состоялось в результате совершения в отношении истца мошеннических действий, которые вопреки обращениям истца в банк привели к незаконному списанию со счета истца денежных средств. По факту мошеннических действий на основании заявления истца 26 июня 2024 года возбуждено уголовное дело, по которому ФИО1 признан потерпевшим. Согласно ст. 91 Основ законодательства РФ о нотариате исполнительная надпись совершается, если представленные документы подтверждают бесспорность требований взыскателя к должнику. На 14 июня 2024 года взыскателю были известны все обстоятельства, что исключало бесспорный характер взыскания задолженности посредством выдачи исполнительной надписи, а информация об уведомлении за 14 дней взыскателем сфальсифицирована.

Ответчик нотариус ФИО2 в возражениях на иск указала, что 07 февраля 2025 года в соответствии со ст. 44.3 Основ законодательства РФ о нотариате от ПАО «Сбербанк России» через Единую информационную систему нотариата поступило заявление о совершении удаленно исполнительной надписи на кредитном договоре № от 23 января 2022 года в отношении должника ФИО1, 11 февраля 2025 года нотариусу от ПАО «Сбербанк России» поступила оплата за совершение нотариального действия. Документы представлены ПАО «Сбербанк России» в объеме, предусмотренном ст. 91, 91.1 Основ законодательства РФ о нотариате, соответствуют предъявляемым требованиям, в связи с чем нотариусом совершена исполнительная надпись №, о чем ФИО1 был извещен путем направления извещения 14 февраля 2025 года.

В отзыве на иск представитель банка просил в удовлетворении исковых требований отказать, указав, что кредитором были представлены нотариусу все необходимые документы для совершения исполнительной надписи. Кроме того, с исковым заявлением к ПАО «Сбербанк России» об оспаривании условий договора, признании его незаключенным истец не обращался. Уголовное дело возбуждено на основании заявления ФИО1 по факту хищения денежных средств, а не по факту оформления кредитного договора.

В письменном мнении на исковое заявление об отмене исполнительной надписи нотариуса врио начальника отделения - старшего судебного пристава Троицкого ГОСП просил решение вопроса об отмене исполнительной надписи нотариуса оставить на усмотрение суда.

Истец ФИО1, ответчик нотариус ФИО2, представитель ответчика ПАО «Сбербанк России», третье лицо судебный пристав-исполнитель Троицкого ГОСП ГУФССП России по Челябинской области ФИО5 в судебное заседание суда первой инстанции не явились.

Обжалуемым решением суда в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе и в справке-пояснении истец просит решение суда отменить, указывая на то, что в процессе рассмотрения дела с учетом возражений и требований стороны ответчика исковые требования были увеличены, однако не приняты к производству суда, необоснованно отклонено ходатайство истца об отложении разбирательства дела в связи с занятостью его представителя в другом деле. В ходе рассмотрения спора установлено, что взыскателю были известны все обстоятельства перевода денежных средств и возбуждения уголовного дела, что исключало бесспорный характер взыскания задолженности посредством выдачи исполнительной надписи. Уведомлений от нотариуса истец не получал. Наличие обращений от 14 и 16 июня 2024 года свидетельствуют о наличии спора, и это усматривалось на момент обращения взыскателя к нотариусу. 13 февраля 2025 года ФИО1 получено постановление о наложении ареста на денежные средства, в этот же день при встрече с судебным приставом-исполнителем установлено, что основанием явилась исполнительная надпись нотариуса по заявлению ПАО «Сбербанк России». 14 февраля 2025 года нотариусом отказано в отмене исполнительной надписи, разъяснен судебный порядок. 16 февраля 2025 года подготовлено заявление об отменен исполнительной надписи, копия которого направлена нотариусу, 17 февраля 2025 года заявление сдано в суд, 19 февраля 2025 года заявление оставлено без рассмотрения, так как установлен спор о праве. 24 февраля 2025 года подготовлено исковое заявление.

В письменном мнении относительно доводов апелляционной жалобы нотариус ФИО2 указала, что 07 февраля 2025 года от ПАО «Сбербанк России» через Единую информационную систему нотариата поступило заявление о совершении удаленно исполнительной надписи на кредитном договоре № от 23 января 2022 года в отношении должника ФИО1 Документы представлены ПАО «Сбербанк России» в полном объеме, в связи с чем нотариусом совершена исполнительная надпись №, о чем ФИО1 был извещен путем направления извещения 14 февраля 2025 года. Возражала против отмены исполнительной надписи и просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Истец ФИО1, ответчик нотариус ФИО2, третье лицо судебный пристав-исполнитель Троицкого ГОСП ГУФССП России по Челябинской области ФИО5 о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены заблаговременно и надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.

Информация о рассмотрении дела размещена на официальном сайте Челябинского областного суда.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в суд апелляционной инстанции при указанных обстоятельствах препятствием к разбирательству дела не является.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО4, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 23 января 2022 года между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1 заключен договор № на выпуск и обслуживание кредитной карты ПАО «Сбербанк России», на открытие счета для учета операций с использованием карты и предоставления возобновляемой кредитной линии для проведения операций по карте №, по условиям которого заемщику предоставлен возобновляемый кредитный лимит. Кредитный договор со стороны заемщика подписан в электронном виде с использованием аналога собственноручной подписи и использованием систем «Сбербанк Онлайн» и «Мобильный банк».

Пунктом 20 индивидуальных условий выпуска и обслуживания кредитной карты предусмотрена возможность взыскания банком задолженности по кредитному договору по исполнительной надписи нотариуса в порядке, установленном законодательством РФ и в соответствии с Общими условиями.

В соответствии с представленным банком расчетом долга, 13 июня 2024 года осуществлено кредитование счета ФИО1 на сумму 405 224, 35 руб.

07 февраля 2025 года ПАО «Сбербанк России» обратилось к нотариусу ФИО2 с заявлением о совершении исполнительной надписи о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитному договору № от 23 января 2022 года в сумме 446 023,93 руб., представив документы, поименованные в ст.ст. 91, 91.1, 92 Основ законодательства РФ о нотариате.

11 февраля 2025 года нотариусом нотариального округа Сосновского муниципального района Челябинской области ФИО2 совершена исполнительная надпись № № от 11 февраля 2025 года о взыскании со ФИО1 в пользу ПАО «Сбербанк России» задолженности по кредитному договору № от 23 января 2022 года 446 023,93 руб., в том числе: основной суммы долга в размере 404 906,63 руб., процентов в размере 38 065,44 руб., расходов взыскателя в связи с совершением исполнительной надписи в размере 3 051,86 руб.

14 февраля 2025 года нотариусом ФИО2 в адрес ФИО1 направлено уведомление о совершении исполнительной надписи по указанному договору, которое получено истцом 21 февраля 2025 года (л.д. 15-17).

Проверяя правомерность заявленных ФИО1 требований, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 310 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 90-91.2 Основ законодательства РФ о нотариате и исходил из того, что заключенный между ФИО1 и банком кредитный договор предусматривал возможность взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса, нотариусу банком были представлены все необходимые для совершения нотариального действия документы, в связи с чем пришел к выводу о том, что действия нотариуса по совершению исполнительной надписи соответствовали закону, следовательно, оснований для ее отмены не имелось.

Согласно ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в постановлении Пленума от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Постановленный судом первой инстанции судебный акт приведенным требованиям процессуального закона отвечает не в полной мере в связи со следующим.

В силу ст. ст. 90, 91 Основ законодательства РФ о нотариате исполнительная надпись совершается нотариусом, если представленные документы подтверждают бесспорность требований взыскателя к должнику.

Согласно разъяснениям, данным в п. 63 Регламента совершения нотариусами нотариальных действий, утвержденного Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 30 августа 2017 года № 156 (в редакции на дату совершения спорной исполнительной надписи нотариуса), информацию для совершения исполнительной надписи о взыскании задолженности или истребования имущества нотариус устанавливает на основании: заявления о совершении исполнительной надписи; документа, по которому взыскание задолженности производится в бесспорном порядке на основании исполнительной надписи; расчета задолженности по денежным обязательствам, подписанного взыскателем, с указанием платежных реквизитов счета взыскателя; копии уведомления о наличии задолженности, направленного взыскателем должнику не менее чем за четырнадцать дней до обращения к нотариусу за совершением исполнительной надписи; документа, подтверждающего направление указанного уведомления. В случае, если исполнение обязательства зависит от наступления срока, не определяемого календарной датой или периодом, либо выполнения условий, нотариусу представляются документы, подтверждающие наступление сроков либо выполнение условий исполнения обязательства; выданного кредитной организацией документа, подтверждающего перечисление заемщику денежных средств (в случае совершения исполнительной надписи о взыскании задолженности по нотариально удостоверенному договору займа); документа, подтверждающего передачу (перечисление) заемщику денежных средств или передачу ему другого имущества, в том числе акта приема-передачи, расписки (в случае совершения исполнительной надписи о взыскании задолженности или об истребовании имущества по нотариально удостоверенному договору, устанавливающему денежные обязательства или обязательства по передаче имущества, за исключением договора займа); сведений о наличии или отсутствии в ЕИС информации о ранее совершенной исполнительной надписи по документу, представленному нотариусу для совершения исполнительной надписи.

Из приведенных норм следует, что исполнительная надпись может быть совершена нотариусом при представлении документов, подтверждающих бесспорность требований взыскателя к должнику.

В соответствии с разъяснениями Конституционного Суда РФ, изложенными в определении от 11 октября 2002 года N 356-О, по смыслу приведенных положений (пункт 13 части 1 статьи 35 и статье 89 во взаимосвязи со статьей 5 и пунктом 1 части первой статьи 91 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате) обязательным условием совершения нотариусом исполнительной надписи является бесспорность требования взыскателя к должнику. При оспаривании должником задолженности или иной ответственности перед взыскателем нотариус - в силу частей первой и третьей статьи 16, частей четвертой и пятой статьи 41 и части первой статьи 48 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате - не вправе совершать исполнительную надпись и должен разъяснить взыскателю его право обратиться за разрешением спора в суд. В случае же несоблюдения нотариусом установленного законом порядка и совершения им исполнительной надписи при наличии спора с заявлением в суд в соответствии с частью второй статьи 49 названных Основ может обратиться должник.

Из Определения Конституционного Суда РФ от 05 февраля 1998 года № 21-О следует, что в соответствии со статьей 91 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате критерием правомерного совершения исполнительной надписи нотариальными органами является не только бесспорность задолженности, подтвержденная документально, но, кроме того, признание (подтверждение) должником своей обязанности исполнить требование, отсутствие спора между кредитором и должником о размерах и сроках подлежащего исполнению требования.

Таким образом, спор о наличии задолженности и ее размере является основанием к отказу в совершении исполнительной надписи нотариусом и для отмены совершенного нотариального действия при выявлении обстоятельств, свидетельствующих о несогласии должника с предъявленной задолженностью, то есть о нарушении принципа бесспорности требований, в отношении которых может быть совершена исполнительная надпись.

Следовательно, с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами, юридически значимыми и подлежащими доказыванию по настоящему делу являются обстоятельства, связанные с наличием заключенного между сторонами договора на кредитование счета, выдачи поручения на списание денежных средств, осведомленности ответчиков о том, что сделка не является бесспорной.

Обращаясь с иском в суд, а также обжалуя постановленный судебный акт, ФИО1 указывал на то, что спорный договор кредитования счета не заключал, стал жертвой мошенников, по факту совершенных в отношении него мошеннических действий возбуждено уголовное дело, по которому он признан потерпевшим.

Суд первой инстанции надлежащей оценки приведенным ФИО1 обстоятельствам не дал, указав лишь, что его утверждения о выдаче исполнительной надписи нотариусом при наличии спора между сторонами по кредитному договору не основаны на фактических обстоятельствах дела, поскольку в суд с требованиями о признании кредитного договора недействительным или незаключенным ФИО1 не обращался, в настоящее время договор является действующим, какой-либо спор о праве между кредитором и должником отсутствует, а мнение ФИО1 о наличии такового не свидетельствует о неправомерности действий нотариуса при совершении исполнительной надписи при условии, что последней не нарушена процедура и соблюдены необходимые условия, предусмотренные действующим законодательством.

В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, уголовное дело по обращению ФИО1 в связи с кредитованием его счета по инициативе третьих лиц с последующим списанием со счета денежных средств возбуждено 26 июня 2024 года до обращения банка к нотариусу с заявлением о совершении исполнительной надписи.

По утверждению истца о несанкционированном списании со своего счета денежных средств он проинформировал банк 14 июня 2024 года, в этот же день карта была заблокирована банком, 19 июня 2024 года он вновь обратился в ПАО «Сбербанк России», сообщив о совершенных в отношении него мошеннических действиях, запросил выписку по счету, его проинформировали о том, что карта заблокирована 14 июня 2024 года. Все обстоятельства случившегося были известны кредитору изначально, в день совершения противоправных действий, а затем неоднократно сообщалось самим истцом, в рамках уголовного дела направлялись запросы.

Указанные обстоятельства не были раскрыты кредитором перед нотариусом, вместе с тем, по убеждению судебной коллегии, они свидетельствуют о том, что заявленные банком требования не носили бесспорный характер и были очевидны для банка как спорные.

Доводы представителя ПАО «Сбербанк России» в судебном заседании суда апелляционной инстанции 20 февраля 2026 года о том, что обращения истца в банк могли быть вызваны и иными обстоятельствами, носят предположительный характер, кредитором, как более сильной стороной в правоотношениях, не доказаны. Банком факт блокировки карты по обращению истца в связи с совершением в отношении него мошеннических действий не оспаривался.

Наличие информации об оспаривании должником договора как заключенного не по его воле свидетельствует о том, что требования взыскателя, вытекающие из такого кредитного договора, не могут быть признаны бесспорными. Получив от должника подобную информацию, взыскатель должен был разрешать вопрос о взыскании задолженности по кредитному договору в суде в порядке искового производства и в любом случае был обязан приложить соответствующие документы к заявлению о совершении исполнительной надписи с тем, чтобы нотариус имел возможность самостоятельно оценить возможность совершения исполнительной надписи и бесспорность требований взыскателя.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия признает доводы апелляционной жалобы обоснованными, а решение суда подлежащим отмене, как вынесенное с нарушением и неправильным применением норм материального права.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Сосновского районного суда Челябинской области от 14 октября 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Отменить исполнительную надпись № № от 11 февраля 2025 года, совершенную нотариусом нотариального округа Сосновского муниципального района Челябинской области ФИО2.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 марта 2026 года