Дело № 2-383/2026

25RS0010-01-2025-004281-19

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 января 2026 года г. Находка Приморского края

Мотивированное решение составлено 10 февраля 2026 года (в порядке статьи 199, части 3 статьи 107 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Алексеева Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Адамовой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО5 (паспорт, доверенность),

от ответчика – ФИО6 (паспорт, доверенность),

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с данным иском, в обоснование которого указала, что ей на праве собственности принадлежало жилое помещение (квартира), расположенное по адресу: 

<

.........>, с кадастровым номером №. На основании договора дарения от 12 августа 2021 года, заключённого между истцом (дарителем) и ФИО3 (одаряемым) указанное жилое помещение перешло в собственность ответчика, являющегося внучкой истца. По мнению истца, указанный договор был заключён под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, поскольку истец не понимал суть сделки, полагал, что сделка представляет собой договор пожизненного содержания с иждивением, поскольку иного жилья истец не имеет, не намеревался отчуждать в пользу ответчика единственное жилое помещение, пригодное для проживания истца. Со ссылкой на нормы статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) истец просил признать вышеуказанный договор дарения недействительным как заключённый под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика с иском не согласился со ссылкой на отсутствие оснований для выводов о заблуждении истца при заключении договора, порока воли, а также на пропуск истцом срока исковой давности.

Суд, выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела установлено, что на основании договора купли-продажи от 09 августа 2013 истцу на праве собственности принадлежало жилое помещение (квартира), расположенное по адресу: 

<

.........>, с кадастровым номером №

Между ФИО2 как дарителем и ФИО3 как одаряемой, приходящейся истцу внучкой, был заключён договор дарения от 12 августа 2021 года, по условиям которого истец безвозмездно передал в собственность, а ответчик принял в качестве дара вышеуказанное жилое помещение.

Право собственности ответчика на жилое помещение по указанному договору зарегистрировано 20 августа 2021 года, что подтверждается отметкой Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю.

Согласно доводам истца, указанным в исковом заявлении и в ходе судебного разбирательства, договор дарения является недействительным по причине заблуждения истца о его правовой природе и намерении истца заключить договор пожизненного содержания с иждивением.

Оценивая данные доводы, суд учитывает, что в силу пункта 2 статьи 420 ГК РФ к договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). При этом сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 ГК РФ).

Как установлено пунктом 1 статьи 178 ГК РФ, сделка, совершённая под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Пунктом 2 статьи 178 ГК РФ предусмотрено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (подпункт 2); сторона заблуждается в отношении природы сделки (подпункт 3).

Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения (пункт 3 статьи 178 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 178 ГК РФ признание сделки недействительной вследствие её совершения под влиянием заблуждения допускается исключительно в случаях, когда заблуждение носит существенный характер, то есть относится к природе сделки либо тождества и качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, в том числе, заблуждение относительно мотивов сделки, не может быть признано существенным заблуждением и не служит основанием для признания сделки недействительной.

В силу статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из предписаний пункта 1 статьи 572 ГК РФ следует, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, по смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

На фактическую природу отношений истца и ответчика указывает объём прав и обязанностей сторон по оспариваемому истцом договору дарения, согласно условиям которого даритель безвозмездно передаёт в собственность одаряемому, а одаряемый в дар принимает спорный объект.

Также из условий оспариваемого договора дарения следует, что при его подписании стороны понимали буквальное содержание его условий (пункт 1.4 договора). Пунктом 2.4 договора закреплено, что содержание сделки, её последствия, ответственность, права и обязанности, а также содержание применимых к возникшим между сторонами отношениям норм ГК РФ сторонам известно.

При этом пунктом 1.5 договора предусмотрено, что в подаренной квартире сохраняет право пожизненного проживания ФИО2 (даритель).

При оценке доводов истца о квалификации истцом в связи с его состоянием здоровья (снижением зрения) заключённого договора как договора пожизненного содержания с иждивением, суд исходит из положений пунктов 1, 2 статьи 583 ГК РФ, в силу которых по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

Помимо этого, договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации (статья 584 ГК РФ).

Однако спорным договором не предусмотрена обязанность ответчика осуществлять истцу какие-либо выплаты, также указанный договор не был нотариально зарегистрирован. Не имеется также сведений о том, что ответчик с даты заключения договора осуществлял истцу какие-либо выплаты, либо предоставлял какое-либо встречное исполнение, позволяющие расценить данные действия как ренту. Сам по себе факт оказания ответчиком помощи истцу как лицу, состоящему с ним в родственных отношениях, не позволяет судить о заключённом договоре как о договоре ренты.

Из объяснений представителей сторон, показаний свидетелей следует, что договор был подписан его сторонами в присутствии специалиста многофункционального центра, экземпляр договора имелся у истца, который в течение всего времени имел возможность в случае наличия у него каких-либо сомнений в природе сделки принять меры к дополнительному выяснению её существа.

Договор дарения изложен ясно и доступно, в порядке статьи 431 ГК РФ не допускает иного толкования существа сделки, чем в нём предусмотрено, его условия полностью характерны для подобного рода договоров.

Суд считает, что данные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец, передавая в дар ответчику спорную квартиру, понимал и не мог не понимать того, что он прекращает быть собственником указанной квартиры.

В соответствии с положениями статьи 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Как установлено часть 1 статьи 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и иными лицами, участвующими в деле.

Однако в нарушение указанных норм гражданского процессуального законодательства достаточных допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих о том, что истец заблуждалась относительно правовой природы договора дарения, истцом не приведено. При этом не приведено доказательств, свидетельствующих о том, что, оформляя спорную сделку, истец в действительности имел намерение совершить какую-либо иную сделку, а не дарение принадлежащей ему квартиры своей внучке.

В судебном заседании судом представителю истца предлагалось решить вопрос о предоставлении дополнительных доказательств либо проведении экспертизы по вопросу психического состояния истца при совершении сделки, его заблуждения относительно природы сделки, суду сообщено об отсутствии необходимости предоставления дополнительных доказательств и нецелесообразности проведения какой-либо экспертизы.

Доводы истца фактически сводятся к доводам о заблуждении относительно последствий дарения, а именно таких последствий, который могут возникнуть в будущем в связи с тем, что он не будет являться собственником жилого помещения. Однако в силу закона мотивы сделки и заблуждение относительно её последствий не имеют существенного значения. Таким образом, обстоятельства, касающиеся мотивов совершения истцом сделки дарения и заблуждения относительно последствий такой сделки, не имеют значения для разрешения спора, в связи с чем показания свидетелей ФИО7, ФИО8 о таких обстоятельствах, основанные на информации, полученной от самого истца, не могут быть приняты судом в качестве доказательств заблуждения истца о правовой природе заключённой сделки.

Вышеуказанные обстоятельства не могут служить подтверждением наличия у сделки признаков недействительности, в связи с чем суд, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, не может считать доказанным факт заблуждения истца относительно правовой природы оспариваемой сделки, что не позволяет признать договор дарения недействительным по основаниям статьи 178 ГК РФ.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Оценивая данный довод ответчиков, суд учитывает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В абзаце 1 пункта 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожной сделкой является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно статье 195 ГК РФ исковая давность устанавливает временные границы для судебной защиты нарушенного права лица по его иску.

Пунктом 2 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

По смыслу пункта 1 статьи 178 ГК РФ, предусматривающего, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, такая сделка является оспоримой.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», днём обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путём заполнения в установленном порядке формы, размещённой на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Иск предъявлен в Находкинский городской суд Приморского края 26сентября 2025 года.

Из условий оспариваемого договора от 12 августа 2021 года усматривается, что одной из его сторон являлся истец, на момент подписания договора квартира была передана ответчику, то есть началось исполнение данной сделки, о чём истец достоверно знал, в связи с чем срок исковой давности начал течь с указанной даты.

Помимо этого, как уже указано в решении выше, экземпляр договора с момента заключения сделки имелся у истца, который в течение всего времени имел возможность в случае наличия у него каких-либо сомнений в природе сделки принять меры к дополнительному выяснению её существа, поставить под сомнение её условия и действительность, а также оспорить её в установленном порядке.

В связи с указанными обстоятельствами суд приходит к выводу об отсутствии оснований полагать, что исковое заявление предъявлено в пределах срока исковой давности.

В силу статьи 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца – физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Поскольку срок исковой давности истцом пропущен, им не заявлялось ходатайство о восстановлении срока исковой давности, не представлено каких-либо доказательств уважительности причин пропуска данного срока, оснований для удовлетворения иска не имеется.

В рамках данного дела определением Находкинского городского суда Приморского края от 16 октября 2025 года по ходатайству истца были приняты обеспечительные меры в виде запрета регистрационному органу совершать регистрационные действия в отношении спорного объекта.

В связи с отказом в удовлетворении иска суд считает возможным при рассмотрении дела руководствоваться нормами части 4 статьи 1, части 3 статьи 144 ГПК РФ, и, учитывая, что оснований для сохранения обеспечительных мер не имеется, а наличие обеспечительных мер в виде наложенных судом запретов воспрепятствует ответчику в полной мере осуществлять право владения и пользования спорным имуществом, находит необходимым отменить меры по обеспечению иска, поскольку иск оставлен без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

Исковое заявление оставить без удовлетворения.

Отменить принятые определением Находкинского городского суда Приморского края от 16 октября 2025 года меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю, филиалу публично-правовой компании «Роскадастр» по Приморскому краю совершать регистрационные действия в отношении жилого помещения (квартиры), расположенного по адресу: 

<

.........>, с кадастровым номером №, после вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Находкинский городской суд Приморского края.

Судья Д. А. Алексеев