66RS0006-01-2020-000662-89 

№2-1109/2020 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 03 июля 2020 года 

Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лащеновой Е.А. при помощнике Брик Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании долга по договору займа и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора займа незаключенным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о взыскании долга по договору займа, указывая, что ФИО2 взял у ФИО1 29 сентября 2019 года денежную сумму в размере 2 000 000 рублей сроком на один месяц, 04 октября 2019 года - 1 500 000 рублей, о чем написал расписки. Стороны договорились, что денежные средства будут возвращены заемщиком по первому требованию. Обязательства по возврату сумм займа ФИО2 не исполнил. 20 декабря 2019 года истец направил ответчику требование о возврате денежной суммы в размере 3 500 000 рублей. На день подачи искового заявления требование не исполнено. На основании вышеизложенного истец просит взыскать с ФИО2 сумму займов в размере 3 500 000 рублей, а так же расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 700 рублей. 

Ответчик ФИО2 обратился со встречным иском к ФИО1 о признании договора займа незаключенным, где указал, что 29 сентября 2019 года и 04 октября 2019 года ФИО2 были выданы денежные расписки на общую сумму 3 500 000 рублей, но договор займа ФИО2 и ФИО1 никогда не заключали, денежных средств ФИО2 от ФИО1 не получал, в долг не брал. Сделка по предоставлению займа фактически не состоялась. Представленные расписки не могут являться договором займа, поскольку из их содержания не следует обязательного для таких договоров условия о возврате денежных средств. Более того, в расписке указано, что ФИО2 обязуется вернуть в установленные договором сроки денежные средства, хотя договор займа не заключался. Подписывая вышеуказанные расписки ФИО2 был введен в заблуждение относительно цели написания данных расписок. Они были написаны по влиянием обмана и заблуждения, поскольку ФИО2 полагал, что данные расписки написаны им в рамках поручительства, гарантии исполнения обязательств по договору, который будет заключен в дальнейшем между юридическим лицами, осуществлявшими совместную деятельность. 26 сентября 2019 года, одновременно, на совместной встрече, ФИО1 получил расписки от трех физических лиц, ФИО2, Г.А.В., Ю.М.В. на сумму 2 000 000 рублей каждая, при этом на данной встрече никому из написавших расписки, денежные средства не передавались. 04 октября 2019 на общей встрече были выданы безденежные расписки теми же лицами на сумму 1 500 000 рублей, при этом Ю.М.В. был передан пакет, в котором по словам К.А.В. находилась денежные средства в размере 1 500 000 рублей. При этом пакет никто не вскрывал, ответчик не знает, что находилось в данном пакете. Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что 26 сентября 2019 года и 04 октября 2019 года денежные средства по распискам не передавались ответчику, ответчик денежные средства в размере 3 500 000 рублей не получал, в связи с чем отсутствует существенное условие договора займа. На основании вышеизложенного истец по встречному иску просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, признать договор займа на сумму 3 500 000 рублей между ФИО1 и ФИО2 незаключенным.

Истец ФИО1 в судебном заедании требования иска поддержал по изложенным в нем основаниям. Указал, что с ответчиком познакомились более года назад. ФИО2, Г.А.В. и Ю.М.В. начали просить у него денежные средства, пояснили, что в будущем готовы проспонсировать проекты истца и вести совместную деятельность. Денежные средства были переданы без процентов. Истец пояснил, что денежные средства в такой сумме у него появились от продажи недвижимого имущества, автомобилей, накоплений, помощи родителей.

Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заедании требования иска поддержал по изложенным в нем основаниям. Указал, что 26 сентября 2019 года и 04 октября 2019 года были заключены договоры займа, ответчиком даны расписки, которые подтверждают факт передачи денежных средств. Ответчик дал обязательства, в первом случае вернуть сумму в размере 2 000 000 рублей в течении месяца, во втором случае вернуть сумму в размере 1 500 000 рублей в течении месяца с момента требования. Полагал, что факт передачи денежных средств подтвержден, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения встречного иска. 

Ответчик ФИО2 в судебном заедании требования иска не признал, поддержал требования встречного искового заявления. Указал, что им денежные средства не получались, расписки написаны в рамках поручительства как гарантии исполнения обязательств по договору, который будет заключен в дальнейшем между юридическим лицами. Также указал на не предоставление истцом доказательств наличия у него на момент написания ответчиком расписок денежных средств в сумме 3 500 000 рублей.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заедании требования иска не признала, поддержала требования встречного искового заявления. Указала, что в расписке не указано обязательное условие о возврате денежных средств. Расписка от 04 октября 2019 года содержит ссылку на договор займа, однако договор займа как единый документ, содержащий в себе все существенные условия договора займа, не заключался и в письменной форме составлен не был. В связи с чем основания для взыскания с ответчика требуемой истцом суммы отсутствуют, а встречный иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля К.А.В. пояснил суду, что в его присутствии ФИО1 передал ФИО2 денежные средства в размере 2 000 000 рублей 26 сентября 2019 года и в размере 1 000 000 рублей 04 октября 2019 года. Денежные средства передавались из сумки истца, составлялась расписка о получении денежных средств. Денежные средства передавались в долг и все об этом знали. В эти же даты денежные средства передавались еще двум лицам, Юн-ни М.В., Г.А.В. в том же размере.

Свидетель Г.А.В. пояснил суду, что брал займ у истца в размере 3 500 000 рублей для проекта. Планировали получить банковские гарантии и произвести финансирование. Г.А.В. получил от истца сумму в размере 3 500 000 рублей, написал расписку о получении денежных средств, договор не оставлялся. Кто еще брал 26 сентября и 04 октября 2019 года займ у истца он не знает.

Заслушав стороны и их представителей, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав аудиозапись на техническом средстве ответчика, обозрев переписку в мессенджере «WhatsApp» на техническом средстве истца, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

Договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Обращаясь с иском истец в качестве основания своих требований предоставил две расписки о передаче денежных средств ответчику. Расписка от 26 сентября 2019 года имеет следующее содержание: «ФИО2 … взял займ в размере 2 000 000 рублей у ФИО1 … на срок один месяц. Обязуюсь вернуть в указанные сроки. Указанную сумму в размере 2 000 000 рублей получил наличными на руки. Денежная сумма был передана в присутствии К.А.В.» (л.д. 26).

Из расписки от 04 октября 2019 года следует, что ФИО2 получил наличные денежные средства в размере 1 500 000 рублей и обязался вернуть в указанные сроки. Также указал, что расписка выдана по договору займа, денежные средства получены наличными от ФИО1 в присутствии К.А.В. (л.д. 27).

Ответчик данные расписки оспаривает и просит признать договор займа между сторонами незаключенным, приводя доводы о незаключенности договора займа по основанию безденежности, и одновременно доводы о недействительности данной сделки по основанию ее совершения под влиянием обмана со стороны истца. В частности ответчик настаивает на том, что денежные средства от истца он не получал, а расписки были написаны в качестве поручительства, гарантии исполнения обязательств по договору, который будет заключен в дальнейшем между юридическим лицами, осуществлявшими совместную деятельность. При этом факт собственноручного написания расписок от 26 сентября 2019 года и 04 октября 2019 года ответчик не оспаривает.

В силу ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности). Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам. В случае оспаривания займа по безденежности размер обязательств заемщика определяется исходя из переданных ему или указанному им третьему лицу сумм денежных средств или иного имущества.

В соответствии со ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если эти правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из буквального толкования расписки от 26 сентября 2019 года следует, что ФИО2, взял у ФИО1 займ в размере 2 000 000 рублей на срок один месяц и обязался вернуть в указанные сроки. Сумму займа в размере 2 000 000 рублей ФИО2 получил наличными на руки.

Таким образом, в расписке указаны стороны договора займа, сумма займа, срок выдачи займа, имеется обязательство по возврату денежных средств и сведения о получении денег в наличной форме. Более того, из данной расписки явно следует, что ФИО2 является заемщиком, поскольку согласно тексту расписки именно он (ФИО2) взял займ, а ФИО1 является займодавцем, так как займ взяли у него, то есть он (ФИО1) предоставил денежные средства в займ и предоставил их именно ФИО2, а не кому-либо другому.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что расписка от 26 сентября 2019 года по своей сути является договором займа, оформленным между двумя физическими лицами в письменной форме. При этом все существенные условия договора займа, в том числе обязательство о возврате займа, срок возврата и сумма займа, сторонами согласованы и прямо указаны в тексте расписки.

Данный документ (расписка от 26 сентября 2019 года) также является относимым, допустимым и достоверным доказательством факта передачи ответчику денежных средств в сумме 2 000 000 рублей, поскольку факт собственноручного написания данной расписки ответчиком в судебном заседании не оспорен. Более того, в тексте самой расписки содержится указание на получение денежных средств наличными ФИО2 

Аналогичные сведения о получении денежных средств именно наличными в размере 1 500 000 рублей ФИО2 от ФИО1 с обязательством их возврата, содержатся и в расписке от 04 октября 2019 года, в связи с чем данный документ также признается судом относимым, допустимым и достоверным доказательством факта передачи ответчику денежных средств в сумме 1 500 000 рублей. При этом в расписке также имеются сведения о том, что ФИО2 принял на себя обязательство вернуть полученную сумму. 

Ссылка в данной расписке на ее выдачу к договору займа, вопреки доводам ответчика, не свидетельствует о незаключенности договора займа, а лишь подтверждает тот факт, что ранее между сторонами был заключен договор займа, а именно 26 сентября 2019 года на сумму 2 000 000 рублей. Расписка от 04 октября 2019 года подтверждает факт осведомленности ответчика о возникновении между сторонами ранее правоотношений именно по договору займа. 

Из буквального толкования текста расписок от 26 сентября 2019 года и от 04 октября 2019 года в их совокупности, следует, что 26 сентября 2019 года между сторонами был заключен договор займа на сумму 2 000 000 рублей, а 04 октября 2019 года сумма займа была увеличена на 1 500 000 рублей. При этом суд учитывает, что никаких иных правоотношений между сторонами, согласно их пояснениям, не имелось.

Учитывая содержание расписки от 26 сентября 2019 года, ее буквальный текст и объем согласованных сторонами в данной расписке условий договора, принимая во внимание факт написания данной расписки собственноручно ФИО2, суд полагает, что у ответчика не могло и не должно было возникнуть сомнений или неясностей относительно предмета и целей данного договора.

Доводы ответчика о составлении расписки в счет заключения юридическими лицами в будущем договоров о сотрудничестве не свидетельствует об отсутствии у ответчика в связи с этим обязательств по возврату займа, при том, что никакой информации об этом в расписках не содержится. Кроме того, ответчик не является учредителем или директором юридических лиц сотрудничество которых, по его словам, предполагалось в будущем, в связи с чем установить его заинтересованность в каком-либо сотрудничестве юридических лиц невозможно. 

В представленных ответчиком копиях договоров между различными юридическими лицами, его фамилия не фигурирует, более того оригиналы данных договоров суду не представлены, в связи с чем установить их достоверность не представляется возможным. По указанным основаниям суд находит копии представленных договоров с приложениями не отвечающими требованиям относимости и достоверности, в связи с чем не принимает данные документы в качестве доказательств по делу. 

Показаниями свидетеля К.А.В., который согласно записи в расписках присутствовал при заключении договора займа, подтверждается факт наличия у ответчика информации о получении им денежных средств от истца именно в долг, а не в связи с иными обстоятельствами. Более того, никаких доказательств обмана ответчика или введения его в заблуждение суду не представлено.

При этом доводы истца о выдаче расписок под влиянием обмана не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Ответчиком не представлено суду никаких доказательств подтверждающих факт заблуждения истца относительно предмета договора или обмана ответчика. Представленная ответчиком аудиозапись разговора факт обмана ответчика или наличия у него заблуждения относительно сделки не подтверждает, кроме того, она сделана в период рассмотрения гражданского дела, а не в период написания расписок или незадолго до этого момента. Из указанной аудиозаписи следует, что абонент с которым разговаривает ответчик собирается подписать мировое, при этом никаких фраз и выражений относительного того брал ФИО2 деньги у ФИО1 или нет, абонент не произносит.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО2 факт заключения договора займа под влиянием обмана, или в связи с заблуждением ответчика относительно существа договора, его предмета и цели, не доказан. Его доводы в этой части признаются судом несостоятельными и отклоняются. 

Согласно ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

Несмотря на наличие во встречном иске доводов о совершении сделки под влиянием обмана самостоятельных требований о признании договора займа недействительным на основании приведенной нормы ответчик не заявлял.

В отсутствие требований о признании договора займа недействительным у суда отсутствуют основания для оценки доводов ответчика, касающихся обстоятельств и причин составления расписки (составление ее под влиянием обмана). В таком случае доводы о заключении договора займа под влиянием обмана, которые никакими доказательствами не подтверждены, значения для разрешения спора не имеют.

Показания свидетеля Г.А.В. не могут быть приняты судом в качестве доказательства факта передачи или не передачи денежных средств, поскольку свидетель очевидцем событий при которых был заключен договор займа между сторонами не являлся. Пояснил суду только, что он сам получил от истца в долг 3 500 000 рублей. Не опровергается факт передачи ответчику денежных средств и показаниями свидетеля К.А.В., в присутствии которого были переданы денежные средства по распискам от 26 сентября 2019 года и от 04 октября 2019 года, о чем указано в самих расписках.

Более того, учитывая, что факт заключения договора займа под влиянием обмана не нашел своего подтверждения в судебном заседании, в силу ч. 2 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации оспаривание займа совершенного в письменной форме по безденежности путем свидетельских показаний не допускается. 

Представленная истцом для обозрения переписка в мессенджере «WhatsApp» велась не с ответчиком, а с иным лицом, каких-либо сведений о заключенном между истцом и ответчиком договоре займа не содержит, в связи с чем не принимается в качестве доказательства по делу ввиду ее неотносимости к рассматриваемому спору.

Доводы ответчика об отсутствии у ФИО1 денежных средств в сумме 3 500 000 рублей для их предоставления в долг опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, в том числе договором купли-продажи от 30 апреля 2019 года, согласно которому истец и его супруга продали квартиру за 3 800 000 рублей, от 27 июля 2018 года, согласно которому супруга истца продала автомобиль за 950 000 рублей, а также иными договорами об отчуждении имущества истцом и его супругой. Оснований сомневаться в подлинности данных договоров у суда не имеется, поскольку оригиналы были представлены в суд на обозрение и имеют отметки о регистрации в соответствующих органах. 

При таких обстоятельствах суд полагает, что у истца на момент заключения договора займа с ответчиком имелись денежные средства в размере достаточном для предоставления займа на сумму 3 500 000 рублей.

Доводы ответчика о заключении истцом в один день нескольких договоров займа с иными лицами на ту же сумму, что и с ответчиком, не имеет правового значения для разрешения спора, поскольку не влияют на возникшие между сторонами правоотношения по договору займа и их правовую оценку. При этом доводы истца о наличии у него денежных средств в достаточном объеме для заключения трех договоров, в том числе и за счет продажи движимого и недвижимого имущества, накоплений и средств, полученных от родственников, ответчиком не опровергнуты, соответствующих доказательств отсутствия у истца денежных средств не представлено.

Учитывая, что договор займа между сторонами заключен, все существенные условия договора согласованы, факт передачи денежных средств по договору займа подтвержден представленными доказательствами, оснований для признания договора займа заключенного между сторонами на сумму 3 500 000 рублей незаключенным не имеется, и в удовлетворении данного требования ФИО2 надлежит отказать. 

Поскольку факт передачи ответчику денежных средств в общей сумме 3 500 000 рублей подтверждается расписками от 26 сентября 2019 года 04 октября 2019 года, суд приходит к выводу, что истцом обязательства по договору займа исполнены.

Однако, ответчик условия договора не выполнил, сумму займа в размере 3 500 000 рублей в установленный договором срок один месяц не вернул, требования истца о возврате долга не исполнил, до настоящего времени сумму займа истцу не возвратил. 

Поскольку, ответчиком суду доказательств надлежащего выполнения условий договора займа не представлено, суд считает требование истца о взыскании с ответчика суммы долга в размере 3 500 000 рублей по распискам от 26 сентября 2019 года и от 04 октября 2019 года, подлежащим удовлетворению.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат расходы по уплате государственной пошлины 25 700 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании долга по договору займа удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 долг по распискам от 26 сентября 2019 года и 04 октября 2019 года в сумме 3 500 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 25 700 рублей, всего 3 525 700 рублей.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к ФИО1 о признании договора займа незаключенным отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение пяти дней.

Судья Е.А. Лащенова 

Мотивированное решение изготовлено 09 июля 2020 года.

Судья Е.А. Лащенова