УИД 14RS0035-01-2025-007264-11

Дело №2-4894/2025 №33-145/2026 (№33-3825/2025)

Судья Холмогорова Л.И.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Якутск 19 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Топорковой С.А., судей Петуховой О.Е., Протодьяконова В.С. при секретаре Осиповой Е.П. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Россельхозбанк», акционерному обществу «Газпромбанк» о признании кредитных договоров недействительными в силу ничтожности по апелляционным жалобам ответчиков акционерного общества «Газпромбанк», акционерного общества «Россельхозбанк» на решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 07 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Петуховой О.Е., объяснения представителя ответчика акционерного общества «Россельхозбанк», действующей по доверенности ФИО2, представителя акционерного общества «Газпромбанк», действующего по доверенности ФИО3, истца ФИО1, представителя истца по доверенности адвоката Гаврильевой М.Д., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к акционерному обществу «Россельхозбанк», акционерному обществу «********», акционерному обществу «Газпромбанк» о признании кредитных договоров недействительными сделками в силу их ничтожности.

В обоснование иска указано, что 25 апреля 2024 года истец находилась на работе в ********, по сотовой связи ей позвонил мужчина, представился менеджером сотовой связи «********», уведомил об окончании срока действия договора связи, предложил продлить через портал «Госуслуги», истец согласилась, СМС-сообщение от портала «Госуслуги» с кодом продиктовала собеседнику, последний заверил, что договор продлен. В последующем на телефон поступило СМС от портала «Госуслуги», что личный кабинет заблокирован, истец перезвонила на указанный номер в СМС, ответил мужчина, который представился сотрудником службы безопасности портала, истец объяснила ситуацию, собеседник предположил, что она (истец) стала жертвой мошенников, что от её имени направлено шесть заявок на кредитование в банки, после соединил с сотрудником Центрального Банка России, с которым состоялся диалог. В дальнейшем через мессенджер «Ватсапп» пришло сообщение о необходимости написать заявление о неразглашении сведений и оказании ей помощи от сотрудников Центрального Банка Российской Федерации, что она написала и отправила. 26 апреля 2024 года истцу поступил звонок в мессенджере, говорил тот же мужчина, Ж., убедил, что необходимо оформить кредиты для заполнения кредитной истории, 27 апреля 2024 года истец оформила в офисе акционерного общества «Россельхозбанк» заявку на получение кредита, кредит одобрен 29 апреля 2024 года на сумму .......... рублей, на руки выдали .......... рублей. Далее по указанию Ж. истец приобрела СИМ-карту и отправила через банкомат публичного акционерного общества «********» четырьмя операциями денежные переводы на сумму .......... рублей, .......... рублей, .......... рублей, .......... рублей на номер карты, который продиктовал Ж. 07 мая 2024 года по указанию Ж., оформила заявку на кредит в акционерном обществе «Газмпробанк», кредит выдан на сумму .......... рублей. Далее в торговом центре «********» в городе Якутске через банкомат публичного акционерного общества «********» произвела операцию по переводу денежных средств на сумму .......... рублей на номер карты, который продиктовал Ж., 17 мая 2024 года по указанию Ж. оформила кредит в акционерном обществе «********» на сумму .......... рублей вместе со страховкой .......... рублей, денежные средства обналичила и через банкомат публичного акционерного общества «********» произвела операцию по переводу на сумму .......... рублей на номер карты, который сообщил Ж. С 25апреля 2024 года находилась под давлением собеседника, в паническом состоянии, заблуждалась в том, что ей помогает Центральный Банк Российской Федерации, никому из близких и знакомых ничего не рассказывала, так как дала обязательство о неразглашении. В последующем обратилась в правоохранительные органы, признана потерпевшей по уголовному делу, по результатам психолого-психиатрической экспертизы в рамках уголовного дела установлена невозможность понимать истцом характер и значение совершаемых в её отношении мошенниками действий и неспособность противостоять им.

На основании изложенного просила признать недействительными договоры № ... от 29 апреля 2024 года между акционерным банком «Россельхозбанк» и ФИО1 и № ... от 07 мая 2024 года, заключенный между акционерным обществом «Газпромбанк» и ФИО1, и применить последствия ничтожной сделки путем аннулирования задолженности.

Определением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 30 апреля 2025 года требования ФИО1 к акционерному обществу «********» о признании кредитного договора недействительной сделкой в силу его ничтожности выделены в отдельное производство.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1, представитель по ордеру адвокат Гаврильева М.Д. исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении, пояснили, что сделка совершена под влиянием обмана.

Представитель истца Гаврильева М.Д. также пояснила, что ФИО1 является потерпевшей по уголовному делу, по которому проведена психолого-психиатрическая экспертиза, которой установлена невозможность понимать характер и значение совершаемых в отношении нее мошенниками действий и неспособности противостоять им. Также проведенной по делу судебной психолого-психиатрической экспертизой установлено, что ФИО1 по своему психическому состоянию в период с 01 апреля 2024 года по 01 июня 2024 года, в момент заключения кредитных договоров и в момент перевода денежных средств третьим лицам не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Представитель ответчика акционерного общества «Россельхозбанк» по доверенности ФИО2 требования истца не признала, пояснила, что Банк действовал добросовестно, в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» и волеизъявлением ФИО1 на получение кредита. У Банка не было каких-либо оснований усомниться в действиях заемщика. При заключении кредитного договора до заемщика в полном объеме доведена вся необходимая и достоверная информация, в том числе предусмотренная статьями 5, 6 и 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)». Заемщик ФИО1 на учете у психиатра не состоит, имеет ******** образование, является ********. Имеющие в деле доказательства свидетельствуют о полном понимании заемщиком своих действий и возможности руководить ими. Поведение ФИО1 является непоследовательным и противоречивым, что свидетельствует о недобросовестности истца. Просила в иске отказать.

Представитель ответчика акционерного общества «Газпромбанк» по доверенности ФИО3 также не признал исковые требования, пояснил, что действия Банка при заключении Кредитного договора являются добросовестными, предприняты все необходимые меры предосторожности. Истец не была введена в заблуждение при заключении кредитного договора. Заблуждение может лишь касаться последующих операций по переводу денежных средств неустановленным лицам. Истец не оспаривает сам факт получения заемных денежных средств в Банке. При заключении оспариваемой сделки истец понимал правовую природу кредитного договора, осознавал последствия его заключения, что исключает возможность признания сделки совершенной при отсутствии воли Истца. При заключении кредитного договора Истец имела четкое представление о его правовой природе, осознавала, что осуществляет действия по получению именно кредитных денежных средств, за пользование которыми предусмотрена плата в виде взимаемых процентов, имела представление о том, что распоряжается не своими денежными средствами, а денежными средствами банка. Заблуждение Заемщика касалось исключительно мотивов, целей заключения Кредитного договора (мотив - не допустить присвоение денежных средств заемщика третьими лицами посредством получения на её имя кредитных денежных средств, цель - получение кредитных денежных средств и их последующий перевод на безопасные банковские счета). Денежные средства выдавались непосредственно истцу, в связи с чем оснований для отказа в выдаче денежных средств при отсутствии сведений об обстоятельствах заключения договора, у банка не имелось, как не имелось и оснований подозревать совершение в отношении истца мошеннических действий. Оснований для признания Кредитного договора недействительным не имеется. Обман Истца третьими лицами не является основанием для признания недействительной сделки, заключенной между истцом и банком. Кредитный договор заключен в полном соответствии с требованиями действующего законодательства. Истца введена в заблуждение третьими лицами, личность которых в настоящий момент не установлена. Указанные третьи лица не являлись представителями, сотрудниками или аффилированными лицами Банка и не были каким-либо иным образом связаны с ответчиком. Банком также не совершалось каких-либо действий, направленных на введение истца в заблуждение относительно совершаемой сделки. 11 ноября 2024 года была вынесена исполнительная надпись нотариуса на сумму .......... рубля .......... копейку, в том числе .......... рублей - основной долг; .......... рублей .......... копеек - проценты. С даты предъявления требования о досрочном возврате кредита проценты по кредитному договору не начисляются, в случае же признания кредитного договора недействительным проценты будут начисляться до погашения основного долга. Просил суд в удовлетворении иска отказать.

Решением Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 07 октября 2025 года исковые требования удовлетворены, признано недействительным кредитное соглашение от 29 апреля 2024 года № ..., заключенное между акционерным обществом «Россельхозбанк» и ФИО1, и аннулирована имеющаяся задолженность, также признан недействительным кредитный договор от 07 мая 2024 года № ..., заключенный между акционерным обществом «Газпромбанк» и ФИО1, задолженность аннулирована.

С решением суда не согласилось акционерное общество «Газпромбанк», представителем по доверенности ФИО3 подана апелляционная жалоба, где поставлен вопрос об изменения обжалуемого решения в части, применении реституции, взыскании с ФИО1 денежной суммы, полученной по кредитному договору, признанному недействительной сделкой.

В обоснование жалобы указала, что признание недействительным кредитного договора по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагает применение реституции, то есть сторона должна возвратить другой стороне все полученное в натуре, а при невозможности – возместить стоимость. Освобождение заемщика от возврата задолженности по кредитному договору влечет нарушение прав кредитора на возврат всего исполненного по недействительной сделке и постановку в заведомо невыгодное положение кредитора в сравнении с истцом. Восстановление нарушенных прав истца возможно лишь путем привлечения виновных лиц, похитивших денежные средства истца, к уголовной ответственности и взыскания в пользу истца с виновных лиц материального ущерба, причиненного преступлением. Отсутствие встречных требование кредитора не является основанием для неприменения реституции. Недобросовестность со стороны кредитора при выдаче кредита истцу материалами дела не подтверждена.

С решением суда не согласилось акционерное общество «Россельхозбанк», представитель по доверенности ФИО2 подала апелляционную жалобу, где просит отменить обжалуемое решение, принять новое решение, которым отказать в удовлетворении иска.

В обоснование жалобы указывает, что со стороны банка как кредитора недобросовестность при заключении кредитного договора с истцом материалами дела не подтверждена, а противоположные выводы суда в указанной части являются ошибочными. Истец лично заполнила в банке анкету с указанием суммы дохода, подтвердив платежеспособность, выбрала вариант кредитования, психически стабильное состояние заемщика установлено путем визуальной оценки сотрудником банка и анкетирования. Указанные в решении основания для признания договора недействительной сделкой являются взаимоисключающими, не представлено доказательств заключения кредитного договора истцом под влиянием существенного заблуждения, при заключении кредитного договора истец понимала значение своих действий и могла ими руководить. Заключение эксперта не является единственным и абсолютным доказательством обоснованности требований истца, обращает внимание, что стаж эксперта Г. не более года, полагает, что недобросовестность усматривается в действиях истца. Само по себе возбуждение уголовного дела в отношении неустановленных лиц и признание истца потерпевшей по делу не является основаниям для признания кредитного договора недействительным. Судом не применена реституция, не привлечена к участию в деле страховая компания, при том, что судебным актом могут быть затронуты её права и обязанности.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО1 просит признать решение суда законным и обоснованным, оставить без изменения.

Информация о дате, времени и месте рассмотрения дела размещена своевременно в установленном пунктом 2 части 1 статьи 14, статьей 15 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» порядке на сайте Верховного Суда Республики Саха (Якутия) (vs.jak.sudrf.ru раздел «Судебное делопроизводство»).

Лица, участвующие в деле, извещены о судебном заседании надлежащим образом, явка сторон обеспечена.

В судебном заседании представитель акционерного общества «Россельхозбанк» ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы доверителя по изложенным в ней основаниям, просила удовлетворить.

Представитель акционерного общества «Газпромбанк» по доверенности ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы своего доверителя, просил удовлетворить.

Истец ФИО1 и ее представитель адвокат Гаврильева М.Д. выразили несогласие с жалобами ответчиков, просили оставить решение суда без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 37 и 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года №16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», судам необходимо учитывать, что по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Заслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу положений статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения не допущены судом первой инстанции.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 29 апреля 2024 года между акционерным обществом «Россельхозбанк» и ФИО1 заключено кредитное соглашение № ..., согласно которому Банк предоставил заемщику кредит в размере .......... рублей .......... копеек под 18,90% годовых (при условии осуществления личного страхования) на срок до 29 мая 2028 года (пункты 1, 2, 4, 9 Индивидуальных условий кредитования).

07 мая 2024 года между акционерным обществом «Газпромбанк» и ФИО1 заключен кредитный договор № ..., согласно которому Банк предоставил заемщику кредит в размере .......... рублей на потребительские цели под 25,4% годовых на срок по 07 мая 2031 года.

28 ноября 2024 года на основании заявления ФИО1 следственным управлением межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Якутское» возбуждено уголовное дело № ... по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Из материалов уголовного дела следует, что в период времени с 25 апреля 2024 года по 22 мая 2024 года неустановленное лицо, действуя умышленно, из корыстных побуждений путем обмана, представившись оператором сотовой связи, сотрудником Центрального Банка Российской Федерации, воспользовавшись мессенджером «Ватсап», позвонило с абонентского номера «+№ ...». В ходе телефонных разговоров неустановленное лицо убедило гражданку ФИО1 оформить кредиты в акционерном обществе «Россельхозбанк», акционерном обществе «Газпромбанк», акционерном обществе «********» и, сняв со счетов кредитные денежные средства, выполнить операции по переводу денег через банкоматы публичного акционерного общества «********», расположенные в городе Якутске в торговом центре «Вавилон» по улице .........., дом № ..., в торгово-развлекательном комплексе «********» по улице .........., дом № ..., в торговом центре «********» по улице .........., дом № ..., с помощью приложения «********», на общую сумму .......... рублей. Тем самым неустановленное лицо причинило ФИО1 особо крупный материальный ущерб на указанную сумму. ФИО1 признана потерпевшей.

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Якутский Республиканский психоневрологический диспансер» от 07 февраля 2025 года № ..., проведенной в рамках уголовного дела, подэкспертная ФИО1 не понимала характер и значение совершаемых в отношении нее третьими лицами (не банком) действий, установлена неспособность противостоять им, а также сделаны вводы о том, что на основе выявленных у подэкспертной в ходе судебно-психологической экспертизы индивидуально-психологических особенностей, психологического анализа материалов уголовного дела в момент совершения инкриминируемого деяния неустановленными лицами в отношении ФИО1 она находилась под влиянием приемов психологического манипулирования, приведшим к невозможности понимать характер и значение совершаемых в ее отношении действий и неспособности оказывать сопротивление.

Как следует из заключения комиссии экспертов Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутский областной психоневрологический диспансер» от 12 августа 2025 года № ..., в рамках настоящего гражданского дела, по своему психическому состоянию в период с 01 апреля 2024 года по 01 июня 2024 года (в момент заключения кредитного договора от 29 апреля 2024 года № ..., в момент заключения сделки по заключению договора потребительского кредита от 07 мая 2024 года № ... и в момент перевода денежных средств третьим лицам) ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

ФИО1 не состояла и не состоит на учете врача-психиатра, врача-нарколога.

Обращаясь с иском о признании кредитных договоров недействительными, ФИО4 указала, что кредитные соглашения заключены в силу отсутствия ее личной воли, истец введен в заблуждение неустановленными лицами, в отношении которых о возбуждено уголовное дело. По сути, заключение кредитных договоров являлось способом хищения денежных средств банков третьими лицами, сама истец не имела намерений на кредитование, получение денежных средств и их использование на собственные нужды.

Разрешая спор, суд первой инстанции, установив обстоятельства дела, руководствуясь положением статей 8, 166, 167, 168, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценив представленные доказательства, пришел к выводам о том, что в момент совершения сделок истец находилась под влиянием заблуждения и обмана, кредитные договоры, заключенные между сторонами, являются недействительной сделкой, подлежат применению последствия недействительности сделки в виде аннулирования задолженности по кредитным договорам.

Проверяя законность решения суда по доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности (пункт 4 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6).

В силу статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (пункт 4).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Для признания сделки, совершенной гражданином, недействительной по правилам пункта 1 указанной статьи этому гражданину (либо иному лицу, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате совершения сделки) необходимо доказать только то, что в момент ее совершения он находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

При этом особенным средством доказывания в таких делах выступает заключение судебной экспертизы.

Для разрешения вопроса о фактической способности лица в определенный момент (при совершении юридически значимого действия) понимать значение своих действий и руководить ими по общему правилу требуются специальные познания, которыми суд не располагает.

Как следует из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в рамках настоящего гражданского дела, в период совершения юридически значимых действий критические функции истца были существенно ослаблены, прогноз искажен. Сформировавшееся у потерпевшей психологическое состояние заблуждения определяло ее зависимое поведение и препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способность понимать направленность и социальное значение совершаемых с нею действий и оказывать сопротивление в интересующий следствие период была нарушена.

Таким образом, экспертной комиссией сделаны выводы о том, что истец находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими в той степени, в которой это необходимо для совершения сделок потребительского кредитования для использования денежных средств на собственные нужды, в соотношении с пониманием значения совершаемых в отношении него противоправных действий третьими лицами, а также его способность правильно воспринимать обстоятельства.

Истец, находясь в состоянии заблуждения, разумно и объективно в силу своего психологического состояния не мог оценивать сложившуюся ситуацию.

Утверждения ответчиков о том, что документы подписаны непосредственно истцом, в чем выражено согласие заемщика с условиями кредитного договора, а совершение оспоримой сделки под влиянием заблуждения не подтверждено, признаются необоснованными и опровергаются доказательствами, представленными в материалы дела.

Так, в соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 5.1 Федерального закона от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (в редакции Федерального закона от 29 декабря 2022 года №601-ФЗ) кредитная организация или микрофинансовая организация (далее - кредитор) обязана по каждому заемщику рассчитать показатель долговой нагрузки заемщика при принятии решения о предоставлении потребительского кредита (займа).

Исходя из положений части 5 статьи 5.1 Федерального закона от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», если значение показателя долговой нагрузки заемщика, рассчитанное кредитной организацией или микрофинансовой организацией в соответствии с настоящей статьей, превышает пятьдесят процентов, кредитная организация или микрофинансовая организация обязана уведомить заемщика в письменной форме о существующем риске неисполнения заемщиком обязательств по потребительскому кредиту (займу), в связи с которым рассчитывался показатель долговой нагрузки заемщика, и риске применения к нему за такое неисполнение штрафных санкций до момента заключения такого договора потребительского кредита (займа).

В соответствии с частью 6 статьи 5.1 Федерального закона от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» факт ознакомления заемщика с уведомлениями, указанными в ч. 5 данной статьи (далее - уведомление), подтверждается заемщиком собственноручной подписью или с использованием аналога собственноручной подписи.

Вопреки доводам ответчиков, действия истца, связанные как с заключением кредитных договоров, так и с переводом денежных средств, были обусловлены пороком воли ФИО1, находившейся в этот период в состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку порок воли при совершении сделок может быть обусловлен как отсутствием воли, так и неправильным ее формированием или несоответствием волеизъявления внутренней воли лица, заключающего сделку.

Следовательно, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При таких обстоятельствах доводы о том, что заключение сторонами кредитного договора явилось следствием осознанных и целенаправленных действий истца, судебной коллегией отклоняются.

Отклоняются доводы о том, что истец лично выразил волеизъявление на совершение сделки с отчетом своим действиям.

Как следует из пункта 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона). При этом по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей. Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

В свою очередь к банку как к профессиональному участнику рынка по предоставлению финансовых услуг применяются повышенные стандарты и критерии определения разумности и осмотрительности при совершении банковских операций, которые проводятся, в том числе при исполнении исполнительных документов и как профессиональный участник такого рынка банк несет риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с осуществлением банковских операций.

Профессиональные участники рынка финансовых услуг при решении вопроса о предоставлении кредита заемщику не лишены возможности обращаться в бюро кредитных историй для получения объективной информации о заемщике для оценки его платежеспособности и долговой нагрузки. При получении информации о кредитовании заемщика в разных банковских организациях в короткие периоды позволяло кредитору усомниться в правомерности совершаемых операций по заключению оспариваемых кредитных соглашений, однако кредиторы не предприняли должной осмотрительности, достаточных мер для обеспечения безопасности совершаемых операций по заключению кредитного договора. Доказательств намерений на заключение истцом договоров потребительского кредита для использования в личных целях путем выражения соответствующего волеизъявления судом не установлено. Напротив, кредиторы, исходя только из формального соблюдения порядка оформления договора, не убедились, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица.

Таким образом, действия банков объективно нельзя признать соответствующими той мере осмотрительности, которая предполагается при кредитовании лиц в условиях неблагоприятной криминогенной обстановки, связанной с повышением случаев кредитования физических лиц в пользу злонамеренных третьих лиц, действия которых являются противоправными и антигосударственными.

Не принимаются судебной коллегией доводы о наличии оснований для применения реституции.

В соответствии с пункта 2 статьи 218, пункта 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на движимое имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества и возникает с момента его передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Поскольку материалами дела не подтверждено, что истец имел намерение заключить спорные кредитные договоры для использования денежных средств в личных целях, совершал действия по заключению договоров, выражал соответствующее волеизъявление, денежные средства не поступили в собственность заемщика, судебная коллегия приходит к выводам о том, что в данном случае заключение кредитного договора, вопреки доводам жалобы, являлось способом хищения денежных средств банков третьими лицами. При этом истец выступал в качестве лица, посредством действий которого денежные средства были похищены третьими лицами, а не субъектом кредитных правоотношений.

При таких обстоятельствах применение реституции в интересах кредитора посредством возложения на заемщика обязанности возвратить денежные средства по сделке, совершенной под влиянием заблуждения, то есть сделке, по сути нарушающей права третьего лица и противоречащей интересам правопорядка, в качестве последствия недействительной сделки не допускается.

Вопреки доводам ответчиков, в апелляционных жалобах при разрешении спора судами правильно установлены фактические обстоятельства дела и применены нормы материального и процессуального права, при этом нарушений или неправильного применения норм права, в том числе в связи с непривлечением страховой компании к участию в деле, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных постановлений, не допущено. Обжалуемым решением права и обязанности страховой компании не затронуты.

Выводы судом сделаны с учетом обстоятельств дела, на основании представленных сторонами доказательств, которым по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дана надлежащая правовая оценка, подробно мотивированы. Оснований не соглашаться с данными выводами у судебной коллегии не имеется.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 07 октября 2025 года по иску ФИО1 к акционерному обществу «Россельхозбанк», акционерному обществу «Газпромбанк» о признании кредитных договоров недействительными в силу ничтожности оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня их вступления в законную силу в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

Определение суда изготовлено 06 февраля 2026 года.