РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 апреля 2024 года Новокуйбышевский городской суд Самарской области в составе председательствующего судьи Родиной И.А.,

при секретаре Зайцевой К.А.,

с участием помощника прокурора города Новокуйбышевска Муханчаловой Р.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-191/2024 по иску ФИО1 к ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи», Министерство здравоохранения Самарской области о взыскании суммы в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

у с т а н о в и л:

Истец обратился в суд с указанным иском к ответчику, в обоснование заявленных требований указав, что в результате ДТП 

<

Дата> с участием транспортного средства ГАЗ Некст, г/н 

<

№> под управление ФИО2, и транспортного средства Ниссан Альмера, г/н 

<

№> ей был причинен вред здоровью. 

Истец указывает, что ДТП произошло по вине водителя ФИО2, который являлся сотрудником ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» и управлял в момент ДТП служебным автомобилем, будучи лишенным водительского удостоверения.

Согласно заключению эксперта у истца установлены и обнаружены следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма (сотрясение головного мозга), рана лобной области

С учетом вышеизложенного, истец обратился в суд и просил взыскать с ответчика ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» в свою пользу сумму в счет компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 рублей. 

В судебном заседании истец и представитель истца ФИО3, действующий на основании ордера (л.д. №29), (в судебное заседание 10 апреля 2024 года ФИО3 не явился в связи с занятостью в ином судебном заседании) заявленные исковые требования поддержали, просили суд иск удовлетворить в полном объеме, отвечая на вопросы суда ранее представитель истца дополнительно пояснил, что истец в момент ДТП находилась в положении, была первая беременность со сроком 20-21 неделя, кроме того представитель истца также отметил, что оставшийся на лице истицы шрам в последующем потребует значительного временного периода на его удаление, а также значительных финансовых затрат. Представитель истца обратил внимание на то, что указанный шрам находится на видном месте – а именно на лбу истца, в связи с чем, каким-либо образом прикрыть указанный недостаток не представляется возможным. Кроме того представитель истца также просил суд учесть, что истцом является молодая девушка 

<

Дата> рождения, которая в последующем вынуждена обратиться в медицинские учреждения, с целью оперативного вмешательства для сглаживания образовавшегося шрама и рубца на лбу. 

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований. В случае принятия решения об удовлетворении заявленных исковых требований, просила суд учесть, что заявленная ко взысканию сумма в размере 600 000 рублей является необоснованно завышенной, просил суд учесть все обстоятельства рассматриваемых требований с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительного обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан. Представитель ответчика отметила, что истцом не представлено доказательств необходимости проведения пластической операции, с указанием стоимости расходов по её проведению, а также невозможности ведения нормального образа жизни, кроме того, представитель ответчика отметила, что не представлена психологическая экспертиза, подтверждающая психологическое расстройство на фоне ДТП, рекомендации врачей, либо, например, назначение успокоительных, седативных средств. Также представитель ответчика просила суд учесть в случае удовлетворения заявленных исковых требований наличие иных долговых обязательств ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» перед иными лицами, в связи с чем, пояснила, что у ответчика, при удовлетворении заявленных требований, нет финансовой возможности выплатить указанную сумму в счет компенсации морального вреда (л.д. №33-36). 

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, полагал сумму в размере 600 000 рублей необоснованно завышенной. Отвечая на вопросы суда ранее не оспаривал вину в произошедшем дорожно-транспортном происшествии. Пояснил, что работал без водительского удостоверения, поскольку не мог устроится на работу, ранее был лишен право управления транспортным средством, однако скрыл указанное обстоятельство от работодателя. 

Представитель ответчика Министерство здравоохранения Самарской области в судебное заседание на указанную дату не явился, о дате, месте и времени слушания дела извещен судом надлежащим образом – 25 марта 2024 года, что подтверждается соответствующим почтовым уведомлением, представил в адрес суда возражение на иск, в соответствии с которым указали, что поскольку кратковременное расстройство здоровья у ФИО1 наступило в результате ДТП, а не при оказаний ей медицинской помощи, оснований для субсидиарной ответственности министерства по возмещению суммы в счет компенсации морального вреда не имеется (л.д. №87-90), ходатайствовали о рассмотрении гражданского дела в свое отсутствие. 

Представитель третьего лица Министерство имущественных отношений Самарской области в судебное заседание на указанную дату не явился, о дате, месте и времени слушания дела извещен судом надлежащим образом – 26 марта 2024 года, что подтверждается соответствующим почтовым уведомлением, ходатайств о рассмотрении гражданского дела в свое отсутствие не представил, об отложении судебного заседания не просил. 

Суд, с учетом положений статьи 167 ГПК РФ полагает возможным гражданское дело рассмотреть в отсутствие не явившихся лиц. 

Суд, выслушав представителя истца, ответчика и представителя ответчика, заслушав заключению прокурора, полагавшего заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, с удовлетворением требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя, исследовав материалы настоящего гражданского дела, а также дела об административном правонарушении 

<

№>, приходит к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является взыскание компенсации морального вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации – далее ГК РФ). 

Аналогичная позиция отражена в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" из которого следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. 

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

То есть моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (лицом, владеющим источником повышенной опасности, в частности, на праве собственности, на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством) (ст. 1079 ГК РФ; п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 33; п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1).

Суд также считает необходимым отметить, что законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. То есть с учетом установленных законом и перечисленных выше критериев суд в каждом конкретном случае определяет размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денег в сумме, которая позволит последнему в той или иной степени пренебречь понесенной утратой. 

Суд при рассмотрении заявленных исковых требований о взыскании суммы в счет компенсации морального вреда учитывает следующие обстоятельства.

Так, действительно 

<

Дата> в 23.00 часа водитель ФИО2, лишенный права на управление транспортным средством, управляя автомобилем ГАЗ, г/н 

<

№>, двигаясь по проспекту Победы со стороны улиц Дзержинскогго в направлении улиц Пирогова с левым поворотом по разрешающему сигналу светофора в направлении улиц Сафразьяна на регулируемом перекрестке улицы Островского – проспект Победы не уступил дорогу и допустил столкновение с автомобилем Ниссан Альмера, г/н 

<

№> под управлением водителя ФИО, который в свою очередь двигался по проспекту Победы на разрешающий сигнал светофора со встречного направления. В результате столкновения три пассажира получили повреждения, в том числе пассажир – ФИО1, которая в места ДТП бригадой Скорой медицинской помощи доставлена в ГБУЗ СО «Новокуйбышевская ЦГБ» с диагнозом 

<

данные скрыты>, была госпитализирована. 

Указанное также подтверждается протоколом 

<

№> об административном правонарушении (л.д. №6, подлинник которого содержится на листе дела №1 дела об административном правонарушении 

<

№>).

Установлено также, что 

<

Дата> в отношении ФИО2 было вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении по статье 12.24 КоАП РФ и назначено проведение административного расследования, для определения степени тяжести вреда, причиненного в результате ДТП пострадавшим (л.д. №18 дела об административном правонарушении, л.д. №36 дела об административном правонарушении – определение о назначении экспертизы по делу).

Постановлением по делу об административном правонарушении от 

<

Дата> Новокуйбышевского городского суда Самарской области ФИО2 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.24 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 4 000 рублей (л.д. №77-78 – дела об административном правонарушении 

<

№>, а также л.д. №9-10 гражданского дела).

Установлено, что владельцем транспортного средства Газ Некст, г/н 

<

№> является ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» (карточка учета транспортного средства л.д. №50 - дела об административном правонарушении 

<

№>).

При этом, как следует из вышеуказанных документов, в момент ДТП указанным транспортным средством управлял ФИО2, состоящий в момент ДТП с ответчиком в трудовых отношениях, что также подтверждается трудовым договором от 

<

Дата> на листе дела №61-62, исходя из которого установлено, что третье лицо ФИО2 принят на работу в Станцию скорой помощи с 

<

Дата> на должность водителя автомобиля скорой медицинской помощи, автотранспортный отдел. Факт надлежащего оформления трудовых отношений между ответчиком и третьим лицом также подтверждается приказом о приеме ФИО2 на работу в вышеуказанной должности с 

<

Дата>, на постоянной основе, с основным местом работы (л.д. №63).

Как следует из приказа от 

<

Дата> ФИО2 уволен с занимаемой должности, в связи с лишением работника специального права на управление транспортным средством, повлекшим за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору (л.д. №64). 

Кроме того, факт управления вышеуказанного транспортного средства в момент ДТП именно ФИО2 также подтверждает путевой лист автомобиля от 

<

Дата>, с указанием водителя – ФИО2, удостоверение 

<

№> (л.д. № 65). 

Суд учитывает, что вышеизложенные обстоятельства не оспаривались также как представителем ответчика, так и самим водителем - третьим лицом ФИО2

Поскольку исходя из пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности, суд приходит к выводу о том, что надлежащим ответчиком при рассмотрении гражданского дела является именно ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» - как владелец транспортного средства как источника повышенной опасности, что также подтверждается карточкой учета транспортного средства, при этом как указано в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). При этом следует также отметить, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ) – указанное также прямо предусмотрено пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

Дата> N 33. 

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая факт нахождения третьего лица в трудовых отношениях с ответчиком, учитывая постановление суда от 08 сентября 2023 года о привлечении ФИО2 к административной ответственности как лица признанного виновным в произошедшем ДТП и привлеченного к административной ответственности, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований с учетом следующего.

Так, в ходе рассмотрении гражданского дела, установлено, что на основании Определения инспектора ОГИБДД О МВД России по г. Новокуйбышевску от 

<

Дата> по вышеуказанному материалу об административном правонарушении назначена судебная медицинская экспертиза. 

Согласно заключению эксперта 

<

№> от 

<

Дата> экспертом сделаны следующие выводы: так, у ФИО1, установлены и обнаружены следующие повреждения: 

-закрытая черепно-мозговая травма (сотрясение головного мозга);

-рана лобной области (1).

Это подтверждается данными предоставленных медицинских документов. Закрытая черепно-мозговая травма (сотрясение головного мозга; рана лобной области), образовались, в месте приложения травмирующей силы (сил), в результате ударноконтактного, ударно-давящего взаимодействия с тупым предметом с ограниченной (или не ограниченной) контактной поверхностью, что подтверждается самим наличием, характером и локализацией данных повреждений. Неврологическая симптоматика, наблюдавшаяся при поступлении в стационар, ее динамика на фоне проведённого лечения, дают основание полагать, что давность причинения закрытой черепно-мозговой травмы (сотрясение головного мозга), ориентировочно, не превышает срок 14-ти суток, на момент обращения за медицинской помощью 24.03.2023г. Проведение первичной хирургической обработки лобной области, может свидетельствовать о том, что давность образования, ориентировочно, не превышает срок 12 часов на момент обращения за медицинской помощью 24.03.2023г. Закрытая черепно-мозговая травма (сотрясение головного мозга), согласно п.8.1. ("Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", утвержденные приказом Министра здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008г. №194н), имела признаки кратковременного расстройства здоровья (до 21 дня включительно), следовательно, причинила лёгкий вред здоровью ФИО1 Рана лобной области, согласно п.8.1. (" Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", утвержденные приказом Министра здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008г. №194н), имела признаки кратковременного расстройства здоровья (до 21 дня включительно), следовательно, причинила лёгкий вред здоровью ФИО1 Учитывая наличие рубца в лобной области, повреждение, которое с течением времени не исчезнет самостоятельно и может поменять свою форму, цвет, размеры только при хирургическом вмешательстве, является неизгладимым (л.д. №11-18). 

Суд учитывает, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).

При рассмотрении настоящего гражданского дела суд учитывает нахождение истца в состоянии беременности при произошедшем ДТП, что следует из выписного эпикриза из истории болезни беременной с датой поступления 

<

Дата>, выписана – 

<

Дата>, с указанием на угрозу позднего выкидыша 

<

данные скрыты>, состояние после ДТП 

<

Дата>, черепно-мозговая травма, полученная в результате ДТП (л.д. №94-95 – в том числе выписка из истории болезни), а также беременность истца при рассмотрении гражданского дела, что следует из протокола консультации, где указано также, что ФИО1 беременна (срок ... недель) (л.д. №92-93).

Уровень дохода истца подтверждается справкой работодателя 

<

данные скрыты>, о том, что истец занимает должность 

<

данные скрыты> с 

<

Дата> (л.д. №96), с общей суммой дохода в 2022 году в размере 181 727,05 рублей, в 2023 году – 135 134,31 рубля (л.д. №99-100). 

При рассмотрении заявленных требований суд также не может не принимать во внимание и выводы эксперта, отраженные в заключении, согласно которому рубец в лобной области истца ФИО1 с течением времени не исчезнет самостоятельно и может поменять свою форму, цвет, размеры только при хирургическом вмешательстве, при этом сам по себе рубец является неизгладимым. 

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего возмещению истцу, суд учитывает фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, характер нравственных и физических страданий причиненных истцу, которые выразились в том, что он была вынуждена переживать случившееся, принимая во внимание беременность истца, которая испытывала в момент ДТП и после дополнительные страдания в виде переживаний за своего не родившегося ребенка в связи с состоянием здоровья (л.д. №94-95), возраст истца (22 года на момент ДТП) нахождение истца в настоящее время в отпуске по уходе за ребенком до трех лет (л.д. 

<

№> – справка с 

<

Дата> по 

<

Дата>), образовавшийся после травмы рубец в лобной области (л.д. №97-98), удаление/изменение которого возможно лишь при помощи медицинских манипуляций (хирургического вмешательства и проведения пластической операции по устранению рубца), наличие на иждивении у истца ребенка, состояние беременности истца при рассмотрении настоящего гражданского дела (л.д. №92-93), принимая во внимание уровень дохода истца (л.д. №99-100 – справка о доходах истца за период 2022 год, 2023 года), а также учитывая принцип разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ответчика сумму в счет компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей. Суд при рассмотрении заявленных требований учитывает также, что само по себе дорожно-транспортное происшествия является серьезной психотравмирующей ситуацией, причиняющей не только физические, но и в некоторых случаях нравственные страдания.

Суд не принимает во внимание при рассмотрении заявленных исковых требований позицию представителя ответчика основанную на том, что поскольку третье лицо ФИО2 в момент трудоустройства скрыл факт лишения его права управления транспортным средством, что подтверждается собственноручным заявлением ФИО2 (л.д. №60), то сумма в счет компенсации морального вреда подлежит взысканию в полном объеме именно с третьего лица (с учетом изменения его процессуального статуса по делу) на основании положений пункта 35 Постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 ( владелец источника повышенной опасности, из обладания которого этот источник выбыл в результате противоправных действий другого лица, при наличии вины в противоправном изъятии несет ответственность наряду с непосредственным причинителем вреда - лицом, завладевшим этим источником, за моральный вред, причиненный в результате его действия. Такую же ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности - транспортным средством, несет его владелец, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий), поскольку исследованными судом документами и письменными доказательствами достоверно установлено, что ФИО2 управлял автомобилем именно с ведома своего работодателя – ответчика по делу, более того, суд в рассматриваемом споре не может не учитывать того, что с учетом лишения водителя автомобиля скорой помощи ФИО2 права управления транспортным средством в момент исполнения им служебных обязанностей по управлению источником повышенной опасности, работодатель не проявил должной осмотрительности в целях предотвращения возможности использования автомобиля лицом лишенным права такого управления и именно в результате бездействий работодателя водитель ФИО2, лишенный права управления транспортными средствами еще 

<

Дата>, получил свободный доступ к автомобилю, управлял которым на протяжении длительного периода времени с момента лишения и до момента ДТП 

<

Дата>, которым в последующем совершил ДТП, причинив истцу вред здоровью. Факт лишения ФИО2 права управления транспортными средствами подтверждается карточкой операций ВУ (л.д. №51 и №53 дела об административном правонарушении 

<

№>).

Суд также не учитывает позицию представителя ответчика в части того, что истцом не представлено доказательств необходимости проведения пластической операции, поскольку вывод о необходимости проведения хирургического вмешательства сделан экспертом при проведении экспертизы в рамках дела об административном правонарушении, из которого следует, что рубец в лобной области является неизгладимым (л.д. №40-44 – дела 

<

№>). 

Таким образом, в вышеизложенной части доводы представителя ответчика несостоятельны. 

В части доводов о наличии задолженности ответчика перед иными лицами, что также подтверждается сведениями о наличии дебиторской (кредиторской) задолженности в размере 6 752 961,50 рубля, суд считает необходимым отметить следующее.

Так, исходя из положений ч. 1 ст. 123.22 ГК РФ государственное или муниципальное учреждение может быть казенным, бюджетным или автономным учреждением. Исходя из абзаца 2 части 5 вышеуказанной статьи установлено, что по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения. Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам, таким образом, при разрешении судом исковых требований о взыскании денежных средств с бюджетного учреждения вопрос о необходимости возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества бюджетного учреждения должен учитываться в силу прямого указания закона.

Установлено, что собственником имущества бюджетного учреждения ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи», является Министерство здравоохранения Самарской области, в связи с чем, суд полагает необходимым возложить на Министерство здравоохранения Самарской области субсидиарную ответственность по обязательствам вышеуказанного медицинского учреждения в случае недостаточности имущества ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» (с учетом наличия дебиторской задолженности станции в общей сумме 6 752 961,50 рубль), принимая во внимание также и то, что ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» является учреждением обособленного подразделения непосредственным учредителем которого является Министерство здравоохранения Самарской области (л.д. №34-36). 

Ссылку ответчика Министерства здравоохранения Самарской области, изложенная в отзыве на иск о том, что поскольку кратковременное расстройство здоровья у истца ФИО1 наступило в результате ДТП, а не при оказании ей медицинской помощи, в связи с чем, оснований для субсидиарной ответственности Министерства по возмещению морального вреда не имеется, суд также признает необоснованной, поскольку из вышеизложенных норм прямо следует, что законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам, а причиненный моральный вред истцу причинен именно по вине работника ФИО2, работодателем которого на момент ДТП являлось ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи», в связи с чем, доводы ответчика в указанной части несостоятельны. 

Определяя размер подлежащих возмещению расходов на оплату услуг представителя, суд исходит из следующего.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с положениями ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами и другие признанные судом необходимыми расходы. 

В силу положений ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Статья 100 ГПК РФ предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. Реализация данного права судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. 

Согласно подпунктам 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Ведение дела через представителя является правом гражданина (часть 1 статьи 48 ГПК РФ). 

При этом лица, заинтересованные в получении юридической помощи, в соответствии со статьями 1, 2, 421 главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) вправе самостоятельно решать вопрос о возможности и необходимости заключения договора возмездного оказания правовых услуг, избирая для себя оптимальные формы получения такой помощи, в том числе путем согласования взаимоприемлемых условий ее оплаты.

Факт несения расходов на оплату услуг представители подтверждается документами, представленными в материалы дела, а именно квитанцией 

<

№> от 

<

Дата> на сумму 35 000 рублей, с указанием вида юридической помощи «участие в судебных заседаниях» (л.д. №19). Определяя размер расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает подтвержденный материалами дела объем оказанной истцу представителем правовой помощи, длительности нахождения дела в производстве суда, количество судебных заседаний (двух), категорию и степень сложности дела, 

С учетом соотносимости понесенных расходов с объемом защищаемого права, исходя из требований разумности и справедливости, а также принимая во внимание стоимость расходов на оплату услуг представителя в смежных регионах, принимая во внимание количество состоявшихся судебных заседаний при рассмотрении гражданского дела (7 судебных заседаний и участия представителя истца в шести из них), суд считает возможным возместить истцу расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 рублей. По мнению суда, указанная сумма обеспечивает баланс интересов сторон, соответствует объему защищаемого представителями истца права и достигнутому по итогам рассмотрения дела результату.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» о взыскании морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично. 

Взыскать с ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

№>) сумму в счет компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 35 000 рублей, а всего 335 000 рублей.

В случае недостаточности имущества ГБУЗ «Самарская областная станция скорой медицинской помощи» (ИНН 

<

***>), на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность возложить на Министерство здравоохранения Самарской области (ИНН 

<

***>).

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Новокуйбышевский городской суд Самарской области в течение месяца с момента изготовления решения в окончательном виде. 

Председательствующий: подпись.

Мотивированное решение суда изготовлено 17 апреля 2024 года. 

.

.

.