Дело 

<

...>

Дело 

<

...>

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

г. Лангепас 05 июня 2017 года 

Лангепасский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе председательствующего судьи Бурковой О. А., при секретаре Томиной Г. Г., с участием представителя истца по доверенности ФИО2, представителя муниципалитета ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Боцана ФИО7 к администрации города Лангепаса о признании незаконным отказа в приватизации жилого помещения и возложении обязанности заключить договор приватизации жилого помещения,

установил:

ФИО4 обратился в суд к администрации города Лангепаса с иском о признании незаконным отказа в приватизации жилого помещения, в виде комнаты, площадью 10,0 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>, и возложении обязанности заключить договор приватизации указанного жилого помещения. 

Требования мотивированы тем, что на основании ордера 

<

...> истцу, в силу трудовых отношений с автотранспортным предприятием, предоставлено жилое помещение в виде комнаты, площадью 9,9 кв.м., расположенной по вышеуказанному адресу, впоследствии данный ордер заменен на ордер 

<

...> от 

<

дата>. 

<

дата> с истцом заключен договор найма специализированного жилого помещения (общежития) 

<

...>. ФИО4 зарегистрирован в спорном жилом помещении, иного жилья в собственности имеет. Ссылаясь на договор безвозмездной передачи спорного жилого помещения в собственность муниципалитета и положения ст. 7 Федерального закона № 189-ФЗ от 

<

дата> "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" (далее по тексту - Вводный закон), претендует на удовлетворение иска.

В силу ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца, заявившего о разбирательстве без его личного участия.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 иск поддержал.

Представитель муниципалитета ФИО3 иск не признал по мотиву отсутствия к тому оснований, заявил о пропуска исковой давности по требованиям об оспаривании отказа муниципалитета в приватизации, имевшего место в 2013 году.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд полагает иск не подлежащим удовлетворению ввиду следующего.

Стороны в судебном заседании пришли к соглашению, о том, что предметом спора по данному делу является жилое помещение в виде комнаты, площадью 9,8 кв.м., в 

<

адрес>.

Истец оспаривает отказ муниципалитета в приватизации вышеуказанного занимаемого жилого помещения, отраженный в Выписке из протокола заседания комиссии по вопросам приватизации жилищного фонда и передаче жилых помещений в муниципальную собственность от 

<

дата> 

<

...>, утверждённого постановлением администрации 

<

адрес> ото 

<

дата> 

<

...>.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 ГК РФ).

В силу статьи 256 ГПК РФ (действующей на момент возникновения спорных правоотношений), гражданин вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, обратившись в суд с заявлением в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод.

Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

При этом пропуск срока на обращение в суд с требованием об оспаривании решения органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, установленного частью первой статьи 256 ГПК Российской Федерации не является препятствием для оценки судом законности основанной на этом решении сделки в целях установления оснований для признания сделки недействительной, поскольку в силу статьи 120 (часть 2) Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГК Российской Федерации суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом.

Судом установлено, что собственником жилого помещения в виде комнаты, площадью 9,8 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>, является муниципальное образование городской округ 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 

<

дата> (л.д. 49). Основанием регистрации права собственности указан договор передачи в муниципальную собственность жилищного фонда ОАО «Лангепасского АТП» от 

<

дата> (л.д. 45-48).

Как следует из представленных сторонами доказательств, истцу на основании ордера 

<

...> от 

<

дата> предоставлено жилое помещение в виде комнаты площадью 9,9 кв.м. в общежитии по адресу: 

<

адрес>, ком. 

<

...>, на условиях договора найма специализированного жилого помещения (общежития) 

<

...> от 

<

дата> (л.д. 23, 14-17).

Справкой с места жительства о составе семьи и регистрации от 

<

дата>, поквартирной карточкой, а также отметкой в паспорте гражданина РФ, подтверждается факт регистрации и проживания истца в комнате площадью 9,8 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>, с 

<

дата> (л.д. 12, 13 и 18).

Доводы представителя истца относительно законного вселения и проживания истца в спорном жилом помещении с 1997 года представляются неубедительными, поскольку из личной карточки истца следует, что до 

<

дата> истец был зарегистрирован по другому адресу (л.д. 19).

В силу ч. 1 ст. 1 ЖК РФ жилищное законодательство основывается на необходимости обеспечения органами государственной власти и органами местного самоуправления условий для осуществления гражданами права на жилище, его безопасности, на неприкосновенности и недопустимости произвольного лишения жилища, на необходимости беспрепятственного осуществления вытекающих из отношений, регулируемых жилищным законодательством, прав.

Согласно положениям ст. 7 Вводного закона к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, вне зависимости от даты передачи этих жилых помещений и от даты их предоставления гражданам на законных основаниях применяются нормы Жилищного кодекса Российской Федерации о договоре социального найма.

Статьей 18 Закона РФ от 4 июля 1991 года № 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" определено, что при переходе государственных или муниципальных предприятий, учреждений в иную форму собственности либо при их ликвидации жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений, должен быть передан в хозяйственное ведение или оперативное управление правопреемников этих предприятий, учреждений (если они определены) либо в ведение органов местного самоуправления поселений в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе права на приватизацию жилых помещений.

При этом пунктом 1 приложения 3 к постановлению Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность" установлено, что объекты государственной собственности (в том числе жилищный и нежилой фонд), расположенные на территории, находящейся в ведении соответствующего Совета народных депутатов, относятся к муниципальной собственности.

Из содержания указанных норм в их взаимосвязи следует, что включение объектов жилищного фонда, к которым относятся общежития, в состав приватизируемого имущества государственных и муниципальных предприятий не допускалось. Такие объекты подлежали передаче в муниципальную собственность.

Таким образом, для применения положений ст. 7 Вводного закона необходимо соблюдение такого условия как факт приватизации государственного либо муниципального предприятия, в ходе осуществления которой принадлежащие указанным предприятиям общежития переданы в собственность муниципалитета.

Как следует из договора передачи в муниципальную собственность жилищного фонда ОАО «Лангепасское АТП» от 

<

дата> спорное жилое помещение передано в собственность муниципалитета во исполнение решения сторон договора, а не в порядке приватизации государственного либо муниципального предприятия либо учреждения (л.д. 26).

Кроме того, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, введение в законодательство нормы ст. 7 Вводного закона было обусловлено задачей защиты прав граждан, проживающих в общежитиях, переданных или подлежащих передаче в муниципальную собственность от государственных или муниципальных предприятий (учреждений), на момент передачи выполняющих в отношении нанимателей функцию и наймодателя, и работодателя (Постановление от 11 апреля 2011 года № 4-П, определения от 3 июля 2007 года № 425-О-О, от 1 марта 2012 года № 390-О-О и № 391-О-О, от 24 декабря 2013 года № 2105-О, от 17 июля 2014 года № 1665-О, от 24 марта 2015 года № 573-О, от 16 июля 2015 года № 1517-О и др.).

Из этого следует, что оспариваемая норма, призванная, с учётом приведённой правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, обеспечить реализацию требований ст. 40 Конституции Российской Федерации в отношении определённой категории граждан, не рассчитана на регулирование отношений, складывающихся при предоставлении гражданам в соответствии с разделом IV "Специализированный жилищный фонд" Жилищного кодекса Российской Федерации муниципальными образованиями как собственниками жилых помещений из этого фонда, в том числе после 1 марта 2005 года (дата введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации).

Решение органа, осуществляющего управление муниципальным жилищным фондом, об исключении 

<

адрес>, расположенной в 

<

адрес>, из специализированного жилищного фонда, не принималось.

Учитывая изложенное, основания для применения к спорным правоотношениям статьи 7 Федерального закона от 29 декабря 2004 № 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", отсутствуют, поскольку со времени передачи в муниципальную собственность общежития его собственник не менялся, спорное жилое помещение в общежитии предоставлено истцу после передачи его в муниципальную собственность и на момент предоставления имело статус общежития, что подтверждается выданным ордером.

ФИО4, в силу ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств того, что в период с 1997 года по 1999 год он проживал в 

<

адрес>, именно на законных основаниях. Первоначально ордер 

<

...> на общежитие был выдан истцу 

<

дата> после передачи общежития в собственность муниципалитета 

<

дата>, то есть спорное жилое помещение предоставлено истцу муниципалитетом по своему усмотрению.

Таким образом, анализ вышеуказанных законоположений и обстоятельств дела в совокупности приводят суд к убеждению об отсутствии правовых оснований для применения к спорным правоотношениям положений ст. 7 Вводного закона и как следствие Закона № 1541-1. 

При таких обстоятельствах, оснований для возложения на ответчика обязанности заключить с истцом договор приватизации спорного жилого помещения не усматривается.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении иска Боцана ФИО8 отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы в Лангепасский городской суд.

Председательствующий Буркова О. А.