Судья Козель Н.Ю. Дело № 22-365/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 23 января 2024 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Симонова В.В.,

при секретаре судебного заседания Щербакове Н.Ю.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

осужденного ФИО1, его защитника - адвоката Купчика А.Ю.,

представителя гражданского ответчика – адвоката Кузнецова В.И.,

представителя гражданского истца Ш1., потерпевшей Ч1. – адвоката Песков В.Н.,

представителя потерпевшей Г4. – адвоката Соколова А.А.,

потерпевшей Г1.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших Ч1. и Г1., представителя потерпевшего Ш1. – адвоката Пескова В.Н., представителя потерпевшей Г4. – адвоката Соколова А.А. на приговор Губахинского городского суда Пермского края от 27 октября 2023 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, не судимый, 

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 3 года 8 месяцев принудительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Решен вопрос о мере пресечения, сроке исчисления и зачете наказания, судьбе вещественных доказательств.

Удовлетворены гражданские иски потерпевших и с ООО «***» в счет компенсации морального вреда в пользу Ч1. взыскано 800 000 рублей, Г3. - 400 000 рублей, Ш1. – 400 000 рублей, Г1. – 470 000 рублей, Г4. – 500 000 рублей. 

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, возражений на них, выслушав выступление участвующих лиц, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении правил дорожного движения, повлекших по неосторожности смерть Г2., В., Д. и Ш2., совершенных 23 января 2023 года на автомобильной дороге г. Кунгур – г. Соликамск на территории Губахинского муниципального округа Пермского края. 

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе потерпевшая Ч1. выражает несогласие с приговором суда, просит его изменить в части назначенного ФИО1 наказания и в части гражданского иска, взыскав с ООО «***» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей. 

В обоснование доводов указывает, что при назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции не учел характер и размер наступивших последствий от совершенного преступления, а именно гибель четырех человек, в том числе матери двоих детей, последствия полученных травм другими пассажирами. Обращает внимание, что в ходе судебного следствия было установлено, что именно действия ФИО1 при превышении скоростного режима на особо опасном участке дороги в зимний период времени при загрузке грузовика щебнем явились причиной дорожно-транспортного происшествия. Кроме того, выражает несогласие с размером взысканной компенсации морального вреда, указывая, что суд ограничился лишь ссылкой на общие принципы размера компенсации морального вреда, не выяснив тяжесть причиненных ей нравственных страданий в связи с трагической гибелью дочери, последствия причинения страданий, ее возраст и состояние здоровья. Просит учесть, что у нее имеется ряд хронических заболеваний, которые обострились из-за потери дочери, появилась бессонница, головная боль, скачки артериального давления. Обращает внимание, что с дочерью они находились в очень близких отношениях, погибшая одна занималась воспитанием детей, в настоящее время у детей происходят расстройства на эмоциональном, интеллектуальном уровне. Также считает, что суд должен был учесть сведения о финансовых показателях ООО «***» применительно к принципу разумности и справедливости, так как компенсация морального вреда взыскана с владельца источника повышенной опасности.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Ш1. – адвокат Пескова В.Н. выражает несогласие с приговором суда в части взысканной суммы компенсации морального вреда. Обращает внимание, что судом не выяснена тяжесть причиненных нравственных страданий Ш1. в связи с трагической гибелью его матери. Просит учесть, что Ш1. является инвалидом с рядом хронических заболеваний, на протяжении длительного времени проживал совместно с матерью, которая осуществляла за ним уход. Также считает, что суд должен был учесть сведения о финансовых показателях ООО «***» применительно к принципу разумности и справедливости, так как компенсация морального вреда взыскана с владельца источника повышенной опасности.

В апелляционной жалобе потерпевшая Г1. выражает несогласие с приговором суда в части взысканной суммы компенсации морального вреда. Просит учесть, что в дорожно-транспортном происшествии погиб ее отец, который был добропорядочным и законопослушным гражданином, поддерживал ее. Обращает внимание на ухудшение своего состояния здоровья из-за потери отца, а также считает негуманным оценить жизнь человека в 470000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Г4. – адвокат Соколов А.А. считает, что приговор не отвечает требованиям обоснованности в части взыскания суммы компенсации морального вреда. Обращает внимание, что взысканная сумма компенсации морального вреда в размере 500000 рублей не соответствует требованиям разумности и справедливости, а также степени физических и нравственных страданий, учитывая, что Г4. понесла невосполнимую утрату, связанную с гибелью мамы. 

В возражениях на апелляционные жалобы адвокат Купчик А.Ю. считает приговор законным и обоснованным, не находя оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

В возражениях на апелляционные жалобы представитель гражданского ответчика - адвокат Кузнецов В.И. также считает постановленный приговор законным и обоснованным, не находя оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Так, сам осужденный в полном объеме признавал свою вину, поясняя, что во время управления автомобилем с полуприцепом, он не справился с его управлением, поэтому полуприцеп вынесло на полосу встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем «Газель», в результате которого в автомобиле «Газель» были погибшие и травмированные.

Показания осужденного полностью согласуются с показаниями свидетелей О. и К., подтвердивших обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, в результате которого они получили телесные повреждения; показаниями потерпевших Ч1., Г1., Г3., Ш1. и Г4., которым 23 и 24 января 2023 года стало известно о дорожно-транспортном происшествии, в результате которого погибли их близкие родственники; показаниями свидетеля М., являвшегося водителем встречного автомобиля и видевшего, как автомобиль осужденного, который двигался со значительной скоростью, вынесло на полосу встречного движения, которую успел покинуть только сам тягач, а полуприцеп перегородил встречную полосу, где тот столкнулся с автомобилем «Газель»; свидетелей И., З., П1., которым стало известно о дорожно - транспортном происшествии с погибшими с участием автомобиля с полуприцепом под управлением ФИО1; свидетеля Т., просмотревшего информацию о движении автомобиля под управлением ФИО1 и установлена скорость его движения в момент дорожно-транспортного происшествия в 75 км/ч.; свидетелей Ч2., Б. и Р., которые видели стоящий автомобиль «Газель» с повреждениями, а также грузовой автомобиль с прицепом, оказали помощь пострадавшим, после чего сообщили о дорожно-транспортном происшествии в экстренные службы; свидетеля П2., который по просьбе мужчины, находившегося на месте указанного дорожно-транспортного происшествия позвонил на номер «112» и сообщил о дорожно-транспортном происшествии, в ходе которого имеются жертвы. 

Данные обстоятельства подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, которым зафиксирована обстановка дорожно-транспортного происшествия; протоколом осмотра тахографа, в ходе которого установлены данные о скорости автомобиля под управлением осужденного в момент дорожно-транспортного происшествия, которая составляла не менее 75 км/ч; заключением автотехнической судебной экспертизы, согласно которой выполнение осужденным требований пунктов 1.3 и 10.1 ПДД позволяло исключить столкновение с автомобилем «ГАЗ 32212», в действиях водителя усматривается несоответствие указанных пунктов ПДД, которые находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием; заключениями эксперта о характере, локализации, механизме образования телесных повреждений, повлекших смерть Г2., В., Д. и Ш2.

Указанные доказательства суд первой инстанции проверил, оценил их в соответствии с правилами ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела по существу и постановления обвинительного приговора, при этом оценку получили все доказательства, о чем приведены мотивы в приговоре суда.

Все исследованные судом первой инстанции доказательства, в том числе показания потерпевших, свидетелей, логичны и последовательны, противоречий не имеют, согласуются как между собой, так и с материалами дела, а также с показаниями осужденного, не отрицавшего совершение вменяемого преступления. Оснований для оговора ФИО1 со стороны указанных лиц, а также самооговора, суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и судебная коллегия.

Суд первой инстанции, непосредственно исследовав доказательства по делу, полностью обосновано пришел к выводу о нарушении осужденным п.п. 1.3, 9.1, абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, а также дорожных знаков 1.11.1, 1.34.1, 3,24 Приложения №1 к Правилам дорожного движения РФ, что привело по неосторожности смерть четырех лиц. 

С учетом изложенного, юридическую квалификацию действий ФИО1 по ч. 5 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц, суд апелляционной инстанции признает правильной.

Назначая осужденному наказание, суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, в качестве которых суд обоснованно признал наличие на иждивении двух малолетних и двух несовершеннолетних детей, активное способствование раскрытию преступления, выразившееся в неизменной признательной позиции по делу, подробном рассказе об обстоятельствах совершения преступления, ходатайстве о рассмотрении дела в особом порядке, признание вины, раскаяние в содеянном, оказание помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного вреда потерпевшей Ч1., частичное возмещение морального вреда потерпевшим Г3., Ш1., Г1., К., иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему. 

Каких - либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, судом апелляционной инстанции не установлено, как и причин для необоснованного признания смягчающих наказание обстоятельств таковыми.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом обоснованно не установлено.

Выводы суда о невозможности применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, судом первой инстанции в приговоре надлежаще мотивированы, в том числе фактическими обстоятельствами совершения осужденным преступления, степени его общественной опасности, отсутствием по делу исключительных обстоятельств, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

С учетом изложенного, принятое судом первой инстанции решение о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы, а также его срок, с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, является полностью обоснованным и справедливым.

Кроме того, с учетом данных личности осужденного, его поведения после совершения преступления, суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, заменив его в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ на принудительные работы. 

Оснований считать необоснованным вывод суда первой инстанции о применении к осужденному положений ч. 2 ст. 53.1 УК РФ у суда апелляционной инстанции не имеется, не приведено их и в апелляционной жалобе, в судебном заседании суда апелляционной инстанции. Доводы стороны обвинения о необходимости исключения из приговора принятого судом первой инстанции решения о замене наказания в виде лишения свободы на принудительные работы, мотивировано лишь тяжестью наступивших последствий, которые, как обоснованно указано стороной защиты, являются квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, санкция которой прямо предусматривает в качестве альтернативы лишению свободы наказание в виде принудительных работ.

Также обоснованно осужденному назначено и обязательное как к лишению свободы, так и к принудительным работам дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, которое в резолютивной части приговора верно назначено после замены наказания в виде лишения свободы на принудительные работы.

Таким образом назначенное ФИО1 наказание, суд апелляционной инстанции находит справедливым и соразмерным содеянному, так как судом первой инстанции были учтены все имеющие значение для дела обстоятельства.

Вопрос по вещественным доказательствам разрешен в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда потерпевшим Ч1., Ш1., Г1. и Г4., суд первой инстанции не привел в приговоре обстоятельства, которые были им учтены при принятии решения о частичном удовлетворении заявленных потерпевшими гражданских исков, не дал оценку тому, каким образом с учетом физических и нравственных страданий каждого из них, им был установлен размер компенсации морального вреда, который, по мнению суда, является справедливым.

Так суд первой инстанции не в полной мере учел физические и нравственные страдания потерпевшей Ч1., которая находилась в близких отношениях со своей дочерью, из-за потери дочери состояние ее здоровья значительно ухудшилось; потерпевшего Ш1., который является инвалидом, проживал со своей погибшей матерью, осуществлявшей за ним полноценный уход; потерпевшей Г1. состояние здоровья, которой ухудшилось после смерти ее отца, в одиночку ее воспитывавшего; потерпевшей Г4., понесшей невосполнимую утрату, связанную с гибелью ее матери, с которой они находились в близких отношениях. 

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда, установленный в приговоре, не может отвечать требованиям разумности и справедливости, а поэтому, в силу п. 1 ст. 389.15 и п. 2 ст. 389.16 УПК РФ ввиду нарушения судом норм гражданского права (ст. 1101 ГК РФ) является справедливым увеличение размера денежной компенсации морального вреда в пользу Ч1. до 1500 000 рублей, Г4. до 1500000 рублей, Ш1. до 1400000 рублей, Г1. до 970000 рублей. 

Размер компенсации морального вреда увеличен судом апелляционной инстанции, с учетом частичного возмещения морального вреда осужденным в ходе предварительного следствия в пользу потерпевшего Ш1. в размере 100 000 рублей, Г1. в размере 30000 рублей. 

Кроме того, судом первой инстанции в резолютивной части приговора допущена ошибка в указании периода содержания ФИО1 под стражей, а также времени нахождения его под домашним арестом. 

Так согласно материалам уголовного дела ФИО1 25 января 2023 года был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ и содержался под стражей по 27 января 2023 года, когда ему была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая действовала по 21 июня 2023 года, когда домашний арест был заменен запретом определенных действий. 

Таким образом, судом первой инстанции неверно определен срок как содержания осужденного под стражей, так и срок его нахождения под домашним арестом, что влечет неверный зачет исполнения данных мер пресечения в срок принудительных работ, исходя из периода исполнения каждой и мер пресечения.

С учетом изложенного, в приговор суда первой инстанции необходимо внести изменения относительно зачета в срок принудительных работ на основании ч. 3, ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, времени содержания осужденного как под стражей, так и под домашним арестом.

Иных оснований для изменения приговора или причин для его отмены суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Губахинского городского суда Пермского края от 27 октября 2023 года в отношении ФИО1 изменить:

- на основании ч. 3, ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок принудительных работ время содержания его под стражей в период с 25 января 2023 года по 27 января 2023 года из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ, а также время содержания его под домашним арестом в период с 28 января 2023 года по 21 июня 2023 года из расчета один день содержания под домашним арестом за один день принудительных работ;

- увеличить размер компенсации морального вреда, взысканного с ООО «***»: в пользу Ч1. до 1500 000 рублей, в пользу Г4. до 1500 000 рублей, в пользу Ш1. до 1400 000 рублей, в пользу Г1. до 970 000 рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись