Дело № 2-480/2024

УИД: 22RS0013-01-2023-005488-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июня 2024 года г. Бийск, Алтайский край

Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Матвеева А.В.

при секретаре Смирновой В.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО4 к ФИО6, ФИО10, Администрации города Бийска о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 через представителя по доверенности ФИО12 ФИО4 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО6, ФИО10, Администрации города Бийска о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру.

В уточненном исковом заявлении от 30.11.2023 истцы просят суд:

признать недействительным договор купли-продажи квартиры № по 

<

адрес> от 30.03.1998, сторонами по которому являются ФИО6 и ФИО2;

признать недействительным договор купли-продажи квартиры 

<

адрес> по 

<

адрес> от 24.11.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО3;

признать недействительным договор ипотеки от 04.12.2020 на квартиру № по 

<

адрес>, заключенный между ФИО3 и ФИО10;

аннулировать регистрационную запись права собственности ФИО3 на квартиру № по 

<

адрес>, внесенную на основании договора купли-продажи квартиры № по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО6 и ФИО3;

аннулировать регистрационную запись о наличии обременения в виде ипотеки на квартиру № по 

<

адрес>, внесенную на основании договора ипотеки от 04.12.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО10;

признать право собственности ФИО1 на 1/2 долю в праве собственности на квартиру № по 

<

адрес>

признать право собственности ФИО4 на 1/2 долю в праве собственности на квартиру № по 

<

адрес> (т. 1 л.д. 80-90).

В обоснование уточненных исковых требований истцы указали, что ФИО5 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировали брак.

Истец ФИО4 является сыном ФИО5.

Истец ФИО1 является сыном ФИО5 и ФИО2. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была приобретена на основании договора купли-продажи квартира № по 

<

адрес>. Договор купли-продажи квартиры № по 

<

адрес>, был удостоверен нотариусом г. Бийска ФИО14 (реестровая запись №) и зарегистрирован в Бийском Муниципальном предприятии «Инвентаризатор» 02.02.1998 за номером 1665. Регистрация права не производилась.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО5.

ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО2.

После смерти ФИО2 истцы обратились к нотариусу Бийского нотариального округа ФИО8 с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти наследодателя, предоставив последнему все документы, подтверждающие право собственности на спорную квартиру.

Поскольку спора между истцами по определению долей в спорной квартире не было, то ФИО4 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ было подписано соглашение, в соответствии с п. 1 которого, квартира № по 

<

адрес> была признана принадлежащей по праву общей совместной собственности умершим ФИО5 и ФИО2. 

Пунктом 3 Соглашения было определено, что наследниками, принявшими наследство после смерти ФИО5, является ФИО4, после ФИО2 является ФИО1.

Пунктом 4 Соглашения были определены доли в совместно нажитом имуществе наследодателей, по 1/2 доле каждому.

После заключения вышеуказанного Соглашения, 20.09.2018 нотариусом Бийского нотариального округа ФИО11 были выданы свидетельства о праве на наследство по закону ФИО1 и ФИО4, в соответствии с которыми каждому из истцов принадлежит по 1/2 доле в праве собственности на квартиру № по 

<

адрес>. На регистрацию названные свидетельства не передавались.

С момента приобретения спорной квартиры ею владели и пользовались ФИО42 и ФИО5, которые в дальнейшем переехали на иное постоянное место жительства, фактически предоставив право пользования и распоряжения данной квартирой ФИО1, который на протяжении более 10 лет сдавал квартиру в наем, оплачивал коммунальные услуги. Оба истца оплачивали налог на доли в праве собственности на спорную квартиру.

Кроме того, за сохранностью квартиры приглядывала соседка, у которой также имеются ключи от нее.

В июне 2022 года соседка, осуществляющая присмотр за сохранностью квартиры, сообщила по телефону ФИО1 о том, что приходили неизвестные ей лица, представились сотрудниками Администрации г. Бийска, расспрашивали ее о том, кто пользуется данной квартирой и сообщили, что квартира является собственностью Администрации как выморочное имущество.

После данного известия ФИО1 и ФИО4 решили сдать свидетельства о праве на наследство на регистрацию права, чтобы избежать каких-либо недоразумений, связанных с владением спорной квартирой, поскольку предположили, что у Администрации имеются сведения о том, что собственник квартиры – ФИО2 умер, тогда как информацией о том, что за собственником наследниками первой очереди было принято наследство, они не владеют, что и привело к ошибочному выводу о принадлежности квартиры Администрации г. Бийска. 

Однако у истцов не приняли на регистрацию свидетельства, пояснив, что собственником спорной квартиры является иное лицо, при этом на квартире имеется обременение в виде ипотеки. Данные о лице, являющемся собственником спорной квартиры, истцу не сообщили. 

ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ в отдел полиции «Приобский» МУ МВД России «Бийское» с заявлением о мошенничестве, в результате которого принадлежащая ему и ФИО4 квартира стала принадлежать иным лицам. 

В рамках проведения проверки по поданному заявлению, не ранее июля 2023 ФИО1 были предоставлены копии документов, из которых ему стало известно, что в 2020 году некий гражданин ФИО6 предоставил в регистрирующий орган договор купли-продажи квартиры, датированный ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым он (ФИО6), якобы, купил у ФИО2 квартиру № по 

<

адрес>. На копии, предоставленной истцу имелась отметка об удостоверении данного договора нотариусом ФИО14 и предоставлении договора на регистрацию в МП «Инвентаризатор». Затем, 24.11.2020 ФИО6, якобы, продал квартиру ФИО3, которая, в свою очередь, 04.12.2020 передала данную квартиру в залог на основании договора ипотеки. 

В этой связи, истцами не пропущены установленные ст.ст. 196, 181, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту также ГК РФ) сроки исковой в давности в один, три года и десять лет, поскольку о своем нарушенном праве истцы узнали не ранее июля 2023 года, с рассматриваемым исковым заявлением истец по делу ФИО1 обратился в Бийский городской суд Алтайского края 04.10.2023 (т. 1 л.д. 38). 

Истцы полагают, что все вышеперечисленные договоры являются недействительными в силу их ничтожности.

В уточненном исковом заявлении истцы также указывают, что ФИО9 никогда не продавал спорную квартиру. С момента приобретения данной квартиры, а именно, с ДД.ММ.ГГГГ до настоящего времени спорная квартира находится во владении семьи П-ных. Изначально ФИО9 и его супруга ФИО5 пользовались спорной квартирой, а в дальнейшем фактически данной квартирой на протяжении 20 лет пользовался ФИО1. Наличие права собственности у истцов никогда, вплоть до 2022 года, не вызывало никаких сомнений. Истцы несли бремя содержания названного жилья, сдавали его в наем на протяжении очень длительного времени. Пользуются данной квартирой и в настоящее время.

Истцы полагают, что при анализе копии договора купли-продажи квартиры от 30.03.1998 можно с достоверностью утверждать, что подпись, произведенная в договоре от имени ФИО2, ему не принадлежит и выполнена иным лицом. Так ФИО2 имел особенность в том, что как таковое подписи не имел, а вместо нее писал полностью свою фамилию, кроме того, ФИО2 имел определенную особенность в написании своего отчества, поскольку всегда, при необходимости писать полностью свою фамилию, имя и отчество он делал характерную ему ошибку указывая вместо букве «Е» писал букву «И», то есть свое отчество вместо «ФИО2» он писал как «ФИО50», подчерк написания так же существенно отличается от подчерка ФИО2, хотя и явно имеются признаки подражания. 

Кроме того, после смерти ФИО2, при вступлении в наследство по закону и оформлении нотариальных документов, в БТИ никаких сведений о наличии договора купли-продажи от 30.03.1998 не было, поскольку данные сведения в обязательном порядке проверяются при установлении объема наследственного имущества. Также и в налоговом органе имелись сведения о том, что квартира принадлежит ФИО1 и ФИО4, по 1/2 доле каждому, на основании чего исчислялся налог на недвижимое имущество. 

Из предоставленных документов получается, что гражданин ФИО6 приобрел квартиру в марте 1998 года и до 2020 года вообще никоим образом не реализовывал свои права собственности, в том числе не пользовался данной квартирой, не нес бремя ее содержания, не проживал в ней, а спустя 22 года продал спорную квартиру некой гражданке ФИО3, которая, в свою очередь, также приобрела ее не глядя, с момента приобретения никогда не реализовывала свои права собственности, не производила коммунальные платежи, не предпринимала попытки проживать в спорной квартире, не предпринимала попытки иным образом распорядиться данной квартирой. 

Из анализа документов и действий лиц, указанных, якобы, собственниками спорной квартиры, истцы полагают, что можно с большой степенью вероятности утверждать, что ни ФИО6, ни ФИО3 никогда не приобретали данную квартиру и не реализовывали право собственности в отношении спорного имущества. Кроме того, совершенно очевидно, что договор от 30.03.1998 является подложным и был изготовлен не ранее 2020 года, поскольку еще на конец 2018 года никаких сведений о наличии такого договора в БТИ просто не было. Данные документы были изготовлены с единственной целью, завладеть незаконно чужим имуществом. 

Из пояснений представителя правоохранительных органом истцам стало известно, что они при проведении проверки по заявлению ФИО1 не могут установить место нахождения ФИО6 в результате чего не могут получить от него объяснения по обстоятельствам заключения договоров купли-продажи квартиры № по 

<

адрес>, равно как не имеют возможности опросить и ФИО3, поскольку последняя скончалась, у нее отсутствуют наследники и вообще, названное лицо явно относилось к лицам без определенного места жительства, не имела никакой регистрации, вела антисоциальный образ жизни, не имела постоянного места работы и источника дохода, а потому не могла приобретать никаких квартир, в том числе на заемные денежные средства. 

В договоре купли-продажи от 24.11.2020 у ФИО3 указано место жительства квартира № по 

<

адрес>, хотя она никогда не проживала и не была зарегистрирована по данному адресу, равно как и не могла на момент приобретения квартиры уже быть в ней зарегистрированной. 

Кроме того, в договоре ипотеки указано, что предмет залога, а именно квартира № по 

<

адрес>, осмотрен залогодержателем, то есть ФИО10, с выездом на место, что совершенно не соответствует действительности, поскольку спорная квартира никогда не выбыла из владения истцов и доступа к данной квартире иных лиц нет и не было. 

Таким образом, спорная квартира никогда не выбывала из владения как ФИО2, так и в дальнейшем истцов. ФИО2 никогда не заключал договор купли-продажи от 13.03.1998, никогда не имел намерения продавать спорную квартиру, никогда не получал за нее денежные средства от ФИО6, не передавал ему во владение ни на каком основании спорное жилое помещение.

В этой связи, истцы обратились в суд с данным исковым заявлением.

В настоящем судебном заседании представитель истца по делу ФИО1 по доверенности ФИО12 настаивала на удовлетворении уточненного искового заявления истцов по основаниям, в нем изложенным.

Представитель ответчика по делу ФИО10 по доверенности ФИО13 в настоящем судебном заседании просил суд отказать в удовлетворении уточненного искового заявления истцов, применить к спорным правоотношениям правовые последствия пропуска истцами срока исковой давности для обращения в суд с данным иском.

Представитель ответчика Администрации г. Бийска по доверенности ФИО15 в настоящем судебном заседании оставила разрешение заявленных истцами уточненных исковых требований на усмотрение суда.

Остальные лица, участвующие в деле, их представители, в настоящее судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены судом надлежащим образом. Суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке. 

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

ФИО1 через представителя по доверенности ФИО12 ФИО4 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО6, ФИО10, Администрации города Бийска о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру.

В исковом заявлении истцы указывают, что ФИО5 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировали брак.

Истец ФИО4 является сыном ФИО5.

Истец ФИО1 является сыном ФИО5 и ФИО2. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была приобретена на основании договора купли-продажи квартира № по 

<

адрес>. Договор купли-продажи квартиры № по 

<

адрес> удостоверен нотариусом г. Бийска ФИО14 (реестровая запись №) и зарегистрирован в Бийском Муниципальном предприятии «Инвентаризатор» ДД.ММ.ГГГГ за номером 1665. Регистрация права не производилась.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО5.

ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО2.

После смерти ФИО2 истцы обратились к нотариусу Бийского нотариального округа ФИО8 с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти наследодателя, предоставив последнему все документы, подтверждающие право собственности на спорную квартиру.

Поскольку спора между истцами по определению долей в спорной квартире не было, то ФИО4 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ было подписано соглашение, в соответствии с п. 1 которого, квартира № 

<

адрес> была признана принадлежащей по праву общей совместной собственности умершим ФИО5 и ФИО2. 

Пунктом 3 Соглашения было определено, что наследниками, принявшими наследство после смерти ФИО5, является ФИО4, после ФИО2 является ФИО1.

Пунктом 4 Соглашения были определены доли в совместно нажитом имуществе наследодателей, по 1/2 доле каждому.

После заключения вышеуказанного Соглашения, 20.09.2018 нотариусом Бийского нотариального округа ФИО11 были выданы свидетельства о праве на наследство по закону ФИО1 и ФИО4, в соответствии с которыми каждому из истцов принадлежит по 1/2 доле в праве собственности на квартиру № по 

<

адрес>. На регистрацию названные свидетельства не передавались.

С момента приобретения спорной квартиры ею владели и пользовались ФИО2 и ФИО5, которые в дальнейшем переехали на иное постоянное место жительства, фактически предоставив право пользования и распоряжения данной квартирой ФИО1, который на протяжении более 10 лет сдавал квартиру в наем, оплачивал коммунальные услуги. Оба истца оплачивали налог на доли в праве собственности на спорную квартиру.

Кроме того, за сохранностью квартиры приглядывала соседка, у которой также имеются ключи от нее.

В июне 2022 года соседка, осуществляющая присмотр за сохранностью квартиры, сообщила по телефону ФИО1 о том, что приходили неизвестные ей лица, представились сотрудниками Администрации г. Бийска, расспрашивали ее о том, кто пользуется данной квартирой и сообщили, что квартира является собственностью Администрации как выморочное имущество.

После данного известия ФИО1 и ФИО4 решили сдать свидетельства о праве на наследство на регистрацию права, чтобы избежать каких-либо недоразумений, связанных с владением спорной квартирой, поскольку предположили, что у Администрации имеются сведения о том, что собственник квартиры – ФИО2 умер, тогда как информацией о том, что за собственником наследниками первой очереди было принято наследство, они не владеют, что и привело к ошибочному выводу о принадлежности квартиры Администрации г. Бийска. 

Однако у истцов не приняли на регистрацию свидетельства, пояснив, что собственником спорной квартиры является иное лицо, при этом на квартире имеется обременение в виде ипотеки. Данные о лице, являющемся собственником спорной квартиры, истцу не сообщили. ФИО1 обратился 28.06.2022 в отдел полиции «Приобский» МУ МВД России «Бийское» с заявлением о мошенничестве, в результате которого принадлежащая ему и ФИО4 квартира стала принадлежать иным лицам. 

В рамках проведения проверки по поданному заявлению, не ранее июля 2023 ФИО1 были предоставлены копии документов, из которых ему стало известно, что в 2020 году некий гражданин ФИО6 предоставил в регистрирующий орган договор купли-продажи квартиры, датированный 30.03.1998, в соответствии с которым он (ФИО6), якобы, купил у ФИО2 квартиру № по 

<

адрес>. 

На копии, предоставленной истцу имелась отметка об удостоверении данного договора нотариусом ФИО14 и предоставлении договора на регистрацию в МП «Инвентаризатор». Затем, 24.11.2020 ФИО6, якобы, продал квартиру ФИО3, которая, в свою очередь, 04.12.2020 передала данную квартиру в залог на основании договора ипотеки. 

Истцы полагают, что все вышеперечисленные договоры являются недействительными в силу их ничтожности.

В уточненном исковом заявлении истцы также указывают, что ФИО9 никогда не продавал спорную квартиру. С момента приобретения данной квартиры, а именно, с ДД.ММ.ГГГГ до настоящего времени спорная квартира находится во владении семьи П-ных. Изначально ФИО9 и его супруга ФИО5 пользовались спорной квартирой, а в дальнейшем фактически данной квартирой на протяжении 20 лет пользовался ФИО7. Наличие права собственности у истцов никогда, вплоть до 2022 года, не вызывало никаких сомнений. Истцы несли бремя содержания названного жилья, сдавали его в наем на протяжении очень длительного времени. Пользуются данной квартирой и в настоящее время.

Истцы полагают, что при анализе копии договора купли-продажи квартиры от 30.03.1998 можно с достоверностью утверждать, что подпись, произведенная в договоре от имени ФИО2, ему не принадлежит и выполнена иным лицом. Так ФИО2 имел особенность в том, что как таковое подписи не имел, а вместо нее писал полностью свою фамилию, кроме того, ФИО2 имел определенную особенность в написании своего отчества, поскольку всегда, при необходимости писать полностью свою фамилию, имя и отчество он делал характерную ему ошибку указывая вместо букве «Е» писал букву «И», то есть свое отчество вместо «ФИО2» он писал как «СтИпанович», подчерк написания так же существенно отличается от подчерка ФИО2, хотя и явно имеются признаки подражания. Кроме того, после смерти ФИО2, при вступлении в наследство по закону и оформлении нотариальных документов, в БТИ никаких сведений о наличии договора купли-продажи от 30.03.1998 не было, поскольку данные сведения в обязательном порядке проверяются при установлении объема наследственного имущества. Также и в налоговом органе имелись сведения о том, что квартира принадлежит ФИО1 и ФИО4, по 1/2 доле каждому, на основании чего исчислялся налог на недвижимое имущество. 

Из предоставленных документов получается, что гражданин ФИО6 приобрел квартиру в марте 1998 года и до 2020 года вообще никоим образом не реализовывал свои права собственности, в том числе не пользовался данной квартирой, не нес бремя ее содержания, не проживал в ней, а спустя 22 года продал спорную квартиру некой гражданке ФИО3, которая, в свою очередь, также приобрела ее не глядя, с момента приобретения никогда не реализовывала свои права собственности, не производила коммунальные платежи, не предпринимала попытки проживать в спорной квартире, не предпринимала попытки иным образом распорядиться данной квартирой. 

Из анализа документов и действий лиц, указанных, якобы, собственниками спорной квартиры, истцы полагают, что можно с большой степенью вероятности утверждать, что ни ФИО6, ни ФИО3 никогда не приобретали данную квартиру и не реализовывали право собственности в отношении спорного имущества. Кроме того, совершенно очевидно, что договор от 30.03.1998 является подложным и был изготовлен не ранее 2020 года, поскольку еще на конец 2018 года никаких сведений о наличии такого договора в БТИ просто не было. Данные документы были изготовлены с единственной целью, завладеть незаконно чужим имуществом. 

Из пояснений представителя правоохранительных органом истцам стало известно, что они при проведении проверки по заявлению ФИО1 не могут установить место нахождения ФИО6 в результате чего не могут получить от него объяснения по обстоятельствам заключения договоров купли-продажи квартиры № по 

<

адрес>, равно как не имеют возможности опросить и ФИО3, поскольку последняя скончалась, у нее отсутствуют наследники и вообще, названное лицо явно относилось к лицам без определенного места жительства, не имела никакой регистрации, вела антисоциальный образ жизни, не имела постоянного места работы и источника дохода, а потому не могла приобретать никаких квартир, в том числе на заемные денежные средства. 

В договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 указано место жительства квартира № по 

<

адрес>, хотя она никогда не проживала и не была зарегистрирована по данному адресу, равно как и не могла на момент приобретения квартиры уже быть в ней зарегистрированной. 

Кроме того, в договоре ипотеки указано, что предмет залога, а именно квартира № по 

<

адрес>, осмотрен залогодержателем, то есть ФИО10, с выездом на место, что совершенно не соответствует действительности, поскольку спорная квартира никогда не выбыла из владения истцов и доступа к данной квартире иных лиц нет и не было. 

Таким образом, спорная квартира никогда не выбывала из владения как ФИО2, так и в дальнейшем истцов. ФИО2 никогда не заключал договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, никогда не имел намерения продавать спорную квартиру, никогда не получал за нее денежные средства от ФИО6, не передавал ему во владение ни на каком основании спорное жилое помещение.

Определением Бийского городского суда Алтайского края от 27.03.2024 по данному гражданскому делу назначалось проведение судебной почерковедческой экспертизу, на разрешение которой был поставлен вопрос: ФИО2 или иным лицом выполнена подпись от имени ФИО2 и запись «ФИО2» в копии договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ? (Копия договора купли-продажи квартиры от 13 марта 1998 года находится в Реестровом деле № Филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по Алтайскому краю на объект недвижимости по адресу: 

<

адрес>). 

Проведение судебной почерковедческой экспертизы поручалось судом экспертам экспертного учреждения Негосударственная экспертная организация «Бюро экспертиз Решение». 

По заключению проведенной по делу судебной почерковедческой экспертизы № от 18.04.2024 подпись от имени ФИО2 и рукописные записи: «ФИО2», расположенные в копии договора купли-продажи квартиры от 13 марта 1998 года в строке «Подписи» выполнены не ФИО2, а иным лицом.

У суда отсутствуют основания подвергать сомнению выводы проведенной по делу судебной почерковедческой экспертизы.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статья 154 ГК РФ предусматривает, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В свою очередь статья 160 ГК РФ, гласит, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Статья 432 ГК РФ предусматривает, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Тогда как в статье 434 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон, договор в письменной форме может быть заключен только путем составления одного документа, подписанного сторонами договора.

Статья 550 ГК РФ предусматривает, что договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). При этом несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Исходя из вышеуказанных норм права для того, чтобы договор купли-продажи объекта недвижимости являлся заключенным и действительным, необходимо волеизъявление продавца на продажу объекта недвижимости и волеизъявление покупателя на его приобретение, достижение сторонами согласованности по существенным условиям договора (объект недвижимости, цена), а также составление договора купли-продажи (единого документа), подписанного сторонами договора.

В данном конкретном случае договор купли-продажи квартиры от 30.03.1998 является недействительным, поскольку не соблюдена фактически письменная форма договора, поскольку, как выяснилось, ФИО2 никогда не имел намерения продать принадлежащую ему квартиру, никогда не подписывал договор купли-продажи от 30.03.1998, не получал денежных средств по договору и никогда не передавал квартиру во владение иных лиц. Поскольку подпись в договоре продавца является обязательным условием для соблюдения письменной формы договора, то отсутствие подписи продавца влечет недействительность договора в соответствии с требованиями ст. 550 ГК РФ.

Как установлено в пункте 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Поскольку, исходя из вышеизложенного, договор купли-продажи квартиры № по 

<

адрес> от 30.03.1998, сторонами в котором указаны ФИО6 и ФИО2 является недействительной сделкой, то у ФИО6 не возникло право собственности на спорное жилое помещение, а потому и не возникло право на распоряжение спорным объектом недвижимости, включая право на отчуждения спорного жилого помещения в пользу третьих лиц.

В свою очередь, в связи с отсутствием у ФИО6 права на продажу квартиры, договор купли-продажи спорной квартиры от 24.11.2020, в соответствии с которым ФИО6 продал квартиру ФИО3, также является недействительным, равно как и недействительным является договор ипотеки от 04.12.2020.

Согласно пунктов 1, 2 статьи 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Реституция (обязанность сторон возвратить друг другу все полученное по недействительной сделке) как общее последствие совершения недействительной сделки направлена на принудительное восстановление существовавших до совершения недействительной сделки правоотношений (обеспечение гражданского правопорядка) как было бы, если недействительная сделка не была совершена вовсе. Однако в зависимости от существа и содержания недействительных сделок возможно обеспечение гражданского правопорядка и без реституции.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 35 и 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301 и 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301 и 302 ГК РФ. По смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

Так же при рассмотрении настоящего спора необходимо учесть, разъяснения, содержащиеся в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, а именно: исходя из пункта 1 статьи 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо его воли. При применении к спорным правоотношениям положений пункта 1 статьи 302 ГК РФ необходимо принимать во внимание, что при выбытии имущества помимо воли собственника обстоятельства добросовестности конечного приобретателя правового значения не имеют.

По результатам проведенной проверки 31.10.2023 следователем СУ МУ МВД России «Бийское» лейтенантом юстиции ФИО16 вынесено постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству, по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно: не позднее 01.07.2022, более точное дата и время не установлены, неизвестный, путем обмана и злоупотребления доверием, незаконно присвоил, принадлежащее ФИО4 и ФИО1 на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение. 

Также 31.10.2023 тем же следователем истцы были признаны потерпевшими по возбужденному уголовному делу.

При таких обстоятельствах, оценив все имеющиеся по делу доказательства в их совокупности, суд находит уточненное исковое заявление истцов к ответчикам о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению судом.

Суд признает недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, от 30.03.1998, между ФИО6 и ФИО2;

признает недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес> от 24.11.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО3;

признает недействительным договор ипотеки от 04.12.2020 в отношении квартиры по адресу

<

адрес>, заключенный между ФИО10 и ФИО3;

признает недействительным право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, зарегистрированное на основании договора купли-продажи квартиры от 24.11.2020, заключенного между ФИО6 и ФИО3;

признает недействительным договор ипотеки от 04.12.2020 в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО10 и ФИО3;

признает недействительным обременение в виде ипотеки в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес>, зарегистрированное на основании договора ипотеки от 04.12.2020, заключенного между ФИО10 и ФИО3;

прекращает обременение в виде ипотеки в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес>, зарегистрированное на основании договора ипотеки от 04.12.2020, заключенного между ФИО10 и ФИО3;

признать за ФИО1 право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> в порядке наследования.

признает за ФИО4 (СНИЛС: №) право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования.

В удовлетворении остальной части уточненных исковых требований ФИО1, ФИО4 к ФИО6, ФИО10, Администрации города Бийска о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру суд истцам отказывает в связи с их необоснованностью, поскольку в судебном порядке может быть оспорено лишь зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право, либо разрешен вопрос о прекращении этого права, а не признана недействительной регистрационная запись о регистрации такого права, равно как в судебном порядке не может быть разрешен вопрос об аннулировании внесенной в Единый государственный реестр недвижимости регистрационной записи (пункты 3 и 4 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», пункт 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

В силу положений статей 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту также ГПК РФ), в связи с частичным удовлетворением судом уточенного искового заявления истцов к ответчикам о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру, с каждого из трех ответчиков в по делу в пользу истца по делу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3789 руб. 33 коп., исходя из следующего расчета: 11368 руб. 00 коп. (размер государственной пошлины от цены иска в 816.827 руб. 34 коп.) / 3 (количество ответчиков по делу) = 3789 руб. 33 коп.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО4 к ФИО6, ФИО10, Администрации города Бийска о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, от 30.03.1998, между ФИО6 (СНИЛС: №) и ФИО2.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу

<

адрес> от 24.11.2020, заключенный между ФИО6 (СНИЛС: №) и ФИО3 (СНИЛС: №

Признать недействительным договор ипотеки от 04.12.2020 в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО10 (СНИЛС: №) и ФИО3 (СНИЛС: №).

Признать недействительным право собственности ФИО3 (СНИЛС: № на квартиру по адресу: 

<

адрес>, зарегистрированное на основании договора купли-продажи квартиры от 24.11.2020, заключенного между ФИО6 (СНИЛС: №) и ФИО3 (СНИЛС: №).

Признать недействительным договор ипотеки от 04.12.2020 в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО10 (СНИЛС: №) и ФИО3 (СНИЛС: №).

Признать недействительным обременение в виде ипотеки в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес> зарегистрированное на основании договора ипотеки от 04.12.2020, заключенного между ФИО10 (СНИЛС: №) и ФИО3 (СНИЛС: №).

Прекратить обременение в виде ипотеки в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес>, зарегистрированное на основании договора ипотеки от 04.12.2020, заключенного между ФИО10 (СНИЛС: №) и ФИО3 (СНИЛС: №).

Признать за ФИО1 (СНИЛС: №) право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования.

Признать за ФИО4 (СНИЛС: № право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО4 к ФИО6, ФИО10, Администрации города Бийска о признании сделок недействительными, аннулировании регистрационных записей, признании права собственности на квартиру отказать.

Взыскать с ФИО6 (СНИЛС: № в пользу ФИО1 (СНИЛС№) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3789 руб. 33 коп. 

Взыскать с ФИО10 (СНИЛС: № в пользу ФИО1 (СНИЛС: №) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3789 руб. 33 коп. 

Взыскать с Администрации города Бийска (ИНН: 

<

***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС: №) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3789 руб. 33 коп. 

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Председательствующий: Матвеев А.В.

Мотивированное решение суда составлено: 26.06.2024.