Мотивированное 

решение

 по делу № 2-76\2018 г.

изготовлено 11.05.2018 г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 мая 2018 года

Бутурлинский районный суд Нижегородской области, в составе:

председательствующего судьи Зиминой Е.Е.,

при секретаре Кашиной С.П.,

а так же с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в р.п. Бутурлино гражданское дело по иску ФИО1 к ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области о признании незаконным решения об отказе в назначении пенсии и признании права на назначение досрочной страховой пенсии,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному учреждению - управлению Пенсионного фонда Российской Федерации по Бутурлинскому району (далее ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району), в котором просит:

Признать решение ГУ Управления Пенсионного фонда РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области от 02.02.2018г. № 11 в части подсчета специального страхового стажа, на дату обращения с заявлением о назначении пенсии, 15.01.2018г., 29 лет 5 месяцев 26 дней, незаконным;

обязать ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области включить в специальный страховой стаж период нахождения в отпуске по уходу за ребенком до достижения им трех летнего возраста с 02.08.1990г. - 08.01.1992г. - 1 год 5 мес. 7 дней с применением льготного коэффициента 1 год как 1 год и 3 месяца;

обязать ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району включить в специальный стаж периоды нахождения на курсах повышения квалификации: 

период 20.04.1998г. - 24.05.1998г. - 1 мес. 5 дней с применением льготного исчисления выслуги лет 1 год работы за 1 год и 3 месяца;

периоды: 20.01.2003г. - 20.03.2003г. - 1мес. 1 день; 08.10.2007г. - 08.11.2007г. - 1 мес. 1 день; 20.02.2012г. - 22.03.2012г. - 1 мес. 3 дня; 07.11.2016г. - 02.12.2016г. - 26 дней, всего - 4месяца 1 день в календарном исчислении; 

признать ее право на досрочную страховую пенсию по старости с 15 января 2018 года;

обязать ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области назначить ей досрочную страховую пенсию по старости с момента наступления права с 15 января 2018 года;

взыскать с ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области в ее пользу 300 руб. 00 коп., уплаченные ею в виде государственной пошлины.

Исковые требования ФИО1 обосновала тем, что 15 января 2018 года она обратилась в ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, как медицинскому работнику, в соответствии с п.п.20 п.1 ст.30 Закона РФ от 28.12.2013г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях в РФ».

Решением ГУ Управления Пенсионного фонда РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области от 02.02.2018г. № 11 в назначении досрочной страховой пенсии по старости как медицинскому работнику ей было отказано в связи с отсутствием требуемого специального стажа. По подсчетам ответчика специального стажа на дату ее обращения с заявлением о назначении пенсии, 15.01.2018г., она имеет 29 лет 5 месяцев 26 дней, вместо требуемых 30 лет.

С указанным решением она не согласна в части подсчета ее специального стажа, поскольку на дату обращения с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости, 15.01.2018г., ее специальный стаж составил более 30 лет.

Ответчиком незаконно, в календарном порядке, был включен в ее специальный страховой стаж период нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 02.08.1990г. по 08.01.1992г. - 1 год 5 мес. 7 дней.

Начиная с 02.08.1990 года она работала в должности зубного врача Бутурлинской ЦРБ, включая период с 02.08.1990г. по 08.01.1992г. - 1 год 5 мес. 7 дней. К работе в указанной должности и в сельской местности предусмотрено льготное исчисление выслуги лет - 1 год за 1 год и 3 месяца.

Отпуск по уходу за ребенком до достижения им трех лет начался с 02.08.1990 г., т.е. до вступления в силу поправки в ст. 167 КЗоТ РСФСР в порядке действия Закона РФ от 25 сентября 1992г. №3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» с 06.10.1992г. 

Исходя их норм закона, действовавшего в спорный период, периоды нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в специальный стаж работы по специальности. 

Поскольку особенного порядка включения в стаж периода отпуска по уходу за ребенком, иначе чем общий прядок, не предусматривается, то должно быть применено льготное исчисление исходя из следующего расчета: 1год 5мес. 7дней, с применением льготного коэффициента *1,3: 1 года х 1,3 = 1 год 3мес, итого: 1 год 8мес. 16 дней. 

Погрешность в расчетах ответчика ввиду неприменения льготного коэффициента составила: 1 год 8 мес. 16 дней минус 1 год 5 мес. 7 дней равно 3мес. 9 дней.

Ответчиком в ее специальный стаж не были включены периоды нахождения на курсах повышения квалификации: 

20.04.1998г. - 24.05.1998г. - 1 мес. 5 дней;

20.01.2003г. - 20.03.2003г. - 1мес. 1 день

08.10.2007г. - 08.11.2007г. - 1 мес. 1 день;

20.02.2012г. - 22.03.2012г. - 1 мес. 3 дня;

07.11.2016г. - 02.12.2016г. - 26 дней.

Всего: 6мес. 6 дней. 

В периоды направления работодателями на курсы повышения квалификации она работала в должности зубного врача. Прохождение курсов повышения квалификации является обязанностью медицинского работника, поскольку на их основании выдается сертификат специалиста, без которого невозможна профессиональная деятельность. Срок действительности сертификата не более 5 лет. На курсы повышения квалификации она направлялась работодателем, что подтверждается копиями приказов о направлении в служебную командировку. В порядке, установленном ст.166 и ст.187 ТК РФ (в прежней редакции - ст.112 КЗоТ РСФСР), за ней сохранялось место работы, начислялся и выплачивался средний заработок, возмещались расходы, связанные со служебной командировкой. На курсах была занята полный рабочий день и занималась своей профессиональной деятельностью, производились в полном размере удержания в Пенсионный фонд, поэтому данные периоды должны включаться в специальный стаж.

До 31.10.1999г. предусматривалось льготное исчисление выслуги лет 1 год работы за 1 год и 3 месяца (в порядке действия Постановления № 464 от 06.09.1991г.). В период 20.04.1998г. - 24.05.1998г. - 1 мес. 5 дней, ее лечебная деятельность протекала в сельской местности, поэтому должен быть применен льготный порядок исчисления стажа: 1 мес. 5 дней * 1,3 = 1 мес. 14 дней.

С 01.11.1999г. стаж исчисляется календарно: 

20.01.2003г. - 20.03.2003г. - 1мес. 1 день; 

08.10.2007г. - 08.11.2007г. - 1 мес. 1 день; 

20.02.2012г. - 22.03.2012г. - 1 мес. 3 дня; 

07.11.2016г. - 02.12.2016г. - 26 дней, 

итого - 4 мес. 1день, должны быть включены в календарном исчислении.

Таким образом, ответчиком не включен в специальный стаж суммарный период 5 мес. 15 дней. (1 мес. 14 дней +4 месяца 1 день = 5 мес. 15 дней).

Погрешность в расчетах ответчика ввиду неприменения льготного коэффициента при включении в специальный стаж отпуска по уходу за ребенком и не включения периодов прохождения курсов повышения квалификации в общем составила: 3мес. 9 дней + 5 мес. 15 дней = 8 мес. 24 дня

Подсчет ответчиком специального трудового стажа за остальные периоды работы на дату обращения, 29 лет 5 месяцев 26 дней, не оспаривается. С учетом включения в специальный стаж спорных периодов мой специальный стаж составляет: 29 лет 5 мес. 26 дней + 8 мес. 24 дня = 29лет 13мес. 50дн.= 30 лет 2 мес. 20дней.

На дату ее обращения в ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения, 15.01.2018 г., ее специальный страховой стаж составил 30 лет 2мес. 20 дней, т.е. более 30 лет, следовательно, наступило ее право на назначение досрочной страховой пенсии по старости.

В судебном заседании истица ФИО1 заявленные требования поддержала, привела доводы, аналогичные указанным в исковом заявлении, уточнила, что на курсах повышения квалификации она была с 20.01.2003 г. по 20.02.2003 г., в исковом заявлении дата указана неверно.

Представитель истца ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснил, что в исковом заявлении имеется опечатка в части периода нахождения истицы на курсах повышения квалификации, на курсах повышения квалификации ФИО1 была с 20.01.2003 г. по 20.02.2003 г. - 1 мес. 1 день, что подтверждено документально. К периодам работы до 31.10.1999 г. должен быть применен коэффициент 1,3.

Представитель ответчика ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, находит, что решение пенсионным органом об отказе в назначении пенсии, было вынесено законно и обосновано.

Представитель третьего лица ГБУЗ НО «Бутурлинская центральная районная больница» в судебное заседание не явился, были уведомлены о дате, месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в суд поступило ходатайство от и.о. главного врача ФИО5 о рассмотрении дела в отсутствии представителя ГБУЗ НО «Бутурлинская ЦРБ».

Суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, пришел к следующему

Права и свободы человека являются непосредственно действующими (статьи 2, 18 Конституции Российской Федерации).

В силу статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

15.01.2018 г. ФИО1 обратилась в ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии.

02.02.2018 г. решением Управления Пенсионного фонда РФ в Бутурлинском районе Нижегородской области № 11 ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии ввиду отсутствия требуемого специального стажа. На момент обращения в пенсионный орган специальный стаж истца составил 29 лет 5 месяцев 26 дней. Из подсчета специального стажа исключены периоды нахождения истицы на курсах повышения квалификации с 20.04.1998 г. по 24.05.1998 г.; с 20.01.2003 г. по 20.02.2003 г.; с 08.10.2007г. по 08.11.2007 г.; с 20.02.2012 г. по 22.03.2012 г.; с 07.11.2016 г. по 02.12.2016 г.; период нахождения ФИО1 в отпуске по уходу за ребенком с 02.08.1990 г. по 08.01.1992 г. включен в специальный стаж, но к нему не применен льготный коэффициент, применяемый к периодам работы.

Суд находит решение ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району в части не применения льготного коэффициента к периоду нахождения ФИО1 в отпуске по уходу за ребенком и не включения в специальный стаж ФИО1 периодов нахождения на курсах повышения квалификации, незаконным, в виду следующего.

В соответствии с подпунктами 20 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

В силу пункта 2 указанной статьи списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации N 781 от 29 октября 2002 года утвержден Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения, в котором предусмотрены должности, в которых работала истица.

В соответствии с частями 3, 4 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии.

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности).

Таким образом, к периодам работы до 01.11.1999 г. могут применяться нормы постановления Сомина РСФСР от 06.09.1991 г., № 464, к периодам с 01.11.1999 г. - нормы постановления Правительства РФ от 22.09.1999 г. № 1066, а к периодам после 12.11.2002 г. - положения постановления Правительства РФ от 29.10.2002 г. № 781.

Из материалов дела следует, что лечебная деятельность ФИО1 протекала как в городе, так и в сельской местности (поселке городского типа) и ей требуется 30 лет специального стажа для приобретения права на досрочную страховую пенсию.

Согласно выписки из приказа № 108 от 06.08.1990 г. по Бутурлинской центральной районной больнице, п. 8 - ФИО1 принята на работу на должность зубного врача с 02.08.1990 г., этим же приказом, п. 9 ей разрешен отпуск по уходу за ребенком до трехлетнего возраста (5 марта 1992 г.). В соответствии с выпиской из приказа № 4 от 09.01.1992 г. п. 6 - считать ФИО1 зубного врача, с 09.01.92 г. приступившей к работе после отпуска по уходу за ребенком.

Данный период нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 02.08.1990 г. по 08.01.1992 г. ответчиком включен в специальный стаж истца, но в календарном исчислении. С данной позицией ответчика согласиться нельзя.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года N 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года N 3543-I "О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации", с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Необходимо учитывать, что если отпуск по уходу за ребенком начался до 6 октября 1992 года, то период нахождения в данном отпуске подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, независимо от момента его окончания (до или после этой даты).

Поскольку периоды нахождения ФИО1 в отпуске по уходу за ребенком 02.08.1990 г. по 08.01.1992 г. имели место во время работы в сельской местности в должности и в учреждении, которая подлежит включению в специальный стаж для досрочного назначения страховой пенсии, данный период имел место до 01.11.1999 г., то имеются основания для исчисления его в льготном порядке из расчета 1 год работы за 1 год и 3 месяца.

Судом установлено, что ФИО1 находилась на курсах повышения квалификации с 20.04.1998 г. по 24.05.1998 г.; с 20.01.2003 г. по 20.02.2003 г.; с 08.10.2007г. по 08.11.2007 г.; с 20.02.2012 г. по 22.03.2012 г.; с 07.11.2016 г. по 02.12.2016 г., куда ее направлял работодатель. Данные приказы представлены в материалы дела в копиях, которые заверены надлежащим образом.

За время нахождения на курсах повышения квалификации за ФИО1 сохранялось место работы и должность, начислялась заработная плата, из которой производились удержания в Пенсионный фонд, что подтверждено выписками из лицевого счета и справкой - за каждый период, и ответчиком не оспаривается.

ФИО1 курсы повышения квалификации окончила, что подтверждено представленными суду свидетельствами и сертификатом, копии которых находятся в материалах дела.

Пунктами 4 и 5 Правил, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года N 516, предусмотрено, что в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. Кроме периодов работы включаются также периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Согласно статье 54 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года N 5487-1, действовавших до 01 января 2012 года правом на занятие медицинской деятельностью в Российской Федерации обладали лица, получившие высшее или среднее медицинское образование в Российской Федерации, имеющие диплом и специальное звание, а также сертификат специалиста и лицензию на осуществление медицинской деятельности.

Аналогичное требование закреплено и в статье 100 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров для собственных нужд определяет работодатель. В случаях предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить повышение квалификации работников, если это является условием выполнения работником определенных видов деятельности (части первая и четвертая статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с действовавшим ранее законодательством, в случае направления работников на курсы повышения квалификации с сохранением заработной платы, за них производилась уплата взносов на государственное социальное страхование (статья 112 Кодекса законов о труде РСФСР).

Статья 187 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что в случае направления работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от производства, за ним сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата.

В связи с тем, что за время нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации за ней сохранялись место работы и заработная плата, с которой производились соответствующие страховые отчисления, повышение квалификации для медицинских работников является обязательным условием работы, исходя из системного толкования приведенных выше положений законодательства, данные периоды подлежат включению в специальный стаж истца, при этом они подлежат включению на равных условиях с периодами осуществления лечебной деятельности.

Таким образом, исковые требования в части возложения на ответчика обязанности включить в специальный стаж истицы периодов нахождения на курсах повышения квалификации, подлежат удовлетворению. К периодам нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации за период до 01.11.1999 г. подлежит применению льготное исчисление - за каждый год работы, как 1 год и 3 месяца, после данной даты - календарно.

Период нахождения ФИО1 в отпуске по уходу за ребенком с применением льготного исчисления составляет 1 год 8 месяцев 16 дней (1 год 5 месяцев 7 дней умноженное на коэффициент 1,3). Учитывая, что период, равный 1 году 5 месяцам 7 дням включен в специальный стаж ФИО1, то с учетом льготы, не включенный период будет составлять 3 месяца 9 дней (1 год 8 месяцев 16 дней минус 1 год 5 месяцев 7 дней - включенный ответчиком, разница равна 3 месяцам 9 дням).

Период нахождения на курсах повышения квалификации с 20.04.1998г. по 24.05.1998г. - 1 мес. 5 дней с применением льготы будет составлять 1 месяц 14 дней (1 месяц 5 дней умножить на коэффициент 1,3 = 1 месяц 14 дней). 

С 01.11.1999г. стаж исчисляется календарно: с 20.01.2003 г. по 20.02.2003г. - 1мес. 1 день; с 08.10.2007г. по 08.11.2007г. - 1 мес. 1 день; 

с 20.02.2012г. по 22.03.2012г. - 1 мес. 3 дня; с 07.11.2016г. по 02.12.2016г. - 26 дней, а всего календарно 4 месяца 1день.

Период нахождения на курсах повышения квалификации составит 5 месяцев 15 дней.

Следовательно, с применением льготного исчисления и календарного исчисления спорных периодов, в специальный стаж истицы подлежит включению период, равный 8 месяцам 24 дням (3 месяца 9 дней отпуск по уходу за ребенком и 5 месяцев 15 дней период курсов повышения квалификации = 8 месяцев 24 дня).

Ответчиком включен в специальный стаж ФИО1 период равный 29 годам 5 месяцам и 26 дням, с учетом включения периода - 8 месяцев 24 дня, специальный стаж истицы будет составлять более 30 лет (30 лет 2 месяца 20 дней).

Истица просит признать за ней право на назначение досрочной страховой пенсии по старости с 15 января 2018 г. и обязать ответчика назначить ей досрочную страховую пенсию по старости с 15 января 2018 г., то есть с даты обращения в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии.

Согласно ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является способ признания права.

В соответствии со ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» - страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. 

Требования истицы в указанной части подлежат удовлетворению, поскольку на момент обращения в пенсионный орган она имела право на назначение досрочной страховой пенсии по старости. 

Решение УПФ РФ от 02.02.2018 г. № 11 в указанной истицей части, является незаконным.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с УПФ РФ по Бутурлинскому району в пользу ФИО1 должны быть взысканы судебные расходы в сумме 300 рублей в виде уплаченной истцом при подаче искового заявления госпошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

р е ш и л :

Исковые требования удовлетворить.

Признать решение ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области от 02.02.2018г. № 11 в части подсчета специального страхового стажа ФИО1, на дату обращения с заявлением о назначении пенсии, 15.01.2018г., 29 лет 5 месяцев 26 дней, незаконным.

Обязать ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области включить в специальный страховой стаж ФИО1 период нахождения в отпуске по уходу за ребенком до достижения им трех летнего возраста с 02.08.1990г. - 08.01.1992г. - 1 год 5 мес. 7 дней с применением льготного коэффициента 1 год работы как 1 год и 3 месяца.

Обязать ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области включить в специальный стаж ФИО1 периоды нахождения на курсах повышения квалификации: 

период 20.04.1998г. - 24.05.1998г. - 1 мес. 5 дней с применением льготного исчисления выслуги лет 1 год работы за 1 год и 3 месяца;

периоды: 20.01.2003г. - 20.02.2003г. - 1мес. 1 день; 08.10.2007г. - 08.11.2007г. - 1 мес. 1 день; 20.02.2012г. - 22.03.2012г. - 1 мес. 3 дня; 07.11.2016г. - 02.12.2016г. - 26 дней, всего - 4месяца 1 день в календарном исчислении. 

Признать за ФИО1 право на назначение досрочной страховой пенсии по старости с 15 января 2018 года.

Обязать ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области назначить ФИО1 досрочную страховую пенсию по старости с 15 января 2018 года.

Взыскать с ГУ УПФ РФ по Бутурлинскому району Нижегородской области в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 (Триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца с момента вынесения решения суда в окончательной форме, в Нижегородский областной суд, через Бутурлинский районный суд.

Судья - Е.Е. Зимина