Дело № 2-2098/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 июля 2018 года город Элиста

Элистинский городской суд Республики Калмыкия в составе

председательствующего судьи Оляхиновой Г.З.,

при секретаре Батнасуновой Б.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, заявленному в интересах несовершеннолетнего ФИО30 к Федеральной службе исполнения наказаний России о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 в интересах несовершеннолетнего ФИО30 обратилась в суд с иском к Федеральной службе исполнения наказаний России (далее по тексту - ФСИН России) о компенсации морального вреда, ссылаясь на следующие обстоятельства.

20 ноября 2015 г. осужденный к трем годам лишения свободы ФИО2 для отбывания наказания был этапирован в ФКУ «Исправительная колония № 1 УФСИН по РК» (далее по тексту – ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК), где в досмотровой комнате сотрудниками ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК ему были причинены тяжкие телесные повреждения. В результате полученных травм ФИО2, которому не была оказана какая-либо медицинская помощь, скончался на территории ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК.

Приговором Элистинского городского суда РК от 12 июля 2017 г., вступившим в законную силу 27 октября 2017 г., сотрудники ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК ФИО3, ФИО4, ФИО5 признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 111 УК РФ; ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ; и ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ.

Для своего сына ФИО2 был замечательным, заботливым и любящим отцом. Состояние эмоционального, психологического потрясения ФИО1 передалось ее малолетнему сыну ФИО30 он стал часто плакать, у него пропал аппетит, появилась бессонница и чувство тревоги, поскольку он полностью привязан к матери и чувствует ее состояние. Для своего возраста он стал вести себя неестественно, стал отставать в развитии, в результате чего наблюдался 

<

данные изъяты>. ФИО30 испытывает и будет испытывать отрицательные эмоциональные страдания, связанные со смертью отца и отсутствием отцовской любви, внимания, заботы, как в настоящее время, так и в будущем. Смерть ФИО2 навсегда перечеркнула жизнь ФИО30., который со смертью отца потерял надежную опору в жизни, навсегда лишился возможности рассчитывать на поддержку, воспитание, любовь и заботу своего отца.

Виновными действиями сотрудников ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 И ФИО7 ФИО30 причинен значительный и существенный моральный вред.

Полагает, что Федеральная служба исполнения наказаний должна нести гражданско-правовую ответственность за преступные действия указанных должностных лиц, поскольку смерть ФИО2 наступила в результате необеспечения сотрудниками исправительного учреждения ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК личной безопасности осужденного ФИО2, слабой и неэффективной работы администрации исправительного учреждения, отсутствием должного руководства и контроля за организацией воспитательного процесса с личным составом, что привело к грубым нарушениям Уголовно-исполнительного кодекса РФ и ведомственных нормативных правовых актов РФ, регламентирующих деятельность исправительных учреждений. 

Просит взыскать с ФСИН России за счет казны Российской Федерации в её пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО8 заявленные требования поддержали, просили иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФСИН России ФИО9 в судебное заседание не явился, в представленном в суд возражении указал, что вина ФСИН России, УФСИН России по РК не подтверждаются никакими доказательствами, в том числе и представленными истцом. Приговором Элистинского городского суда РК от 12 июля 2017 года, вступившим в законную силу, виновными в причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть ФИО2, признаны ФИО3, ФИО4, ФИО5, то есть, установлены лица, причинившие вред. ФСИН России не является причинителем вреда, соответственно не может выступать ответчиком по данному гражданскому делу, так как сотрудники ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК не действовали по прямому указанию ФСИН России, УФСИН России по РК, ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК, а действовали по своей собственной инициативе. ФСИН России, а также подчиненные структуры, давать указания о выполнении неправомерных действий, а именно о причинении телесных повреждений осужденному ФИО2 не могло. Просит в удовлетворении исковых требований истцов к ФСИН России отказать в полном объеме. 

Представитель УФСИН России по РК, одновременно представляющий интересы ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК, ФИО10 возражает против удовлетворения исковых требований истца, поскольку вина и прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика как юридического лица и возникшим вредом не доказана. Приговором Элистинского городского суда РК от 12 июля 2017 г., вступившим в законную силу, виновными в причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть ФИО2, признаны ФИО3, ФИО4, ФИО5, то есть, установлены лица, причинившие вред, которые должны нести ответственность за совершенные преступные деяния. 

Заслушав пояснения и доводы истца и его представителя, огласив письменные возражения ответчика, заслушав мнение представителя третьих лиц - УФСИН России по РК, ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК, исследовав материалы дела, уголовное дело № 1-60/2017, суд признает заявленные истцом требования обоснованными и подлежащему удовлетворению, по следующим основаниям. 

Конституция Российской Федерации провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью (статья 2) и закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причиненного ущерба (статья 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (часть 1 статья 45; статья 46).

Кроме этого, Конституция Российской Федерации гласит: каждый имеет право на жизнь (часть 1 статья 20). 

В соответствии со статьей 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Тем самым, пытки и насилие, рассматриваются в Конституции Российской Федерации как проявления жестокого обращения. Данные положения также закреплены в статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" отмечено, что к вышеуказанным относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка уровня страданий осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В контексте лишения свободы Европейский Суд ранее уже подчеркивал, что лица, находящиеся под стражей, находятся в особо уязвимом положении и что на власти возложена обязанность по их защите. На государство возложена ответственность за любые травмы, причиненные в ходе содержания под стражей, это обязательство становится еще более строгим в случае смерти заключенного (Постановление Большой Палаты по делу "Салман против Турции", жалоба N 21986/93; "Тарариев против Российской Федерации", жалоба N 4353/03; "ФИО11 и другие против Российской Федерации", жалоба N 43368/04).

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

По смыслу ст. ст. 125 и 1071 Гражданского кодекса РФ, п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступают главные распорядители соответствующих бюджетных средств.

Как установлено судом, 20 ноября 2015 г. осужденный к трем годам лишения свободы ФИО2 для отбывания наказания был этапирован в ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК, где в досмотровой комнате сотрудниками ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК ему были причинены тяжкие телесные повреждения. В результате полученных травм ФИО2, которому не была оказана какая-либо медицинская помощь, скончался на территории ФКУ «ИК-1» УФСИН России по РК.

Приговором Элистинского городского суда РК от 12 июля 2017 г. : 

ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 111, п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, с назначением ему наказания: по п.п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 2 (два) года; по ч. 4 ст. 111 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет; по п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 2 (два) года и с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания «капитан внутренней службы».

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО3 наказание в виде лишения свободы сроком на 11 (одиннадцать) лет с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 3 (три) года и с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания «капитан внутренней службы». В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО3 в исправительной колонии строгого режима.

ФИО4 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, с назначением ему наказания: по ч. 4 ст. 111 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет; по п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 5 (пять) года с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев и с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания «подполковник внутренней службы».

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО4 наказание в виде лишения свободы сроком на 11 (одиннадцать) лет с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев и с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания «подполковник внутренней службы». В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО4 в исправительной колонии строгого режима.

ФИО5 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, с назначением ему наказания: по ч. 4 ст. 111 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 6 (шесть) лет; по п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ – в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года 6 (шесть) месяцев с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев и с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания «лейтенант внутренней службы».

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО5 наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев и с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания «лейтенант внутренней службы». В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО5 в исправительной колонии строгого режима.

ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, с назначением ему наказания в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года. В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО6 в колонии-поселении.

ФИО12 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, с назначением ему наказания с применением ст.64 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий, на срок 1 (один) год. В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО12 в исправительной колонии общего режима.

ФИО13 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, с назначением ему наказания с применением ст. 64 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с лишением права занимать должности на государственной службе, органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, и с лишением в соответствии со ст. 48 УК РФ специального звания «капитан внутренней службы». В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО13 в исправительной колонии общего режима.

ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, с назначением ему наказания в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года с лишением права заниматься лечебной деятельностью на срок 2 (два) года. В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО7 в колонии-поселении. 

ФИО7 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 п.п. «а, б, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РК от 27 октября 2017 г. приговор Элистинского городского суда РК от 12 июля 2017 г. в отношении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7 и ФИО6 изменен: признано в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО6, его статус ветерана боевых действий и снижено наказание по ч. 1 ст. 285 УК РФ до 2 (двух) лет 9 (девяти) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии – поселении. 

В остальном приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы потерпевшей ФИО14, её представителей ФИО15 и ФИО16, осужденных ФИО3, и ФИО7, защитников Мухлаева А.Б. и Сергеева Б.В. в интересах осужденного ФИО7, защитника Спириной Л.В. в интересах осужденного ФИО4, защитников Эльдеевой Т.Х. и Сарангова Е.Н. в интересах осужденного ФИО5 –без удовлетворения. 

Указанными судебными актами установлено, что дежурный помощник начальника колонии дежурной части отдела безопасности ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия ФИО4, старший оперуполномоченный оперативного отдела ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия ФИО3, младший инспектор группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия ФИО5, являясь должностными лицами, были наделены организационно-распорядительными полномочиями по отношению к сотрудникам ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия и неопределенному кругу лиц, отбывающих наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия.

20 ноября 2015 г. в результате совместных противоправных действий должностных лиц учреждения, ФИО4, ФИО3 и ФИО5, выразившихся в нанесении множественных ударов ногами, руками, палкой резиновой ПР-73, используемой в качестве оружия, ФИО2, отбывавшему наказание, были причинены телесные повреждения. В результате полученных телесных повреждений осужденный ФИО2 20 ноября 2015 г. примерно в 15 часов скончался на территории ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия, 

<

данные изъяты>. Своими действиями, явно выходящими за пределы должностных полномочий, выразившимися в жестоком обращении, унижающем человеческое достоинство, с необоснованным применением физической силы в отношении гражданина Российской Федерации – осужденного ФИО2, при отсутствии к тому каких-либо законных оснований, ФИО4, ФИО3, ФИО5 грубо нарушили права и законные интересы осужденного ФИО2, причинив последнему моральные страдания, физическую боль, телесные повреждения, от которых последний скончался, а также дискредитировали органы ФСИН Российской Федерации в целом, чем причинили существенный вред охраняемым законом интересам общества и государства.

Врач-терапевт туберкулезно-легочного отделения туберкулезной больницы № 2 ФКУЗ МСЧ-30 ФСИН России ФИО7 являясь должностным лицом, наделенным организационно-распорядительными полномочиями в отношении медицинского персонала туберкулезно-легочного отделения туберкулезной больницы № 2 ФКУЗ МСЧ-30 ФСИН России, а также неопределенного круга осужденных, содержащихся под стражей в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия. ФИО7 своими действиями, выразившимися в неисполнении возложенных на него обязанностей по незамедлительному оказанию осужденному ФИО2 срочной медицинской помощи, нарушил права и законные интересы осужденного ФИО2, предусмотренные федеральными законами, а также ст. 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Заместитель начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия ФИО6 являясь должностным лицом, наделенным организационно-распорядительными полномочиями по отношению к сотрудникам ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия и неопределенному кругу лиц, отбывающих наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия. Своими действиями по использованию своих служебных полномочий вопреки интересам службы, выразившихся в умышленном неисполнении требований должностной инструкции, федеральных законов, Уголовно-исполнительного кодекса РФ и ведомственных нормативно-правовых актов по обеспечению безопасности осужденных, соблюдению их прав и законных интересов, что объективно противоречило тем целям и задачам, для достижения которых он был наделен должностными полномочиями, неотложному принятию мер по предотвращению и пресечению незаконных действий сотрудников ФКУ ИК-1 ФИО4, ФИО3 и ФИО5 в отношении осужденного ФИО2, заместитель начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия ФИО6 существенно нарушил права и законные интересы осужденного ФИО2, а также дискредитировал органы ФСИН Российской Федерации в целом, чем существенно нарушил охраняемые законом интересы общества и государства.

Таким образом, вступившим в законную силу приговором суда от 12 июля 2017 г., с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РК от 27 октября 2017 г, установлено, что ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7 являясь должностными лицами, наделенными организационно-распорядительными полномочиями по отношению к сотрудникам ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия и неопределенному кругу лиц, отбывающих наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия, совершили в отношении осужденного ФИО2 незаконные противоправные действия, повлекшие его смерть. 

В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из материалов дела, ФИО30, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является родным сыном ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Так, согласно свидетельству о рождении ФИО30, серии №, выданным Отдел ЗАГС Городовиковского района Управления ЗАГС РК 16 июля 2015 года, в графе родители указаны отец ФИО2 и мать ФИО1, о чем составлена актовая запись о рождении № от 16 июля 2015 года.

Системный анализ п.4 ст. 5 УПК РФ и ст. 151 ГК РФ позволяет сделать вывод, согласно которому у всех близких родственников погибшего возникает право на компенсацию морального вреда. Реализация права одним из родственников на данную компенсацию в рамках уголовного судопроизводства не лишает возможности других родственников реализовать это право в другом порядке, путем подачи гражданского иска в суд.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда имеет каждое из перечисленных в п.4 ст. 5 УПК РФ лиц, при условии причинения им нравственных страданий. Переход прав потерпевшего лишь к одному из его близких родственников сам по себе не может рассматриваться как основание для лишения прав всех иных близких родственников.

ФИО1, предъявившая иск в интересах несовершеннолетнего сына – ФИО30, имеет право на компенсацию морального вреда, поскольку в результате действий должностных лиц ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Калмыкия, приведших к смерти отца ребенка, последнему причинены нравственные страдания. 

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Жизнь относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а ее защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а взыскивается с учетом конкретных обстоятельств дела с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевших, денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевших за перенесенные страдания, иметь целью смягчение эмоционально-психологического состояния потерпевшего.

Суд принимает во внимание, что гибель отца является для его сына невосполнимой потерей. ФИО30 навсегда лишился заботы, поддержки, внимания близкого человека, на которые вправе рассчитывать любой ребенок в период своего роста, развития, становления как личности. Жизнь без отца, приходящее с возрастом осознание обстоятельств гибели отца, по мнению суда, неизбежно повлекут эмоциональные страдания, нарушающие психическое благополучие ребенка. 

Суд самостоятельно определяет размер компенсации морального вреда.

Суд, при наличии указанных обстоятельств, полагает, что размер компенсации морального вреда в сумме 2 000 000 руб. является достаточным и разумным, поскольку названной суммой может быть частично компенсирован невосполнимый моральный ущерб.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 21 мая 2012 г. № 636 «О структуре федеральных органов исполнительной власти» к федеральным органам исполнительной власти отнесена, в том числе, Федеральная служба исполнения наказания.

В соответствии с п. 1 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314 (Положение), ФСИН России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, функции по содержанию лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, и подсудимых, находящихся под стражей, их охране и конвоированию, а также функции по контролю за поведением условно осужденных и осужденных, которым судом предоставлена отсрочка отбывания наказания, и по контролю за нахождением лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, в местах исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений.

Согласно п.п. 3 п. 3 Положения одной из основных задачей ФСИН России является обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. 

Пунктом 5 Положения установлено, что ФСИН России осуществляет свою деятельность непосредственно и (или) через свои территориальные органы, учреждения, исполняющие наказания, следственные изоляторы, а также предприятия, учреждения и организации, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы.

Финансирование расходов на содержание ФСИН России, ее территориальных органов, учреждений, исполняющих наказания, осуществляется за счет средств, предусмотренных в федеральном бюджете (п. 13 Положения).

Согласно подпункту 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Подпунктом 6 п. 7 Положения «О Федеральной службе исполнения наказаний», утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, предусмотрено, что ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, по смыслу приведенных норм права по искам о возмещении компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) сотрудников ФКУ «Исправительная колония – 1» УФСИН России по Республики Калмыкия, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает непосредственно Федеральная служба исполнения наказаний как главный распорядитель бюджетных средств. 

Учитывая, что смерть ФИО2 наступила в результате незаконных действий должностных лиц УФСИН России по Республике Калмыкия при исполнении ими обязанностей в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, при этом ответственность за необеспечение безопасности осужденных, содержащихся в учреждениях, исполняющих наказания, несет федеральный орган исполнительной власти - ФСИН России, в данном случае вред должен быть возмещен Федеральной службой исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации.

Частью 1 ст. 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, изложенной в определении от 17 июля 2007 г. № 382-О-О, часть первая статьи 100 ГПК Российской Федерации предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. Поскольку реализация названного права судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, притом что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, данная норма не может рассматриваться как нарушающая конституционные права и свободы заявителей.

Решение вопроса о пределах взыскания сумм расходов на оплату услуг представителя отнесено ст. 100 ГПК РФ к компетенции суда, рассмотревшего дело, поэтому суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Как следует из договора об оказании юридических услуг от 26 мая 2018 г., расписки о получении денежных средств от 26 мая 2018 г., сумма вознаграждения ФИО8 за представление интересов истца составила 30 000 руб.

Суд, принимая во внимание доводы представителя о составлении искового заявления, исходя из характера и объема произведенной представителем работы по сбору доказательств, принимая во внимание продолжительность рассмотрения дела, участие представителя в судебном заседании, с учетом принципа разумности и справедливости, полагает возможным удовлетворить заявление истца частично, взыскав с ответчика в пользу истца расходы на представителя в размере 20 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, заявленные в интересах несовершеннолетнего ФИО30 удовлетворить.

Взыскать с Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 2 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда, 20 000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя. 

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Элистинский городской суд Республики Калмыкия.

Председательствующий: Г.З. Оляхинова.