Судья Бендовская Е.В. 

Дело № 22-4958/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 28 августа 2020 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Толкачевой И.О.,

при секретаре Ларионовой Е.В.,

с участием прокурора Демидовой Е.С.,

осужденного ФИО1,

адвоката Калиничевой Н.А.,

защитника Калинина Н.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Пермского районного суда Пермского края от 9 июля 2020 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

19 декабря 2019 года Пермским районным судом Пермского края по ч. 3 ст. 327 УК РФ к 6 месяцам ограничения свободы (неотбытое наказание 12 дней ограничения свободы),

осужден по ст. 264.1 УК РФ к 1 году лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев,

на основании ст. 70, п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Пермского районного суда Пермского края от 19 декабря 2019 года к 1 году 2 дням лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев.

Срок наказания исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, в срок отбытия наказания в виде лишения свободы зачтено время следования в колонию-поселение из расчета один день за один день.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы и поступивших возражений, заслушав выступления осужденного ФИО1, адвоката Калиничевой Н.А., защитника Калинина Н.Г. в поддержание доводов жалобы, мнение прокурора Демидовой Е.С. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в управлении механическим транспортным средством в состоянии опьянения, являясь лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено 1 мая 2020 года в д. Ясыри Пермского района Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. По мнению автора жалобы, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы. Считает, что в ходе дознания было нарушено его право на защиту, а также нарушено право на полное, всестороннее и объективное расследование уголовного дела и его рассмотрение судом. Признает, что находился 1 мая 2020 года в алкогольном опьянении, однако в связи с угрозой жизни отца, чтобы отдать больному отцу таблетки, сел за руль и поехал на механическом транспортном средстве, которое не является мопедом, что подтверждено фотографиями в уголовном деле. Отмечает, что несмотря на осознание им своей вины и раскаяние в содеянном, о чем он заявил в последнем слове, судом ему назначено чрезмерно суровое наказание, без учета его положительных характеристик, болезни отца и того обстоятельства, что он один воспитывает двоих несовершеннолетних детей, для которых является единственным кормильцем. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель прокуратуры Пермского района Пермского края Форсюк Р.А. находит приговор законным и обоснованным, назначенное ФИО1 наказание – справедливым, просит оставить его без изменения, доводы жалобы осужденного – без удовлетворения. 

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО1 о незаконности его осуждения за преступление, установленное приговором, выводы суда о доказанности его виновности в этом преступлении основаны на проверенных и исследованных в судебном заседании доказательствах, которым суд дал оценку с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу.

При этом суд в соответствии со ст. ст. 87, 88, 307 УПК РФ указал мотивы, по которым в основу его выводов положены одни и отвергнуты другие доказательства, в том числе показания осужденного К., который в судебном заседании вину не признал, утверждал, что управлял транспортным средством, действуя в условиях крайней необходимости.

В подтверждение выводов о доказанности виновности К. в инкриминируемом ему деянии суд обоснованно сослался на его показания, данные в ходе предварительного расследования, а также на показания свидетелей Р., К1., Д., З., В., которые получены с соблюдением требований УПК РФ, правильно процессуально закреплены в материалах дела, оснований не доверять им у суда не имелось.

Так, из показаний осужденного К. при допросе в качестве подозреваемого следует, что 1 мая 2020 года в вечернее время он употреблял пиво, около 23:10 по просьбе отца привезти лекарство он на своем мопеде без государственного регистрационного знака поехал к отцу, был остановлен сотрудниками ГИБДД, по просьбе которых предъявил документы на мопед. В ходе беседы сотрудник ГИБДД выявил у него признаки алкогольного опьянения, его отстранили от управления мопедом, предложили пройти освидетельствование на состояние опьянения, на что он согласился. В присутствии понятых посредством алкотеста у него было установлено состояние опьянения, с показаниями прибора он согласился.

Суд первой инстанции правильно исходил из того, что данные показания К. получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, при допросе подозреваемого К. присутствовал адвокат, протокол подписан участниками следственного действия, замечаний от подозреваемого и защитника о ходе проведения допроса не поступило.

Свидетели Р. и К1. – сотрудники ГИБДД отдела МВД России по Пермскому району показали, что 1 мая 2020 года, находясь на дежурстве, увидели движущийся мопед, водитель которого был без шлема. Они поехали за ним, остановили водителя, при общении с которым выявили у него признаки алкогольного опьянения, а именно запах алкоголя изо рта, нарушение речи. Водитель К. был отстранен от управления транспортным средством, с согласия осужденного в присутствии понятых было проведено освидетельствование на состояние опьянения. У К. было установлено состояние алкогольного опьянения, с результатом освидетельствования К. согласился. Также было установлено, что ранее К. привлекался к административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения. На месте происшествия был осмотрен мопед, которым управлял К., знакомый осужденного предоставил им документы на мопед, объем двигателя которого менее 50 см?. Данное транспортное средство регистрационному учету в ГИБДД не подлежит, на его управление требуется специальное право категории «М».

Свидетели З. и В. подтвердили свое участие в качестве понятых при проведении освидетельствования на состояние опьянения К., с помощью прибора стояние опьянения осужденного было установлено, с результатами которого он согласился.

Свидетель Д. – старший инспектор группы по ИАЗ отдельной роты ДПС ГИБДД отдела МВД России по Пермскому району сообщил, что согласно Правилам дорожного движения мопедом является двух или трехколесное механическое транспортное средство, развивающее скорость не более 50 км/ч или имеющее объем двигателя не более 50 см?, для управления которым требуется специальное право категории «М».

Показания осужденного К. в ходе дознания и свидетелей подтверждены исследованными в судебном заседании материалами дела, включая акт освидетельствования на состояние опьянения и чек алкотестера, которыми установлено состояние алкогольного опьянения К., протокол осмотра мопеда «Fortune» без государственного регистрационного знака, которым управлял К., копией постановления мирового судьи судебного участка № 4 Пермского судебного района Пермского края, и.о. мирового судьи судебного участка № 5 Пермского судебного района Пермского края, от 27 мая 2019 года, вступившего в законную силу 25 июня 2019 года, согласно которому К. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 11 месяцев, а также иными протоколами следственных и процессуальных действий, подробное изложение и анализ которых суд привел в приговоре.

При оценке показаний осужденного К. в ходе дознания и указанных свидетелей суд правильно признал их достоверными, поскольку установил, что они согласуются друг с другом, не содержат существенных противоречий и фактически устанавливают одни и те же обстоятельства.

В судебном заседании суд первой инстанции не усмотрел оснований для самооговора осужденного, а также не установил данных, свидетельствующих о неправдивости показаний свидетелей, заинтересованности в исходе дела и оговоре К., не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Версия стороны защиты о том, что К. управлял не мопедом, а иным транспортным средством, судом тщательно исследована и обоснованно отвергнута как опровергающаяся материалами дела и не нашедшая подтверждения.

Показания К. и свидетелей об управлении осужденным мопедом полностью соответствуют протоколу осмотра места происшествия, в ходе которого осмотрен мопед «Fortune», которым управлял К., при этом данный протокол подписан К., замечаний от него, а также от иных участников данного следственного действия о правильности занесения сведений в протокол не поступило, в том числе, в части неверного указания наименования осмотренного транспортного средства.

Доводы осужденного о том, что он управлял скутером, не опровергают выводы суда о том, что К. управлял механическим транспортным средством, для управления которым требуется специальное право, исходя из его технических характеристик, в связи с чем мопед «Fortune», которым управлял К., был признан таким транспортным средством, при управлении которым водитель должен соблюдать Правила дорожного движения РФ. 

Заявление осужденного К. о том, что нарушение правил дорожного движения было вызвано необходимостью доставить лекарство для больного отца, не расценивается судом апелляционной инстанции, как оправдывающие нарушение Правил дорожного движения, а в итоге и уголовного закона. Экстренная медицинская помощь могла быть оказана соответствующей специальной экстренной службой.

Исследованные в судебном заседании доказательства, устанавливающие в совокупности факты, изобличающие К. в инкриминируемом деянии, позволили суду правильно определить фактические обстоятельства управления им механическим транспортным средством в состоянии опьянения и сделать обоснованный вывод о доказанности виновности осужденного.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им. Все доказательства полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Поэтому доводы жалобы о том, что приговор суда является незаконным и необоснованным, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, суд апелляционной инстанции находит необоснованными.

Данных, свидетельствующих о неполноте или односторонности предварительного расследования и судебного следствия, что могло повлиять на законность и обоснованность приговора, не имеется. 

Судом дело рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по настоящему делу не допущено.

Принимая во внимание, что, исходя из положений ч. 2 ст. 49 УПК РФ, допуск наряду с адвокатом в качестве защитника лица, о допуске которого ходатайствует обвиняемый, на досудебной стадии уголовного судопроизводства не предусмотрен, доводы осужденного К. о нарушении его права на защиту в ходе дознания несостоятельны. 

При таких обстоятельствах обоснованность осуждения К. по ст. 264.1 УК РФ сомнений не вызывает, правовая оценка действиям осужденного судом дана правильно. 

Наказание осужденному К. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, личности виновного, его состояния здоровья, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, исходя из принципов справедливости, в целях исправления осужденного.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд обоснованно учел наличие малолетнего и несовершеннолетнего детей, признание вины в совершении преступления в ходе предварительного расследования, наличие хронических заболеваний у отца осужденного. 

Все смягчающие обстоятельства при назначении наказания К. из числа предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, которые усматриваются в материалах дела, судом учтены. Оснований для признания смягчающими каких-либо иных, помимо указанных в приговоре суда, обстоятельств не усматривается.

Таким образом, все влияющие на назначение справедливого наказания обстоятельства, в том числе те, на которые имеется ссылка в апелляционной жалобе осужденного, были известны суду и в полной мере учтены при постановлении обвинительного приговора.

Каких-либо не учтенных судом обстоятельств, указывающих на необходимость смягчения назначенного осужденному наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, данных о личности виновного, суд первой инстанции, с приведением соответствующих мотивов, пришел к обоснованному выводу о назначении К. наказания, связанного с реальным лишением свободы с обязательным дополнительным наказанием, и не нашел оснований для назначения более мягкого наказания, а также для применения положений ст. ст. 53.1, 64, 73 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции таких оснований также не находит.

Основания к применению положений ч. 1 ст. 82 УК РФ, то есть отсрочки отбывания наказания до достижения его ребенком четырнадцатилетнего возраста, при рассмотрении уголовного дела отсутствовали, поскольку осужденный единственным родителем малолетнего ребенка не является.

Доводы стороны защиты об отсутствии оснований для применения ст. 70 УК РФ несостоятельны, так как на момент постановления приговора наказание по приговору суда от 19 декабря 2019 года К. не отбыл. 

Назначенное осужденному К. наказание, как основное, так и дополнительное, отвечает требованиям закона, а так же целям наказания, установленным в ст. 43 УК РФ, соразмерно содеянному, а потому чрезмерно суровым и явно несправедливым не является, оснований к его смягчению суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вид исправительного учреждения, где осужденному следует отбывать наказание, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, определен судом правильно, верно установлены сроки исчисления и зачета наказания.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов суд апелляционной инстанции не находит, оснований для отмены или изменения приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Пермского районного суда Пермского края от 9 июля 2020 года в отношении осужденного К. оставить без изменения, а его апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в суд кассационной инстанции.

Председательствующий подпись