В окончательной форме 

решение

 суда принято 02 июня 2017 года

Дело № 2 - 324/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Ялта 29 мая 2017 года

Ялтинский городской суд Республики Крым в составе председательствующего судьи Кононовой Ю.С. при секретаре Лемешко О.В., с участием истца – ФИО4, представителей истца – ФИО5, ФИО6, ответчика – ФИО7, представителя ответчика – ФИО8, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО7 о признании строения самовольным, устранении препятствий в пользовании имуществом;

по встречному иску ФИО7 к ФИО4 о признании незаконным свидетельства и отмене государственной регистрации,

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО7 о признании строения, расположенного на земельном участке (кад. №) по адресу: 

<

адрес> самовольным; устранении препятствий в пользовании имуществом – жилым домом и земельным участком, обязав ФИО7 снести самовольное строение, расположенное на земельном участке (кадастровый №) по адресу: 

<

адрес>

Исковые требования мотивированы тем, что истец является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, а также расположенного на нем жилого дома. Рядом с принадлежащим истцу земельным участком расположен земельный участок, принадлежащий на праве собственности ФИО7, которая без надлежаще оформленных документов самовольно осуществляет строительство двухэтажного здания без согласования с ним, как со смежным землепользователем. Истец считает, что возведение ответчиком двухэтажного здания на земельном участке с целевым назначением – строительство индивидуального гаража, нарушает требования градостроительных, строительных и противопожарных норм и правил. Строение второго этажа возводится на расстоянии 20 см от окон его жилого дома, в связи с чем полностью перекрывает ему доступ дневного счета, нарушает требования освещенности и инсоляции. В результате сокращения противопожарного расстояния между соседними строениями создана угроза жизни и здоровью истца и членам его семьи. Таким образом, истец полагает, что второй этаж двухэтажного здания возведен ответчиком без необходимой разрешительной документации, на не отведенном для этих целей земельном участке, в обход законодательства и с нарушением прав и интересов соседних застройщиков, что является основанием для его сноса.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали заявленные исковые требования в полном объеме, просили удовлетворить иск.

Ответчик и её представитель исковые требования не признали, возражения мотивировали тем, что и истцу, и ответчику земельные участки были предоставлены для строительства индивидуальных гаражей блокированной застройки. Вместе с тем, истцом в нарушение требований земельного и градостроительного законодательства, вплотную к границе её земельного участка, был возведен жилой дом, с устройством окон на сторону принадлежащего ей земельного участка, в обход действующего законодательства и с нарушением её прав и интересов, как соседнего застройщика. Ответчицей в свою очередь были получены разрешительные документы на возведение гаража с надстройкой, разработана проектная документация, зарегистрирована декларация на начало выполнения строительных работ. 

Ответчиком предъявлено встречное исковое заявление о признании незаконным свидетельства о праве собственности на жилой дом лит. «А» общей площадью 137 кв. метров по адресу: 

<

адрес> и отмене государственной регистрации.

Требования встречного иска мотивированы тем, что возведенный ФИО4 жилой дом на земельном участке, предназначенном для строительства индивидуального гаража, является самовольным строением. Разрешение на строительство жилого дома ФИО4 не выдавалось, в связи с чем оформление на него права собственности как на жилой дом было произведено с нарушением требований действующего законодательства. При этом ответчик, злоупотребляя незаконно возникшим у него правом на жилой дом, чинит ей препятствия в пользовании её земельным участком.

Ответчик по встречному иску требования не признал, указав, что изначально в полученной им разрешительной и проектной документации на строительство индивидуального гаража было предусмотрено наличие на его втором этаже окон. Поскольку возведенное им строение соответствует требованиям, предъявляемым к жилым домам, считает, что оно не имеет признаков самовольного строительства, в связи с чем доводы ФИО7 являются необоснованными.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что решением Кореизского поселкового Совета № 464 от 14.09.2007 года ФИО2 был передан в собственность земельный участок общей площадью 0,0060 га (кад. №), расположенный по адресу: 

<

адрес> для строительства и обслуживания индивидуального гаража; 24 декабря 2007 года выдан Государственный акт на право собственности на вышеуказанный земельный участок.

11 февраля 2008 года между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор купли – продажи земельного участка площадью 0,0060 га, расположенного в 

<

адрес>. В договоре купли – продажи земельного участка указано, что его целевым назначением является строительство и обслуживание индивидуального гаража (л.д. 71-73). 

29 октября 2008 года ФИО4 был выдан Государственный акт на право собственности на земельный участок, приобретенный им на основании договора его купли – продажи (л.д. 77).

Согласно кадастровой выписке о земельном участке, сведения о нем внесены в государственный кадастр недвижимости с присвоением ему кад. номера №, с указанием вида разрешенного использования «малоэтажная жилая застройка».

Судом также установлено, что ФИО7 является собственником земельного участка площадью 0,0100 га с кад. номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с целевым назначением – для строительства индивидуальных гаражей, на основании Государственного акта на право собственности на земельный участок от 24 июля 2012 года (л.д. 62).

Согласно кадастровому паспорту земельного участка, сведения о нем внесены в государственный кадастр недвижимости с присвоением ему кад. номера №, с указанием вида разрешенного использования «малоэтажная жилая застройка» (размещение гаражей) (л.д. 122).

Судом установлено, что решением исполнительного комитета Кореизского поселкового Совета № 133 от 26 июня 2009 года ФИО4 было дано разрешение на разработку проектно – изыскательских работ на строительство индивидуального гаража с надстройкой мастерской и мансардного этажа на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес> (л.д. 79).

В 2008 года ЯФ ПИИ «Ялтакурортпроект» по заявлению ФИО4 был разработан проект на строительство индивидуального гаража с надстройкой по адресу: 

<

адрес>, согласно которому предполагалось строительство двухэтажного здания с мансардной, на первом этаже которого предусмотрено размещение гаража – мастерской и тамбура, на втором этаже – тамбура, двух подсобных помещений, санузла и мастерской; на мансардном этаже – тамбура, двух подсобных помещений и двух мастерских (л.д. 85-90).

31 августа 2009 года Государственной архитектурно – строительной инспекцией было выдано Разрешение на выполнение строительных работ № 1418 на строительство индивидуального гаража с надстройкой лит. «А» по адресу: 

<

адрес> (л.д. 84).

На основании вышеперечисленной проектной и разрешительной документации, ФИО4 было возведено строение лит. «А» по 

<

адрес>, состоящее из помещений первого этажа: 1-1 площадью 29,5 кв. метров, 1-2 площадью 4,5 кв. метров; помещений 2-го этажа: 1-3 площадью 2,7 кв. метров; 1-4 площадью 12,6 кв. метров; 1-5 площадью 2,6 кв. метров; 1-6 площадью 10,9 кв. метров; 1-7 площадью 12,7 кв. метров; помещений мансардного этажа: 1-8 площадью 3,0 кв. метров; 1-9 площадью 15,6 кв. метров; 1-10 площадью 5,2 кв. метров; 1-11 площадью 11,8 кв. метров; 1-12 площадью 5,2 кв. метров, общей площадью 137 кв. метров (л.д. 97-100).

24 сентября 2009 года был выдан Акт готовности объекта к эксплуатации – строительство индивидуального гаража с надстройкой, расположенного в 

<

адрес>, лит. «А», а 29 сентября 2009 года – свидетельство о соответствии выстроенного объекта в виде индивидуального гаража с надстройкой, общей площадью 137 кв. метров, - проектной документации, а также требованиям государственных стандартов, строительных норм и правил (л.д. 194-199).

Согласно приложению № 1 к Акту готовности, в эксплуатацию было введено строение, лит. «А» по 

<

адрес>, состоящее из следующих помещений: на первом этаже: гараж 1-1 площадью 29,5 кв. метров; кладовая 1-2 площадью 7,5 кв. метров; на втором этаже: тамбур 1-3 площадью 2,7 кв. метров; мастерская 1-4 площадью 12,6 кв. метров; санузел 1-5 площадью 2,6 кв. метров; тамбур 1-6 площадью 10,9 кв. метров, мастерская 1-7 площадью 12,7 кв. метров; мансардный этаж: санузел 1-8 площадью 3,0 кв. метров; мастерская 1-9 площадью. 15,6 кв. метров, кладовая 1-10 площадью 5,2 кв. метров, подсобное помещение 1-11 площадью 11,8 кв. метров, подсобное помещение 1-12 площадью 5,2 кв. метров, подвал площадью 17,7 кв. метров, а также: открытая терраса «а1» площадью 17,0 кв. метров, открытая терраса «а2» площадью 22,1 кв. метров, лестница площадью 3,8 кв. метров, балкон «а3» площадью 3,2 кв. метров, подвал площадью 25,8 кв. метров (л.д. 210).

23 ноября 2009 года на вышеуказанный объект недвижимого имущества – индивидуальный гараж с надстройкой, расположенный по адресу: 

<

адрес>, ФИО4 было выдано свидетельство о праве собственности.

Вместе с тем, на основании решения исполнительного комитета Кореизского поселкового Совета № 192 от 24.10.2012 года и решения исполнительного комитета Кореизского поселкового Совета № 211 от 24.10.2012 года, взамен Свидетельства о праве собственности на индивидуальный гараж, 05.12.2012 года ФИО4 было выдано свидетельство о праве собственности на жилой дом лит. «А» общей площадью 137 кв. метров, жилой площадью 25,30 кв. метров, открытая терраса лит. «а» площадью 17 кв. метров, открытая терраса лит. «а1» площадью 22,10 кв. метров, лестница лит. «а2» площадью 3,20 кв. метров, балкон лит. «а2» площадью 3,20 кв. метров, расположенный в 

<

адрес> (л.д. 61, 39-41).

При этом судом установлено, что согласно инвентаризации, проведенной 22.09.2008 года, на соседнем земельном участке, принадлежащем ФИО7, по адресу: 

<

адрес>, расположено одноэтажное строение, состоящее из помещения 1-1 площадью 20,2 кв. метров (л.д. 205).

10 сентября 2013 года органом архитектуры были выданы ФИО3 градостроительные условия и ограничения застройки земельного участка, расположенного в 

<

адрес> предназначенного для строительства индивидуальных гаражей.

Согласно основным технико – экономическим показателям объекта строительства, на участке возможно возведение двухэтажного объекта строительства, площадью застройки 77, кв. метров, общей площадью 129,36 кв. метров (л.д. 206-в).

В 2013 года Ялтинским филиалом ПИИ «Укркурортпроект» был разработан рабочий проект на реконструкцию гаража с надстройкой по адресу: 

<

адрес>, согласно которому предполагалось строительство двухэтажного здания высотой 8,15 метров, общей площадью 129,20 кв. метров, площадь застройки участка – 76,35 кв. метров (л.д. 134-172).

15 октября 2013 года Инспекцией государственного архитектурно – строительного контроля в АР Крым было зарегистрировано Декларацию о начале выполнения ФИО3 строительных работ по реконструкции гаража с надстройкой по адресу: 

<

адрес> (л.д. 58-59).

По настоящему делу было назначено проведение комплексной судебной строительно – технической и землеустроительной экспертизы.

Проведенным экспертом исследованием установлено, что ФИО7 на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, производит реконструкцию гаража с надстройкой этажа. На день осмотра работы проведены по строительству гаража и стен надстройки.

Согласно пункту 1 ст. 222 Гражданского Кодекса Российской Федерации, самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Из содержания пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что применяя статью 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам необходимо учитывать следующее. Собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки, вправе обратиться в суд по общим правилам подведомственности дел с иском о сносе самовольной постройки. 

Исходя из изложенных положений законодательства и приведенных разъяснений в предмет доказывания по иску о сносе самовольной постройки входит установление следующих фактов:

1) наличие у спорного объекта признаков самовольной постройки;

2) наличие у истца вещного права или законного владения земельным участком, на котором возведена постройка, либо нарушение прав и законных интересов истца сохранением самовольной постройки.

В силу ст. ст. 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. 

Такой иск подлежит удовлетворению в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Как указано в пункте 46 названного постановления, при рассмотрении исков об устранении нарушений прав, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Особенности распределения обязанности доказывания по данному иску заключаются в том, что лицо, обратившееся в суд, должно представить доказательства принадлежности ему имущества на праве собственности или ином вещном праве и совершения ответчиком действий, препятствующих осуществлению законным владельцем своих прав в отношении данного имущества. Ответчик при этом должен доказать правомерность своего поведения.

Истец ФИО4 в обоснование своих требований ссылается на создание ФИО7 постройки с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, целевого использования земельного участка, вследствие чего нарушены его законные права и интересы владельца соседнего участка и жилого дома, а также создана угроза его жизни и здоровью.

Так, из пояснений истца следует, что нарушение его прав ответчицей в результате возведения стен второго этажа заключается в том, что он как владелец соседнего дома лишен возможности обслуживать и ремонтировать стены своего домовладения; ему перекрыт доступ к окнам для эвакуации в случае пожара, нарушено естественное освещение и инсоляция жилого помещения.

Заключением проведенной по делу экспертизы установлено, что возводимый ФИО3 объект строительства в основном расположен в границах принадлежащего ей земельного участка и частично соответствует выданным зам. Начальника ГУГАиРР ЯГС ФИО1 градостроительным условиям и ограничениям застройки земельного участка. 

Так, экспертом установлено, что строение по адресу: 

<

адрес> расположено вблизи красных линий и линий регулирования застройки, что не соответствует требованиям ДБН 360-91** и п. 4 Градостроительных условий и ограничений.

Также установлено, что исследуемое строение расположено на расстоянии 0,10-0,20 м от стен строения по адресу: 

<

адрес>, что не соответствует требованиям ДБН 360-92** и п. 6 Градостроительных условий и ограничений застройки земельного участка.

Также экспертом указано, что в материалах дела отсутствуют данные о инженерно – геологических изысканиях для строительства и данные о противооползневых мероприятиях, что не соответствует требованиям ДБН А.2.1-1-2008, при условии их не выполнения, а также требованиям п. 8 Градостроительных условий и ограничения застройки.

В числе существенных нарушений экспертом описаны следующие недостатки проектной документации ФИО7 на реконструкцию: не описаны в проекте инженерные изыскания на новые земельные участки, а при реконструкции объекта – не уточнены ранее выполненные инженерные изыскания; отсутствует утверждение рабочего проекта соответствующими службами; отсутствует описание свидетельства о праве собственности на недвижимое имущество в виде одноэтажного гаража лит. «А» площадью 20,2 кв. метров, данных о его сдаче в эксплуатацию, что по мнению эксперта может повлиять на прочность конструкций возведенного строения. 

Также экспертом установлено, что исследуемое строение по адресу: 

<

адрес>, расположено на расстоянии 0,10-0,20 м от стен с окнами в жилых комнатах строения по адресу: 

<

адрес>, что не соответствует требованиям СП 42.13330.2011 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений», Федерального закона Российской Федерации от 22 июля 2008 года № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», Санитарные правила и нормы СаН ПиН 2.2.1/2.1.1.1076-01 «Проектирование, строительство, реконструкция и эксплуатация предприятий, планировка и застройка населенных мест. Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий и территорий», Федерального закона «О санитарно – эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 года № 52-ФЗ, СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно – эпидемиологические правила и нормативы».

При этом указано, что подъездные пути для пожарной техники к строению по адресу: 

<

адрес>, имеются, что соответствует требованию СП 13.13330.2012 «Стоянки автомобилей». Актуализированная редакция СНиП 21-02-99*».

Вид разрешенного использования земельного участка по адресу: 

<

адрес>, допускает возведение на нем выстроенного на сегодняшний день объекта строительства (реконструкция индивидуального гаража).

Возведенный объект по адресу: 

<

адрес>, создает угрозу жизни и здоровью смежным землепользователям и собственникам недвижимого имущества по адресу: 

<

адрес>, поскольку препятствует обслуживанию стен, закрывает доступ к стенам и окнам для эвакуации людей в безопасную зону в случае пожара, нарушает естественное освещение и инсоляцию жилых помещений строения по адресу: 

<

адрес>.

Оценивая вышеуказанное заключение эксперта в совокупности с иными представленными сторонами в материалы дела письменными доказательствами, судом установлено следующее.

Проведенной по делу экспертизой установлено, что возведенное ФИО7 строение находится в границах принадлежащего ей земельного участка и возведение на нем индивидуального гаража с надстройкой соответствует его виду разрешенного использования.

При этом суд не может согласиться с выводами эксперта, а также доводами истца о создании строением ответчицы угрозы жизни и здоровью смежным землепользователям, исходя из следующего.

Так, Департаментом Градостроительства, архитектуры и развития территории ЯГС неоднократно были даны ответы ФИО4 на его обращения о том, что земельные участки на имя ФИО7 и ФИО4 были отведены под строительство индивидуальных гаражей. При этом в целях экономии особо ценных земель ЮБК, застройка может вестись сблокировано (без учета требований ДБН 360-92**, п. 3.25), с учетом интересов соседних застройщиков. Таким образом, при выдаче ФИО7 градостроительных условий и ограничений застройки принадлежащего ей земельного участка предполагалось, что на соседнем земельном участке расположено нежилое строение.

На момент предоставления истцу и ответчику в собственность земельных участков, основные требования к планированию и застройке как новых, так и существующих городских и сельских поселений Украины, их санитарного упорядочения и оздоровления были установлены Государственными санитарными правилами планирования и застройки населенных пунктов, утвержденными Приказом Министерства охраны здоровья Украины № 173 от 19.06.1996 года, зарегистрированным в Министерстве юстиции Украины от 24 июля 1996 года.

В соответствии с Приложением № 10 к вышеуказанным Государственным санитарным правилам, расстояния от наземных, наземно – подземных гаражей до жилых домов и общественных строений должно быть не менее 10 метров.

В соответствии с п. 2.9 ДБН 79-92 «Жилые дома для индивидуальных застройщиков Украины» было установлено, что расстояние от стен дома с окнами, что выходят из жилых комнат, кухонь, веранд и главных входов в дом (квартиру) до других жилых строений и хозяйственных построек должно быть не менее 7 метров по градостроительным требованиям.

На сегодняшний день градостроительные требования к размещению строений на земельном участке изложены в СП 42.13330.2011.

Пунктом 7.1 СП 42.13330.2011 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений». Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89 предусмотрены градостроительные требования к размещению строений на земельном участке : «В районах усадебной и садово-дачной застройки расстояния от окон жилых помещений (комнат, кухонь и веранд) до стен дома и хозяйственных построек, расположенных на соседних земельных участках, должны быть не менее 6 м. Расстояние от границы участка должно быть не менее, м : до стены жилого дома 3; до хозяйственных построек -1.

Расстояние между жилыми зданиями, жилыми и общественными, а также производственными зданиями следует принимать на основе расчетов инсоляции и освещенности в соответствии с требованиями, приведенными в разделе 14 настоящих норм, нормами освещенности, приведенными в СП 52.13330, а также в соответствии с противопожарными требованиями, приведенными в разделе 15 настоящего свода правил.

Между длинными сторонами жилых зданий следует принимать расстояния (бытовые разрывы): для жилых зданий высотой 2-3 этажа – не менее 15 метров; 4 этажа – не менее 20 метров; между длинными сторонами и торцами этих же зданий с окнами из жилых комнат – не менее 10 метров. 

Судом установлено, что истцом ФИО4 на земельном участке площадью 60 кв. метров, предназначенном для строительства индивидуального гаража, был выстроен жилой дом, площадь застройки под которым составляет 56 кв. метров, то есть более 90% земельного участка истца.

Таким образом, судом установлено, что изначально площадь и целевое назначение земельного участка истца не позволяли возведение на нем индивидуального жилого дома, при условии соблюдения при его строительстве требований градостроительных, пожарных, санитарных норм и правил, а также интересов смежных землепользователей.

Особенности регулирования земельных отношений на территории Республики Крым законодательно закреплены в Законе Республики Крым № 38-ЗРК от 31 июля 2014 года «Об особенностях регулирования имущественных и земельных отношений на территории Республики Крым» (далее – Закон № 38-ЗРК), статьей 1 которого определено, что правовую основу регулирования на территории Республики Крым земельных и имущественных отношений составляют нормы федерального законодательства с учетом особенностей, установленных настоящим Законом.

В соответствии со ст. 7 Закона № 38-ЗРК, разрешенным использованием земельных участков признаются виды функционального использования земельного участка в пределах его целевого назначения, определенные документами, подтверждающими право на земельный участок, землеустроительной и градостроительной документацией, утвержденной в установленном порядке до вступления в силу Федерального конституционного закона.

До утверждения правил землепользования и застройки, утверждения лесохозяйственных регламентов разрешенное использование земельных участков определяется в порядке, установленном Советом министров Республики Крым с учетом утвержденных документов территориального планирования.

Положение об особенностях отнесения к определенной категории земель и определения вида разрешенного использования земельных участков утверждено Постановлением Совета министров Республики Крым № 378 от 15 октября 2014 года.

Согласно Таблицы соотнесения видов разрешенного использования земельных участков и категорий земель (приложение 2 к Постановлению), указанный вид функционального использования земельного участка предполагает следующий вид его разрешенного использования: для строительства индивидуального гаража – объекты гаражного назначения - размещение отдельно стоящих и пристроенных гаражей, в том числе подземных, предназначенных для хранения личного автотранспорта граждан, с возможностью размещения автомобильных моек.

Таким образом, судом установлено, что возведение ФИО4 жилого дома на земельном участке, предназначенном для строительства индивидуального гаража, не соответствует виду разрешенного использования земельного участка и свидетельствует о наличии признаков самовольного строительства.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений Раздела 1 части 1 Гражданского Кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Истцом ФИО4 не представлено суду доказательств изменения в установленном законом порядке вида разрешенного использования находящегося в его собственности земельного участка; получения разрешения на реконструкцию и перевод возведенного им гаража с надстройкой в жилое помещение, вследствие которых им были устроены окна в стене, выходящей в сторону объекта реконструкции ответчика.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что доводы истца о нарушении инсоляции и освещенности его помещений в результате возведения ответчиком строения со стороны стены его жилого дома изначально основаны на его недобросовестном поведении, поскольку при строительстве трехэтажного жилого дома вместо гаража истцом были нарушены требования градостроительной документации города, вид разрешенного использования земельного участка, а также требования к противопожарным и санитарным расстояниям до соседнего земельного участка, предъявляемого к жилым строениям.

Поскольку судом установлено, что возведенное ФИО4 строение, расположенное по 

<

адрес>, может использоваться только как нежилое строение гаража, его доводы о нарушении строением ответчика освещенности и инсоляции помещений второго этажа суд считает необоснованными, поскольку нормами СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно – эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях», соответствующие требования к нежилым помещениям не регламентированы.

Суд также не может согласиться с выводами эксперта о несоблюдении ответчиком требований о противопожарных расстояниях между зданиями, вследствие чего создана угроза жизни и здоровья истцу.

Так, с 12.07.2012 статья 75 Федерального закона "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" и таблица 11, содержащая конкретные противопожарные расстояния, утратили силу, статья 69 (Противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями и строениями) изложена в новой редакции, не предусматривающей конкретные противопожарные расстояния и порядок их определения (Федеральный закон от 10.07.2012 N 117-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности").

Согласно ч. 1 ст. 69 Федерального закона N 123-ФЗ от 22.07.2008 "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" (далее - Закон N 123-ФЗ) противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения.

Согласно таблице 11 Федерального закона № 123-ФЗ, противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями и строениями рассчитываются в зависимости от степени огнестойкости и класса конструктивной пожарной опасности зданий, сооружений и строений.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 144 Федерального закона N 123-ФЗ, декларирование пожарного риска является одной из форм оценки соответствия объектов защиты требованиям пожарной безопасности, установленным техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом "О техническом регулировании", нормативными документами по пожарной безопасности.

Статьей 93 Закона N 123-ФЗ, устанавливающей нормативы значения пожарного риска для производственных объектов, установлен предел значения величины индивидуального пожарного риска в зданиях, сооружениях и на территориях производственных объектов в размере одной миллионной в год (часть 1).

Вместе с тем, в заключении эксперта отсутствуют Расчеты индивидуального пожарного риска для зданий истца и ответчика; при проведении исследования не установлено, что величина индивидуального пожарного риска превышает допустимые значения, установленные Законом N 123-ФЗ.

Таким образом, истцом не представлено суду достоверных и допустимых доказательств, свидетельствующих, что возведение ответчиком нежилого строения гаража на принадлежащем ей земельном участке не соответствует требованиям пожарной безопасности.

Что касается остальных нарушений, зафиксированных в заключении эксперта, в части несоответствия проектной документации ФИО7, суд считает необходимым отметить, что при разрешении споров об устранении нарушений прав собственника необходимо учитывать, что указываемая собственником угроза должна быть реальной, а не абстрактной, то есть основанной не только на формальных нарушениях каких-либо норм и правил, но и на фактических обстоятельствах в отношении расположения спорного сооружения, свидетельствующих об объективных фактах нарушения прав истца.

Истцом не предоставлено суду доказательств, что возводимое ответчицей строение препятствует ему пользоваться соседним земельным участком, а также возведенным на нем строением в случае его использования по назначению, в качестве гаража.

Таким образом, суд считает, что нарушения прав истца, которыми он обосновывает свои исковые требования, изначально основаны на его неправомерном поведении, злоупотреблении им своим правом собственника земельного участка, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленных им исковых требований.

При этом суд считает, что встречный иск также не подлежит удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии со ст. 2 ГПК РФ, основными задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Конкретный способ защиты гражданских прав выбирается непосредственно управомоченным лицом и зависит от того, какую цель преследует субъект для восстановления своего нарушенного или оспоренного права.

Условием предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, является установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и нарушения права истца именно ответчиком.

Таким образом, заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск (заявление) выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов.

В силу п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 11, ст. 12 ГК РФ, предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

Под способами защиты гражданских прав понимаются закрепленные законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производится восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав.

Таким образом, избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

ФИО7 просит признать незаконным свидетельство о праве собственности истца на жилой дом.

Вместе с тем, обжалуемое свидетельство не является документом, на основании которого у ответчика возникло право собственности на жилой дом, а лишь документом, подтверждающим возникновение у него этого права на основании решения органа местного самоуправления.

Более того, из пояснений ФИО7 следует, что само строение, на которое выдано обжалуемое ею свидетельство, не нарушает ее прав собственника соседнего земельного участка, а лишь его правовой статус – «жилой дом».

Свои нарушения ФИО7 обосновывает тем, что ФИО4 на протяжении длительного периода времени препятствует ей в реализации её прав на застройку земельного участка.

Таким образом, с учетом обоснования нарушенного права, суд считает, что избранный истцом по встречному иску способ его защиты – признание незаконным свидетельства, не приведет к его восстановлению, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

отказать в удовлетворении иска ФИО4 к ФИО7 о признании строения самовольным, устранении препятствий в пользовании имуществом.

Отказать в удовлетворении встречного иска ФИО7 к ФИО4 о признании незаконным свидетельства и отмене государственной регистрации.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ялтинский городской суд Республики Крым.

Судья Ю.С. Кононова