Судья 1 инстанции – Шиндаева О.И. № 22-3117/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 ноября 2025 года г. Иркутск 

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Штыренко О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Худолшеевой В.В., 

с участием прокурора Семчишина М.И., 

защитников подсудимой ФИО1 – адвокатов Кряжева В.С., Царенкова М.М., 

представителя потерпевшего, адвоката Чумакова Д.С. 

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Кряжева В.С. в интересах подсудимой ФИО1 на постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 24 октября 2025 года, которым в отношении

ФИО1, родившейся Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданки РФ, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159, ч. 1 ст. 303, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ,

мера пресечения в виде домашнего ареста оставлена без изменения, срок продлен на 3 месяца, то есть по Дата изъята , с сохранением ранее установленных запретов. 

Изложив содержание апелляционной жалобы, возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159, ч. 1 ст. 303, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Уголовное дело в отношении ФИО1 и иного лица находится в производстве 

<

адрес изъят>.

Постановлением 

<

адрес изъят> ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, срок которого продлевался в установленном законом порядке, с установлением следующих запретов:

- выходить за пределы жилого помещения, в котором подсудимая фактически проживает, расположенного по адресу: 

<

адрес изъят>, за исключением случаев посещения учреждений здравоохранения для получения безотлагательной медицинской помощи (данные изъяты), при наличии соответствующих оснований, а также в случае возникновения чрезвычайных ситуаций; 

- общаться с участниками уголовного судопроизводства, за исключением защитников, близких родственников, проживающих с ней по адресу места домашнего ареста, представителя контролирующих органов;

- использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом;

- отправлять и получать почтово-телеграфную корреспонденцию за исключением корреспонденции, поступающей или направляемой в правоохранительные органы и суд.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 24 октября 2025 года срок содержания ФИО1 под домашним арестом продлен в порядке ст. 255 УПК РФ на 3 месяца, то есть по Дата изъята , включительно, с сохранением ранее установленных запретов. 

В апелляционной жалобе защитник обвиняемой ФИО1 – ФИО2 Кряжев В.С. выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями УПК РФ, просит его отменить, изменить меру пресечения на залог либо на иную меру пресечения, не связанную с изоляцией от общества. 

Ссылаясь на разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (в ред. от 27 мая 2025 г.) находит неверными выводы суда о том, что на момент рассмотрения вопроса о мере пресечения не изменились и не отпали основания, по которым она была избрана. 

Отмечает, что сторона обвинения предоставила суду все доказательства, в связи с чем исключена возможность противодействия производству по делу и оказания воздействия на свидетелей. Обращает внимание, что, находясь под домашним арестом, ФИО1, являясь единственным родителем, не имеет возможности исполнять обязанности родителя (данные изъяты), а также не имеет возможности заниматься предпринимательской деятельностью. Кроме того, судом не учтено состояние её здоровья, которая не явилась в судебное заседание при продлении срока меры пресечения, поскольку (данные изъяты). Находясь на домашнем аресте, ФИО1 не имеет возможности получать плановую медицинскую помощь, что повлекло ухудшение состояния её здоровья, при этом медицинское обследование неэкстренного характера не предусмотрено при домашнем аресте. Сторона защиты неоднократно просила суд разрешение на выезд ФИО1 в медицинский диагностический центр для обследования, однако судом в этом отказано. Обстоятельства, касающиеся состояния здоровья ФИО1, влияют на сроки рассмотрения уголовного дела. Полагает, что именно домашний арест и невозможность реализации (данные изъяты) ФИО1, и как следствие к невозможности участия её в судебном производстве. 

При этом обращает внимание, что мера пресечения в виде домашнего ареста ФИО1 не нарушалась, она находится под домашним арестом более полутора лет, а потому риски ненадлежащего поведения исключаются, однако, суд данным обстоятельствам не дал оценки. Цитируя положения ст. 99 УПК РФ, указывает, что без оценки остался довод стороны защиты о том, что его подзащитная, имея установленные ограничения не пользоваться средствами связи с сетью «Интернет», не может осуществлять предпринимательскую деятельность, которая является единственным источником дохода его подзащитной, имеющей на иждивении (данные изъяты). При этом приводит сведения из разъяснения Уполномоченного по защите прав предпринимателей от 9 августа 2024 года, согласно которым основным видом деятельности ФИО1 является управление недвижимым имуществом, которое требует постоянной вовлеченности. Приводит мнение Уполномоченного о том, что оставление домашнего ареста в отношении ФИО1 является чрезмерным. 

С учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года в части избрания меры пресечения в отношении предпринимателей, положений ст.ст. 107, 108, 109, 255 УПК РФ, считает, что в настоящее время домашний арест его подзащитной продлеваться не может. Кроме того, утверждает, что в обжалуемом постановлении не указаны причины, по которым невозможно к ФИО1 применить меру пресечения в виде залога, данный вопрос не был рассмотрен судом, не отражен в обжалуемом постановлении. 

Находит необоснованными выводы суда о том, что только мера пресечения в виде домашнего ареста способна обеспечить надлежащее поведение ФИО1 Полагает, что любая иная более мягкая мера пресечения могла бы отвечать требованиям и условиям надлежащего производства по уголовному делу, а также могла бы предоставить возможность ФИО1 осуществлять предпринимательскую деятельность, исполнять обязанности (данные изъяты), а также реализовывать свои родительские права и обязанности. С учетом изложенного, просит обжалуемое постановление суда отменить, изменить ФИО1 меру пресечения на залог, либо иную другую, несвязанную с изоляцией от общества. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – старший помощник прокурора Октябрьского района г. Иркутска ФИО5 полагает доводы апелляционной жалобы адвоката Кряжева В.С. необоснованными, не подлежащими удовлетворению, просит постановление суда оставить без изменения. 

В судебном заседании защитники-адвокаты Кряжев В.С., Царенков М.М. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили об изменении меры пресечения.

Прокурор Семчишин М.И., представитель потерпевшего Потерпевший №1, адвокат Чумаков Д.С., возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, полагали обжалуемое судебное решение законным и обоснованным.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, поступивших возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Продление срока содержания под домашним арестом после поступления уголовного дела в суд для рассмотрения его по существу предусмотрено ст. 255 УПК РФ. Согласно ст. 255 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого.

В силу ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и ст. 99 УПК РФ.

Как усматривается из представленных материалов дела, суд первой инстанции в соответствии с законом надлежащим образом обсудил вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1 и обоснованно продлил ей срок содержания под домашним арестом в порядке ст. 255 УПК РФ.

Мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 была избрана судебным решением и впоследствии продлевалась в установленном законом порядке. Постановления об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста и о продлении её срока не отменялись и вступили в законную силу. 

Выводы суда о необходимости оставления ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста и невозможности изменения меры пресечения на иную, более мягкую, вопреки доводам жалобы, в постановлении мотивированы. 

Судом при принятии решения было учтено, что ФИО1 обвиняется органами следствия в совершении преступлений, два из которых отнесены к категории тяжких, за каждое из которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, учтены данные о её личности, возраст, состояние здоровья, а также то, что обстоятельства, которые были учтены судом при избрании в отношении последней меры пресечения в виде домашнего ареста, не изменились, необходимость в избранной в отношении подсудимой меры пресечения не отпала.

Наряду с тяжестью и характером преступлений, в совершении которых подсудимая обвиняется, судом учтены данные о личности ФИО1, в том числе, указанные в апелляционной жалобе, а именно наличие у неё постоянного места жительства и регистрации в 

<

адрес изъят>, наличие социальных и родственных связей, то, что последняя является единственным родителем (данные изъяты), двое из которых являются (данные изъяты), является (данные изъяты), участие в благотворительности, наличие положительных характеристик, грамот и благодарностей. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что данные обстоятельства не исключают возможность подсудимой ФИО1, находясь на иной, более мягкой мере пресечения, продолжить воспрепятствовать производству по делу, учитывая, что ранее избранная в отношении неё мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении неоднократно ею нарушалась.

Доводы жалобы о том, что мера пресечения в виде домашнего ареста ФИО1 не нарушалась, не влияют на обоснованность выводов суда первой инстанции, кроме того, стоит отметить, что правовая природа меры пресечения, в том числе домашнего ареста, заключается именно в соблюдении обвиняемыми, подсудимыми определенных правил или ограничений.

Вопреки доводам жалобы, каких - либо документов, свидетельствующих о наличии у ФИО1 заболеваний, препятствующих её нахождению в условиях домашнего ареста, в материалах не содержится, суду первой и апелляционной инстанциям не представлены. 

Обсуждая доводы жалобы о необходимости получения ФИО1 медицинской помощи в связи с наличием проблем со здоровьем, суд апелляционной инстанции полагает, что избранная мера пресечения в виде домашнего ареста не препятствует последней обращаться в медицинские учреждения за медицинской помощью.

Вывод суда о невозможности избрания в отношении подсудимой иной меры пресечения, вопреки доводам жалобы, также были предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты в постановлении с приведением мотивов принятого решения, с чем соглашается суд апелляционной инстанции и также не усматривает оснований для изменения меры пресечения на иную, более мягкую. 

Вопреки доводам жалобы, не указание о невозможности применить залог в резолютивной части постановления, не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку вопрос о возможности применения более мягкой меры пресечения, нежели домашний арест, был рассмотрен судом первой инстанции. 

Срок действия меры пресечения в виде заключения под стражу на период проведения по делу судебного разбирательства определен судом в соответствии со ст. 255 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку тем фактическим обстоятельствам, которыми суд первой инстанции руководствовался при принятии решения, в этой связи не находит оснований для изменения меры пресечения на иную, не связанную с изоляцией от общества.

Вопреки доводам жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судебное решение о необходимости продления срока содержания ФИО1 под домашним арестом принято судом с соблюдением норм действующего законодательства, разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, регламентирующих разрешение судом данного вопроса, принципа состязательности и равенства сторон, отвечает требованиям ст. 7 УПК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, судом не допущено.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба адвоката Кряжева В.С. в интересах подсудимой ФИО1 удовлетворению не подлежит. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции, 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 24 октября 2025 года в отношении подсудимой ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника, адвоката Кряжева В.С., - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ непосредственно в судебную ФИО2 по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (

<

адрес изъят>).

В случае обжалования подсудимая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении кассационной жалобы судом кассационной инстанции. 

Судья О.В. Штыренко