Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Североуральск 13 сентября 2018 года

Североуральский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Аксёнова А.С.,

при секретаре судебного заседания Кулагиной Н.П.,

с участием прокурора Вершининой Е.А.,

истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Североуральска в интересах ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве, 

У С Т А Н О В И Л:

требования прокурора мотивированы тем, что ФИО1 работал у ИП ФИО13 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ водителем автобуса на основании трудового договора. Уволен ДД.ММ.ГГГГ по п. 5 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с признанием полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением.

ДД.ММ.ГГГГ со ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ему причинен тяжкий вред здоровью. Работодателем проведено расследование несчастного случая на производстве, по результатам которого составлен акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, утвержденный ДД.ММ.ГГГГ. Несчастный случай произошел в рабочее время, при выполнении действий в интересах работодателя, на территории работодателя.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений в результате несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 поставлен диагноз: сквозное роговичносклеральное ранение, гифема, гемофталь, травматическая колобома радужки, внутриглазное инородное дело левого глаза. Указанная травма отнесена к категории тяжелой.

Причинами несчастного случая признаны:

- неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие не обеспечения ими работодателем, выразившееся в невыдачи работнику установленных средств индивидуальной защиты, что является нарушением ст.ст. 212, 221 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 4, 8,13,14 Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты, утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н.;

- использование пострадавшего не по специальности, выразившееся в допущении водителя автобуса к выполнению работ в должности слесаря по ремонту автомобиля, без заключения с ним трудового договора (дополнительного соглашения), издания приказа о допуске к работе, что является нарушением ст.ст. 60.1, 60.2, ч. 2 ст. 67, ч. 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации;

- недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в допуске работника к работе без проведения обучения и проверки знаний по охране труда, не проведения стажировки при приеме на работу. Не определение в локальных нормативных актах организации (инструкции по охране труда) безопасных приемов и методов выполнения работы, необходимость и порядок применения средств индивидуальной защиты, при которой произошел несчастный случай, что является нарушением ст.ст. 212, 225 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.1.4, п. 2.1.7, п. 2.2.1, п. 2.2.2, п. 2.3.1, п. 3.1, п. 3.4 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», утв. Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 № 1/29.

Лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, признан ИП ФИО3. ФИО4 грубой неосторожности потерпевшего не установлено.

ФИО1 как в момент причинения травмы, так и в период длительного лечения (перенесено 6 операций) испытывал физические страдания, и продолжает их испытывать в настоящее время. Характер полученных им травм не позволяет ему вести привычный активный образ жизни, работать по профессии водителем автобуса, что помимо физических страданий привело к нанесению ФИО1 и значительных нравственных страданий, которые усугублялись как длительностью лечения, так и последствиями травмы (постоянные головные боли, вызванные переживаниями и бессонницей, напряженные отношения в семье, обострение псориатического артрита).

ФИО1 в связи с производственной травмой установлена утрата профессиональной трудоспособности 30 %.

Причинителем вреда является ответчик. Компенсация морального вреда ФИО1 не произведена, размер возмещения не определен сторонами трудового договора.

Ссылаясь на нормы Трудового кодекса Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1-ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации», просит взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения морального вреда 500 000 рублей.

В судебном заседании прокурор Вершинина Е.А. и истец ФИО1 иск поддержали по предмету и основаниям. ФИО1 дополнительно пояснил, что со своей должностной инструкцией он ознакомлен не был.

Ответчик ИП ФИО2, извещенный надлежащим образом о месте, времени и дате разбирательства дела, в суд не явился. В отзыве на иск просил рассмотреть дело в его отсутствие, возражал против удовлетворения иска, указал, что ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай с работающим у него по трудовому договору водителем междугородного автобуса ФИО1 на рабочем месте, в гараже, в рабочее время, отведенное для обслуживания, подготовки к рейсу и ремонту. Случившееся истец от него скрыл. Акт о несчастном случае от него требовали как истец, так и ФСС, в результате чего он был вынужден его утвердить. Обжаловать заключение в судебном порядке он не стал.

Истец исказил все факты.

У него работает водитель, ФИО7 К нему был прикреплен в напарники ФИО1, который много лет отработал на автобусах ИП ФИО5, но опыта работы на автобусах марки Мерседес не имел. Заключать с ним соглашение как с автослесарем у него не было необходимости, водитель и так в силу своих должностных обязанностей должен следить за вверенным ему транспортным средством, нести за него материальную ответственность и производить ремонт, не связанный с разборкой узлов и агрегатов. В гараже в достаточных количествах имелись и имеются средства защиты, в том числе, очки и маски из оргстекла. Водители в рейсе имеют доступ к его наличным денежным средствам, и при необходимости сами покупают все необходимое, предоставляя ему товарные чеки. Водителю защитные очки не полагаются, и выдавать их истцу под роспись он был не обязан. ФИО1 имел необходимый опыт работы, чтобы не получить травму.

На протяжении 10 месяцев он регулярно, в большем размере, чем начисляла бухгалтерия фонда поддержки предпринимателей, переводил истцу на банковскую карту денежные средства по его же просьбе, предлагал истцу, в качестве материальной помощи, переводить по 10 000 рублей на протяжении 

Считает, что всем необходимым для безопасной работы истец был обеспечен, а в случае возникновения опасной ситуации должен был немедленно прекратить выполнять эту работу и сообщить об этом ему, чего он не сделал, чем уже обязанности, перечисленные в трудовом договоре.

Он не ставил истцу задачу отремонтировать тормозной суппорт.

Истец проигнорировал правила техники безопасности и не применил защитные очки, которые висели на станке. 

Недостатки в его (ответчика) работе, по его мнению, не могли повлиять и предотвратить несчастный случай. 

Истец все 10 месяцев, пока находился на больничном, вел обычный образ жизни, не был ограничен в движениях, водил личный автомобиль. Не признает, что страдания истцу причинены только в результате травмы.

Государственное учреждение – Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, извещенное надлежащим образом о месте, времени и дате разбирательства дела, представителя в суд не направило. В отзыве на иск содержится просьба о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом определено о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшей иск подлежащим удовлетворению в заявленной истцом сумме, изучив доводы иска и возражений на него, исследовав и оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1033 названного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с ч. 1 ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда – это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Из дела следует, что ФИО1 работал у ответчика с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ водителем автобуса (трудовой договор, трудовая книжка). Уволен по п. 5 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с признанием работника полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно акту формы Н-1, ДД.ММ.ГГГГ с истцом произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах.

ФИО1 обнаружил протекание масла из заднего моста автобуса Мерседес, принадлежащего ФИО2 Водители ФИО8 и ФИО7, в присутствии ФИО2, помогали ФИО1 поменять сальник, попутно приняли решение выполнить ремонт тормозного суппорта заднего левого колеса. При выколачивании тормозного вала ФИО8 удерживал суппорт, ФИО1 наставлял молоток на вал, находящийся внутри суппорта, а ФИО7 постукивал по молотку другим молотком. При выполнении работ по выбиванию вала из суппорта ФИО1 вскрикнул и схватился за глаз, сказал, что ему что-то отлетело в глаз, мешает. 

Причинами несчастного случая в данном акте названы:

- неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие не обеспечения ими работодателем, выразившееся в невыдачи работнику установленных средств индивидуальной защиты, что является нарушением ст.ст. 212, 221 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 4, 8,13,14 Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты, утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 01.06.2009 № 290н.;

- использование пострадавшего не по специальности, выразившееся в допущении водителя автобуса к выполнению работ в должности слесаря по ремонту автомобиля, без заключения с ним трудового договора (дополнительного соглашения), издания приказа о допуске к работе, что является нарушением ст.ст. 60.1, 60.2, ч. 2 ст. 67, ч. 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации;

- недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в допуске работника к работе без проведения обучения и проверки знаний по охране труда, не проведения стажировки при приеме на работу. Не определение в локальных нормативных актах организации (инструкции по охране труда) безопасных приемов и методов выполнения работы, необходимость и порядок применения средств индивидуальной защиты, при которой произошел несчастный случай, что является нарушением ст.ст. 212, 225 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.1.4, п. 2.1.7, п. 2.2.1, п. 2.2.2, п. 2.3.1, п. 3.1, п. 3.4 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», утв. Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 № 1/29.

Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, является ИП ФИО2, который допустил ФИО1 до выполнения работы, не обусловленной трудовым договором, не обеспечивший его средствами индивидуальной защиты, не обеспечивший контроль за её использованием, не проведший обучение и проверку знаний по охране труда, не разработавший безопасные приемы и методы выполнения работ в нарушение требований Трудового кодекса Российской Федерации, Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций (утв. постановлением Минтруда Российской Федерации от 13.01.200 № 1/29, Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты (утв. приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 01.06.2009 № 290н). 

Акт утвержден ответчиком ДД.ММ.ГГГГ без замечаний, впоследствии не оспорен. Сведений о грубой неосторожности пострадавшего акт не содержит, в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 не находился.

В акте также указано, что у ИП ФИО2 комиссия по проверке знаний требований охраны труда не создана. Ни он сам, ни его работники обучение по охране труда не проходили.

На аналогичные обстоятельства указано и в заключении государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ. 

В связи с обсуждаемым событием ИП ФИО2 привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 5.27, частям 1 и 3 ст. 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Постановления о назначении административного наказания им не оспорены, он с ними согласился, административные штрафы оплатил.

Согласно показаниям ФИО7, изложенным в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, каждый водитель по своему усмотрению следит за состоянием автобусов. ФИО5 приобретает новые запчасти. Имеются по два комплекта спецодежды, перчатки, набор необходимых инструментов, при работе на станках на каждом имеются очки и маски. Они всегда висят на месте, и при необходимости ими пользуется каждый водитель. 

ДД.ММ.ГГГГ он, ФИО6 и ФИО1 проводили осмотр автобуса перед рейсом. При осмотре заметили, что подтекает сальник заднего левого колеса. ФИО5 в это время приехал в гараж. Они уже сняли колесо с автобуса. Они пояснили ФИО5, что решили поменять сальник. Когда сняли ступицу, то увидели, что в тормозном суппорте имеется люфт. Об этом сказали ФИО5, что будут разбирать, и необходимо заменить. Ситников выдал им новые запчасти и уехал. У ФИО1 была повреждена рука, поэтому его к работе по замене суппорта и сальника не привлекали. Он (Пуль) данную работу выполнял с ФИО6.

Когда стали ставить новые запчасти на суппорт, то забили втулку под вал, но что-то закусило и решили валом постучать и выровнять. В это время подошел ФИО1, стоял рядом и наблюдал. Потом он предложил помочь подержать молоток. Он потихоньку наносил удары по молотку кувалдой, чтоб выбить вал из суппорта.

Он и ФИО6 находились в очках, поэтому специально очки для защиты глаз не надевали, не было необходимости, хотя по технике безопасности все знают, что ими необходимо пользоваться. ФИО1 очки не одевал. При выполнении указанных работ ФИО1 сказал, что может что-нибудь попасть в глаз. ФИО1 как водителю известна техника безопасности по ремонту автобуса, так как тот является опытным водителем со стажем. Он еще несколько раз нанес удары кувалдой по молотку, и ФИО1 вскрикнул, сказав что-то прилетело и закрыл глаз. Слесари у них занимаются ремонтом только в случае крупного ремонта. В связи с дальними поездками все водители самостоятельно занимаются мелким ремонтом перед рейсом. Указаний ФИО5 ФИО1 заниматься ремонтом автобуса не давал, при несчастном случае не присутствовал. Технику безопасности им разъясняет ФИО5.

ФИО9 при опросе дал аналогичные показания. 

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Вред здоровью ФИО1 причинен в результате несчастного случая на производстве, причиной несчастного случая явилось нарушение ответчиком правил охраны труда, что установлено актом о несчастном случае формы Н-1, который не оспорен, незаконным не признан. Поэтому суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в произошедшем несчастном случае, что влечет обязанность по компенсации истцу причиненного морального вреда.

Как следует из представленных истцовой стороной медицинских документов, в результате повреждения здоровья на производстве истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности (справка серии №). Он перенес 6 операций, длительное время находился в условиях стационара, принимал и продолжает принимать лекарственные препараты. Все это свидетельствует о том, что повреждение здоровья не позволяет ему вести прежний образ жизни, продолжать работать по профессии водителя.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства несчастного случая, степень вины ответчика, отсутствие контроля со стороны ответчика за соблюдением требований охраны труда, поведение пострадавшего в тот момент, перенесенные им физические и нравственные страдания, утрату профессиональной трудоспособности, а также требования разумности и справедливости, приходит к выводу что соответствующей степени перенесенных страданий будет являться сумма 200 000 рублей.

Ссылки ответчика на наличие очков и спецодежды в гараже, как и иные его доводы, описывающие поведение истца в момент причинения повреждений и после этого, основанием для дальнейшего снижения размера компенсации морального вреда являться не могут.

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.п. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 200 000 (двести тысяч) рублей.

Отказать в удовлетворении оставшейся части иска.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход бюджета Североуральского городского округа государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Свердловский областной суд через Североуральский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме

СУДЬЯ АКСЁНОВ А.С.