Дело № 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

26 ноября 2018 года р.п. Сосновоборск 

Сосновоборский районный суд Пензенской области в составе председательствующего судьи Демина А.Н., при секретаре Архиповой Е.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании в здание Сосновоборского районного суда Пензенской области гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительной сделки договора дарения, 

установил:

ФИО1 обратилась с иском в суд к ответчику, указав, что 08 октября 2014 года между ней и ФИО2 был заключен договор дарения земельного участка площадью 687 кв.м. с кадастровым номером № и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Истица, заключая договор, полагала, что право собственности, на указанное в договоре имущество, перейдет ответчику только после её смерти. Данная сделка была совершена под влиянием заблуждения относительно природы сделки, поскольку ФИО1 считала, что имеет место завещание и что за ней сохраняется право собственности на вышеуказанное имущество. При этом причиной передачи земельного участка и жилого дома явились разговоры ФИО2 о содержании ФИО1, осуществления ухода за ней, обеспечение её питанием и проведением уборки в жилом помещении. Истица, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является пожилым человеком преклонного возраста 77 лет и в силу возраста, юридической неграмотности, не знала и не предполагала, что совершила сделку, результатом которой стал переход права собственности на имущество. При подписании договора, ФИО1 поставила подпись на уже напечатанный договор в том месте, где ей указали. После подписания договора у истицы не осталось экземпляра договора, никаких экземпляров договора дарения после его государственной регистрации она не получала. Не получая от ФИО2 помощи в уходе и содержании, ФИО3 обратилась по этому вопросу за юридической помощью, только после получения 10 августа 2018 года копии договора дарения из Управления федеральной службы государственной регистрации и картографии, а также консультации, она узнала, что жилой дом и земельный участок ей не принадлежат. Истица считает, что сделку дарения недвижимости 08 октября 2014 года совершила под влиянием заблуждения, а поэтому просит: признать недействительным договор дарения земельного участка с жилым домом от 08 октября 2014 года; применить последствия недействительности сделки, передав земельный участок площадью 687 кв.м. с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, в собственность ФИО1; прекратить право собственности ФИО2 на земельный участок площадью 687 кв.м. с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом, находящиеся по адресу: 

<

адрес>.

Определением суда от 17.10.2018 года по делу в качестве третьего лица привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области.

ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснив, что 08 октября 2014 года ФИО4 - мать ответчика напоила её каким-то чаем, притупившим её сознание, а затем принудила поехать в отдел Управления Росреестра Пензенской области, где она подписала договор дарения жилого дома и земельного участка, принадлежащего ей на праве собственности. Проект договора был подготовлен нотариусом ФИО5, который предупреждал истицу, что по условиям договора дарения она может лишиться права собственности на принадлежащее ей недвижимое имущество. О последствиях договора дарения ей также разъясняли работники Управления Росреестра по Пензенской области, но она осознано шла на заключение данной сделки, так как думала, что после этого ответчик будет заботиться о ней до последних дней её жизни. На регистрацию сделки стороны ездили совместно на автомашине ФИО2, таким же образом они ездили и для получения документов после государственной регистрации. 

Представитель истца по доверенности ФИО6 в судебном заседании исковые требования уточнила и просит: признать недействительным договор дарения земельного участка с жилым домом от 08 октября 2014 года; органам, осуществляющим государственный регистрационный учет погасить реестровую запись о праве собственности ФИО2 в отношении земельного участка площадью 687 кв.м. с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, а также восстановить записи о праве собственности на указанное выше имущество за ФИО1. 

Ответчик ФИО2 с иском не согласен, пояснив, что с августа 2018 года у него испортились отношения с ФИО1, так как появились другие «доброжелатели», из числа родственников, которые проявляют интерес к жилому дому и земельному участку, расположенным по адресу: 

<

адрес>. Данное недвижимое имущество принадлежит ему на праве собственности с 17 октября 2014 года на основании договора дарения земельного участка с жилым домом от 08.10.2014 года. До вышеуказанного времени родители ответчика, он сам, ухаживали и помогали истице. На денежные средства ФИО2 была проведена газификация домовладения, которое ФИО1 подарила ответчику вместе с земельным участком 08 октября 2014 года. В 2011 году истица оформляла завещание на принадлежащее ей имущество в его пользу. Затем 08 октября 2014 года она пригласила ФИО2 к себе домой и поведала ему о намерении подарить принадлежащей ей на праве собственности жилой дом и земельный участок. После чего они совместно поехали к нотариусу и работникам Рореестра, где оформили сделку по договору дарения. Затем ездили для получения документов, после государственной регистрации сделки, и ФИО1 добровольно передала ему документы, которые были выданы ей лично. Ответчик считает себя собственником полученного в дар имущества от ФИО1, так как оплачивает за недвижимое имущество налоги, провел в дом телефон, до скандала с истицей оказывал ей посильную помощь. В настоящее время у него не имеется намерения выселять истицу на улицу, он не против проживания её в его домовладении.

Представитель ответчика ФИО2 по ордеру ФИО7 в судебном заседании с иском не согласен, пояснив, что не имеется оснований для признания сделки договора дарения от 08 октября 2014 года недействительной, а кроме того истицей нарушен срок исковой давности по данной оспоримой сделке, который составляет один год. 

Третье лицо - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области о дне рассмотрения дела надлежащим образом извещено, в письменном заявление просит дело рассмотреть в отсутствие своего представителя, разрешение спора оставляют на усмотрение суда. 

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. 

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

Согласно ч. 2 ст. 154 ГК РФ односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

В соответствии со ст. 155 ГК РФ односторонняя сделка создает обязанности для лица, совершившего сделку. Она может создавать обязанности для других лиц лишь в случаях, установленных законом либо соглашением с этими лицами.

Согласно ст. 156 ГК РФ к односторонним сделкам соответственно применяются общие положения об обязательствах и о договорах, поскольку это не противоречит закону, одностороннему характеру и существу сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 158 ГК РФ сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

Согласно ч.1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего её содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с ч.1, 2, 3 ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действующей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

сторона заблуждается в отношении природы сделки;

сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. 

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Из изложенной нормы материального права следует, что существенное значение имеет лишь заблуждение относительно природы сделки либо тождества или качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности ее использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения. Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано заблуждением и не может служить основанием для признании сделки недействительной.

В ст. 421 ГК РФ закреплен один из принципов гражданско-правовых отношений - принцип свободы договора, согласно которому граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание, соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

Указанный принцип означает, что стороны самостоятельно определяют, с кем и на каких условиях заключать договора.

В соответствии с п.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьими лицами.

Согласно п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Судом установлено, что согласно договору дарения земельного участка с жилым домом от 08 октября 2014 года, прошедшим государственную регистрацию 17 октября 2014 года, истица ФИО1 подарила ответчику ФИО2 земельный участок площадью 687 кв.м. с кадастровым номером № и размещенный на нем жилой дом, находящиеся по адресу: 

<

адрес>.

Право собственности ФИО2 зарегистрировано в установленном законом порядке Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Пензенской области, запись регистрации № от 17 октября 2014 года (свидетельство о государственной регистрации серия № от 17 октября 2014 года).

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указала, что была введена в заблуждение родственником ответчика, и считала, что оформляет завещание на имя ФИО2, а не договор дарения. Кроме того, ссылалась на плохое самочувствие в момент подписания договора дарения, в виду того, что мать ответчика напоила её психотропным чаем, она не понимала значения своих действий. ФИО1 ссылается на преклонный возраст, в настоящее время она в силу ухудшения здоровья она не может самостоятельно себя обслуживать, а ФИО2 и его родители отказались за ней ухаживать.

Указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения в судебном заседании вопреки доводам истца. В ходе рассмотрения дела нашел объективное доказательство факт того, что действия и воля истца при заключении договора дарения с ФИО2 были направлены на отчуждение земельного участка и домовладение на нём в пользу ответчика именно посредством дарения, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора дарения. В данном договоре четко разъяснены предмет договора, а также последствия заключения договора дарения. Суд также учитывает, что оспариваемый договор дарения подписан лично истцом, текст выполнен крупным шрифтом, заголовок договора дарения выделен жирным текстом. Из текста договора дарения следует, что ФИО1 подарила ФИО2 земельный участок площадью 687 кв.м. с кадастровым номером № и размещенный на нем жилой дом, находящиеся по адресу: 

<

адрес>.

Суд не усматривает, что истица ФИО1 была введена в заблуждение относительно природы сделки, заключенной ею 08 октября 2014 года, исходя из нижеследующих доказательств.

Завещанием, удостоверенным и.о. главы администрации Индерского сельсовета Сосновоборского района Пензенской области С* 09 февраля 2011 года. ФИО1 завещала все имущество после своей смерти, в том числе земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: 

<

адрес>, ФИО2.

Свидетель С* в судебном заседании показал, что он работает главой администрации Индерского сельсовета Сосновоборского района Пензенской области, 09 февраля 2011 года к нему на прием в администрацию приходила истица, которая оформила завещание на ответчика, предварительно оплатив государственную пошлину. Ему также известно, что ФИО1 владеет грамотой, ранее работала ветеринарным врачом, в силу её возраста, уход за ней осуществляла семья ответчика.

Показаниями истицы ФИО1, которая в судебном заседании показывала, что нотариус К* и работники Росреестра разъяснили ей последствия заключения договора дарения, исходя из которого следует, что после его государственной регистрации, она утрачивает право собственности на подаренное ею ФИО2 недвижимое имущество. 

Согласно делу правоустанавливающего документа №, ФИО1 зарегистрировала права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, о чем в Единном государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 05 мая 2010 года сделана запись регистрации №. 08 октября 2014 года истицей подано заявление на регистрацию договора дарения земельного участка с жилым домом, собственноручно ею написано заявление в Управление Федеральной службы Государственной регистрации кадастра и картографии по Пензенской области о том, что супруга, который бы имел претензии по поводу дарения ею, принадлежащих ей земельного участка и домовладения, она не имеет.

На основании дела правоустанавливающего документа №, ФИО1 зарегистрировала права собственности на земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 687 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, о чем в Единном государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 05 мая 2010 года сделана запись регистрации №. 08 октября 2014 года истицей подано заявление на регистрацию договора дарения земельного участка с жилым домом.

Свидетель К* в судебном заседание показал, что он 08 октября 2014 года изготавливал сторонам проект договора дарения земельного участка и жилого дома. При составление договора стороны представляют ему правоустанавливающие документы на недвижимое имущество и документы, удостоверяющие личность сторон, при этом он разъясняет сторонам предмет сделки и её последствия.

Свидетель П* в судебном заседании показала, что она работает в Управление Росреестра по Пензенской области и проводила правовую оценку сделки между сторонами, после чего была произведена государственная регистрация недвижимого имущества (земельного участка, жилого дома), расположенного по адресу 

<

адрес>, на ФИО2. 29 октября 2014 года стороны совместно получали правоустанавливающие документы на спорное имущество. 

Свидетель Ф* в судебном заседании показала, что 08 октября 2014 года она совместно с С* работала в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области и занимались приемом документов, связанных с регистрацией сделок с недвижимостью. Документы от сторон в указанное время свидетель не принимала.

С* в судебном заседании показала, что она занималась приемом документов по поводу государственной регистрации сделки по договору дарения недвижимости между ФИО1 и ФИО2. При этом свидетелем истице разъяснялся предмет сделки, её последствия. Стороны собственноручно поставили подписи в договоре дарения, предварительно прочитав договор полностью. ФИО1 находилась в здравом уме и памяти, сделку совершала добровольно.

Свидетель А* в судебном заседании показал, что истица доводится ему тетей, а ответчик является его сыном. До августа 2018 года его семья ухаживала за ФИО1, пока не появились разногласия между его семьей и родным братом свидетеля, а также тетей Т*. ФИО1 в ходе травмы, полученной в детстве утратила один глаз, поэтому является инвалидом по зрению, но второй глаз у неё видит хорошо, она может свободно читать данным глазом. Его сын ФИО2 несет бремя по содержанию недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес>, уплачивает за него налоги, провел в домовладение телефон, частично оплачивает коммунальные услуги. 

Данные обстоятельства в судебном заседании подтвердил А*, который показал, что он является братом ответчика.

Такие же показания в судебном заседании дала свидетель А*, которая пояснила, что является матерью ФИО2 и в момент заключения сделки между сторонами находилась на работе в Московской области. 

Согласно справок из ФКУЗ Санаторий «Озеро Долгое» от 23 октября 2018 года, А* работает в данном учреждении в должности медицинской сестры с 11сентября 2014 года по настоящее время. В период с 11 сентября 2014 года по 31 декабря 2014 года рабочее место она не покидала (отпуск не брала, листов нетрудоспособности в указанный период нет). 

Согласно справки ГБУЗ «Сосновоборская участковая больница» от 06 ноября 2018 года следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения на учете в данном лечебном учреждении не состоит. 

Их данных ПАО «Ростелеком» макрорегиональный филиал «Волга» Пензенский филиал следует, что ФИО2 с данной организацией был заключен договор об оказании услуг связи № от 11.05.2016 года по подключению телефона (абонентского номера) № по адресу: 

<

адрес>, задолженности по услугам связи не имеется.

Согласно сведениям, предоставленным МРИ ФНС РФ №5 по Пензенской области, налогоплательщиком земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, с 17 октября 2014 года является ФИО2. 

Свидетель Т* в судебном заседании пояснила, что она доводится истице сестрой и в настоящее время, где - то около полугода, проживает с ней, в силу беспомощного состояния ФИО1 ухаживает за ней.

Согласно под. п. 2 п. 1 ст.574 ГК РФ передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Факт передачи правоустанавливающих документов после государственной регистрации сделки ФИО1 ФИО2 сторонами не оспаривается.

Доводы истицы о краже ответчиком правоустанавливающих документов, связанных со сделкой, голословны и не чем не подтверждены. 

Таким образом, суд, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что вопреки доводам истца, в ходе рассмотрения дела нашел объективное доказательство факт того, что действия и воля ФИО1 при заключении договора дарения с ФИО2 были направлены на отчуждение недвижимого имущества в пользу ответчика, именно посредством дарения, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора дарения, поэтому в удовлетворении иска следует отказать.

Довод истца о том, что она думала, что заключает не договор дарения земельного участка и жилого дома от 08 октября 2014 года, а составляет завещание на имя ФИО2, что в свою очередь подтверждает ее заблуждение относительно природы сделки, суд считает несостоятельным,

так как ФИО1 в 2011 году уже завещала спорное имущество ФИО2.

Также не имеет правового значения для разрешения дела по существу возраст истицы, так как в судебном заседании установлено, что ФИО1 является грамотным человеком, несмотря на имеющую инвалидность по зрению, в связи с потерей одного глаза, умеет писать и читать, является дееспособной. Последней не представлено доказательств того, что договор дарения был заключен в результате того, что ФИО2 ввёл её в заблуждение.

Факт оплаты ФИО1 коммунальных услуг не свидетельствует, о том, что ФИО2 не принял в дар жилое помещение и земельный участок. Договор дарения от 08 октября 2014 года заключен с обременением, то есть в указанном жилом доме проживает ФИО1, последняя пользуется с 17 октября 2014 года по настоящее время коммунальными услугами и обязана в порядке ст. 31 ЖК РФ нести расходы наряду с собственником жилого помещения. 

Ответчик ФИО2, его представитель ФИО7 заявили ходатайство об отказе в удовлетворении иска в связи с пропуском исковой давности, так как между сторонами заключена оспоримая сделка. 

Согласно ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Из изложенного следует, что в соответствии с положениями ст.ст. 166, 181, 197 ГК РФ для признания сделок недействительными по основаниям, закрепленных в ст.ст. 177, 178, 179 ГК РФ, срок исковой давности составляет один год.

Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе, о чем дано разъяснение в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности». 

Как отмечено в Определении Конституционного Суда РФ от 17.02.2015 N 418-О, в соответствии с формулировкой п. 2 ст. 181 ГК РФ суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

В соответствии с ч.2 ст.199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применение которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Таким образом, разрешая заявление ответчика о применении срока исковой давности к требованиям истца, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, и исходит из того, что спорный договор дарения заключен 08 октября 2014 году, который прошел государственную регистрацию 17 октября 2014 года. Срок исковой давности подлежит исчислению, когда началось исполнение договора передачи, то есть с момента его государственной регистрации, а именно с 17 октября 2014 года. Суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, и исходит из того, что ФИО1 узнала об нарушение её прав 17 октября 2014 года, а в суд она обратилась только 24 сентября 2018 года.

Доказательств того, что о нарушенном праве истица узнала в августа 2018 года, истица не представила.

Суд приходит к выводу о пропуске ФИО1 срока давности на основании исследованных в судебном заседании доказательств: объяснений ФИО1, объяснений ФИО2, а также свидетельских показаний П*, которые в судебном заседание показали, что стороны после подачи 08 октября 2014 года документов на государственную регистрацию после заключения ими договора дарения, приходили 17 октября 2014 года в отдел УправленияРосреестра по Пензенской области и получили документы, подтверждающие государственную регистрацию сделки, о чем имеется подпись сторон в делах правоустанавливающих документов. 

Суд берет за основу исследованные доказательства в судебном заседании за основу при вынесении решения, так как они являются объективными и соответствуют обстоятельствам дела. 

О восстановление срока исковой давности в порядке ст. 205 ГК РФ ФИО1 в судебном заседание не заявляла.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Ответчиком заявлено ходатайство о взыскание оплаты за услуги представителя в размере 25000 рублей.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая количество проведенных судебных заседаний с участием представителя, объем, выполненной им работы, характер и сложность гражданского спора, суд приходит к выводу о взыскание расходов на оплату услуг представителя частично в размере 10000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения земельного участка с жилым домом от 08 октября 2014 года, с погашением реестровой записи о праве собственности ФИО2 в отношение земельного участка площадью 687 кв.м. с кадастровым номером № и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, а также восстановлении записи о праве собственности на указанное выше недвижимое имущество за ФИО1 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 понесенные расходы по оплате услуг представителя, частично, в размере 10000 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в Пензенский областной суд, через Сосновоборский районный суд, в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения суда. 

Полный текст решения изготовлен 29 ноября 2018 года. 

Председательствующий А.Н.Демин