Дело № 2-4522/2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

(дата) года г. Нижний Новгород 

Советский районный суд г. Нижнего Новгорода в составе председательствующего судьи Тищенко Е.В.,

при секретаре Моралиной А.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области ФИО2, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратился в суд с иском к начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых заявлений истец указал, что с (дата) содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области. (дата) был переведен из камеры 3/36 в камеру 2/22, в которой содержался до (дата). Площадь камеры 2/22 составляла 15.09 кв.м., на которой находились: стол для принятия пищи для восьми человек, санузел и восемь спальных мест. В данной камере содержалось до восьми человек. Свободного пространства на одного человека приходилось, меньше нормы в половину. Большую часть времени суток, истец вынужден был сидеть на кровати, так как в камере было тесно, летом не хватало воздуха, несмотря на открытое окно, камера не могла нормально проветриться. В камере всегда стоял стойкий запах кислятины и плесени. После помывки в бане и стирки личных вещей в камере не оставалось воздуха, бетонные полы никогда не высыхали, а зимой от них шел холод. В туалете до потолка стены были в черных гнилых грибковых образованиях, а с потолка в туалете капала вода. Пять месяцев истец содержался в условиях не приближенных даже к самым минимальным санитарно-гигиеническим и медико-санитарным требованиям. Коммунально-бытовые условия были не лучше, что дает основание утверждать о том, что ФИО1 содержался в жестких и бесчеловечных условиях, испытывая каждодневно страх заболеть простудно - легочными заболеваниями (туберкулезом). (дата) ФИО1 перевели из камеры 2/22 в камеру №..., при этом при обыске у него изъяли разрешенный к хранению предмет, а именно электробритву, которая указана в перечне вещей, которые согласно ПВР СИЗО подозреваемые и обвиняемые могут получать в передачах и хранить при себе. Изъятие электробритвы лишило ФИО1 соблюдения санитарно-гигиенических норм, и он был лишен возможности бриться и содержать себя в опрятном внешнем виде. Вследствие чего, в судебное заседание на рассмотрение уголовного дела он был вынужден этапироваться небритым, заросшим щетиной, что вызвало у него чувство стыда и неполноценности среди участников судопроизводства. (дата) ФИО1 был выдворен в камеру №..., в которой унитаз расположен так, что не имеет никакой перегородки от входной двери, таким образом, справлял естественные надобности, сидя перед дверью, в которой имелось окно для передачи пищи и смотровой глазок. 

Указанные условия содержания являются для истца унизительными и оскорбительными, вызывают чувство стыда и неполноценности, являются издевательством, жестким и бесчеловечным обращением. 

На основании вышеуказанного, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу в счет возмещения морального вреда 300 000 рублей. 

В ходе судебного разбирательства, определением суда к участию в деле в качестве соответчика была привлечена Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации (далее ФСИН России).

В судебное заседание истец не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, находится в местах лишения свободы.

В исковом заявлении, истец, просит о личном участии в судебном заседании. Однако, при рассмотрении гражданских дел не предусмотрено этапирование участников процесса в судебное заседание. В судебное заседание истец не явился, отбывает наказание в местах лишения свободы. УИК РФ предусматривает возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы лишь для их участия в судебных разбирательствах по уголовным делам. Следовательно, суды не располагают возможностью этапирования указанных лиц к местам разбирательства гражданских дел с целью обеспечения их личного участия в судебных заседаниях. 

Рассматривая заявленное ходатайство ФИО1, о его личном участии в судебном заседании путем видео-конференц связи, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 155.1 ГПК РФ при наличии в судах технической возможности осуществления видеоконференц-связи лица, участвующие в деле, могут участвовать в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при условии заявления ими ходатайства об этом или по инициативе суда.

Вместе с тем, в случае участия осужденного к лишению свободы в качестве стороны в гражданском деле его право довести до суда свою позицию может быть реализовано и без личного участия в судебном разбирательстве, что подтверждено правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в Определениях от 11 июля 2006 года N 351-О, от 16 ноября 2006 года N 538-О, от 21 февраля 2008 года N 94-О-О, от 19 мая 2009 года N 576-О-П, от 21.11.2013 N 1852-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина С.Э. на нарушение его конституционных прав статьей 167 ГПК РФ", Постановлении от 8 декабря 2003 года N 18-П.

Статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года прямо не предусматривает право на рассмотрение дела только в личном присутствии. В связи с неуголовными делами не существует абсолютного права лица присутствовать на слушании, кроме ограниченной категории дел, когда, например, личный характер и образ жизни данного лица имеют непосредственное отношение к предмету спора или если решение касается поведения человека, что подтверждается правовой позицией Европейского Суда (Решение от 2 февраля 2010 г. по делу "Кабве и Чунгу против Соединенного Королевства" (Kabwe and Chungu v. United Kingdom), жалобы N 29647/08 и 33269/08).

Суд, рассматривая вопрос о личном участии в судебном заседании по гражданскому делу заявителя, осужденного к лишению свободы, учитывает, что ФИО1, содержащийся в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Нижегородской области, в разумные сроки надлежащим образом уведомлен о времени и месте рассмотрения дела. Извещение о судебном разбирательстве, назначенном на (дата), вручено ему (дата). В судебном извещении ему разъяснены процессуальные права, в частности, что он имеет право давать объяснения суду, в том числе в письменной форме, путем направления в адрес суда письменного обоснования своей позиции по делу.

Суд учитывает также и характер рассматриваемого дела, обязанность доказывания условий содержания ФИО1 в СИЗО-1 по которым возлагается на ответчиков.

При таком положении, с учетом надлежащего извещения ФИО1, предоставления ему реальной возможности довести свою позицию до суда посредством направления в суд письменных объяснений, представителя либо иных форм участия в судебном заседании, рассмотрение дела в судебном заседании без присутствия заявителя не препятствует вынесению правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого, решения по делу, в связи с чем, суд не усматривает необходимости личного участия заявителя в судебном заседании и считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчиков: начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области ФИО3, ФСИН России, третьего лица ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской обл. по доверенностям ФИО4, в судебном заседании исковые требования не признал, в удовлетворении иска просил отказать в полном объеме, представил письменный отзыв который был приобщен к материалам дела. 

Суд, с учетом мнения представителя ответчиков, третьего лица полагает возможным рассмотреть дело при данной явке. 

Выслушав представителя ответчиков, третьего лица, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Судом установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по Нижегородской области с (дата) по (дата), в том числе в периоды с (дата) по (дата) в камере 21/293, с (дата) по (дата) в камере 3/36, с (дата) по (дата) в камере 2/22, с (дата) по (дата) в камере 19/250.

Внутренний распорядок работы следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы в соответствии со статьей 16 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» регламентирован Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 (далее - ПВР). 

Камеры в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по Нижегородской области оборудованы в соответствии с п. 42 ПВР, а также каталогом «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», утв. приказом ФСИН России от 27.07.2007 г. № 407. 

Камерное помещение №... расположено в КО №... учреждения, общей площадью 15,9 кв.м. Камерное помещение является камерой для содержания спецконтингента, находящегося в учреждении.

Камерное помещение оборудовано: одним окном с двойным остеклением и отсекающей решеткой, которая не препятствует доступу естественной освещенности; восьмью спальными местами; умывальником с холодной водой; сан/узлом, отделенный перегородкой до потолка; вытяжной вентиляцией с механическим побуждением; зеркалом, вмонтированным в стену; штепсельной розеткой на 220В; одним радиатором системы отопления; радио-точкой, работающей от радиоузла учреждения; вешалкой для одежды; полкой для туалетных принадлежностей; одним столом; бачком для кипяченой воды; урной для мусора; шкафом для продуктов питания; 1 тазиком для стирки одежды; деревянным столом. 

Согласно нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России (СП 15-01 Минюста России - Москва 2001 г.) освещенность камерных помещений для люминесцентных ламп составляет 100 Лк, а для ламп накаливания составляет 50 Лк. Нормы естественной освещенности определены требованием СНиП 23-05-95 «Естественное и искусственное освещение».

Камерное помещение оборудовано 1 светильником с люминесцентными лампами по 40 Вт каждая (суммарной мощностью 80 Вт), и ночным освещением светильником с лампой накаливания 60 Вт. Искусственное освещение в камерном помещении соответствует вышеуказанным нормам, включено постоянно и выключается только с 22 часов до 6 часов, кроме ночного освещения.

Ежедневная уборка в камерных помещениях согласно Правилам внутреннего Распорядка и графика уборки производится лицами из числа содержащихся в данной камере.

Прогулка предоставляется ежедневно продолжительностью не менее одного часа.

Температурно-влажностный режим в камерном помещении №..., соответствует нормативным показаниям (не ниже +18С, влажностью 30-60%, согласно СНиП п.2.04.05-91 «Отопление, вентиляция и кондиционирование»). Отопительная котельная ФКУ СИЗО-1 в отопительном периоде (дата) функционировала согласно графику.

Камерное помещение №... расположено в КО №... учреждения, общей площадью 6,8 кв.м. Камерное помещение является камерой для содержания спецконтингента, находящегося в учреждении.

Камерное помещение оборудовано: одним окном с двойным остеклением и отсекающей решеткой, которая не препятствует доступу естественной освещенности; одной двухъярусной кроватью; умывальником с холодной водой; сан/узлом, в отдельном боксе для приватности без двери со шторкой; вытяжной вентиляцией через вытяжную шахту на крышу и приточный через форточку в окне; зеркалом, вмонтированным в стену; штепсельной розеткой на 220В; радиатором системы отопления; радио-точкой, работающей от радиоузла учреждения; вешалкой для одежды; полкой для туалетных принадлежностей; одним столом; чайником для кипяченой воды; 1 тазиком для помывки и стирки одежды.

Согласно нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России (СП 15-01 Минюста России - Москва 2001 г.) освещенность камерных помещений для люминесцентных ламп составляет 100 Лк, а для ламп накаливания составляет 50 Лк. Нормы естественной освещенности определены требованием СНиП 23-05-95 «Естественное и искусственное освещение».

Камерное помещение оборудовано 1 светильником с люминесцентными лампой на 40 Вт. (ночное освещение-лампа накаливания на 60 Вт)

Таким образом, условия содержания ФИО1 под стражей в СИЗО-1 нельзя рассматривать как пытку или бесчеловечное, унижающее достоинство обращение. Содержание под стражей не цель нарушить гражданские права заявителя, признанные Конституцией РФ и нормами международного права, а цель лишь раскрыть тяжкое преступление, путем соблюдения предусмотренной нормами уголовного права и процесса процедур. Так же условия содержания ФИО1 не отличаются от условий содержания всех лиц содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы в Российской Федерации. 

Вместе с тем, судом установлено, что в период содержания ФИО1 в СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области в камере 2/22 площадью 15,9 кв.м. с (дата) по (дата) содержалось от 2 до 8 человек.

Таким образом, доводы истца в части переполненности камеры, обеспечения его меньшей площадью, чем это предусмотрено действующим законодательством (4 метра на одного осужденного) нашли свое подтверждение и не опровергнуты ответчиком.

В постановлениях Европейского Суда по правам человека отмечается, что оценка минимального уровня суровости при обращении с потерпевшим относительна и зависит от всех обстоятельств дела. Договаривающееся Государство должно обеспечивать содержание лица под стражей в таких условиях, в которых бы уважалось его человеческое достоинство, такими способами и методами, при которых лицо не терпит душевных страданий и лишений, превышающих неизбежный уровень страданий при заключении.

В данном случае, учитывая, что хотя в деле нет признаков прямого намерения оскорбить или унизить истца, суд полагает, что тот факт того, что истец ФИО1 находился в указанном камерным помещении, где также находились заключенные в большем количестве, чем предусмотрено действующим законодательством следует расценивать, как нарушение требований статьи 3 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод», так как переполненность камер в связи с не обеспечением заключенных достаточным личным пространством являются критериями плохого обращения с осужденными.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, с письменными претензиями по поводу ненадлежащих условий содержания истец к администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области не обращался.

Следует также учесть, что перелимит в камерном помещении был допущен не по вине ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, следственный изолятор не может не принять спецконтингент в виду переполненности учреждения. 

Таким образом, допущенное сотрудниками ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области нарушение, по мнению суда, является основанием для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда.

Доводы ФИО1 в части нарушения приватности при справлении естественных надобностей в камере №... в судебном заседании объективного подтверждения не нашли, напротив стороной ответчика представлены суду доказательства тому, что унитаз в камере №... расположен в отдельном боксе для приватности со шторкой, что исключает визуальный контакт через окно для выдачи пищи и смотровой глазок в двери камеры. 

Рассматривая доводы ФИО1 о том, что администрация СИЗО незаконно изъяла у него разрешенную к использованию электрическую бритву, суд приходит к следующему.

Согласно приложению N 2 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать по безналичному расчету кроме прочего, электрическую бритву.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 имел при себе электрическую бритву, которая у него (дата) была изъята сотрудниками ФКУ СИЗО-1.

Учитывая вышеуказанные нормы права, установленные в судебном заседании обстоятельства, суд приходит к выводу, что изъятие у ФИО1 разрешенного к использованию предмета, является нарушением его личных неимущественных прав, которые повлекли нравственные страдания. 

Доводы представителя ответчиков о том, что ФИО1 незаконно использовала шнур электробритвы для зарядки мобильного телефона, пользование которым в СИЗО запрещено, объективными доказательствами не подтверждены, в связи с чем, подлежат отклонению.

Поскольку представленными доказательствами подтвержден факт нарушений ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области прав ФИО1 на обеспечение нормой площади, обладание электрической бритвой, суд приходит к выводу, что имеют место и правовые основания для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, размер которой с учетом установленных по делу обстоятельств, степени и характера страданий истца, состояния его здоровья, требований разумности и справедливости, следует определить в сумме 1 000 руб. 

Суд не находит обоснованными требования истца о взыскании компенсации морального вреда в большей сумме.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд исходит из следующего.

В ст. 1071 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с п. 1 ст. 125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Подпунктом 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее БК РФ) установлено, что от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика в суде по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту, выступает соответственно главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 БК РФ главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно п. 1 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 N 1314, Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН России) является федеральным органом исполнительной власти. В силу подп. 6 п. 7 названного Положения ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Учитывая, что вред истцу причинен действиями (бездействием) сотрудниками ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, следовательно, определенная судом к взысканию сумма компенсации морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Нижегородской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда, - удовлетворить частично. 

Взыскать с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в лице ФСИН России в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 1 000 (одной тысячи) рублей. 

В остальной части исковых требований ФИО1 к ФСИН России отказать. 

В исковых требованиях ФИО1 к начальнику ФКУ СИЗО-1 ФСИН по Нижегородской области ФИО2 - отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционных жалоб через Советский районный суд города Нижнего Новгорода.

Судья Е.В.Тищенко