Дело № 2-944/2024

УИД 26RS0015-01-2024-001776-50

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 декабря 2024 года г. Ипатово

Резолютивная часть решения объявлена 05 декабря 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 13 декабря 2024 года.

Ипатовский районный суд Ставропольского края в составе судьи Куценко В.В., при секретаре Божко О.Г., с участием помощника прокурора Ипатовского района Дудиной Е.А., истца ФИО1, представителя истца адвоката Булыгина И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 300 000 руб., судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец, ФИО1) обратился в суд с иском о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 300 000 руб. и судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что 02.05.2024 дознавателем отделения дознания ОМВД России «Ипатовский» в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.3 УК РФ, производство по которому осуществлялось в период с 02.05.2024 по 19.09.2024, то есть на протяжении более 4 месяцев. По результатам расследования уголовного дела 19.09.2024 вынесено постановление о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.3 УК РФ. Этим же постановлением признано за ФИО1 право на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ. Истец указывает, что за период незаконного уголовного преследования он понес физические и нравственные страдания, а также в течение 5 месяцев находился в психотравмирующей ситуации. Незаконным уголовным преследованием были нарушены его конституционные права, факт совершение процессуальных действий в ходе расследования уголовного дела в виде производства обыска по месту его регистрации и месту жительства, изъятие имущества его супруги свидетельствует о нарушении его личных неимущественных прав. Кроме того, с момента возбуждения уголовного дела истец испытал стресс, страх, опасения, что его несправедливо осудят и назначат наказание, сопряженное с изоляцией от общества. 

В письменных возражениях на иск представитель Министерства финансов РФ указал, что само по себе осуществление уголовного преследования в отношении истца критическим, кардинальным образом не сказалось на его социальных, материальных, бытовых условиях проживания. Из представленных документов следует, что меры пресечения, а также меры процессуального принуждения у истца не имелось, Следовательно, оснований для взыскания компенсации морального вреда в запрашиваемой сумме 300 000 руб. у суда не имеется. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель Булыгин И.А. исковые требования поддержали по основаниям, в нем изложенным, просили заявленные требования удовлетворить. Пояснили, что адвокатом Булыгиным И.А. оказаны истцу следующие юридические услуг: консультация, составление искового заявления и направление его сторонам, представление интересов истца в суде. 

Помощник прокурора Ипатовского района Дудина Е.А. просила требование истца о компенсации морального вреда удовлетворить частично, поскольку истребуемая истцом сумма компенсации завышена.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд в порядке ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав пояснения истца, его представителя и помощника прокурора, оценив и исследовав представленные в дело доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. 

В соответствии со ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьи 133-139,197 и 399).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 названного Постановления Пленума ВС РФ).

Согласно п. 30 названного Постановления Пленума ВС РФ при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Пунктом 21 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу «Максимов (Maksimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, 02.05.2024 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 264.3 УК РФ.

Производство по уголовному делу осуществлялось в период с 02.05.2024 по 19.09.2024, то есть на протяжении более 4 месяцев.

В отношении ФИО1 мера пресечения либо мера процессуального принуждения не избиралась.

В ходе предварительного следствия проводились обыски по месту регистрации ФИО2 (

<

адрес>) и по месту его жительства (

<

адрес>), что подтверждается протоколами обыска (выемки) от 13.06.2024.

27.06.2024 у ФИО1 изъято и признано вещественным доказательством транспортное средство - Ниссан Патфайндер, государственный регистрационный знак №, которым ФИО1 управлял в момент совершения вменяемого ему преступления. 

Постановлением дознавателя отделения дознания ОМВД России «Ипатовский» от 19.09.2024 прекращено уголовное дело в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.3 УК РФ.

Этим же постановлением признано за ФИО1 право на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ

Таким образом, судом установлено, что на протяжении более 4 месяцев ФИО1 подвергался незаконному уголовному преследованию. 

Исходя из доказанности факта незаконного уголовного преследования в отношении ФИО1, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 как лицо, в отношении которого имело место незаконное уголовное преследование, имеет право на выплату компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь вышеуказанными нормами права, учитывает, что незаконное уголовное преследование ФИО1 на протяжении более 4 месяцев, с изъятием транспортного средства и производства обысков по месту его жительства и регистрации, заведомо причинили ему нравственные страдания. Наличие указанных фактических обстоятельств сомнений не вызывает в силу их очевидности и необходимости учета при решении вопроса о размере компенсации морального вреда.

Суд принимает также во внимание, что истец живет в небольшом городе Ипатово, где горожанам все известно друг о друге. О сложившейся в отношении него ситуации было известно, в том числе его родственникам, знакомым, в результате чего он испытывал на себе осуждающие и неодобрительные взгляды людей, что не могло не причинить ему нравственных страданий и не оказать негативное воздействие на его эмоциональное состояние.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, применительно к положениям вышеуказанных норм права, установленных судом конкретных обстоятельств дела, а именно обстоятельства незаконного уголовного преследования ФИО1, категорию преступления, в совершении которого он обвинялся, личность истца, который ранее привлекался к уголовной ответственности, характер и степень нравственных страданий, причиненных ему незаконным уголовным преследованием, длительность уголовного преследования (более 4 месяцев), отсутствие избранных в отношении него меры пресечения и меры процессуального принуждения, также принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 - 70 000 руб. 

В удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 230 000 руб. суд отказывает, полагая данную сумму завышенной. 

При разрешении требования истца о взыскании расходов, понесенных на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб., суд приходит к следующему.

Согласно договору об оказании юридической помощи от 24.10.2024, заключенному между истцом и адвокатом Булыгиным И.А., квитанции к приходному кассовому ордеру № 18 от 24.10.2024 ФИО1 оплатил адвокату Булыгину И.А. юридические услуги по оказанию юридической помощи за консультацию, составление иска о взыскании компенсации морального вреда, связанной с правом реабилитации, представление интересов в суде, 30 000 руб. 

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пунктах 12, 13 постановления Пленума от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Суд, принимая во внимание обстоятельства дела, категорию рассматриваемого спора, объем выполненной представителем работы (консультация, подготовка и составление иска), участие адвоката в судебном заседании, а также учитывая время, необходимое на исследование и подготовку документов, стоимость аналогичных услуг в регионе, а также разумность пределов оплаты юридических услуг, руководствуясь принципом разумности и справедливости, приходит к выводу об обоснованности данных требований в размере 30 000 руб.

Довод ответчика о необходимости применения положений о пропорциональном возмещении судебных издержек подлежит отклонению, поскольку в соответствии с разъяснениями п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

При указанных обстоятельствах исковое заявление ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт РФ 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 70 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Ипатовский районный суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательном виде.

Судья В.В. Куценко