К делу № 2-647-19 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 февраля 2019 года г. Таганрог 

Таганрогский городской суд Ростовской области в составе:

Председательствующего судьи Полиёвой О.М., 

при секретаре судебного заседания Чеченевой Т.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании объединенное гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к ГУ УПФР в г. Таганроге о признании права на получение пенсии с повышенной фиксированной выплатой к страховой части с учетом наличия иждивенца, перерасчете пенсии,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ГУ УПФР в г. Таганроге в котором заявили требования о признании за ними права на получении пенсии с повышенный фиксированной выплатой к страховой части с учетом наличия иждивенца, обязать ответчика произвести перерасчет пенсии с 01.12.2015 г. Требования истцов обусловлены тем, что они являются родителями ФИО1, 

<

дата> г.р., который является инвалидом 

<

данные изъяты> группы, что являлось основанием для начисления им пенсии с повышенной фиксированной выплатой для его содержания. Однако, в 2015 г. ответчик выплату прекратил, ссылаясь на то, что сын, якобы, не находится на их иждивении, поскольку он самостоятельно получает пенсию по инвалидности, что исключает возможность считать его иждивенцем.

Вместе с тем, ФИО1 фактически находится на их иждивении, получает от них постоянную материальную помощь и не может без нее обходиться в силу своего состояния здоровья, размер их пенсии без дополнительной фиксированной выплаты является низким и не позволяет предоставить сыну-инвалиду необходимую материальную поддержку. 

ФИО2, ФИО3 с решением ГУ УПФ РФ в г. Таганроге не согласны, в связи с чем, просят суд признать за ними право на получение пенсии с повышенной фиксированной выплатой к страховой части с учетом наличия иждивенца, обязать ГУ УФ РФ в г. Таганроге произвести перерасчет пенсии с повышенной фиксированной выплатой к страховой пенсии с учетом иждивенца с 01.12.2018 г. 

В судебное заседание истцы ФИО2 и ФИО3 не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, направили ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие с участием представителя – адвоката Приходько В.И. 

В отношении не явившихся истцов дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель ГУ УПФ РФ в г. Таганроге – ФИО4, действующий по доверенности № от 

<

дата>, возражал против удовлетворения исковых требований, представил возражения на иск, в которых указал, что утверждение истцов о том, что сын находится у них на иждивении, не соответствует действительности, т.к. он имеет свой доход, а именно получает пенсионные выплаты в размере 

<

данные изъяты> руб. Постановлением Правительства Ростовской области от 10.05.2018 г. № 299 для пенсионеров установлен прожиточный минимум 7731 руб. Указанная сумма официально признана достаточным размером дохода, обеспечивающим все жизненные потребности пенсионера в течение месяца. Тот факт, что сын истцов имеет достаточный самостоятельный доход, исключает возможность его нахождения на иждивении у истцов. Фактически отсутствует основное условие, наличие которого позволяет говорить об иждивении – получение сыном постоянного и основного источника средств к существованию от истцов. Оба истца утверждают, что их сын находится на иждивении каждого из истцов. Однако нахождение на иждивении определяется в ч. 3 ст. 10 ФЗ № 400 – члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. В приведенной норме права говорится о кормильце, а не о кормильцах. Т.е. находиться на иждивении можно у одного кормильца, а не у двух, трех и т.д. Если один кормилец предоставляет лицу, находящемуся у него на иждивении, помощь, которая являлась для иждивенца постоянным и основным источником средств к существованию, то другое лицо никак не может предоставлять тому же иждивенцу основные средства к существованию по той причине, что указанные средства уже предоставляются другим лицом (кормильцем). Также представитель ответчика пояснил, что, когда идет речь об иждивенчестве, то говорится о нахождении на иждивении лишь у одного лица, а не у нескольких. В данном случае, не ясно, у кого конкретно на иждивении находится сын. Поскольку до достижения ребенком 18 лет оба родителя обязаны обеспечивать ребенка всем необходимым согласно действующему законодательству, следовательно, и выплаты производились обоим родителям. Представленные истцами документы не подтверждают обстоятельства, на которые они ссылаются. Ребенок имеет свой доход, который превышает прожиточный минимум, установленный в Ростовской области. Представитель ответчика просил в иске отказать.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации как в правовом и социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (преамбула; ст. 1; статья 7, часть 1) охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; в Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (статья 38, части 1 и 2); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1).

Принцип социального государства, относящийся к основам конституционного строя Российской Федерации, обязывает публичную власть надлежащим образом осуществлять государственную поддержку семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливать государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты на основе общепринятых в правовом и социальном государстве стандартов и гуманитарных ценностей. Такой подход согласуется с Конвенцией о правах ребенка, одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989 г. (статьи 3, 18, 26 и 27), указывающей на необходимость оказания государствами-участниками надлежащей помощи родителям и законным опекунам, в том числе через систему социального обеспечения, в выполнении ими своих обязанностей по воспитанию детей в целях обеспечения ребенку (детям) такой защиты и заботы, которые необходимы для его (их) благополучия.

Перечень случаев (социальных рисков), с которыми Конституция Российской Федерации связывает право на социальное обеспечение, не является исчерпывающим. Относя установление таких случаев к сфере регулирования законом, Конституция Российской Федерации тем самым подтверждает обязанность государства гарантировать гражданам социальное обеспечение при наступлении не только названных в ее статье 39, но и других социальных рисков, признаваемых законодателем в качестве основания для его предоставления.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 03.06.2004 г. № 11-П, важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Конституционное право на социальное обеспечение включает право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах. При этом Конституция Российской Федерации непосредственно не предусматривает конкретные условия и порядок предоставления пенсий, - государственные пенсии и социальные пособия, согласно ее статье 39 (ч. 2), устанавливаются законом.

С 01.01.2015 г. страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с Федеральным законом от 23.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», цель которого - защита прав граждан Российской Федерации на страховую пенсию, предоставляемую на основе обязательного пенсионного страхования с учетом социальной значимости трудовой и (или) иной общественно-полезной деятельности граждан в правовом государстве с социально ориентированной рыночной экономикой, в результате которой создается материальная основа для пенсионного обеспечения, особого значения страховой пенсии для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров, субсидиарной ответственности государства за пенсионное обеспечение, а также иных конституционно значимых принципов пенсионного обеспечения.

Согласно п. 1 ст. 4 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Нетрудоспособные члены семей граждан, указанных в части 1 настоящей статьи, имеют право на страховую пенсию в случаях, предусмотренных статьей 10 настоящего Федерального закона (п. 2).

Судом установлено, что ФИО2 и ФИО3 являются родителями ФИО1, 

<

дата> г.р., который является инвалидом с детства, ему установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности бессрочно.

Как следует из материалов дела, с 01.12.2015 г. ГУ УПФ РФ принял решение о пересмотре суммы начисляемой ФИО2 и ФИО3 фиксированной выплаты, в соответствии с которым фиксированная выплата отменена на основании того, что ФИО1, 

<

дата> г.р. самостоятельно получает пенсию и не находится на полном их иждивении. 

Согласно п. 3 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», нетрудоспособные члены семьи застрахованного лица признаются состоящими на его иждивении, если они находятся на его полном содержании или получают от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию.

В соответствии с п. 3 ст. 17 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» лицам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в пп. 1, 3 и 4 ч. 2 ст. 10 настоящего Федерального закона, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной ч. 1 ст. 16 настоящего Федерального закона, на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трех нетрудоспособных членов семьи.

Исходя из положений ч. 2 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» нетрудоспособными членами семьи признаются дети кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.

Из буквального толкования данной нормы закона следует, что законодателем установлена презумпция иждивенства трех категорий лиц - нетрудоспособных членов семьи: дети, не достигшие возраста 18 лет; дети, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет; дети, братья, сестры и внуки старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.

Таким образом, достигшие возраста 18 лет и старше дети, братья, сестры и внуки кормильца признаются нетрудоспособными, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами, имеющими ограничение способности к трудовой деятельности (до 01.01.2004 г. - инвалидами безотносительно к установлению у них ограничения способности к трудовой деятельности).

Время фактического наступления инвалидности, т.е. до 18 лет, устанавливается учреждениями Государственной службы медико-социальной экспертизы. Согласно п. 4 разъяснений Минтруда России от 15.04.2003 г. № 1 «Об определении учреждениями Государственной службы медико-социальной экспертизы причин инвалидности» причина инвалидности с формулировкой «инвалид с детства» определяется гражданам старше 18 лет, когда инвалидность вследствие заболевания, травмы или дефекта, возникшего в детстве, наступила до достижения 18 лет.

Указанная причина инвалидности может быть определена и в том случае, если по клиническим данным, эти опатогенезу заболеваний или по последствиям травм и врожденным дефектам, подтвержденным данными лечебных учреждений, у инвалида в возрасте до 18 лет (до 01.01.2000 г. - в возрасте до 16 лет) имелись признаки стойких ограничений жизнедеятельности.

Таким образом, законом установлено иждивенство совершеннолетних детей, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами, что подтверждается справкой об инвалидности с указанием причины «инвалидность с детства». Соблюдение иных условий, установленных законом для определения факта нахождения на иждивении, в том числе, установления нуждаемости этого лица в постоянной посторонней финансовой помощи для существования, в данном случае не имеет юридического значения для решения вопроса об иждивенстве нетрудоспособного инвалида с детства.

Иное толкование норм закона, не соответствует вышеприведенным основным принципам социального обеспечения в Российской Федерации и противоречит целям Федерального закона «О страховых пенсиях».

Как следует из материалов дела, ФИО1, 

<

дата> рождения, признан инвалидом 

<

данные изъяты> группы бессрочно, причина инвалидности – инвалид с детства (справка МСЭ-2014 №).

При указанных обстоятельствах вывод ГУ УПФ РФ в г. Таганроге об отсутствии оснований, подтверждающих факт нахождения на иждивении у истцов их сына – ФИО1, не основан на законе.

Из материалов дела следует, что по состоянию на 

<

дата> ФИО2 установлены следующие выплаты: страховая пенсия – 

<

данные изъяты> руб.; ФИО3 установлена страховая пенсия по старости 

<

данные изъяты> рублей. 

Доводы ответчика о том, что у ФИО1 имеется самостоятельный доход в виде пенсии выше прожиточного минимума, установленного в Ростовской области для пенсионеров, в связи с чем, он не может являться иждивенцем, судом отклоняются. 

Так, исходя из содержания п. 3 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», иждивением законодатель признает не только содержание членов семьи, но и помощь, оказываемую им кормильцем, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию. 

Иждивенцами признаются лица, которые либо полностью находились на содержании определенного лица, либо получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Помощь необязательно должна быть обличена только в денежную форму, это может быть помощь продуктами питания, одеждой, полным обеспечением и оплатой всех услуг по удовлетворению потребностей и пр. Главным является факт того, что помощь играет значительную роль в обеспечении его жизни.

В обоснование заявленных требований истцы ссылается на то, что они оказывают ФИО1 постоянную помощь, которая является для него основным и постоянным источником к существованию. 

В подтверждение доводов истцами представлены квитанции об оплате ФИО1 жилищно-коммунальных услуг по месту их жительства.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности в порядке ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что истцы, безусловно, оказывают нетрудоспособному сыну помощь, которая носит постоянный характер, оказывается систематически, в течение длительного периода времени. При этом положения ч. 3 ст. 17 Федерального закона от 28.12.2013 г. «О страховых пенсиях» не ограничивают право на расчет пенсии с учетом иждивенца конкретным размером получаемого иждивенцем дохода либо соотношением такого дохода с уровнем прожиточного минимума.

Доводы ответчика об определении факта нахождения на иждивении, исходя из степени обеспеченности членов данной семьи (исходя из сумм пенсии, ежемесячных денежных выплат) суд отклоняет, поскольку законом иждивенство лиц указанной категории презюмируется.

Кроме того, п. 1 ст. 85 СК РФ предусмотрена обязанность родителей содержать своих нетрудоспособных совершеннолетних детей, нуждающихся в помощи, чья нетрудоспособность связана с тем или иным заболеванием, повлекшим нарушение здоровья человека со стойким расстройством функций организма, приводящее к полной или значительной утрате трудоспособности, в результате чего была установлена инвалидность.

Поскольку истцы в силу закона обязаны содержать своего нетрудоспособного совершеннолетнего сына, установление гарантий социальной защиты инвалидам, в том числе мер социального обеспечения в предусмотренных Федеральным законом от 24.11.1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» случаях, не может снижать уровень социальных гарантий, установленных Федеральным законом «О страховых пенсиях».

Доводы ответчика о том, что Закон предусматривает нахождение на иждивении только у одного кормильца, что исключает возможность установления повышенную фиксированную выплату обоим родителям, судом отклоняются как необоснованные, т.к. до достижения ФИО1 совершеннолетия повышенная фиксированная выплата была установлена обоим истцам с учетом иждивенца ФИО1, что представителем ответчика не отрицалось. Также, как указано выше, обязанность по содержанию нетрудоспособного совершеннолетнего сына возложена на обоих родителей нормами семейного законодательства.

При таком положении действия ГУ УПФ РФ в г. Таганроге по установлению ФИО2, ФИО3 с 01.12.2015 г. размера фиксированной выплаты пенсии без учета иждивенца являются необоснованными, а исковые требования ФИО2 и ФИО3 подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2, ФИО3 к ГУ УПФР в г. Таганроге о признании права на получение пенсии с повышенной фиксированной выплатой к страховой части с учетом наличия иждивенца, перерасчете пенсии, – удовлетворить.

Обязать ГУ УПФ РФ в г. Таганроге установить ФИО2, ФИО3 с 01.12.2015 года страховую пенсию по инвалидности с учетом повышенной фиксированной выплаты в связи с нахождением на их иждивении нетрудоспособного члена семьи – сына ФИО1, 

<

дата> года рождения.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий