Дело № 2-11/17 Мотивированное 

решение

 изготовлено 13.02.2017 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 февраля 2017 года Орджоникидзевский районный суд г.Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Гуськовой О.Б.,

при секретаре Кузиной С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к ФИО12 чу о признании завещания недействительным, признании принявшей наследство, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО11 обратилась с иском к ФИО12 о признании завещания недействительным.

В обоснование иска истица указала, что 21.03.2016 года умер ее отец ФИО, который являлся собственником 1/2 доли в праве собственности на квартиру по адресу: 

<

 адрес >. Истец является единственным наследником умершего по закону. Однако, от нотариуса ФИО13 она узнала о наличии завещания в пользу ФИО12, сына второй супруги отца. Полагает, что на момент составления завещания отец не мог понимать значения своих действий. При жизни отец говорил, что все его имущество будет принадлежать единственной дочери. У нее с отцом до последнего дня жизни были доверительные отношения, истица помогала ему, прибирала квартиру, интересовалась о здоровье. Завещание отца было составлено в тот момент, когда истицы не было в городе. На последнем году жизни (79 лет) отец имел плохое здоровье, его поведение было странным, зимой 2016 года он перестал узнавать родных, выгнал из дому внучку. Он путал желаемое с действительным. Истец просит признать завещание от 15.06.2015 года, составленное ФИО на имя ФИО12 недействительным, признать истца принявшей наследство.

В судебном заседании представитель истца ФИО14, действующая на основании доверенности 

<

 № > от 

<

 дд.мм.гггг >, поддержала требования и доводы иска, дополнительно пояснила суду, что поведение отца в течение последнего года жизни было странным. Зимой 2015 года он упал и получил травму позвоночника, в дальнейшем ему поставили диагноз «

<

 данные изъяты >». Отец перестал узнавать родственников, ориентироваться на местности. Истица видела отца в 2015 году раз месяц, раз в неделю к нему приходили муж и сын истца. Наследодатель проживал с ФИО12 У психиатра и нарколога отец на учете не состоял. 

Ответчик и представитель ответчика ФИО15, действующий на основании устного ходатайства, иск не признали, суду пояснили, что ФИО с пятилетнего возраста воспитывал ответчика, относился к нему как к сыну. После смерти матери ответчика ФИО и ФИО12 продолжили проживать вместе. Мать ответчика и ФИО согласовали, что после смерти ФИО его доля перейдет ответчику. После получения инвалидности ответчик находился на иждивении умершего. Истец с отцом никогда вместе не проживали, истица не помогала отцу. Истец с мужем навещали ФИО очень редко. Истец настаивала сдать ФИО в пансионат. В мае месяце ФИО начал проходить обследование, у него было выявлено 

<

 данные изъяты >. 

<

 данные изъяты >. ФИО12 с ФИО вместе ходили к врачам. ФИО не принимал наркотические препараты, ему была прописана специальная терапия, ФИО12 получал эти лекарства в поликлинике. На момент составления завещания ФИО полностью осознавал свои действия. Составление завещания было инициативой ФИО, они с Осинцевым вместе ездили к нотариусу. 

Третье лицо нотариус ФИО13 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена надлежащим образом, причину неявки суду не сообщила.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица и вынести решение.

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст.1113 Гражданского кодекса РФ, наследство открывается со смертью гражданина.

В соответствии со ст.1111 Гражданского кодекса РФ, наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом. 

Как видно из материалов дела, наследодатель ФИО, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения, уроженец д.

<

 адрес >, скончался 18.03.2016 года (л.д.8). 

На момент смерти ФИО являлся собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на двухкомнатную квартиру общей площадью 43,7 кв.м. по адресу: 

<

 адрес >, которая принадлежала наследодателю на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 12.11.2001 года (л.д.114, 115). 

15.05.2015 года ФИО составил завещание (зарегистрированное в реестре за 

<

 № >), удостоверенное врио нотариуса ФИО13 ФИО10, согласно которому он завещал 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

 адрес >, ФИО12, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения (л.д.96). На момент смерти ФИО завещание не было отменено или изменено. 

Таким образом, ФИО12 является наследником ФИО по завещанию. Дочь ФИО ФИО11 является наследником ФИО первой очереди по закону (л.д.97, 98). 

ФИО11 своевременно, в шестимесячный срок, обратилась к нотариусу ФИО13 с заявлением о принятии наследства, оставшегося после смерти ФИО (л.д.95), и 26.09.2016 года получила свидетельства о праве на наследство на денежные вклады в ПАО «

<

 данные изъяты >» и неполученную пенсию. 

Оценивая составленное ФИО 15.06.2015 года завещание, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст.1118 Гражданского кодекса РФ, распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается.

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно ст.1131 Гражданского кодекса РФ, при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

В силу ст.177 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

Исследовав представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что истцом не представлено и судом не добыто доказательств того, что на момент совершения завещания от 15.06.2015 года ФИО не мог понимать значение своих действий и руководить ими. 

В ходе рассмотрения настоящего дела судом была проведена посмертная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО

Как видно из заключения вышеуказанной экспертизы, проведенной в ОГУЗ СОКПБ, экспертная комиссия не выявила у ФИО на момент составления завещания диагностических критериев, достаточных для диагностики какого-либо психического расстройства. Аналогичным образом, у наследодателя не выявлено выраженного и стойкого снижения познавательных процессов, выраженного интеллектуально-мнестического снижения, критических, прогностических и контролирующих функций, признаков пассивно-подчиняемого типа поведения, повышенной внушаемости. Экспертами не выявлено однозначных убедительных данных, свидетельствующих о том, что ФИО не мог понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания 15.06.2015 года (л.д.128-143). Не доверять заключению экспертов у суда оснований не имеется, поскольку выводы сделаны квалифицированными специалистами, не заинтересованными в исходе дела, на основании всей имеющейся в распоряжении суда медицинской документации в отношении ФИО и изучения материалов гражданского дела. Оснований для проведения повторной экспертизы суд не усматривает, поскольку выводы экспертов однозначны, не допускают двоякого толкования, стороной истца не представлено иных дополнительных доказательств, которые бы противоречили заключению экспертизы. 

Истицей не представлено и судом не добыто достоверных доказательств того, что ФИО на момент составления завещания находился в болезненном состоянии и не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими. Как следует из медицинской документации ФИО, он никогда не осматривался психиатром, поскольку его состояние не вызывало сомнения у его лечащих врачей, при том, что с мая 2015 года ФИО постоянно наблюдался врачом-

<

 данные изъяты > в связи с диагностированным у него заболеванием. Из показаний свидетеля ФИО9 (врача-

<

 данные изъяты >) следует, что у ФИО было ясное сознание, он четко выполнял указания врача, регулярно приходил на прием вместе с ФИО12, принимал прописанные лекарства. Диагностированный у ФИО 

<

 данные изъяты > не вызывает нарушение сознания. ФИО была назначена гормональная терапия, которая давала положительные результаты, наркотические препараты ему не назначались (л.д.80-81). 

Из пояснений участников процесса следует, что ФИО, несмотря на свой возраст, работал до конца 2014 года. Медицинская документация наследодателя подтверждает, что он регулярно проходил медицинские осмотры, каких-либо отклонений в психике выявлено не было. 

Составление завещания на ФИО12 не является нелогичным, поскольку ФИО на протяжении длительного времени проживал с ответчиком, воспитывал его с пятилетнего возраста, относился к нему, как к сыну. ФИО12 заботился о ФИО, посещал с ним поликлинику, помогал по хозяйству. 

Адекватное состояние ФИО на момент составления завещания подтверждается пояснениями ответчика, показаниями свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО9 

Свидетель ФИО5 не подтвердила наличие у наследодателя психических отклонений, поскольку не общалась с ним с 2014 года. Свидетели ФИО6, ФИО7 ФИО8 являются близкими родственниками и свойственниками истца, т.е. лицами, заинтересованными в исходе дела, в связи с чем к их показаниям суд относится критически. Вышеуказанные свидетели достаточно редко общались с наследодателем. Кроме того, из показаний данных свидетелей не усматривается наличие у наследодателя психических отклонений. 

Таким образом, истцом не представлено достоверных и достаточных доказательств того, что ФИО на момент составления завещания не мог понимать значения своих действий и руководить ими, а потому в иске должно быть отказано. Также не имеется оснований для удовлетворения иска в части признания истца принявшей наследство, поскольку в части денежных вкладов и пенсии данное право истца никем не оспаривается, истцом получены свидетельства о праве на наследство на вышеуказанное имущество. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск ФИО11 к ФИО12 чу о признании завещания, составленного 15.06.2015 года ФИО, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения, умершим 21.03.2016 года (номер в реестре 

<

 № >), недействительным, признании принявшей наследство, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Орджоникидзевский районный суд г.Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья О.Б.Гуськова