57RS0023-01-2023-002106-76

Дело №2-22/2024 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2024 года город Орел

Советский районный суд города Орла в составе:

председательствующего судьи Самойловой Ю.С.,

при секретаре Гребеньковой А.Е., 

помощнике судьи Конкиной Н.Н.,

при участии помощника прокурора Советского района г.Орла Амелиной Е.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Советского районного суда г. Орла гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО1, ФИО3, ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» о взыскании компенсации морального вреда. 

В обоснование иска указала, что в период нахождения на стационарном лечении в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» ФИО2 оказана несвоевременная, некачественная медицинская помощь, приведшая к тяжелым последствиям для здоровья истца.

Просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 10000000 рублей.

В ходе рассмотрения дела судом приняты к производству самостоятельные исковые требования ФИО3, ФИО4, являющихся родителями ФИО2, а также несовершеннолетней ФИО1, дочери истицы, которые также просят взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1500000 рублей в пользу каждого.

В судебном заседании представитель истца ФИО5 исковые требования поддержала по доводам, в нем изложенным. 

Остальные участники процесса, надлежаще извещенные о рассмотрении дела, в суд не явились, о причинах неявки суду не сообщили.

Суд, выслушав стороны, допросив эксперта, исследовав материалы дела, выслушав заключение помощника прокурора, полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В судебном заседании установлено, что 07.09.2021 г. ФИО2 была доставлена каретой скорой помощи в ГБУЗ «ГКБ им. В.В. Виноградова ДЗМ» с подозрением на 

<

данные изъяты>. При поступлений в больницу, ФИО2 доставили в отделение реанимации. Находясь в отделении реанимации, у нее начались эпиприступы. 

11.09.2021 г. ФИО2 перевели в нейрохирургическое отделение, в связи с улучшением состояния. При этом, истец испытывала сильные боли в левой руке, о чем сообщила своему лечащему врачу ФИО6

13.09.2021 г. ФИО2 отправили на рентген, после чего выявили перелом 

<

данные изъяты> Каким образом она получила данный перелом, истцу никто из медицинского персонала не пояснил. Помимо наложения повязки и местного обезболивания, никаких медицинских манипуляций по лечению указанного перелома осуществлено не было. 

21.09.2021 г. у ФИО2 обнаружили 

<

данные изъяты>, анализ показал заболевание 

<

данные изъяты>, после чего она была переведена в обсервацию для перевода в инфекционную больницу. Спустя сутки истец была переведена в ФГБУЗ Больницу РАН (г.Троицк), где ее лечили от 

<

данные изъяты>

С 12.04.2022 г. по 25.04.2022 г. ФИО2 находилась в травматолого -ортопедическом отделении ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России с диагнозом 

<

данные изъяты>. 13.04.2022 г. истцу была проведена 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> интраоперационно возникло осложнение - 

<

данные изъяты>

13.04.2022 г. истцу проведена операция - реконструкция 

<

данные изъяты>.

18.04.2022 г. - дополнительно проведены операции: 

<

данные изъяты>.

С 19.05.2022 по 25.05.2022 г. ФИО2 находилась в травматолого -ортопедическом отделении ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России с диагнозом посттравматический 

<

данные изъяты>.

20.05.2022 г. проведена операция - 

<

данные изъяты>. 29.03.2023 г. в ответ на обращение ФИО2 ООО "СМК Ресо-Мед" указало, что при проверке качества оказания медицинской помощи установлены: несвоевременный перевод пациента в медицинскую организацию более высокого уровня, приведший к удлинению сроков оказания медицинской помощи и (или) ухудшению состояния здоровья застрахованного лица: задержка в выполнении рекомендаций нейрохирурга (в том числе необходимая лабораторная диагностика Ковид), приведшая к удлинению срока лечения и развитию осложнений в виде травмы плеча, тромбоза вен левой конечности, нарастанию очаговой неврологической симптоматики. 

Согласно заключению экспертов №21/23 от 31 мая 2024 года Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница №8 Федерального медико-биологического агентства», в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы установлено, что за период пребывания ФИО2 в стационаре Государственном бюджетном учреждении здравоохранения г. Москвы «Городская клиническая больница им. В.В. Виноградова Департамента здравоохранения 

<

...>» имели место следующие дефекты: 

- ведение медицинской карты стационарного больного не соответствуют требованиям п. 2.2. Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» в части отсутствия информированного добровольного согласия пациента на проведение МРТ с контрастным усилением, в то время, когда пациентка находится в ясном сознании, из записей карты непонятно, при каких условиях и по какой причине произошло повреждение 

<

данные изъяты> 10.09.2021, потребовавшее его замену и установку катетера в 

<

данные изъяты>, нет назначения проведения ультразвукового исследования 

<

данные изъяты>, не оформлено информированное добровольное согласие пациента на перевод в нейрохирургическое отделение при нахождении ФИО2 в ясном сознании, по данным медицинской карты не представляется возможным установить причины невыполнения рекомендаций нейрохирурга по переводу пациентки в профильное отделение; 

- при госпитализации, за время нахождения ФИО2 в отделении реанимации и интенсивной терапии и при наблюдении в условиях неврологического отделения неверно квалифицировано состояние пациентки как тяжелое, либо не описаны характеризующие тяжелое состояние симптомы;

- своевременно не осуществлен перевод пациентки в профильное отделение согласно рекомендациям нейрохирурга, приведшие к удлинению срока лечения;

- за период пребывания ФИО2 в стационаре Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г. Москвы «Городская клиническая больница им. В.В. Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» с 07.09.2021 по 24.09.2021 произошло ухудшение состояния здоровья пациентки в виде инфицирования пациентки новой коронавирусной инфекцией 

<

данные изъяты>

С учетом клинических рекомендаций «Лечение и профилактика венозных тромбоэмболических осложнений», «Перелом на уровне плечевого пояса и плеча» и «Лечение больных с кверномными мальформациями ЦНС», особое место в оказании медицинской помощи ФИО2 занимают тактические дефекты, на которые обратили внимание эксперты в своем исследовании: несвоевременно проведена консультация сосудистого хирурга, которая не привела к негативным последствиям для здоровья ФИО2; во время первичной консультации сосудистым хирургом 15.09.2021 не определены противопоказания для нейрохирургического вмешательства и возможного оперативного лечения на 

<

данные изъяты>; в условиях установленного 13.09.2021 у ФИО2 сложного 

<

данные изъяты>, при условии стабильного состояния пациентки и отсутствии показаний для экстренного оперативного лечения 

<

данные изъяты>, приоритетным являлось устранение вывиха 

<

данные изъяты> и инфицирование пациентки новой коронавирусной инфекцией 

<

данные изъяты> привели к невозможности своевременного и квалифицированного оказания медицинской помощи как по поводу травмы, так и по поводу основного заболевания - 

<

данные изъяты>.

Поскольку 

<

данные изъяты> конечностей не является заведомо опасным в плане развития венозных тромбоэмболических осложнений, наличие 

<

данные изъяты> у ФИО2 не являлось противопоказанием для выполнения хирургического лечения по травматологическому профилю. К тому же, имевшие место вывих и перелом в области левого плечевого сустава усугубляли течение 

<

данные изъяты> по причине отека и нарушения анатомических взаимоотношений пояса левой верхней конечности.

Характер 

<

данные изъяты> не гарантировал полного восстановления функции конечности при своевременном оказании травматологической помощи, однако, длительный период наличия травмы плечевого сустава с сентября 2021 г. по апрель 2022 г. однозначно привел к ухудшению прогноза в плане сохранения сустава и восстановления его функции и привел к необходимости тотального 

<

данные изъяты>.

Диагноз основного заболевания «

<

данные изъяты>» установлен своевременно и правильно, консультация нейрохирургом проведена вовремя. Однако, часть диагноза основного заболевания, а именно - 

<

данные изъяты> выставлен неверно, поскольку не подтвержден данными магнитно-резонансной томографии с внутривенным контрастированием. Диагноз 

<

данные изъяты> выставлен верно, однако по имеющимся данным объективно установить причину и время его развития не представляется возможным. Что именно имелось ввиду под повреждением периферического венозного катетера 10.09.2021 в области 

<

данные изъяты> - неизвестно.

Диагноз 

<

данные изъяты> установлен верно, но объективно высказаться о своевременности его выставления не представляется возможным ввиду того, что по имеющимся данным невозможно установить время и обстоятельства образования перелома. При этом очевидно, что на момент поступления ФИО2 в стационар 07.09.2021 такое повреждение у нее отсутствовало, поскольку на рентгенограмме органов грудной клетки от 07.09.2021 каких-либо травматических изменений в области 

<

данные изъяты> не определяется.

В представленных медицинских документах отсутствуют достоверные сведения причинения вреда здоровью ФИО2 в результате действий (бездействия) сотрудников Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г. Москвы «Городская клиническая больница им. В.В. Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы».

Однако эксперты утверждают, что в период нахождения ФИО2 в указанном медицинском учреждении при неизвестных обстоятельствах истцом получено повреждение в виде оскольчатого перелома хирургической шейки левой плечевой кости с вывихом головки сзади и отрывом большого бугорка, который мог образоваться в результате различных вариантов падений, а также в условиях судорожного приступа, и согласно пункту 6.11.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». утверждённых Приказом МЗиСР РФ от 24.04.2008 №194н, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью.

С учетом того, что в данных осмотров врачей не указывались жалобы ФИО2, а содержание дневниковых записей носят формальный характер по типу копирования, с учётом единственного зафиксированного «внепланового» приступа 08.09.2021 в 23:50 нельзя исключить образования 

<

данные изъяты> в это время. Также образование 

<

данные изъяты> у ФИО2 не исключается при невыясненных обстоятельствах 10.09.2021, когда произошло повреждение периферического венозного катетера в областью 

<

данные изъяты>.

Кроме этого, за период пребывания ФИО2 в стационаре Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г. Москвы «Городская клиническая больница им. В.В. Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» с 07.09.2021 по 24.09.2021 произошло инфицирование пациентки новой коронавирусной инфекцией 

<

данные изъяты>, что не позволило своевременно оказать квалифицированную помощь по нейрохирургическому и травматологическому профилям.

При вынесении решения, суд принимает за основу заключение судебно-медицинской экспертизы №21/23 от 31 мая 2024 года. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 указанные выводы поддержал в полном объеме и дополнительно пояснил, что последствия причиненного ФИО2 

<

данные изъяты>, а также несвоевременного оказания медицинской помощи по его лечению, приведшие к необходимости тотального 

<

данные изъяты> будут сказываться на состоянии здоровья истца на протяжении всей ее жизни.

Суд полагает, что данное заключение отвечает требованиям допустимого и относимого доказательства. Данное заключение было постановлено экспертами в соответствии с определением о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы, имеет исследовательскую часть, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, компетенция экспертов у суда не вызывает сомнений, выводы экспертов являются однозначными и носят утвердительный характер. 

Анализируя представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, исходя из установленных в ходе рассмотрения настоящего дела обстоятельств, свидетельствующих о том, что со стороны ответчика имели место дефекты оказания медицинской помощи. 

Приходя к такому выводу, суд учитывает, что пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Принимая во внимание вышеприведенные правовые нормы и установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что допущенные в ответчиком нарушения при оказании медицинской помощи ФИО2 являются нарушениями требований к качеству медицинской помощи, нарушили права истца, как пациента, и его близких родственников в сфере охраны здоровья, и могут рассматриваться как основание для компенсации морального вреда, учитывая, что здоровье – это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи.

Факт наличия дефектов подтверждается материалами дела, доказательств обратного ответчиком представлено не было.

Доводы ответчика о невозможности возложения обязанности по возмещению причиненного истцу морального вреда в связи с отсутствием прямой причинной связи между действиями врачей и ухудшением состояния здоровья ФИО2, не могут быть признаны обоснованными, поскольку, по мнению суда, само по себе оказание некачественной медицинской помощи причинило истцу моральный вред, подлежащий возмещению лечебным учреждением. 

Так, по делу установлено, что оказанная ФИО2 медицинская помощь имела диагностические и тактический дефекты оказания медицинской помощи, которые привели к потере времени и нарастанию степени тяжести пациента. В данном случае имеется косвенная причинно-следственная связь между диагностическими и тактическим дефектами оказания медицинской помощи, допущенными ответчиком и наступлением неблагоприятного исхода в виде причинения ФИО2 тяжкого вреда здоровью.

Анализируя представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, исходя из установленных в ходе рассмотрения настоящего обстоятельств, свидетельствующих о том, что со стороны ответчика имели место дефекты оказания медицинской помощи. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание имеющиеся дефекты в лечении, тяжесть причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий. 

Учитывая фактические обстоятельства по делу, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав суд приходит к выводу о взыскании в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей.

Суд также приходит к выводу, что указанные обстоятельства безусловно повлекли причинение морального вреда малолетней дочери истца – ФИО1, которая длительный период времени была лишена материнской любви, заботы, возможности общения с мамой. До настоящего времени ввиду особенностей полученных повреждений ФИО1 не имеет возможности самостоятельно и полноценно ухаживать за дочерью, ввиду чего в пользу несовершеннолетней ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 600000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу ФИО4, ФИО3, суд принимает во внимание, что родители истца, имеющие преклонный возраст, были вынуждены изменить привычный уклад жизни, поскольку на их плечи легла забота о малолетней дочери ФИО2 – ФИО1, при этом, они, безусловно, испытывали постоянные волнение и тревогу за жизнь и здоровье своей дочери, ввиду чего в их пользу с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда по 300000 рублей в пользу каждого.

Поскольку истцы освобождены от уплаты государственной пошлины, то с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Орел» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1200 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО1, ФИО3, ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт №*** №***) компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей. 

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу несовершеннолетней ФИО1, чьи интересы представляет ФИО2 (паспорт №*** №***) компенсацию морального вреда в размере 600000 рублей. 

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4 (паспорт №*** №***) компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей. 

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО3 (паспорт №*** №***) компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований – отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения г.Москвы «Городская клиническая больница им.В.В.Виноградова Департамента здравоохранения города Москвы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования «Город Орел» государственную пошлину в размере 1200 рублей. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Орловский областной суд через Советский районный суд г.Орла в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения, который будет изготовлен 30.07.2024 г. 

Судья Ю.С.Самойлова