47RS0006-01-2023-000928-08 

Дело № 2-2259/2023 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

г. Гатчина 23 октября 2023

Гатчинский городской суд *** в составе: председательствующего судьи Лобанева Е.В.,

при секретаре Литвиновой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба в размере 387 700 руб., расходов на юридические услуги в размере 32150 руб., компенсации морального вреда в размере 50000 руб., госпошлины 7077 руб., расходов на экспертизу 67618 руб.,

по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о возмещении ущерба в размере 196900 руб., госпошлины 5138 руб., расходов на экспертизу 20000 руб., расходов на оценку 13500 руб., расходов по разбору автомашины 9000 руб., 

по иску ФИО2 к САО «РЕСО-Гарантия» о взыскании страхового возмещения в размере 262050 руб., штрафа,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, указав, что *** ответчик ФИО2, не имеющая страхового полиса, управляя автомобилем «Тойота Авенсис», г.р.з. ***, нарушила правила дорожного движения и совершила столкновение с автомобилем «Лада Приора», г.р.з. ***, под управлением истца. В результате автомобилю истца были причинены многочисленные повреждения, стоимость восстановительного ремонта которых составит 339500 руб. За составление отчета об оценке истец понес расходы в размере 7500 руб. Также требовал взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., за переживания, которые истец испытал в результате утраты автомобиля и причиненного вреда здоровью. Компенсировать расходы по нотариальному удостоверению полномочий представителя в размере 1700 руб., по оплате госпошлины в суд 7077 руб., расходы на оплату услуг представителя 32150 руб., расходы по проведенной судебной экспертизе в размере 67618 руб. (л.д. 9-13 т. 1, л.д. 191-192 т. 2).

ФИО2 предъявила встречный иск к ФИО1, в котором указала, что правила дорожного движения нарушил ФИО1, который ***, управляя автомобилем «Лада Приора», выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с автомобилем ответчика в тот момент, когда она совершала поворот налево. В результате автомобилю «Тойота Авенсис» были причинены повреждения, его восстановление экономически нецелесообразно. За вычетом годных остатков требовала взыскать с ФИО1 196900 руб. Помимо того, возместить расходы на оценку 13500 руб., расходы на внесудебную автотехническую экспертизу в размере 20000 руб., госпошлину 5138 руб., расходы по разборке автомобиля «Тойота» для проведения оценки в размере 9000 руб. (л.д. 2-4 т. 2).

Также, ФИО2 предъявила иск к САО «РЕСО-Гарантия», где в порядке ОСАГО была застрахована ответственность ФИО1 За вычетом уже выплаченного страхового возмещения требовала взыскать дополнительно 262050 руб., т.к. стоимость восстановительного ремонта с учетом износа определена в 407151,05 руб. Помимо этого требовала взыскать штраф на основании Закона «О защите прав потребителей».

Истец ФИО1 и его представитель ФИО3 в судебном заседании на иске настаивали, по изложенным в нем основаниям. Во встречном иске просили полностью отказать. 

Ответчик ФИО2 просила иск рассмотреть в ее отсутствие, извещена надлежащим образом. 

Представитель ответчика ФИО4 просил в иске полностью отказать, иски ФИО2 удовлетворить. 

Ответчик САО «РЕСО-Гарантия» и финансовый уполномоченный извещены надлежащим образом, не явились, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие. Во встречном иске просили отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д. 24-26 т. 2). 

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора Киргуевой Г.Т., полагавшей иск ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению, изучив материалы дел, установил следующее: 

*** около 20 ч. 00 мин. на перекрестке *** и *** произошло столкновение автомобиля «Лада Приора» под управлением истца и автомобиля «Тойота Авенсис» под управлением ответчика ФИО2 После столкновения автомобили остановились на левой по ходу движения обочине по *** «Лада» совершил наезд на дерево. 

Прибывшие на место сотрудники ГИБДД составили протокол и схему места ДТП, зафиксировав расположение транспортных средств после аварии. На представленных в материалы дела фотографиях также изображены автомобили сторон после ДТП.

На схеме места ДТП изображено место столкновения транспортных средств на расстоянии 3,5 метров от левой по ходу движения обочины *** со слов истца. 

Ответчик от подписи схемы места ДТП отказалась, пояснив в судебном заседании, что причиной послужило неправильное указание места столкновения автомобилей, которое на схеме обозначено красным цветом. Ответчик, с ее слов, указывала иное место столкновения, но сотрудники ГИБДД неверно его отобразили. 

В своих объяснениях ФИО1 указал, что, управляя автомобилем «Лада Приора» двигался со скоростью 40-45 км/ч по *** по правой по ходу движения полосе. Шел дождь, дорожное покрытие было мокрое, видимость в свете фар неограниченная. В машине на переднем сиденье находилась пассажир ФИО5 Автомобиль «Тойота Авенсис» он увидел заранее на правой по ходу движения обочине. Без включенного сигнала поворота «Тойота Авенсис» начал движение налево в сторону проезжей части *** сбавил скорость. «Тойота Авенсис» остановился, в связи с чем истец продолжил движение в прямом направлении. Где-то в 5 метрах до приближающегося автомобиля «Лада» автомобиль ответчик резко начал движение, выехав с обочины на проезжую часть. Истец применил экстренное торможение и повернул руль влево, но избежать столкновения не удалось. Столкновение произошло на правой полосе движения (л.д. 19, 48-49 адм. дело). 

ФИО2 пояснила, что управляла автомобилем «Тойота Авенсис». В автомобиле на переднем сиденье находился пассажир ФИО6 Для совершения поворота налево с *** ответчик остановила автомобиль в правой по ходу движения полосе, включила указатель левого поворота и начала движение налево, убедившись в отсутствии автомобилей на встречной полосе. Вдруг почувствовала удар в районе левой (водительской) передней двери, отчего автомобиль съехал в левую по ходу движения канаву (обочину). Второго участника ДТП не видела до столкновения, т.к. на его автомобиле не были включены указатели поворота и габаритные огни, он нарушал скоростной режим. Удар был ближе к середине перекрестка на встречной полосе (л.д. 18, 44 адм. дело).

В объяснениях ФИО5 указано, что она находилась на переднем пассажирском сидении автомобиля «Лада» под управлением истца. Впереди них на правой по ходу движения обочине *** стоял автомобиль «Тойота Авенсис». Где-то за 20 метров до приближающегося автомобиля истца, «Тойота» дернулась прямо по обочине, движение для «Лады» она не перекрывала. Истец снизил скорость и продолжил движение прямо по своей полосе. Потом она увидела, что автомобиль «Тойота» стоит на их полосе движения слегка повернула в левую сторону, за 5 метров до приближающегося автомобиля «Лада». Указатель поворота на «Тойоте» не был включен. Затем ФИО5 закрыла глаза, сгруппировалась и почувствовала первый удар. Второго удара она не почувствовала, сознание не теряла. Выйдя из автомобиля, увидела, что автомобиль «Лада» врезался в дерево на левой встречной обочине (л.д. 52-53 адм. дело).

ФИО6 пояснил, что находился на переднем пассажирском сидении в автомобиле «Тойота Авенсис», которым управляла ответчик. Они двигались по правой по ходу движения полосе, ответчик снизила скорость практически до полной остановки, включила указатель левого поворота и начала плавно на минимальной скорости поворачивать налево. ФИО6 услышал звуковой сигнал, затем удар, который произошел на встречной полосе движения. Второй участник ДТП пояснил, что объезжал препятствие, которым он назвал автомобиль ответчика (л.д. 46-47 адм. дело). 

Аналогичные пояснения участники ДТП дали в ходе судебного разбирательства (л.д. 16-18 т. 2). 

В качестве свидетеля в судебном заседании была допрошена ФИО7, которая пояснила, что приходится матерью ФИО6 ФИО8 свидетель ждала сына со ФИО2 к себе в гости по адресу ***, и вышла их встречать на улицу. Она видела как навстречу ей по правой по ходу движения полосе *** двигался автомобиль ответчика. На расстоянии около двух метров от свидетеля автомобиль «Тойота» стал медленно поворачивать налево в сторону ***. До начала поворота на нем был включен сигнал левого поворота. В этот момент на полосе встречного движения оказался автомобиль «Лада» и совершил столкновение с автомобилем ответчика, после которого оба автомобиля выехали на встречную обочину. До этого автомобиль истца свидетель не видела. Полагает, что это произошло в силу очень большой скорости, с какой двигался автомобиль «Лада». Расстояние, на котором выехал автомобиль «Лада» на полосу встречного движения до поворачивающего автомобиля «Тойота», составляло метра 2. На стадии административного расследования она не давала показания, т.к. ей сын запретил (л.д. 17-18 т. 2).

Ни один из автомобилей не был оборудован видеорегистратором. Отсутствуют видеозаписи с камер уличного видеонаблюдения. 

По административному делу была проведена автотехническая экспертиза экспертом СПбГАСУ «Института безопасности дорожного движения» ФИО9, который пришел к выводам о том, что обе версии истца и ответчика с технической точки зрения состоятельны. Если верна версия ФИО2, то причиной аварии явилось нарушение ФИО1 требований п.п. 1.3, 1.5, 9.10, ч. 1 ст. 10.1, 11.1, 11.2 ПДД РФ (л.д. 25-42 т. 1).

Если верна версия ФИО1, то причиной столкновения автомобилей с последующим наездом на препятствие, послужило нарушение ФИО2 требований п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.2, 8.5 ПДД РФ. 

Для устранения имеющихся противоречий нужна юридическая оценка всех материалов дела. 

По заказу ответчика специалист АНО «Межрегиональный центр судебных экспертиз «Северо-Запад» ФИО10 составил заключение, согласно которому версия развития механизма ДТП по показаниям ФИО1 технически не состоятельна, противоречит механизму образования повреждений транспортных средств и вещно-следовой обстановке места происшествия. Он располагал технической возможностью предотвратить ДТП. Версия ФИО2 технически состоятельна, она не располагала возможностью предотвратить ДТП (л.д. 132-155 адм. дело). 

К такому выводу специалист пришел на том основании, что на изображении № 18 наглядно видно, что согласно вещно-следовой обстановке на месте ДТП место столкновения располагалось на встречной полосе движения.

Постановлением ст. инспектора ИАЗ ОГИБДД УМВД России по *** от *** производство по делу об административном правонарушении было прекращено, в связи с отсутствием состава (л.д. 16-23 т. 1). 

В судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля инспектор ДПС УМВД по *** ФИО11, который *** прибыл на место ДТП. Насколько он помнит, к моменту его прибытия на месте ДТП на проезжей части *** уже никаких осколков стекла, следов пластика, по которым возможно было бы определить место столкновения автомобилей, не имелось. Эти следы могли быть уничтожены в результате движения других автомобилей. Следов торможения на проезжей части не имелось. Обстоятельства ДТП со слов участников – автомобиль «Авенсис» отъезжал от обочины налево, автомобиль «Приора» ехал по дороге. Место столкновения автомобилей на схеме ДТП он указал со слов водителей. Почему ответчик не подписала схему ДТП, он не помнит, т.к. прошло много времени и подобные ДТП он фиксирует каждое дежурство многократно. Помнит, что он сначала опросил участников, потом составил схему ДТП. ФИО2 все это время с кем-то консультировалась по телефону, и с людьми, прибывшими на место аварии, после чего в итоге поменяла свои показания. На обочине, откуда выезжал автомобиль «Тойота» по версии истца, может быть следы протектора автомобиля и были, но поскольку достоверно определить это следы от автомобиля ответчика, или нет, он не мог, то эти следы на схеме осмотра места ДТП не зафиксировал (л.д. 107-108 т. 2). 

Анализ фотографий и видеозаписи с места ДТП, показаний очевидцев и схемы места ДТП свидетельствует о том, что на дорожной части следов торможения, осколков или частиц разрушенных частей автомобилей, по которым можно было бы судить о месте столкновения транспортных средств, не зафиксировано. Это явно различимо на представленных фотографиях (л.д. 35, 39, 83-84 административного дела). Осколки от разрушенных запасных частей сохранились только на встречной обочине, где транспортные средства остановились после столкновения (л.д. 85-87 адм. дело). 

Поскольку заключение специалиста АНО «Северо-Запад» столь явно противоречит всем исследованным доказательствам и выполнено лишь в интересах заказчика, то судом оно было отвергнуто, как необъективное. 

Определением суда от *** по ходатайству истца было назначено проведение судебной автотехнической экспертизы (л.д. 164-166 т. 2). 

Эксперт должен был исследовать две версии событий, указанных стороной истца и ответчика. 

Согласно заключению эксперта ФБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Минюста России» ФИО12 место столкновения транспортных средств находилось до конечного положения осыпи осколков автомобилей (встречная обочина). Боле точно определить место столкновения транспортных средств на проезжей части (на какой полосе движения произошло столкновение) не представляется возможным. С технической точки зрения водитель «Лада Приора» должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3, ст. 10.1 ПДД РФ и дорожного знака «Ограничение максимальной скорости», а водитель автомобиля «Тойота Авенсис» в соответствии с требованиями п.п. 8.1 и 8.5 ПДД РФ.

Версия водителя «Тойота» не исследовалась, т.к. она малоинформативна.

Версия водителя «Лада Приора» не состоятельна с технической точки зрения в части скорости движения его автомобиля и (или) удаления автомобиля «Лада» от автомобиля «Тойота» в момент начала выполнения последним маневра поворота налево и применения экстренного торможения с отворотом рулевого колеса влево. В версиях водителей в части расположения механических повреждений автомобилей несостоятельности не усматривается (л.д. 174-186 т. 2). 

К такому выводу эксперт пришел, восстановив ориентировочное взаимное положений автомобилей в момент первичного контакта, согласно которому автомобиль «Лада Приора» находился в прямом положении, автомобиль «Тойота Авенсис» под углом по направлению влево (л.д. 180 т. 2).

По версии истца, если автомобиль «Тойота Авенсис» начал движение за 5 метров до него, то он не успевал среагировать на данный маневр, в том числе воздействовать на тормозную систему и повернуть руль влево (л.д. 181 т. 2).

Определить состоятельность версий водителей в остальной части не представляется возможным, т.к. не установлены точная скорость движения и расстояние от автомобиля «Лада Приора» до автомобиля «Тойота Авенсис» в момент возникновения опасности (начало движения автомобиля «Тойота»). 

При скорости движения 40 км/ч остановочный путь автомобиля «Лада Приора» составляет порядка 26 – 29 м (л.д. 182 т. 2). Если удаление автомобиля «Лада Приора» было более данного расстояния, то при применении экстренного торможения истец имел техническую возможность предотвратить столкновение. Если менее, то не имел, и в его действиях несоответствия требованиям п.п. 10.1 ПДД РФ не усматривается.

Водитель автомобиля «Тойота Авенсис» имела техническую возможность предотвратить ДТП при выполнении требований п.п. 8.1 и 8.5 ПДД РФ, т.е. перед началом маневра поворота налево занять соответствующее крайне левое положение на проезжей части и заблаговременно включить указатель левого поворота (л.д. 184 т. 2). 

Оценивая представленные доказательства, суд руководствуется положениями п. 3 ст. 1079 ГК РФ о том, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

По общему правилу доказательства отсутствия своей вины в причинении вреда должен представить ответчик. 

По настоящему делу подобных убедительных доказательств своей невиновности, опровергающих доводы истца, ответной стороной суду не представлено. 

В отсутствие на автомобилях видеорегистраторов, записей камер уличного движения, документально зафиксированного места столкновения автомобилей на месте ДТП и прямо противоположных показаний очевидцев с каждой из сторон, утверждать, что версия ответчика более состоятельна, чем версия истца, не возможно. 

Выводы судебного эксперта о том, что версия истца в части расстояния до начала движения автомобилей «Тойота Авенсис» технически несостоятельна, не означают недостоверность его версии в целом. Обе стороны утверждают о том, что автомобиль «Тойота Авенсис» под управлением ответчика совершал маневр поворота налево (различие лишь в том, откуда начал свое движение данный автомобиль). Истец мог неверно оценить расстояние до впереди стоящего автомобиля и применить экстренное торможение на большем расстоянии (в том числе не более чем за 26-29 метров до столкновения).

Версия истца о том, что он применил маневр поворота рулевого колеса налево, полностью соответствует всем исследованным обстоятельствам, т.к. в момент столкновения он ехал полностью в прямом направлении, а после его завершения оба автомобиля остановились в левой по ходу движения обочине. 

Версия ответчика о том, что истец нарушал скоростной режим и двигался по полосе встречного движения, ничем объективно не подтверждается. Об этом голословно свидетельствует лишь сама ответчик и два заинтересованных с ее стороны свидетеля Григоровича (мать и сын). 

Версия истца частично подтверждается представленными фото и видео материалами с места ДТП, где явно различимы следы протектора автомашины на попутной (правой) по ходу движения обоих участников обочине, откуда по утверждению истца, начала свое движение ответчик. Также подтверждается показаниями сотрудника ГИБДД, явно не заинтересованного в исходе дела, который пояснил, что изначально зафиксировал место столкновения транспортных средств на правой полосе движения со слов обоих водителей, но затем ответчик поменяла показания в данной части и схему подписывать отказалась.

Версия ответчика заключается в том, что она заранее остановилась или снизила скорость практически до полной остановки транспортного средства (в этой части в своих показаниях ответчик была непоследовательна, утверждая то одно, то другое) на правой полосе движения, включила левый указатель поворота и начала его выполнение. Автомобиль истца, который приближался позади нее, она не видела.

Показания ответчика о том, что на автомобиле истца не был включен свет фар, место ДТП не было освещено и поэтому она приближающийся автомобиль не видела, опровергаются показаниями ее же свидетеля Григорович, которая, находясь еще на более дальнем расстоянии от автомобилей, утверждала, что видела, как автомобиль истца выехал на полосу встречного движения 

Из этого следует только один вывод, что при любом месте расположения автомобиля «Тойота» до начала маневра поворота – на попутной обочине или на правой полосе движения, ответчик до начала поворота не убедилась в том, что не создает помех для движения иным транспортным средствам, движущимся в попутном направлении, либо не давала им завершить уже начатый обгон. 

Подобные действия противоречат п. 8.1 «Правил дорожного движения», согласно которому перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Поскольку ответчик движение автомобиля истца до момента столкновения не видела, то это означает лишь то, что ее доводы о нарушении истцом скоростного режима и его выезде на встречную полосу движения основаны лишь на предположениях. 

В этой ситуации суд приходит к выводу о том, что виновным причинителем вреда и законным владельцем источника повышенной опасности на момент ДТП являлась ответчик ФИО2

Доводы ответной стороны о том, что имелась обоюдная вина участников ДТП в причинении вреда, суд состоятельными не признает. Участники заявили взаимоисключающие версии событий, при которой виновной в причинении вреда может признать либо одна, либо другая сторона. 

Также судом установлено, что истец являлся собственником автомобиля «Лада Приора», г.р.з. ***. Его автогражданская ответственность на момент ДТП была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия» (л.д. 86 т. 1).

Ответчик являлась собственником автомобиля «Тойота Авенсис», г.р.з. А267ММ147 (л.д. 250 т. 1). Ее автогражданская ответственность на момент ДТП не была застрахована. 

По заказу истца ООО «КАР-ЭКС» составлено заключение специалиста, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Лада-Приора» составит 339500 руб., стоимость транспортного средства до аварии 249300 руб., стоимость годных остатков 35100 руб. (л.д. 50-143 т. 1). 

По заказу ответчика ООО «Межрегиональный центр экспертиз «Северо-Запад» составлено заключение, согласно которому рыночная стоимость автомобиля «Тойота Авенсис» на дату ДТП составляла 718600 руб. Стоимость восстановительного ремонта составит 1213448,70 руб., в связи с чем его проведение экономически нецелесообразно. Стоимость годных остатков 121700 руб. Сумма ущерба составит 596900 руб. (л.д. 175-240 т. 1). 

На основании решения финансового уполномоченного от *** страховая компания произвела доплату ответчику страхового возмещения в размере 38950 руб. (л.д. 6-14, 99 т. 2). 

Достоверность отчета об оценке ООО «КАР-ЭКС» ни одной стороной не опровергнута, стороны от проведения по делу судебной оценочной экспертизы отказались. Поэтому при определении размера реального ущерба, причиненного имуществу истца, суд основывается на данном отчете, которым подтверждается, что восстановление автомобиля истца экономически нецелесообразно. Стоимость восстановительного ремонта составит 339500 руб., а стоимость транспортного средства до аварии равнялась 249300 руб. В этом случае размер реального ущерба должен быть рассчитан как разность между стоимостью автомобиля в доповрежденном состоянии 249300 руб., и стоимостью годных остатков в размере 35100 руб., которые остаются в собственности истца, что равняется 214300 руб. и соответствует понятию реального ущерба по смыслу ст. 15 ГК РФ. 

Заключением судебно-медицинской экспертизы подтверждается, что у истца после произошедшего ДТП были обнаружены повреждения в виде ссадины правового запястья, кровоподтека левой голени, ушиба левого коленного сустава. Данные повреждения не повлекли кратковременного расстройства здоровью, квалифицируются как не причинившие вред здоровью человека (л.д. 127 адм. дело). 

У суда не имеется оснований не доверять в данной части истцу и представленным медицинским документам, в связи с чем суд приходит к выводу, что сам факт причинения телесных повреждений, физической боли истцу по вине ответчика установлен, и он имеет право на компенсацию причиненного морального вреда.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд учитывает неумышленный характер причинения вреда, обстоятельства произошедшего, отсутствие нуждаемости истца в стационарном лечении, хирургических операциях, небольшую тяжесть причиненных телесных повреждений, в связи с чем полагает наиболее разумным и соразмерным содеянному взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию в размере 30000 руб., в оставшейся части иска отказать как чрезмерно завышенном. 

Исковые требования ФИО2 к САО «Ресо-Гарантия» удовлетворению не подлежат, т.к. при отсутствии установленного факта виновности в действиях истца, правом на получение страхового возмещения обладает лишь потерпевший, т.е. лицо невиновное в причинении вреда, в признании которым ответчику суд отказывает. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение ущерба 214300 руб., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., а всего 244 300 руб., в оставшейся части иска отказать. 

Встречный иск ФИО2 к ФИО1 и САО «РЕСО-Гарантия» оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца с даты составления путем подачи апелляционной жалобы через Гатчинский городской суд.

Судья: Е.В. Лобанев

Решение составлено ***