АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Челябинск 15 января 2026 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Ефремова Е.В.,

судей Боброва Л.В. и Шапкина Д.В.,

при ведении протокола помощником судьи Деревсковой Т.Н.,

с участием прокурора Антонюк Ю.Н.,

осужденного ФИО2, и его защитника – адвоката Карелиной Е.А., действующей на основании назначения,

переводчика ФИО6,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Карелиной Е.А. на приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 07 октября 2025 года, в соответствии с которым:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец и гражданин 

<

данные изъяты>,

на территории Российской Федерации несудимый,

осужден за совершение преступлений к наказанию в виде лишения свободы:

по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ – на срок 6 (лет) лет 6 (месяцев) за каждое из 7 (семи) преступлений;

по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ – на срок 6 (шесть) лет 8 (восемь) месяцев;

по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – на срок 8 (восемь) лет.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу избранная ФИО2 мера пресечения в виде заключения под стражу сохранена; срок наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ времени содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств. Принадлежащий ФИО2 сотовый телефон марки «

<

данные изъяты>» с сим-картами операторов «

<

данные изъяты>» (+№) и «

<

данные изъяты>» (+№), imei: 1. № и 2. №, – конфискован путем принудительного обращения в доход государства с наложением ареста.

Заслушав доклад судьи Боброва Л.В., выступления осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Карелиной Е.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также мнение прокурора Антонюк Ю.Н., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 осужден за совершение:

- семи покушений на незаконный сбыт наркотических средств, совершенных группой лиц по предварительному сговору, с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), если при этом преступления не были доведены до конца по независящим от этого лица обстоятельствам;

- одного покушения на незаконный сбыт наркотических средств, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам;

- одного покушения на незаконный сбыт наркотических средств, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Преступления были совершены на территории 

<

адрес> в ДД.ММ.ГГГГ году, в период по ДД.ММ.ГГГГ, при подробно изложенных в приговоре фактических обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Карелина Е.А., действуя в защиту интересов ФИО2, не соглашается с приговором суда. Анализируя показания ФИО2, данные им в ходе судебного заседания, автор жалобы находит, что его действия ошибочно квалифицированы по совокупности самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (7 эпизодов), ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, поскольку содеянное им состояло из ряда тождественных преступных деяний, объединенных единым умыслом на сбыт всей партии наркотического средства. Ссылаясь на положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», отражая сведения, которые, по мнению стороны защиты суд должен был принять во внимание, считает, что судом первой инстанции необоснованно не применена ст. 64 УК РФ.

На основании приведенных доводов, просит изменить приговор в части квалификации преступлений, назначить ФИО2 наказание с учетом всех смягчающих обстоятельств с применением положений ст. 64 УК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы уголовного дела, оценив позиции сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ, для отмены либо изменения приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, обвинительный приговор постановлен с соблюдением требований ст. 302 УПК РФ, по надлежаще предъявленному обвинению, на основании положений, предусмотренных ст.ст. 307 и 308 УПК РФ. В приговоре указаны обстоятельства, установленные судом, дан анализ доказательствам, обосновывающим вывод о виновности осужденного, мотивированы выводы суда относительно квалификации преступлений, вида и размера наказания.

Судебное разбирательство по делу проведено всесторонне и полно, в пределах, установленных требованиями ст. 252 УПК РФ, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, в соответствии с положениями, предусмотренными ст.ст. 273 - 291 УПК РФ, в объеме, заявленном сторонами.

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступлений, указанных в приговоре, подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств, которым дана правильная оценка. Их подробный и убедительный анализ приведен в обжалуемом приговоре по итогам проверки сведений, на основании которых установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию. Правила оценки доказательств соблюдены и соответствуют требованиям ст. 88 УПК РФ. Положенные в основу приговора доказательства, обоснованно признаны судом относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность – достаточной для решения вопроса о виновности осужденного. В соответствии со ст. 307 УПК РФ суд привел убедительные причины, по которым он признал представленные доказательства достоверными, дал подробный и мотивированный анализ установленным фактическим обстоятельствам.

Суд первой инстанции привел и оценил показания свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, являющихся сотрудниками правоохранительных органов, проводивших комплекс мероприятий по выявлению и пресечению запрещенной законом деятельности по незаконному обороту наркотических средств, а также ФИО11 и ФИО12, как лиц, принимавших участие в качестве понятых при проведении действий по обнаружению и изъятию запрещенных в свободном обороте веществ, и по иным обстоятельствам, имеющим значение для доказывания, которые противоречий не содержат, согласуются с иными доказательствами, изложенными в приговоре. Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей, оснований для оговора ими осужденного ФИО2 в материалах уголовного дела не содержится и суду апелляционной инстанции не представлено.

Помимо этого, виновность ФИО2 подтверждается протоколами досмотра и изъятия предметов, осмотрами мест происшествия, заключениями экспертов, проводивших судебно-химические судебные экспертизы, сведениями, содержащимися в телефоне, обнаруженным при осужденном, и другими доказательствами, которым в приговоре дана надлежащая оценка.

Также судом оценена и позиция ФИО2, который свою причастность к инкриминируемым ему событиям признал, от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ, в связи с чем исследовались его показания на следствии, из существа которых усматривается, что он не оспаривал фактические обстоятельства содеянного.

Таким образом, выводы о виновности ФИО2 в совершении нескольких покушений на незаконный сбыт наркотических средств, при обстоятельствах изложенных в приговоре, основаны на достоверных и допустимых доказательствах.

Содержание доказательств, полнота их изложения, а также их оценка, участниками судопроизводства не оспаривается и под сомнение в апелляционном порядке не поставлена.

Оснований сомневаться в правильности установления фактических обстоятельств дела у суда апелляционной инстанции не имеется.

Уголовное дело рассмотрено судом достаточно полно и объективно. Все обстоятельства, имеющие значение для правильного его разрешения, выяснены и оценены в соответствии с законом. При этом, суд подробно мотивировал свое решение со ссылками на конкретные обстоятельства произошедшего, установленные в судебном заседании.

Обстоятельств, свидетельствующих о необъективности или обвинительном уклоне, существенной неполноте как предварительного, так и судебного следствия, повлиявших на выводы суда, либо нарушениях уголовно-процессуального закона, ущемивших права осужденного, не усматривается. По делу не остались невыясненными обстоятельства, которые имеют существенное значение для правильного разрешения дела и могли поставить выводы суда под сомнение.

Вид и размер наркотических средств, которые были обнаружены и изъяты при производстве по делу, применительно к каждому совершенному осужденным деянию, правильно установлены судом с учетом выводов в справках об исследовании и заключениях экспертов, а также в соответствии с положениями Постановления Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года № 1002.

Суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, обоснованно квалифицировал действия ФИО2:

по семи событиям обнаружения в тайниках «закладках» свертков с наркотическим средством, содержащим 

<

данные изъяты>, массами № гр., соответственно, – по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, в каждом случае;

по событиям обнаружения и изъятия при задержании осужденного свертков с наркотическим средством, содержащим 

<

данные изъяты>, суммарной массой № гр., – по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельства;

а также по событиям обнаружения и изъятия по месту жительства осужденного свертков с наркотическим средством, содержащим 

<

данные изъяты>, всего суммарной массой № гр., – по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельства.

По смыслу закона, об умысле на сбыт наркотических средств могут свидетельствовать при наличии к тому оснований их приобретение, изготовление, переработка, хранение, перевозка лицом, самим их не употребляющим, количество (объем), размещение в удобной для передачи расфасовке, наличие соответствующей договоренности с потребителями и т.п.

В данном случае, приходя к выводу о наличии умысла на незаконный сбыт наркотических средств, суд первой инстанции обоснованно исходил как из показаний осужденного на предварительном следствии, признанных достоверными, так и свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, а также показаний понятых, данных в протоколах личного досмотра, осмотров мест происшествий и установленных фактических обстоятельств дела, согласно которым ФИО1, вступив с корыстной целью в сговор о производстве закладок наркотических средств, действуя совместно и согласованно с неустановленным лицом, произвел соответствующие «закладки», после чего передал информацию о местах скрытого хранения наркотических средств. Таким образом, в поведении осужденного установлено совершение всей совокупности действий, направленные на последующую реализацию наркотических средств, которые составляют часть объективной стороны незаконного сбыта.

Об умысле ФИО2 на незаконный сбыт наркотических средств также свидетельствует вес изъятых веществ в местах скрытого хранения (массами № гр., соответственно), находящихся при осужденном в момент пресечения его действий сотрудниками правоохранительных органов (массой № гр., что является значительным размером), а также по месту проживания (массой № гр., т.е. в крупном размере), их расфасовка в удобные для сбыта упаковки, размещение в тайные места хранения («закладки»), выполнение действия по составлению отчетов для последующей передачи неустановленному соучастнику, что осуществлялось для доступности понимания места нахождения запрещенного вещества предназначавшегося для конкретных конечных потребителей.

Анализ изложенных обстоятельств свидетельствует, что ФИО2 предпринял все активные действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, однако, в каждом таком случае, преступления не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку его преступное поведение пресечено сотрудниками правоохранительных органов и запрещенные вещества изъяты из оборота. Ввиду этого, содеянное осужденным обоснованно квалифицировано как совокупность покушений на незаконный сбыт наркотических средств в соответствующих размерах, в том числе в значительном и крупном размерах.

Действия ФИО2 обоснованно квалифицированы по признаку инкриминированного преступления «группой лиц по предварительному сговору», поскольку наличие предварительной договоренности о совершении преступления подтверждается показаниями самого осужденного, признанными судом достоверными, согласно которым до задержания он имел договоренность с неустановленным соучастником заниматься запрещенной законом деятельностью по размещению «закладок» с наркотическими средствами, за что должен был получить вознаграждение. При этом, в процессе производства тайных мест хранения наркотических средств осужденный четко выполнял условия состоявшейся предварительной договоренности, совершая действия по формировании «закладок», фиксировал места для последующего отчета о проделанной работе и передаче информации соучастнику для понимания местонахождения запрещенного вещества, предназначавшегося к последующей передаче конечному потребителю, в процессе чего был задержан. Таким образом, установлены свидетельства совершения вышеописанных совместных и согласованных действий, направленных на достижение преступного результата, что свидетельствует о наличии между ФИО2 и неустановленным лицом предварительной договоренности о совершении преступления, состоявшейся до его совершения.

Доводы осужденного ФИО2 и его защитника о том, что преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (7 эпизодов), ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, должны быть квалифицированы как единое продолжаемое преступление, являются необоснованными и противоречат установленным на основании совокупности доказательств фактическим обстоятельствам.

Как установлено судом и правильно отражено в приговоре, при производстве по делу в отношении ФИО2 получены убедительные свидетельства, что в его обязанности, как соучастника, действующего по предварительному сговору с иным неустановленным лицом, входило размещение полученных наркотических средств в места скрытого хранения («закладки»), и отчет в виде сообщения с фотографиями с адресом и координатами такого места отправлять соучастнику посредством электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») через приложения мгновенного обмена сообщениями на мобильном устройстве связи, имеющему доступ к сотовой связи с возможностью выхода в «Интернет», для последующей передачи такой информации конечным приобретателям наркотического средства.

По смыслу закона, сбыт наркотических средств – это незаконная деятельность лица, которая охватывает любые способы их незаконного распространения, общественная опасность которого и состоит в вовлечении широкого круга лиц – потребителей, здоровье которых и определено как один из объектов посягательства, предусмотренный Главой 25 УК РФ. Оборудование тайников «закладок» с наркотическим средством, как один из способов распространения запрещенных к свободному обороту веществ, определяет масштабность преступного вовлечения разных потребителей.

Данных о том, что наркотические средства, помещенные ФИО2 в различные места скрытого хранения, территориально отдаленные друг от друга, хоть и были сформированы в относительно непродолжительный промежуток времени, но предназначались для одного потребителя, или существовала договоренность с конкретным потребителем о реализации ему всего суммарного объема наркотических средств, которые были разложены в разные тайники «закладки», а равно которые непосредственно находились при осужденном в момент задержания либо по месту его жительства, не имеется.

При таких обстоятельствах, из установленных судом фактических обстоятельств убедительно следует, что умысел ФИО2 был направлен на сбыт по количеству разложенных в тайники «закладки» наркотических средств разным потенциальным потребителям, которые имели возможность приобрести наркотические вещества через места скрытого хранения в разное время и в разных местах, поскольку до формирования мест скрытого хранения вся изначально полученная масса была расфасована на более мелкие массы, упакованные в удобную упаковку для последующей передачи конечным потребителям.

Следовательно, вопреки доводам защиты, вывод суда о том, что покушения на незаконный сбыт наркотического средства в виде веществ, содержащих 

<

данные изъяты>, массами № гр., хоть и совершенные в один период времени, на территории и вблизи одного населенного пункта, но дистанционно места скрытого хранения отдалены друг от друга, в том числе в значительном и крупном размере, массами № гр., соответственно, образуют отдельные, самостоятельные преступления, обоснован и является правильным.

Судом дана верная юридическая оценка действиям ФИО2 по обстоятельствам покушения на незаконный сбыт наркотических средств, как 7 (семь) самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ и по одному самостоятельному преступлению, предусмотренным ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, озвученным в судебном заседании, квалифицирующий признак совершения преступления с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») полностью нашел своего подтверждение.

По смыслу закона и как об этом указано в п. 20 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 37 от 15 декабря 2022 года «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлений, совершенных с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», преступление квалифицируется как совершенное с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», независимо от стадии совершения преступления, если для выполнения хотя бы одного из умышленных действий, создающих условия для совершения соответствующего преступления или входящих в его объективную сторону, лицо использовало такие сети. В частности, по признаку, предусмотренному п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ, при незаконном сбыте наркотических средств квалифицируются действия лица, которое с использованием сети «Интернет» подыскивает источник незаконного приобретения наркотических средств с целью последующего сбыта или соучастников незаконной деятельности по сбыту наркотических средств, а равно размещает информацию для приобретателей наркотических средств. По указанному признаку квалифицируется и совершенное в соучастии преступление, если связь между соучастниками в ходе подготовки и совершения преступления обеспечивалась с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» (например, при незаконном сбыте наркотических средств обеспечивалась связь между лицом, осуществляющим закладку наркотических средств в тайники, и лицом, передавшим ему в этих целях наркотические средства).

По данному уголовному делу, как обоснованно сделал вывод суд первой инстанции, координаты «закладок» с наркотическими средствами ФИО2 получал от неустановленного соучастника, а также передавал координаты сделанных им «закладок» посредством электронной или информационно-телекоммуникационной сети, в том числе сети «Интернет», с помощью используемого им мобильного устройства связи, что подтверждает наличие в его действиях данного квалифицирующего признака по каждому из совершенных им преступлений.

Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, что и соответствует ст. 15 УПК РФ. Из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. В ходе судебного следствия в полной мере были исследованы доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты.

Права осужденного на защиту и на пользование услугами переводчика не нарушались.

При назначении наказания ФИО2 суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности виновного, а также влияние наказания на условия жизни осужденного и его семьи.

Кроме того, судом учтено, что ФИО2 

<

данные изъяты>.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, по каждому из преступлений, суд с должной полнотой учел: 

<

данные изъяты>

Каких-либо иных смягчающих обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом, сведения о которых имеются в деле, но не учтенных судом первой инстанции при назначении наказания, в ходе рассмотрения дела в апелляционном порядке не установлено.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не имеется.

С учетом наличия у ФИО2 обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, наказание судом по каждому из преступлений, правильно назначено с соблюдением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Положения ч.ч. 1 и 3 ст. 66 УК РФ при назначении наказания осужденному судом учтены.

Возможность назначения ФИО2 наказания с применением положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ, равно, как и возможность изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд первой инстанции обсуждал, и обоснованно не нашел оснований для их применения. Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного ФИО2, предусматривающих смягчение наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, а равно возможности назначении наказания условно в соответствии с требованиями ст. 73 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел. Приговор в этой части мотивирован и сомнений у суда апелляционной инстанции, вопреки приведенным в апелляционной жалобе доводам, не вызывает.

Назначенное осужденному наказание является обоснованным и справедливым, поскольку соответствует требованиям закона, отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления и предупреждения совершения им новых преступлений, соразмерно содеянному, данным о личности ФИО2 и изменению, вопреки доводам жалобы стороны защиты, не подлежит.

По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное осужденному наказание за совершенные преступления, как за каждое по отдельности, так и при верном применении положений ч. 2 ст. 69 УК РФ, т.е. по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, отвечает целям восстановления социальной справедливости, соразмерно тяжести содеянного, оснований считать его чрезмерно суровым, вопреки доводам стороны защиты, не имеется

Вид исправительного учреждения ФИО2 назначен правильно, в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы защитника, не установлено,

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 07 октября 2025 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Карелиной Е.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: