Дело № 2-4147/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 сентября 2017 года г. Новосибирск

Центральный районный суд города Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Стебиховой М.В.,

при секретаре Краснощековой И.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ш к Министерству здравоохранения Новосибирской области, Департаменту имущества и земельных отношений Новосибирской области о признании пункта дополнительного соглашения к трудовому договору незаконным, 

у с т а н о в и л:

Ш И.В. обратился в суд с иском, в котором просил признать пункт 31 Дополнительного соглашения к трудовому договору от 24.06.2003 №16/55 от 31.05.2013 незаконным, считать пункт 31 Дополнительного соглашения к трудовому договору от 24.06.2003 №16/55 от 31.05.2013 исключенным из трудового договора от 24.06.2003 №16/55. 

В обоснование заявленных исковых требований указано, что 24.06.2003 между Министерством здравоохранения Новосибирской области и Ш И.В. был заключен трудовой договор №16/55, по условиям которого Ш И.В. был принят на должность начальника ГБУЗ НСО «Государственный Новосибирский областной клинический госпиталь ветеранов войн». 30.05.2013 между Министерством здравоохранения Новосибирской области и Ш И.В. было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору №16/55 от 24.06.2003, по условиям которого были внесены изменения в пункт касающийся изменения и прекращения трудового договора, а именно в трудовой договор был включен п. 31 согласно которому, при расторжении настоящего трудового договора с руководителем в соответствии с п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ ему выплачивается компенсация в размере трехмесячного среднего заработка из расчета 12 календарных месяцев, предшествующих месяцу расторжения трудового договора. 14.03.2017 приказом №58-ДК «О прекращении трудового договора с Ш И.В.» трудовой договор №16/55 от 24.06.2003 прекращен на основании п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ с 14.03.2017 без объяснения причин. Истец полагает, что внесенный пункт 31 Дополнительного соглашения умоляет деловую репутацию, и не соответствует ст. 279 Трудового кодекса РФ, в связи с чем является незаконным. 

Одновременно с исковым заявлением истец обратился с ходатайством о восстановлении пропущенного срока для подачи настоящего искового заявления. В обоснование ходатайства о восстановлении срока на подачу иска указал, что о нарушенном праве истец узнал только 05.07.2017, когда на сайте НГС Новости вышла статья «Экс-глава госпиталя ветеранов войн подал в суд на правительство НСО». 

В судебное заседание истец Ш И.В. не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом судебной повесткой, о чем в материалах дела имеется почтовое уведомление.

От представителя истца Ш И.В. – С И.В. поступило ходатайство об отложении разбирательства дела в связи с болезнью истца Ш И.В., который желает лично участвовать в судебном заседании.

Согласно ч. 1 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Разрешая ходатайство об отложении разбирательства дела, суд не нашел оснований для отложения рассмотрения дела, поскольку ни истцом, ни его представителем, суду не представлено доказательств тому, что неявка истца вызвана уважительными причинами, и истец не имел возможности сообщить о них суду. 

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Новосибирской области Г Е.А. в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором указал, что истцом пропущен трехмесячный срок обращения в суд с требованием о признании незаконным положения трудового договора, уважительных причин к восстановлению срока истцом не приведено.

Представитель ответчика Департамента имущества и земельных отношений Новосибирской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил, возражений не представил.

Выслушав пояснения, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 24.06.2003 между Министерством здравоохранения Новосибирской области и Ш И.В. был заключен трудовой договор №16/55, по условиям которого Ш И.В. был принят на должность начальника ГБУЗ НСО «Государственный Новосибирский областной клинический госпиталь ветеранов войн» (л.д. 8-9).

30.05.2013 между Министерством здравоохранения Новосибирской области и Ш И.В. было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 24.06.2003 №16/55, по условиям которого были внесены изменения в пункт касающийся изменения и прекращения трудового договора, а именно в трудовой договор был включен п. 31 согласно которому, при расторжении настоящего трудового договора с руководителем в соответствии с п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ ему выплачивается компенсация в размере трехмесячного среднего заработка из расчета 12 календарных месяцев, предшествующих месяцу расторжения трудового договора (л.д. 10-13).

Приказом №58-ДК от 14.03.2017 «О прекращении трудового договора с Ш И.В.» с 14.03.2017 действие трудового договора №16/55 от 24.06.2003 заключенного с Ш И.В. прекращено на основании п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ. 

Согласно ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В силу пунктов 3, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ, статья 24 ГПК РФ).

Из материалов дела судом установлено, что оспариваемый пункт 31 включен в дополнительное соглашение к трудовому договору, данное дополнительное соглашение заключено 31.05.2013.

Таким образом, о наличии данного пункта в дополнительном соглашении Ш И.В. стало известно в день подписания дополнительного соглашения – 31.05.2013 года.

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса. Российской Федерации" установлено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными: членами семьи).

Указанные причины пропуска срока истцом названы не были. 

В ходатайстве о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд представителем истца указано, что подписание дополнительного соглашения носило механический характер, кадровый работник предоставил последнюю страницу с оглашения на подпись, не читая документ, истец его подписал.

Между тем данный довод суд не принимает, поскольку дополнительное соглашение подписано Ш И.В. без каких-либо замечаний о том, что оно не было им прочитано, подписание стороной договора свидетельствует о ее согласии со всеми его условиями.

На основании изложенного, довод о том, что о своем нарушенном праве Ш И.В. узнал только 05.07.2017, когда на сайте «НГС-Новости» вышла статья «Экс-глава госпиталя ветеранов войн подал в суд на правительство НСО» суд считает необоснованными.

Таким образом, доказательств, уважительности причин пропуска срока исковой давности, истцом не представлено.

Исходя из вышеизложенного, трехмесячный срок обращения в суд с иском за защитой нарушенного права истек 31.08.2013, с иском в суд истец обратился 21 июля 2017 года, т.е. с пропуском установленного срока.

Согласно ч. 4 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

Учитывая, что судом установлен пропуск истцом срока исковой давности для обращения в суд, отсутствие уважительных причин для его восстановления, заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований Ш – отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший настоящее решение.

Судья Стебихова М.В.