Председательствующий: Ворошилов П.Д.

Дело № 22-206/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Абакан 25 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе председательствующего Пекарского А.А.,

судей Боргояковой О.В., Зольникова С.П.,

при секретаре Кащеевой А.С.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Республики Хакасия Филипповой Л.М.,

защитника осужденного ФИО7 - адвоката Кондеева Д.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным представлениям (основному и дополнительному) государственного обвинителя - помощника прокурора г. Абакана Васильевой Е.Н. на приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 16 декабря 2025 года, которым

ФИО7, 

<

данные изъяты>, судимый:

- 17 мая 2024 года Шушенским районным судом Красноярского края по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев,

осужден по:

- п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы. Назначенное наказание в виде лишения свободы в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменено на наказание в виде принудительных работ на срок 9 месяцев с удержанием 10% в доход государства;

- п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы. Назначенное наказание в виде лишения свободы в соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменено на наказание в виде принудительных работ на срок 1 год с удержанием 10% в доход государства.

На основании ч. 6 ст. 15 УК РФ изменена категория преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в совершении которого признан виновным ФИО7, с категории преступления средней тяжести на преступление небольшой тяжести, а преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, в совершении которого признан виновным ФИО7, с категории тяжкого преступления на преступление средней тяжести.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО7 окончательно назначено наказание в виде принудительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства.

Осужденному ФИО7 в соответствии с ч. 1 ст. 60.2 УИК РФ определено следовать к месту отбывания наказания самостоятельно за счет государства.

По приговору ФИО7 обязан проследовать в исправительный центр к месту отбывания наказания самостоятельно, получив предписание в УФСИН России по Республике Хакасия, по вступлении приговора в законную силу.

На территориальный орган уголовно-исполнительной системы по месту жительства осужденного – ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Хакасия возложена обязанность не позднее 10 дней со дня получении копии приговора вручить ФИО7 предписание о направлении к месту отбывания наказания и обеспечить его направление в исправительный центр с указанием срока, в течение которого он должен прибыть к месту отбывания наказания, в соответствии с ч. 2 ст. 60.2 УИК РФ.

На осужденного ФИО7 возложена обязанность получить и исполнить указанное предписание.

Срок наказания в виде принудительных работ, назначенного ФИО7, постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Условное осуждение ФИО7 по приговору от 17 мая 2024 года сохранено, постановлено исполнять приговор самостоятельно.

С осужденного ФИО7 в доход федерального бюджета частично взысканы процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату, участвующему в деле по назначению, в сумме 3 000 рублей.

Постановлено арест, наложенный на портативную колонку «Powerful Bass Boost», хранящуюся в камере хранения УМВД России по г. Абакану, после вступления приговора в законную силу отменить, и передать ее осужденному ФИО7

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения, избранной в отношении ФИО7, а также о судьбе других вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего по обстоятельствам дела, а также доводам апелляционных представлений (основного и дополнительного), изучив обстоятельства дела, выслушав прокурора Филиппову Л.М. просившую об изменении приговора, защитника осужденного ФИО7 – адвоката Кондеева Д.П., полагавшего, что приговор надлежит оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО7 осужден за две кражи, то есть тайные хищения чужого имущества, одна из которых совершена с причинением значительного ущерба гражданину, а вторая - с банковского счета, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступления совершены ФИО7 в г. 

<

данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Васильева Е.Н. ставит вопрос об изменении приговора, поскольку при его вынесении судом допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, а также в связи с его несправедливостью вследствие чрезмерной мягкости назначенного ФИО7 наказания.

Автор представления указывает, что обстоятельством, смягчающим положение осужденного, суд необоснованно признал явку с повинной.

Отмечает, что причастность ФИО7 к совершенным преступлениям была установлена сотрудником УМВД России 

<

данные изъяты> в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий, в результате которых была изъята и осмотрена видеозапись с камеры видеонаблюдения, установленной во дворе дома, где совершено хищение.

Факт сообщения ФИО7 в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий, а также в ходе допроса в качестве свидетеля о своей причастности к хищению телефона, несмотря на то, что уголовное дело возбуждено в отношении неустановленного лица, не может расцениваться в качестве явки с повинной, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют о добровольном информировании правоохранительного органа о совершенном им преступлении, обстоятельства которого уже были известны из показаний потерпевшего, видеозаписи и других доказательств.

По мнению государственного обвинителя, явка с повинной подлежит исключению из числа обстоятельств, смягчающих наказание ФИО7

Апеллянт указывает, что поскольку явка с повинной необоснованно учтена судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденного, оснований для изменения категории совершенных ФИО7 преступлений на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ не имелось.

По этим же основаниям судом необоснованно сохранено условное осуждение ФИО7 по приговору от 17 мая 2024 года. При этом судом не учтено, что по смыслу ч. 4 ст. 74 УК РФ сохранение условного осуждения возможно при совершении нового преступления, то есть одного уголовно наказуемого деяния, тогда как ФИО7 совершено два умышленных преступления, одно из которых относится к категории тяжких.

Кроме того, суд, принимая решение о возращении вещественного доказательства - портативной колонки «Powerful Bass Boost» ФИО7 и снятии с нее ареста, не учел тот факт, что приговором с осужденного частично взысканы процессуальные издержки, связанные с выплатой адвокату, действующему в деле по назначению, денежного вознаграждения. В этой связи, по мнению автора представления, арест, наложенный на данное имущество, должен быть сохранен до исполнения приговора в части взыскания с ФИО7 процессуальных издержек.

Государственный обвинитель просит обжалуемый приговор изменить, исключить из него указание: о признании обстоятельством, смягчающим наказание осужденного, явки с повинной; применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ; снятии ареста с портативной колонки «Powerful Bass Boost» и возвращении ее ФИО7; усилить осужденному наказание, назначенное по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, до 1 года 3 месяцев лишения свободы, а по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ – до 1 года 5 месяцев лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО7 наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев; отменить ФИО7 условное осуждение по приговору от 17 мая 2024 года, в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору от 17 мая 2024 года, окончательно назначить ФИО7 наказание в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы, с его отбыванием в исправительной колонии общего режима; в остальной части приговор оставить без изменения.

В дополнительном апелляционном представлении от 25 января 2026 года государственный обвинитель Васильева Е.Н. отмечает, что при вынесении приговора суд, оценивая психическое состояние ФИО7, не учел заключение судебно-психиатрической экспертизы, согласно выводам которого в отношении ФИО7 рекомендовано применение ст. 22 УК РФ, то есть меры медицинского характера наряду с назначением наказания. Какой-либо оценки выводам психиатрической экспертизы в этой части в описательно-мотивировочной части приговора не содержится.

Кроме того, автор представления указывает, что по смыслу ч. 6 ст. 15 УК РФ изменение категории преступления на менее тяжкую возможно при условии, что за совершение преступления небольшой тяжести осужденному назначено наказание не превышающее 3 лет лишения свободы или другое более мягкое наказание, а за совершение тяжкого – не более 5 лет лишения свободы или другое более мягкое наказание.

Применяя данные положения уголовного закона, суд изменил категорию преступления после назначения ФИО7 альтернативного лишению свободы наказания в виде принудительных работ в порядке ст. 53.1 УК РФ, тогда как должен был применить данный принцип после назначения последнему наказания в виде лишения свободы до его замены на альтернативный вид наказания.

В резолютивной части дополнительного апелляционного представления государственным обвинителем приведены те же требования, что и в основном.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представлений (основного и дополнительного), выслушав мнения участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО7 в содеянном при установленных в приговоре обстоятельствах, квалификации его действий в апелляционных представлениях государственным обвинителем не оспариваются и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- досудебных показаниях ФИО7, оглашенных в суде в связи с его отказом от дачи показаний, из которых следует, что 29 июня 2025 года около 10 часов 20 минут он проходил мимо дома № 

<

данные изъяты>, на тротуаре увидел телефон, который забрал себе, достал из него сим-карту и выбросил ее. В чехле телефона он также обнаружил банковскую карту банка «ВТБ». По пути домой он зашел в магазин «Семейный» по ул. 

<

данные изъяты> в г. 

<

данные изъяты>, где купил музыкальную колонку за 2 950 рублей, оплату произвел бесконтактным способом банковской картой, обнаруженной в чехле телефона. После этого он зашел в продуктовый магазин по адресу: 

<

данные изъяты>, где купил алкогольную продукцию, пачку сигарет, колбасу и пакет, рассчитался той же банковской картой бесконтактным способом, сумма покупки составила 2 352 рубля. По пути домой он потерял найденную банковскую карту. Своей фактической супруге ФИО2 он сказал, что приобрел колонку, спиртное и продукты на денежные средства, выплаченные ему в качестве заработной платы. Похищенный телефон он ей не показывал (

<

данные изъяты>).

При дополнительном допросе в качестве подозреваемого ФИО7, после просмотра записей с камер видеонаблюдения, пояснил, что на них зафиксирован он. С оценкой потерпевшим ФИО1 телефона на сумму 20 000 рублей согласился (

<

данные изъяты>).

В ходе проверки показаний на месте ФИО7 показал участок местности у дома № 

<

данные изъяты>, где обнаружил телефон ФИО1, в чехле которого находилась банковская карта ПАО «ВТБ». Кроме того, ФИО7 показал магазин «Семейный» по адресу: 

<

данные изъяты>, а также магазин «Продукты» по адресу: 

<

данные изъяты>, в которых совершал покупки, за которые рассчитывался банковской картой, обнаруженной в похищенном телефоне (

<

данные изъяты>);

- показаниях потерпевшего ФИО1, оглашенных в суде на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым в ночь с 28 на 29 июня 2025 года он распивал спиртное, около 02 часов 00 минут 29 июня 2025 года он находился напротив дома № 

<

данные изъяты>, разговаривал по телефону Samsung Galaxy A 54 G, который приобретал 12 сентября 2023 года за 37 490 рублей. В чехле сотового телефона у него была банковская карта ПАО «ВТБ», открытая на его имя, на которой находилось около 13 000 рублей. После того как она закончил разговор, то не помнит, куда положил телефон, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения. 29 июня 2025 года около 13 часов 50 минут он обнаружил пропажу телефона, который до 14 часов 00 минут был доступен. Он звонил в банк ПАО «ВТБ», где ему сообщили, что с его банковской карты осуществлялись списания денежных средств 29 июня 2025 года: в 10 часов 49 минут на сумму 2 950 рублей, в 10 часов 51 минуту – на 2 012 рублей, в 10 часов 52 минуты – на 340 рублей. Узнав об этом, он заблокировал карту, после чего обратился в банк, где ему предоставили выписку по счету. Похищенный телефон потерпевший оценил в 20 000 рублей. Причиненный ущерб на эту сумму, а также на сумму 5 302 рубля в каждом случае является для него значительным, поскольку общий доход его семьи составляет 100 000 рублей, на его иждивении находятся супруга и трое несовершеннолетних детей. В дальнейшем следователь возвратил ему похищенный телефон, а ФИО7 вернул ему похищенные деньги в сумме 5 302 рубля 

<

данные изъяты>);

- досудебных показаниях ФИО6 (продавец-кассир магазина «Семейный»), который показал, что Около 10 часов 40 минут 29 июня 2025 года в магазине незнакомый ему мужчина приобрел музыкальную колонку за 2 950 рублей, рассчитался банковской картой бесконтактным способом. Свидетель отметил, что этот мужчина плохо говорил и у него были проблемы с ногами, ему (ФИО6) показалось, что этот мужчина был инвалидом (

<

данные изъяты>);

- показаниях свидетеля ФИО2, данными ею на стадии предварительного следствия, из которых следует, что 29 июня 2025 года она у себя дома увидела музыкальную колонку, ее фактический супруг ФИО7 пояснил, что купил ее на свои деньги, так как в этот день ему выплатили аванс. Когда к ним домой приехали сотрудники полиции, ФИО7 выдал им колонку, а также сотовый телефон, который она ранее не видела. На изъятых по делу видеозаписях ФИО2 опознала ФИО7 

<

данные изъяты>);

- показаниях оперуполномоченного УУР МВД России 

<

данные изъяты> ФИО3, который показал на досудебной стадии, что в ходе работы по заявлению ФИО1 о хищении имущества он выезжал на место происшествия, где у потерпевшего был похищен телефон, изымал видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных на многоквартирных домах. В дальнейшем был установлен ФИО7, которого он доставил в УМВД России 

<

данные изъяты> для разбирательства. Кроме того, он (ФИО3) по поручению следователя допрашивал продавца магазина «Семейный», а также изымал записи с камер наблюдения из этого магазина (

<

данные изъяты>).

Показания потерпевшего и свидетелей проанализированы судом в их совокупности, им дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется. Показания потерпевшего и свидетелей последовательны и не противоречивы относительно обстоятельств, имеющих значение для дела и подлежащих доказыванию.

Причин для оговора осужденного допрошенными по делу лицами не имелось, доказательств обратного суду первой и апелляционной инстанции стороной защиты не представлено.

Оснований для признания недопустимыми оглашенных протоколов допросов потерпевшего и свидетелей суд обоснованно не усмотрел, поскольку они составлены с соблюдением требований действующего уголовно-процессуального законодательства, перед допросом указанным лицам разъяснялись соответствующие права, правильность своих показаний свидетели удостоверили личными подписями.

Вина ФИО7 в совершении преступлений подтверждена также письменными доказательствами, исследованными в суде на основании ст. 285 УПК РФ.

В ходе предварительного следствия с участием ФИО1, осмотрен участок местности, расположенный на расстоянии 10 метров в северо-восточном направлении от подъезда № 

<

данные изъяты>. Потерпевший указал, что на этом месте он разговаривал по телефону и видел его в последний раз (

<

данные изъяты>).

Кроме того, осмотрен участок местности, расположенный на расстоянии 5 метров в северо-восточном направлении от юго-восточного угла дома № 

<

данные изъяты>, откуда ФИО7 похитил телефон потерпевшего (

<

данные изъяты>).

Также были осмотрены помещения магазинов «Продукты» по адресу: 

<

данные изъяты>, и «Семейный» по адресу: 

<

данные изъяты>. В ходе осмотра магазина «Семейный» изъяты видеозаписи на СД-диск (

<

данные изъяты>).

Из акта добровольной выдачи следует, что 30 июня 2025 года ФИО4 добровольно выдала оперуполномоченному ФИО3 диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения, расположенных на многоквартирных домах по адресу: 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>). Этот диск ФИО3 выдал следователю в ходе выемки (

<

данные изъяты>)

В ходе выемки ФИО7 выдал сотовый телефон «Samsung Galaxy A 54 G» и портативную колонку «Powerful Bass Boost» (

<

данные изъяты>).

Кроме того, потерпевший ФИО1 выдал чеки операций по оплате банка ПАО «ВТБ» по номеру банковской карты № 

<

данные изъяты> и номеру счета № 

<

данные изъяты>: в магазине «Семейный универсам» от 29 июня 2025 года в 10 часов 49 минут на сумму 2 950 рублей; в магазине «ФИО5» от 29 июня 2025 года в 10 часов 51 минуту на сумму 2 012 рублей и в 10 часов 52 минуты на сумму 340 рублей; выписку о движении денежных средств по расчетному счету, открытому в ПАО «ВТБ» Банке № 

<

данные изъяты> на имя ФИО1 (

<

данные изъяты>).

По сведениям ПАО «ВТБ», на имя ФИО1 открыт счет № 

<

данные изъяты> с привязанной банковской картой № 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>).

Согласно сведениям ПАО «ВТБ» о движении денежных средств по счету № 

<

данные изъяты>, открытому на имя ФИО1 29 июня 2025 года, совершены банковские операции по оплате товаров и услуг на суммы 340 рублей, 2 012 рублей и 2 950 рублей (

<

данные изъяты>).

Изъятые в рамках уголовного дела предметы, документы и видеозаписи осмотрены (

<

данные изъяты>), признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (

<

данные изъяты>).

Всем положенным в основу приговора доказательствам суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 17, 87, 88 УПК РФ, привел их подробный анализ и мотивировал свои выводы в приговоре. При этом судом установлено, что все доказательства по делу получены с соблюдением требований УПК РФ, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой, объективно подтверждают события преступлений, и являются допустимыми, достоверными и достаточными для вывода о виновности осужденного.

Оснований не согласиться с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не имеется.

Психическое состояние ФИО7 проверено, вывод суда о его вменяемости мотивирован и подтверждается заключением судебно-психиатрической экспертизы, произведенной по постановлению суда (

<

данные изъяты>), а также сведениями о его поведении в ходе судебного разбирательства.

Судебная коллегия отмечает, что проведенная по уголовному делу экспертиза проведена компетентным экспертом, выводы, изложенные в заключении, основаны на совокупности проведенных исследований, подтверждены имеющимися в заключениях методиками проведения судебной экспертизы, а потому оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов эксперта не имеется. Таким образом, заключение экспертизы верно признано допустимым по делу доказательством.

Судебная коллегия отмечает, что по заключению экспертизы ФИО7 страдает хроническим психическим расстройством в виде другого уточненного психического расстройства, обусловленного смешанными заболеваниями головного мозга (экзогенно-токсического, сосудистого генеза), с умеренными нарушениями. Степень изменений психики ФИО7 такова, что во время инкриминируемых ему деяний полностью не лишала, хотя существенно ограничивала его в способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Вместе с тем, в период, относящийся к совершению деяний, признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности он не обнаруживал, не проявлял бреда и галлюцинаций, действовал последовательно и целенаправленно, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для. В настоящее время психическое расстройство у ФИО7 не связано с непосредственной возможностью причинения им иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц. Поэтому с учетом положительного характеризующего материала, положительной динамики его психического состояния, в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается.

В силу требований ст. 22 УК РФ вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности.

Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера.

Кроме того, принудительные меры медицинского характера могут быть назначены судом лицам, совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости (п. «в» ч. 1 ст. 97 УК РФ).

Согласно ч. 2 ст. 97 УК РФ, лицам, указанным в части первой настоящей статьи, принудительные меры медицинского характера назначаются только в случаях, когда психические расстройства связаны с возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц.

Поскольку компетентный эксперт пришел к выводу о том, что ФИО7 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а имеющееся у него психическое расстройство не связано с возможностью причинения им иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается, то суд первой инстанции, вопреки доводам государственного обвинителя, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. 22 УК РФ.

Юридическая оценка действиям ФИО7 судом первой инстанции дана верная, его действия правильно квалифицированы по:

- п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину (по факту хищения сотового телефона ФИО1);

- п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ - кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба, с банковского счета (по факту хищения денежных средств с банковского счета ФИО1).

Судебная коллегия отмечает, что согласно примечанию 1 к ст. 158 УК РФ под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

На основании совокупности исследованных доказательств, в том числе последовательных показаний осужденного ФИО7, судом установлено, что, обнаружив выбывший из владения потерпевшего помимо его воли сотовый телефон, последний, имея реальную возможность сообщить о его обнаружении и вернуть его собственнику либо сотрудникам правоохранительных органов, не стал этого делать, а распорядился им по своему усмотрению. На это указывает то обстоятельство, что сразу же после обнаружения телефона ФИО7 вытащил из него сим-карту в целях исключения возможности его отыскания заинтересованными лицами, а в дальнейшем принес его к себе домой, откуда он в дальнейшем был изъят сотрудниками полиции. Изложенное свидетельствует о том, что осужденный осознавал противоправный характер завладения телефоном.

Учитывая конкретные обстоятельства уголовного дела, действия осужденного, направленные на обращение принадлежащего потерпевшему сотового телефона в свою пользу, а также особенности предмета хищения - телефона, находящегося в рабочем состоянии, имеющего идентификационные признаки, оснований полагать, что в данном случае имела место находка телефона, а не кража, не имеется. Суд правильно пришел к выводу о совершении ФИО7 тайного хищения имущества потерпевшего, которое очевидно для него являлось чужим.

При хищении денежных средств с банковского счета ФИО7 также действовал из корыстных побуждений, с целью противоправного безвозмездного изъятия чужого имущества и обращения его в свою пользу.

Хищение денежные средств ФИО1 совершено ФИО7 тайно и противоправно, поскольку потерпевший не был осведомлен о том, что последний совершал покупки, которые оплачивал денежными средствами, находящимися на его (ФИО1) банковской карте, а также не разрешал осужденному распоряжаться этими денежными средствами, до произошедших событий с ФИО7 знаком не был.

ФИО1, являлась держателем банковской карты, имел счет в банке, на котором хранились денежные средства, а банковская карта выступала в качестве инструмента управления денежными средствами.

ФИО7 распорядился находящимися на счете денежными средствами клиента банка - потерпевшего ФИО1 посредством бесконтактной оплаты товаров банковской картой, путем списания их с банковского счета с применением платежных терминалов, установленных в магазинах.

Таким образом, квалифицирующий признак кражи – «с банковского счета» нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Судебная коллегия отмечает, что в силу примечания 2 к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее пяти тысяч рублей.

В своих показаниях потерпевший ФИО1 настаивал на том, что причиненный ему ущерб в размере 20 000 рублей и 5 302 рублей является для него значительным.

Сопоставляя стоимость похищенного имущества – 20 000 рублей (стоимость телефона) и сумму похищенных денежных средств с банковского счета ФИО1 – 5 302 рубля, с ежемесячным доходом потерпевшего – 100 000 рублей, судебная коллегия находит, что в обоих случаях квалифицирующий признак кражи «с причинением значительного ущерба гражданину» нашел свое подтверждение представленными доказательствами.

Исходя из стоимости похищенного сотового телефона и его значимости для потерпевшего, а также суммы похищенных денежных средств, имущественного положения ФИО1 (являющегося единственным кормильцем) и его семьи, учитывая ежемесячные расходы на продукты питания и коммунальные платежи, отсутствие иных источников дохода, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ущерб, причиненный потерпевшему в результате хищения ФИО7 его сотового телефона и денежных средств, является значительным. Судебная коллегия также отмечает, что согласно материалам дела ФИО1 полностью обеспечивает материально членов своей семьи (троих несовершеннолетних детей и супругу).

Факт возвращения потерпевшему похищенного телефона и денежных средств не свидетельствует об отсутствии ущерба, который определен на момент совершения преступлений.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли бы или могли повлиять на выводы суда, изложенные в приговоре, судом первой инстанции не допущено.

Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе и принципа состязательности. Участникам судебного разбирательства были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, замечаний на протокол от участников процесса в установленном порядке не поступило.

При назначении ФИО7 наказания, суд в соответствии с требованиями ст. 6 и 60 УК РФ учел обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данные о личности осужденного, в том числе его семейное положение и состояние здоровья.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО7 по обоим преступлениям суд признал состояние его здоровья (наличие инвалидности 3 группы), признание вины и раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступлений, а по преступлению, предусмотренному п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ – добровольное возмещение ущерба, причиненного в результате преступления.

Кроме того, в каждом случае обстоятельством, смягчающим наказание ФИО7, суд признал явку с повинной, мотивировав свои выводы надлежащим образом.

Рассматривая доводы апелляционного представления о том, что данное смягчающее обстоятельство признано судом при отсутствии законных оснований, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии со ст. 142 УПК РФ явкой с повинной является добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, сделанное в письменном или устном виде.

Уголовные дела по фактам хищения сотового телефона ФИО1 и принадлежащих ему денежных средств возбуждены 30 июня 2025 года в отношении неустановленных лиц.

При допросе в качестве свидетеля 01 июля 2025 года, который произведен следователем в период с 13 часов до 14 часов 20 минут, до того, как органом следствия была установлена причастность ФИО7 к совершенным преступлениям, последний сообщил подробные фактические обстоятельства их совершения. При этом, как установлено материалами дела, до допроса ФИО7 в качестве свидетеля доказательствами того, что хищения имущества были совершены именно им, орган следствия не располагал. Последний был доставлен в отдел полиции оперуполномоченным ФИО3 для производства следственных действий, направленных на проверку его причастности к совершенным преступлениям.

Вопреки утверждению автора представления, из показаний потерпевшего ФИО1 не следовало, что хищение его имущества совершил ФИО7

Следует отметить, что видеозаписи из магазина «Семейный» были изъяты оперуполномоченным ФИО3 01 июля 2025 года в период с 16 часов до 16 часов 30 минут (

<

данные изъяты>), то есть после допроса ФИО7 в качестве свидетеля.

Все следственные действия по сбору доказательств причастности именно ФИО7 к совершенным преступлениям, произведены уже после его допроса в качестве свидетеля. Факт изъятия оперуполномоченным видеозаписей камер видеонаблюдения, установленных на многоквартирных домах в районе места хищения сотового телефона, 30 июня 2025 года в период с 10 часов до 10 часов 20 минут, не свидетельствует о том, что к тому моменту личность ФИО7 уже была отождествлена, и он установлен как лицо, совершившее преступления. Более того эти видеозаписи у оперуполномоченного ФИО3 были изъяты и осмотрены следователем только 10 июля 2025 года (

<

данные изъяты>).

При таких обстоятельствах, в действиях ФИО7 суд верно установил смягчающее обстоятельство – явку с повинной.

Все известные по делу обстоятельства, смягчающие наказание осужденного, были учтены судом при назначении наказания. Каких-либо обстоятельств, способных повлиять на вид или размер наказания, и не учтенных судом при его назначении, судебная коллегия не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО7, из числа предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд верно не установил.

С учетом всех обстоятельств дела, данных о личности ФИО7, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о назначении ему наказания в виде лишения свободы на определенный срок без назначения ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы и штрафа. Данные выводы суд в приговоре достаточным образом мотивировал.

Поскольку в действиях осужденного судом установлены обстоятельства, смягчающих наказание, предусмотренные пп. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд верно применил при назначении ФИО7 наказания правила ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Обсуждая вопрос о наличии оснований для применения ст. 64 УК РФ, суд пришел к выводу об их отсутствии. Оснований ставить под сомнение правильность этого вывода у судебной коллегии не имеется. Исключительные обстоятельства, предусмотренные ст. 64 УК РФ, по делу отсутствуют.

Несостоятельны утверждения автора апелляционного представления о том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для применения положения ч. 6 ст. 15 УК РФ об изменении категории совершенных ФИО7 преступлений.

Согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления при условии, что за совершение преступления, указанного в части третьей настоящей статьи (за преступление средней тяжести), осужденному назначено наказание, не превышающее трех лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание; за совершение преступления, указанного в части четвертой настоящей статьи (за тяжкое преступление), осужденному назначено наказание, не превышающее пяти лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание.

Изменение категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ позволяет обеспечить индивидуализацию ответственности осужденного за содеянное и является реализацией закрепленных в ст. 6 и 7 УК РФ принципов справедливости и гуманизма (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2018 года № 10 «О практике применения судами положений ч. 6 ст. 15 УК РФ»).

Наличие совокупности смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, конкретные фактические обстоятельства совершенных преступлений, раскаяние в содеянном и возмещение им ущерба потерпевшему уменьшили степень общественной опасности совершенных ФИО7 преступлений, а потому позволили суду применить положения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменить категорию этих преступлений на менее тяжкие и обеспечить индивидуализацию ответственности осужденного за содеянное и в полной мере реализовать принципы справедливости и гуманизма.

При принятии решения по данному вопросу суд принял во внимание способ совершения преступлений, степень реализации преступных намерений, мотив, цель совершения деяний, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступлений, влияющие на степень их общественной опасности.

Вывод о наличии оснований для применения в данном случае положений ч. 6 ст. 15 УК РФ мотивирован в достаточной степени, сделан судом, поскольку фактические обстоятельства совершенных ФИО7 преступлений свидетельствовали о меньшей степени их общественной опасности.

Кроме того, оценив обстоятельства совершенных ФИО7 преступлений, их тяжесть, совокупность обстоятельств, смягчающих его наказание, данные о личности осужденного, поведение после совершения преступлений, суд пришел к выводу о возможности исправления последнего без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, и с учетом его возраста, состояния здоровья, трудоспособности, нашел возможным применить в данном случае положения ч. 2 ст. 53.1 УК РФ и заменить назначенное ФИО7 наказание в виде лишения свободы на его альтернативу – принудительные работы.

Изменение категории преступления на менее тяжкую улучшает правовое положение осужденного, поскольку влияет, в том числе, на назначение наказания по совокупности преступлений (ст. 69 УК РФ) и отмену или сохранение условного осуждения (чч. 4, 5 ст. 74 УК РФ) (абз. 2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2018 года № 10 «О практике применения судами положений ч. 6 ст. 15 УК РФ»).

Учитывая изложенное, при назначении ФИО7 наказания за совершенные преступления суд, с учетом изменения их категории на менее тяжкие, верно применил правила ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Более того, как верно установил суд первой инстанции, рассматриваемые преступления ФИО7 совершены в период испытательного срока по приговору 

<

данные изъяты> от 17 мая 2024 года.

Учитывая факт изменения категорий совершенных осужденным преступлений, суд обоснованно исходил из того, что в силу требований ч. 4 ст. 74 УК РФ, при совершении условно осужденным в течение испытательного срока преступления по неосторожности либо умышленного преступления небольшой или средней тяжести вопрос об отмене или о сохранении условного осуждения решается судом.

С учетом фактических обстоятельств дела, личности ФИО7, обстоятельств смягчающих его наказание, суд пришел к верному выводу о сохранении ему условного осуждения по данному приговору и самостоятельному его исполнению.

При изложенных обстоятельствах, доводы апелляционного представления о необходимости отмены ФИО7 условного осуждения по приговору 

<

данные изъяты> от 17 мая 2024 года судебной коллегией отклоняются. При этом, утверждение апеллянта о том, что применение ч. 4 ст. 74 УК РФ возможно лишь тогда, когда осужденным совершено только одно преступление, основано на неверном толковании уголовного закона, которым не запрещено применение данной нормы при совершении лицом нескольких преступлений.

Резюмируя изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что считать назначенное осужденному наказание чрезмерно мягким, о чем поставлен вопрос в апелляционном представлении, оснований не имеется. Назначенное ФИО7 окончательное наказание является справедливым и отвечающим целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ.

Рассматривая доводы апелляционного представления о нарушении требований уголовного закона при назначении ФИО7 наказания, поскольку суд сначала применил положения ст. 53.1 УК РФ, а затем ч. 6 ст. 15 УК РФ, в то время как сначала должен был изменить категорию преступлений, а только потом заменить назначенное ему наказание в виде лишения свободы на принудительные работы, судебная коллегия отмечает следующее.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 15 мая 2018 года № 10 «О практике применения судами положений ч. 6 ст. 15 УК РФ» разъяснил, что в случае принятия судом решения о применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора наряду с другими вопросами в силу п. 5 ст. 307 УПК РФ должна содержать: указание на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств; мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания; указание на конкретные фактические обстоятельства преступления, уменьшающие степень его общественной опасности и дающие основания для изменения категории преступления; вывод о необходимости изменения категории преступления на менее тяжкую.

Резолютивная часть обвинительного приговора в случае применения ч. 6 ст. 15 УК РФ должна, в частности, содержать: решение о признании лица виновным в совершении преступления; вид и размер наказания, назначенного за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным; решение об изменении категории преступлений на менее тяжкую с указанием измененной категории преступления (п. 7).

Судам следует иметь в виду, что изменение категории преступления возможно только после того, как осужденному назначено наказание с учетом предусмотренных УК РФ правил назначения наказания, при условии, что вид и срок назначенного наказания отвечают требованиям ч. 6 ст. 15 УК РФ (п. 8).

Если лицо осуждается за совершение нескольких преступлений, то решение об изменении категории преступления на менее тяжкую принимается при наличии к тому оснований отдельно по каждому преступлению, после чего суд с учетом измененной категории преступлений назначает окончательное наказание на основании ч. 2 или 3 ст. 69 УК РФ (п. 9).

Согласно ч. 2 ст. 53.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 540-ФЗ), если, назначив наказание в виде лишения свободы, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, он постановляет заменить осужденному наказание в виде лишения свободы принудительными работами. При назначении судом наказания в виде лишения свободы на срок более пяти лет, за исключением случаев замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в соответствии со ст. 80 настоящего Кодекса, принудительные работы не применяются.

Изменения в ст. 53.1 УК РФ внесены Федеральным законом от 23 июля 2025 года № 218-ФЗ, начали действовать 20 января 2026 года, то есть после постановления обжалуемого приговора.

Поскольку ст. 53.1 УК РФ в предыдущей редакции предусматривала возможность назначения виновному лицу наказания в виде принудительных работ только путем замены лишения свободы на данный вид наказания, то суд первой инстанции, верно назначил ФИО7 за каждое из совершенных преступлений наказание сначала в виде лишения свободы, которое в дальнейшем заменил принудительными работами, то есть определил его вид и размер, как это предусмотрено уголовным законом.

Учитывая изложенное выше, а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что последовательность применения судом положений уголовного закона при назначении ФИО7 наказания в обжалуемом приговоре соблюдена, а потому доводы апелляционного представления о неправильном применении судом уголовного закона при назначении осужденному наказания являются несостоятельными.

Судом первой инстанции принято верное решение о частичном взыскании с ФИО7 процессуальных издержек – в сумме 3 000 рублей, связанных с выплатой адвокату, участвующему в деле в интересах последнего по назначению, денежного вознаграждения. При этом суд правильно указал, что предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ оснований для освобождения осужденного от уплаты процессуальных издержек не имеется.

В ходе предварительного следствия по постановлению Абаканского городского суда Республики Хакасия от 09 июля 2025 года на изъятую у ФИО7 портативную колонку «Powerful Bass Boost» наложен арест. В постановлении суда отражено, что арест на данное имущество наложен в целях обеспечения исполнения возможного приговора в части взыскания штрафа, заявленного потерпевшим гражданского иска, других имущественных взысканий (

<

данные изъяты>).

Учитывая изложенное, а так же тот факт, что приговором с ФИО7 взысканы денежные средства в счет возмещения процессуальных издержек, суд первой инстанции необоснованно отменил наложенный арест на колонку «Powerful Bass Boost», о чем справедливо указано в апелляционном представлении. При этом стоимость указанного имущества не превышает размер денежных средств, подлежащих взысканию с осужденного.

В этой связи, судебная коллегия полагает необходимым исключить из резолютивной части приговора указания: о передаче портативной колонки «Powerful Bass Boost», хранящейся в камере хранения УМВД России по г. Абакану, ее собственнику ФИО7; а также об отмене после вступления приговора в законную силу ареста, наложенного на указанное имущество.

В целях обеспечения исполнения приговора в части имущественного взыскания по возмещению ФИО7 процессуальных издержек арест, наложенный на портативную колонку «Powerful Bass Boost», надлежит сохранить.

Кроме того, судебная коллегия полагает внести в резолютивную часть приговора следующие уточнения.

В силу требований ст. 53.1 УК РФ из заработной платы осужденного к принудительным работам производятся удержания в доход государства, перечисляемые на счет соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы, в размере, установленном приговором суда, и в пределах от пяти до двадцати процентов.

Вместе с тем, в резолютивной части приговора в абзацах 2 и 3 суд не указал, что удержания в размере 10 % надлежит производить из заработной платы осужденного ФИО7 В этой связи, судебная коллегия считает необходимым дополнить резолютивную часть приговора указанием об этом.

Вопрос о судьбе других вещественных доказательств судом разрешен в соответствии с требованиями закона, сторонами не обжалуются.

Иных оснований для отмены или изменения приговора, в том числе по доводам апелляционных представлений, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 16 декабря 2025 года в отношении ФИО7 изменить.

Абзацы 2 и 3 резолютивной части приговора дополнить указанием о том, что удержания в размере 10 % надлежит производить из заработной платы осужденного.

Исключить из резолютивной части приговора указание о передаче портативной колонки «Powerful Bass Boost», хранящейся в камере хранения УМВД России по г. Абакану, ее собственнику ФИО7

Исключить из резолютивной части приговора указание об отмене ареста, наложенного на вышеуказанную портативную колонку, после вступления приговора в законную силу.

Арест, наложенный на портативную колонку «Powerful Bass Boost», хранящуюся в камере хранения УМВД России по г. Абакану, сохранить до исполнения приговора в части имущественного взыскания по возмещению ФИО7 процессуальных издержек.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные представления (основное и дополнительное) – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи

Справка: осужденный ФИО7 проживает по адресу: 

<

данные изъяты>.