УИД № 57RS0022-01-2023-002547-67 Производство № 2-114/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2024 г. г. Орёл

Заводской районный суд г. Орла в составе 

председательствующего судьи Шалаевой И.В.,

при секретаре судебного заседания Середа И.В.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к ФИО7 об установлении факта родственных отношений, признании недействительным завещания и признании права собственности в порядке наследования, 

установил:

ФИО9 обратилась в суд с иском к ФИО7 об установлении факта родственных отношений, признании недействительным завещания и признании права собственности в порядке наследования.

В обоснование требований указала, что является наследником второй очереди по закону по праву представления после смерти своей тети по отцу – ФИО23 (урожденной ФИО22) ФИО8, умершей 13.02.2023.

Ссылалась, что после смерти ФИО6 открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен).

Однако при обращении 24.07.2023 к нотариусу ФИО20 с заявлением о принятии наследства истцу стало известно, что незадолго до своей смерти ФИО5 составила завещание в пользу ответчика ФИО7

Полагая, что при составлении завещания ФИО5 ввиду преклонного возраста и состояния здоровья не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, истец просила суд признать недействительным завещание ФИО6, удостоверенное 01.02.2022 нотариусом Орловского нотариального округа ФИО20 за реестровым номером (номер обезличен)-н/57-2022-3-75, и признать за ней право собственности в порядке наследования по закону на квартиру по адресу: (адрес обезличен), с кадастровым номером (номер обезличен). Кроме того, просила установить факт родственных отношений, а именно, что ФИО19 является племянницей умершей ФИО6, поскольку документы, подтверждающие их родство, не сохранились.

В ходе судебного разбирательства ФИО9 уточнила основания недействительности завещания, мотивируя тем, что подпись ФИО6 в оспариваемом завещании последней не принадлежит. Поскольку у умершей были проблемы со зрением, которое ухудшалось день ото дня, поставить свою подпись в завещании она не могла. Требования о признании недействительным завещания по основанию недееспособности наследодателя, не понимавшей в силу преклонного возраста и состояния здоровья смысл и значение своих действий, не поддержала.

В судебном заседании истец ФИО19 и ее представитель ФИО21 уточенные исковые требования поддержали в полном объеме. 

Ответчик ФИО7 и ее представитель ФИО10 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указывая, что доказательств неспособности ФИО6 понимать значение своих действий на момент совершения завещания, равно как поддельности подписи ФИО6 в оспариваемом завещании не представлено. 

Представитель третьего лица Управления ЗАГС Орловской области ФИО11 при вынесении решения полагалась на усмотрение суда.

Третье лицо нотариус ФИО20, представитель БУЗ ОО «Поликлиника №3» в суд не явились, извещались надлежащим образом о месте и времени слушания дела.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Поскольку перечень юридических фактов, которые могут быть установлены в судебном порядке, приведен в указанной правовой норме и не является исчерпывающим, суды вправе рассматривать дела об установлении и иных фактов, если они порождают для заявителя юридические последствия. К таким юридическим фактам относится факт родственных отношений с умершим.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, истец Ли (добрачная фамилия – ФИО22) Н.В. родилась ДД.ММ.ГГГГ. Ее родителями являются ФИО1 и ФИО2.

Родителями отца истца – ФИО1, умершего 23.07.2003, являются ФИО3 и ФИО4.

Обращаясь в суд с требованиями в части установления факта родственных отношений, истец ссылалась на то, что умершая ФИО5 (в девичестве – ФИО22) ФИО8 приходится ей тетей по отцу. Установить факт родственных отношений ФИО9 и ФИО6 во внесудебном порядке не представилось возможным по причине отсутствия записи о рождении ФИО23 (ФИО22) М.В.

По информации территориального отдела ЗАГС Управления ЗАГС Орловской области запись акта о рождении ФИО6 не сохранилась.

Между тем, из заявления ФИО6 о выдаче (замене) паспорта гражданина Российской Федерации формы №1П, представленной УМВД России по Орловской области, следует, что родителями ФИО6 являются ФИО3 и ФИО4.

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к убеждению, что в судебном заседании нашел свое подтверждение факт того, что истец ФИО9 приходится племянницей ФИО6, умершей 13.02.2023.

Согласно ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 1111 ГК РФ наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

Статья 1118 ГК РФ устанавливает, что распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания, завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами настоящего Кодекса о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание (ст. 1119 ГК РФ).

Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. 

Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

В соответствии со ст. 1125 ГК РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом, а совместное завещание супругов должно быть передано нотариусу обоими супругами или записано с их слов нотариусом в присутствии обоих супругов. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие).

Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса, а совместное завещание супругов, написанное одним из супругов, до его подписания должно быть полностью прочитано другим супругом в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание.

Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

В силу требований ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Так как завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 2 ст. 154 ГК РФ односторонней считается сделка, для совершения которой, в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашения сторон необходимо и достаточно выражение воли одной стороны.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела, 13.02.2023 умерла ФИО5 (урожденная ФИО22) ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

При жизни ФИО6 принадлежала однокомнатная квартира, площадью 29,3 кв.м., расположенная по адресу: (адрес обезличен), где она проживала на момент смерти.

01.02.2022 ФИО5 распорядилась всем принадлежащим ей на праве собственности имуществом, оформив завещание за реестровым номером № (номер обезличен)-н/57-2022-3-75, удостоверенное нотариусом Орловского нотариального округа ФИО20, согласно которому завещала все ее имущество ответчику ФИО7

ФИО7 в установленном законом порядке 16.02.2023 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО6

Заявляя требования в части оспаривания завещания и признания права собственности в порядке наследования, истец полагала, что наследодатель ФИО5 на момент составления завещания в силу преклонного возраста и состояния здоровья плохо понимала происходящее вокруг, не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, чем воспользовалась ответчик ФИО7

В дальнейшем ФИО9 уточнила исковые требования в части основания недействительности завещания, указывая также на поддельность подписи ФИО6 в завещании.

В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Нельзя считать действительными сделки, совершенные гражданином в состоянии, когда он не сознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог руководить ими. Причина такого состояния, по смыслу анализируемой статьи, может быть разной, в том числе оно может быть вызвано наличием того или иного заболевания.Согласно ст. 17 ГК РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. 

В силу ст. 21 ГК РФ способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. 

Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (ст. 22 ГК РФ).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, так как это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ФИО7 пояснила, что познакомилась с ФИО6 в 2014 году и с тех пор до момента ее смерти в 2023 году они общались, ответчик оказывала наследодателю посильную помощь в хозяйстве, приносила продукты питания и лекарственный препараты, сопровождала в медицинские центры, поскольку умершую беспокоили суставы. Также бытовую помощь ФИО6 оказывали социальные работники. Однако умершей важнее был личный контакт с семьей ответчика, нежели материальная помощь, к детям ФИО7 ФИО5 относилась как к своим внукам, они регулярно приходили к ней в гости. Инициатива составления завещания исходила от ФИО6, ответчик об этом не просила. За 9 лет знакомства с ФИО6 племянницу последней ФИО9 она видела только 2 раза – на день рождения ФИО6 14.06.2022 и ее похоронах. До этого имели место периодические звонки по телефону. Со слов ФИО6 ответчику известно, что она обижалась на племянницу, отдалившуюся от нее и не желавшую общаться. 

Из ответа БУЗ Орловской области «Орловский психоневрологический диспансер» следует, что ФИО5 (ФИО22) М.В. не состояла на диспансерном наблюдении, ей оказывалась консультативно-лечебная помощь однократно 26.11.2021, диагноз «без психических расстройств».

Согласно выписке из медицинской карты БУЗ ОО «Поликлиника №3» за период с 01.01.2019 по 15.11.2023 ФИО5 состояла на диспансерном наблюдении в данном леченом учреждении с диагнозами: «сердечная недостаточность неуточненная», «гипертензивная (гипертоническая) болезнь с преимущественным поражением сердца без (застойной) сердечной недостаточности», «атеросклероз артерий конечностей», «болезнь периферических сосудов неуточненная», «стадия II декубитальной язвы», «церебральный атеросклероз», «другие острые инфекции верхних дыхательных путей множественной локализации», «первичная открытоугольная глаукома», «боль внизу спины», «цереброваскулярная болезнь неуточненная», «другие формы стенокардии», периодически осматривалась, в том числе на дому врачом-терапевтом и врачом-хирургом.

Из пояснений нотариуса ФИО20 следует, что к нему в нотариальную контору обращалась ФИО7 по просьбе ФИО6, желавшей оформить завещание на дому. При удостоверении завещания дееспособность ФИО6 не вызывала сомнений при личной беседе и по внешним признакам, ее поведение являлось адекватным. После составления завещания ФИО5 сама его прочитала, нотариус также огласил текст завещания завещателю, поскольку всегда его оглашает для пожилых людей. После чего ФИО5 собственноручно подписала составленное завещание.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО12 пояснила, что с 2013 года по 2018 год осуществляла обслуживание ФИО6 в качестве социального работника, помогала ей по хозяйству. ФИО5 самостоятельно готовила себе пищу и одевалась, поддерживала чистоту в квартире, свидетель видела, как она читала газеты. Каких-либо странностей в ее поведении свидетель не замечала. ФИО5 была серьезна и ответственно относилась к своему здоровью. Со слов ФИО6 она знала о существовании у нее племянницы, однако ФИО5 поясняла, что они не общаются. Первый раз ФИО12 увидела ФИО9 на дне рождения умершей 14.06.2022. После того, как в марте 2022 года ФИО5 упала в квартире и сломала тазобедренный сустав, уход за ней полностью осуществляла ФИО7

Допрошенная свидетель ФИО13 показала, что познакомилась с ФИО6 в феврале 2021 года, когда приступила к обязанностям социального работника, приносила продукты, иногда готовила суп. При этом ФИО5 находилась в адекватном состоянии, каких-либо отклонений в ее поведении она не замечала. ФИО5 осознавала происходящее, всех узнавала, все понимала, на проблемы со зрением не жаловалась, она смотрела телевизор и любила читать газеты, делала это в очках. Также ФИО13 пояснила, что не слышала от ФИО14 про племянницу. В свою очередь, ФИО7 свидетель видела в квартире умершей постоянно, думала, что она приходится ей родственницей. По всем вопросам ФИО5 просила звонить ФИО7, она к ней прислушивалась, таблетки принимала только из ее рук.

Свидетель ФИО15, двоюродной сестрой свекрови которой являлась ФИО5, пояснила, что знала и общалась как с ФИО6, так и с ее племянницей ФИО9 Ей известно, что ФИО5 имела намерение оставить принадлежащую ей квартиру по наследству своей племяннице. Последнее время ФИО5 плохо видела, иногда заговаривалась.

Свидетель ФИО16 показала, что была знакома с ФИО6 с 1975 года, видела ее последний раз в 2020 году, после чего они общались по телефону. Также она знакома с ФИО9, которой ФИО5 всегда хотела оставить квартиру по наследству. Последние годы ФИО5 жаловалась на многочисленные проблемы со здоровьем, головную боль, плохую память и зрение, боли в сердце. В разговоре часто перескакивала с одной темы на другую. В конце 2020 года она начала заговариваться, в 2021 году и вовсе не узнала свидетеля по телефону.

Свидетель ФИО17 показала, что являлась соседкой умершей. У ФИО6 было плохое зрение, она читала в очках, используя лупу, а также у нее имелись проблемы с ногами. В разговоре ФИО5 как-то упомянула, что не знает, кому оставить квартиру, она еще не определилась.

Оснований ставить под сомнение достоверность показаний свидетелей ФИО12, ФИО13 у суда не имеется, поскольку доказательств, что свидетели заинтересованы в исходе дела, стороной истца не представлено. При этом, согласно части 2 статьи 70 ГПК РФ, свидетели предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, предусмотренной Уголовным кодексом Российской Федерации.

В то же время суд относится критически к показаниям свидетелей ФИО15, ФИО16, поскольку их показания полностью повторяют правовую позицию истца, изложенную в ходе рассмотрения дела, и не согласуются с иными, имеющимися в материалах дела доказательствами.

Таким образом, стороной истца не представлено в материалы дела, а судом не добыто каких-либо медицинских документов, которые бы свидетельствовали о наличии у ФИО6 на момент составления завещания, какого-либо заболевания, в том числе указывающих на ее психическое состояние или наличие психиатрических заболеваний. При этом материалами дела установлено, что в БУЗ Орловской области «Орловский психоневрологический диспансер» ФИО5 на учете не состояла.

Не представлено истцом и доказательств отсутствия у ФИО6 соответствующего действительности представления относительно характера подписанного ею завещания, его условий, других значимых обстоятельствах.

При этом, как следует из материалов дела, в порядке, предусмотренном ст. 29 ГК РФ, ФИО5 недееспособной признана не была.

Согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Судом в ходе рассмотрения дела ставился вопрос о назначении посмертной судебно-психиатрической экспертизы, от проведения которой сторона истца отказалась, другими доказательствами свои доводы истец не подтвердила. Требования о признании недействительным завещания по основанию недееспособности наследодателя, не понимавшей в силу преклонного возраста и состояния здоровья смысл и значение своих действий, не поддержала.

В то же время по ходатайству сторон судом была назначена судебная почерковедческая экспертиза. Согласно заключению ФБУ «Орловская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации от 11.06.2024 № 531/2-2-24 подписи от имени ФИО6 в завещании от 01.02.2022, удостоверенном нотариусом ФИО20, после рукописной записи «ФИО5», в реестре регистрации нотариальных действий (том 3, индекс дела 02-01) нотариуса ФИО20 за № 75 от 01.02.2022 в графе «подпись лица, обратившегося за совершением нотариальных действий» выполнены самой ФИО6 под влиянием внутреннего «сбивающего» фактора, обусловленного возрастными изменениями организма.

У суда не имеется оснований не доверять указанному экспертному заключению, так как оно содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, то есть соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ.

Допрошенная в качестве специалиста врач-офтальмолог БУЗ ОО «Поликлиника №3» ФИО18 пояснила, что ФИО5 наблюдалась и состояла на диспансерном учете в поликлинике с 2009 года, с диагнозом «первичная открыто угольная глаукома, незрелая катаракта обоих глаз». Последний осмотр на дому имел место 13.01.2022. ФИО5, несмотря на снижение остроты зрения, которая составляла всего 15%, могла самостоятельно поставить свою подпись в документе, могла читать в очках и при помощи лупы. 

Учитывая изложенное, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств факта подписания завещания не наследодателем, а иным лицом, равно как доказательств того, что на момент составления завещания ФИО5 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Также судом не установлено каких-либо нарушений законодательства со стороны нотариуса, удостоверившего завещание ФИО6, действия нотариуса соответствуют требованиям ГК РФ и Основ о нотариате.

С учетом изложенного, оценивая представленные доказательства, доводы и возражения сторон по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд не находит правовых оснований для признания завещания от 01.02.2022 недействительным, и. как следствие, признания за ФИО9 права собственности в порядке наследования по закону на квартиру по адресу: (адрес обезличен), в связи с чем исковые требования в этой части подлежат оставлению без удовлетворения. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО9 к ФИО7 об установлении факта родственных отношений, признании недействительными завещания и признании права собственности в порядке наследования – удовлетворить частично. 

Установить, что ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является племянницей ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей 13.02.2023.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Заводской районный суд г. Орла в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 04.07.2024.

Судья И.В. Шалаева