УИД № 31 RS 0017-01-2024-000827-47 Дело № 1-63/2024 

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Прохоровка 04 декабря 2024 года

Прохоровский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Коновалова А.А.,

при секретаре Ермошиной Л.В.,

с участием государственного обвинителя заместителя прокурора Прохоровского района Агафонова А.В., 

подсудимого К. и его защитника Чернова А.В.,

потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2 и их представителя Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке материалы уголовного дела в отношении 

К., родившегося (дата) в р.

<

адрес>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, проживающего 

<

адрес>, гражданина РФ, холостого, неработающего, со средне-специальным образованием, военнообязанного, несудимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

К. нарушил правила дорожного движения, управляя автомобилем, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено (дата) на территории поселка 

<

адрес> при следующих обстоятельствах. 

К., управляя технически исправным автомобилем 

<

данные изъяты>, двигался по автомобильной дороге ФАД М2 Крым «Прохоровка-Губкин Р-298» в направлении от 

<

адрес> городского округа 

<

адрес> по левой полосе движения.

Проезжая в 15 часу участок дороги на 29 км+700 метров, на котором расположен нерегулируемый пешеходный переход, обозначенный дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ «Дорожные знаки», и дорожной разметкой 1.14.1 (зебра) Приложения 2 к Правилам дорожного движения РФ «Дорожная разметка и её характеристики», выделенной для движения пешеходов через дорогу, К., не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение пунктов 1.3,1.5,10.1 и 14.1 Правил дорожного движения РФ, а также требований дорожных знаков 5.19.1, 5.19.2 Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ «Дорожные знаки», и дорожной разметкой 1.14.1 (зебра) Приложения 2 к Правилам дорожного движения РФ «Дорожная разметка и её характеристики», не выбрал безопасной скорости движения, которая должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, имея загрязнения лобового стекла автомобиля, ограничивающего видимость вследствие неисправности стеклоочистителя, двигаясь со скоростью 60 км/ч, без учета дорожных условий, в результате чего своевременно не смог обнаружить опасность для движения в виде пересекавшего проезжую часть пешехода и принять меры для остановки транспортного средства, не уступил дорогу пешеходу Ш., пересекающей дорогу по нерегулируемому пешеходному переходу, и создав опасность для движения, совершил наезд на потерпевшую на нерегулируемом пешеходном переходе. 

В результате данного дорожно-транспортного происшествия Ш. были причинены тупая сочетанная травма головы, груди, таза, конечностей, осложнившаяся травматическим шоком II степени (клинически), компонентами которой явились:

-закрытая черепно–мозговая травма: перелом чешуи затылочной кости; очаговые кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку; кровоизлияние в мягкие ткани головы в затылочной области справа; ссадина носа;

-закрытая травма груди: переломы 4-8 ребер слева по линии, соединяющей лопаточную и околопозвоночные линии, переломы 4-7 ребер справа на границе костных и хрящевых частей;

-закрытая травма таза: перелом крестца слева, перелом левой седалищной кости, переломы тел обеих лонных костей, перелом горизонтальной ветви левой лонной кости;

-закрытый перелом хирургической шейки левой плечевой кости со смещением костных отломков, с отрывом большого бугорка, закрытые оскольчатые переломы костей левой голени в верхней трети, которая, как сочетанная травма, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоит. 

Между причинением телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью потерпевшей, и нарушением К. правил дорожного движения имеется прямая причинная связь.

В судебном заседании К. вину свою признал полностью и показал, что (дата) в 15 часу он на автомобиле ВАЗ 21114 Лада 111 государственный регистрационный знак 

<

***> регион двигался со скоростью около 60 км/ч по поселку Прохоровка в сторону 

<

адрес> по левой полосе движения. Дорожное покрытие было сухое, погода была без осадков, при этом в автомобиле не работали передние стеклоочистители, частично ограничивая ему видимость. Впереди него, в попутном направлении двигался автомобиль. Подъезжая к пешеходному переходу, посмотрев вправо и влево, он продолжил движение, не увидев из-за движущегося в попутном направлении впереди него транспортного средства пешехода. Пассажир автомобиля Свидетель №1 крикнул ему остановиться. В этот момент он увидел Ш. пересекающую проезжую часть справа налево по пешеходному переходу. Он предпринял меры к экстренному торможению, но из-за небольшого расстояния до пешехода, он не смог остановиться, и совершил наезд на потерпевшую. Сразу после наезда, он остановился и подбежал к пытавшейся подняться потерпевшей, укрыл её своей курткой и позвонил в службу 112. Согласен, что в результате нарушения им правил движения произошло ДТП, в котором Ш. получила телесные повреждения, повлекшие за собой причинение тяжкого вреда здоровью. В содеянном раскаивается. 

Виновность подсудимого в инкриминируемом ему преступлении, кроме его показаний, нашла свое подтверждение показаниями потерпевших, свидетелей, протоколом осмотра места происшествия, заключением эксперта и другими доказательствами: 

Протоколами осмотра, которыми было установлено место дорожно-транспортного происшествия – 29 километр 700 метров автомобильной дороги ФАД М2 Крым «Прохоровка-Губкин Р-298» в 

<

адрес>. На данном участке дороги установлены дорожные знаки 5.19.1 и 5.19.2 "Пешеходный переход". На месте происшествия на правой полосе движения по направлению в сторону 

<

адрес> обнаружен стоящий автомобиль 

<

данные изъяты>

Автомобиль 

<

данные изъяты> осмотрен следователем, в результате осмотра помимо выявленных на месте происшествия повреждений, обнаружена трещина на стекле передней левой фары (Том № л.д.76-81). Транспортное средство признанно и приобщено к делу в качестве вещественного доказательства (Том № л.д.82).

Заключением автотехнической экспертизы, согласно выводам которой водитель автомобиля 

<

данные изъяты> К. должен был действовать в сложившейся обстановке согласно пункту 14.1 Правил дорожного движения РФ. Исходя из конечного положения автомобиля «ВАЗ 21114», его расположения относительно горизонтальной дорожной разметки «Пешеходный переход», а также повреждений автомобиля – показания К. не противоречат дорожной обстановке, зафиксированной на месте происшествия (Том 1. л.д. 104-107).

Показаниями свидетеля Свидетель №2 сообщившей, что (дата) прибыв на место ДТП, она увидела Ш. лежащую на асфальте на спине, недалеко от пешеходного перехода. На её вопрос, что случилось, потерпевшая ответила, что её сбила машина. На другой стороне от полос пешеходного перехода стоял автомобиль подсудимого. Лицо Ш. было поцарапано, выбита рука. 

Показаниями потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 о том, что (дата) около 15 часов им стало известно о дорожно-транспортном происшествии, в результате которого их маму на пешеходном переходе сбил автомобиль. Ш. была госпитализирована в лечебное учреждение, где после трех с половиной месяцев лечения, умерла. 

Свидетель Свидетель №1 также показал, что (дата) около 15 часов К., находясь в 

<

адрес>, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, совершил наезд на потерпевшую, переходившую проезжую часть по пешеходному переходу. 

Вина К. также подтверждается и протоколом проверки его показаний на месте, в ходе которой подсудимый указал на участок автодороги расположенного на 29 км + 700 м автодороги ФАД М2 Крым «Прохоровка-Губкин Р-298» в 

<

адрес>, где он (дата) совершил наезд на пешехода Ш. непосредственно на пешеходном переходе (Том № л.д. 211-218).

Принимая во внимание показания подсудимого о месте наезда на пострадавшую, выводы автотехнического эксперта, показания свидетелей и потерпевших, суд приходит к выводу, что наезд на Ш. был осуществлен подсудимым непосредственно на пешеходном переходе.

Как следует из заключения судебно-медицинского эксперта № от (дата), Ш. были причинены повреждения в виде перелома чешуи затылочной кости справа, очаговых кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку, кровоизлияние в мягкие ткани головы в затылочной области справа, ссадин носа, переломов 4-8 ребер слева по линии, соединяющей лопаточную и околопозвоночную линии, и 4-7 ребер справа на границе костных и хрящевых частей, закрытого перелома боковой области крестца слева, закрытого перелома левой седалищной кости, закрытых переломов тел обеих лонных костей, закрытого перелома горизонтальной ветви левой лонной кости, закрытого перелома хирургической шейки левой плечевой кости со смещением костных отломков, с отрывом большого бугорка, закрытых оскольчатых переломов костей левой голени в верхних третях, которые причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Между причинением Ш. комплекса вышеуказанных повреждений и наступлением ее смерти, прямой причинной связи не имеется (Том №. л.д. 88-95).

Показаниями эксперта М. о том, что выявленные у потерпевшей заболевания и телесные повреждения, образовавшиеся в результате ДТП, привели к развитию интоксикации с поражением функций ряда систем. При этом, телесные повреждения образовавшиеся у потерпевшей в результате совершения на неё наезда подсудимым, в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоят. 

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от (дата) у Ш. выявлена тупая сочетанная травма головы, груди, таза, конечностей, осложнившаяся травматическим шоком II степени (клинически), компонентами которой явились: закрытая черепно – мозговая травма: перелом чешуи затылочной кости; очаговые кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку; кровоизлияние в мягкие ткани головы в затылочной области справа; ссадина носа; закрытая травма груди: переломы 4-8 ребер слева по линии, соединяющей лопаточную и околопозвоночные линии, переломы 4-7 ребер справа на границе костных и хрящевых частей; закрытая травма таза: перелом крестца слева, перелом левой седалищной кости, переломы тел обеих лонных костей, перелом горизонтальной ветви левой лонной кости; закрытый перелом хирургической шейки левой плечевой кости со смещением костных отломков, с отрывом большого бугорка, закрытые оскольчатые переломы костей левой голени в верхней трети.

Учитывая тяжесть состояния потерпевшей, обусловленного развитием травматического шока, следует, что сочетанная тупая травма образовалась незадолго до госпитализации в ОГБУЗ «Городская больница № 

<

адрес>» (дата)

Все обнаруженные у потерпевшей повреждения образовались в результате преимущественно ударного травмирующего воздействия тупых предметов, либо ударе о таковые. Идентификационные признаки травмирующих предметов не отобразились, однако, учитывая обстоятельства дела, характер и локализацию повреждений, выявленных у Ш., следует, что травма потерпевшей была причинена при ударе внешними частями движущегося автомобиля (в том числе, на которых обнаружены повреждения – бампер, переднее стекло) с последующим падением на дорожное покрытие (стоя, либо в движении) и обращена левой боковой поверхностью тела к передней поверхности автомобиля.

Комплекс повреждений Ш. квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Причиной смерти Ш. явилась полиорганная недостаточность, развившаяся вследствие сочетанной травмы головы, груди, таза, конечностей, ишемического инфаркта в вертебробазилярном бассейне от (дата), повторного ишемического инфаркта в бассейне правой средней мозговой артерии от (дата), обострения язвенной болезни двенадцатиперстной кишки с кровотечением от (дата), на фоне атеросклеротической болезни сосудов головного мозга, сердца, гипертонической болезни с поражением сердца, почек, сосудов головного мозга.

Повреждения, полученные в результате дорожно–транспортного происшествия, в прямой причинной связи с наступлением смерти Ш. не состоят.

Основная причина смерти Ш. – сочетание травмы, полученной в результате дорожно – транспортного происшествия, и заболеваний, причинами которых явились имеющиеся задолго до получения травмы хронические заболевания. Острое нарушение мозгового кровообращения, ишемический инфаркт головного мозга от (дата) и (дата) – является проявлением атеросклеротической болезни с поражением сосудов головного мозга, на фоне гипертонической болезни. Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки осложнилась кровотечением (дата) Обострения имеющихся хронических заболеваний у Ш. возникли в посттравматическом периоде, что дает основание не исключить влияние травмы на проявление, характер течения вышеуказанных заболеваний, однако травма не является причиной для их развития. Наличие прямой причинной связи повреждений и смерти в данном случае не может быть установлено, ввиду наличия у потерпевшей заболеваний нетравматического происхождения, которые наряду с травмой привели к смерти. 

Данные выводы экспертов основаны на научно-обоснованных результатах непосредственных экспертных исследований, их правильность и объективность не вызывает у суда сомнений. 

Сам подсудимый признает, что телесные повреждения у Ш. были образованы в результате ДТП, произошедшего в результате нарушения им правил дорожного движения.

Иные доказательства представленные стороною обвинения таковыми не являются и судом не оцениваются. 

Доводы представителя потерпевших о противоречивости заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от (дата) и о несогласии с её результатами в части установления причины смерти, и наличия хронических заболеваний у потерпевшей, суд считает несостоятельными.

Как видно из указанного заключения, экспертиза проведена комиссией экспертов, имеющих специальные познания в области медицины и многолетний стаж экспертной работы. Им были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, они предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ. 

Вопреки доводам представителя потерпевших, каких-либо противоречий между исследовательской частью заключения и ее выводами не имеется. Выводы экспертов логичны, последовательны и не допускают их двусмысленного толкования. При этом, оснований считать, что экспертиза проведена в нарушение закона и основана на неполно представленных медицинских данных, не имеется. 

Экспертами достоверно установлено, что повреждения, полученные в результате дорожно–транспортного происшествия, в прямой причинной связи с наступлением смерти Ш. не состоят.

По вышеуказанным обстоятельствам, суд признает несостоятельным довод представителя потерпевшего и о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, ввиду не установления прямой причинно-следственной связи между травмами, полученными в результате ДТП и наступлением смерти потерпевшей.

Суд приходит к выводу, что собранные по данному уголовному делу доказательства, являются относимыми, допустимыми и в своей совокупности подтверждают факт совершения подсудимым инкриминируемого ему преступления. 

Показания подсудимого в суде логичны и последовательны, адекватны окружающей обстановке и материалам уголовного дела, сомнений в его психической полноценности у суда не возникает.

Действия К. суд квалифицирует по ст.264 ч.1 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Преступление К. совершил по неосторожности, так как он не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

При назначении наказания К. суд учитывает обстоятельства смягчающие наказание, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к преступлениям небольшой тяжести, данные о личности, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Смягчающими по делу обстоятельствами суд в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ признает активное способствование расследованию преступления, выразившееся в том, что подсудимый на протяжении предварительного расследование давал изобличающие себя показания, сообщая об обстоятельствах преступления; а в соответствии со ст.61 ч.2 УК РФ раскаяние в содеянном, о чем свидетельствует его поведение в суде. 

Обстоятельств, отягчающих наказание К., судом не установлено. 

До совершения преступления К. по месту проживания администрацией Первомайского территориального отдела муниципального округа 

<

адрес> характеризовался положительно (Том № л.д. 26), по последнему месту учебы – положительно (Том № л.д. 30), участковым-уполномоченным полиции, а также соседями – положительно (Том № л.д. 31, 32), военнообязанный (Том № л.д 37-43), к уголовной ответственности не привлекался (Том № л.д.21-23), неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения (Том № л.д.35), имеет водительское удостоверение категории «В,В1,М» (Том № л.д.20). 

Суд приходит к выводу, что К. необходимо назначить за совершение преступления наказание в виде ограничения свободы с назначением на основании ч.3 ст.47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, которые послужат восстановлению социальной справедливости, и исправлению подсудимого, а также предупреждению совершения им новых преступлений.

Сохранение за подсудимым права заниматься деятельностью в виде управления транспортными средствами суд признает невозможным с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а также личности виновного, который неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения.

Данных о том, что для подсудимого деятельность в виде управления транспортными средствами связана с его единственной профессией, суду не представлено. 

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивом преступления, поведением подсудимого во время или после его совершения, либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, которые возможно расценить как основания для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией статьи (ст.64 УК РФ).

Меру пресечения К. до вступления приговора в законную силу суд считает необходимым оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

По делу заявлены гражданские иски потерпевших, в которых они просят взыскать с К. компенсацию морального вреда в размере по 500 000 рублей каждому.

В судебном заседании потерпевшие и их представитель поддержали исковые требования. 

Подсудимый и его защитник с исками не согласились, поскольку между причинением подсудимым вреда здоровью Ш. и наступлением её смерти нет прямой причинной связи, то, полагают, что оснований для возмещения морального вреда не имеется. 

Государственный обвинитель просил удовлетворить заявленные иски частично.

Суд, рассмотрев требования о компенсации морального вреда потерпевшим, приходит к следующему. 

Согласно ч.1 ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Потерпевшие ссылаются на то, что в результате причинения подсудимым их матери тяжкого вреда здоровью и прохождения лечения на протяжении длительного времени, они, как сыновья переживали за состояние здоровья и страдания матери от испытываемой последней боли в результате причиненных телесных повреждений. Они поочередно осуществляли за ней присмотр в медицинском учреждении и, осознавая, что состояние здоровья матери ухудшается, очень сильно переживали. То есть непосредственно им причинены нравственные страдания. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Принимая во внимание наличие близких родственных отношений и чувств между потерпевшими и их матерью, их тесное общение, суд приходит к выводу, что наблюдение потерпевшими на протяжении более 3-х месяцев за ухудшающимся состоянием здоровья матери и страданиями последней от испытываемой боли в результате причиненных телесных повреждений, причинило Потерпевший №1 и Потерпевший №2 нравственные страдания. 

В связи с этим потерпевшие имеют право на компенсацию причиненного им морального вреда. 

Между противоправными действиями подсудимого и причинением потерпевшим морального вреда имеется прямая причинная связь. 

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми учитывает характер причиненных потерпевшим нравственных страданий, связанных с их индивидуальными особенностями, которые являются сыновьями пострадавшей, в связи с чем в результате причинения тяжкого вреда здоровью матери и испытания последней на протяжении более 3-х месяцев физической боли, потерпевшие испытали нравственные страдания. 

Также суд при определении размера компенсации морального вреда учитывает материальное положение подсудимого, который официально не трудоустроен, но имеет постоянный заработок, форму его вины, а также требования разумности и справедливости.

С учетом указанных обстоятельств суд приходит к выводу о необходимости определить размер компенсации морального вреда в размере по 200 000 рублей, каждому из потерпевших.

Вещественные доказательства по делу: автомобиль 

<

данные изъяты>, находящийся на хранении у собственника К., подлежит оставлению ему же. 

Разрешая заявление потерпевшего Потерпевший №2 о взыскании процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг ее представителя - адвоката Н. в сумме 80 000 рублей, суд, руководствуется положениями ст. ст. 42 ч. 3, 131 ч. 2 п. 1.1 УПК РФ, согласно которым расходы потерпевшего по оплате услуг представителя подлежат возмещению из средств федерального бюджета с последующим решением вопроса о взыскании этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства.

Расходы потерпевшего по оплате услуг представителя понесены в связи с участием в ходе предварительного расследования по уголовному делу и в суде, обоснованы, подтверждены соглашением об оказании юридической помощи от (дата) и квитанциями к приходным кассовым ордерам, являются разумными, учитывая объем оказанной потерпевшему юридической помощи. 

С учетом изложенного суд признает расходы потерпевшего Потерпевший №2 по оплате услуг представителя - адвоката Н. в сумме 80 000 рублей процессуальными издержками, которые подлежат возмещению из средств федерального бюджета с последующим взысканием этих процессуальных издержек с подсудимого в доход государства.

К. согласился со взысканием с него процессуальных издержек, оснований для освобождения последнего от их уплаты не имеется.

Подсудимому на стадии предварительного расследования назначался адвокат Чернов О.В., оплата услуг защитника, назначенного обвиняемому, составила 1 646 рублей.

Данная сумма согласно п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ относится к процессуальным издержкам.

Согласно ч.1 ст.132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных, а также с лиц, уголовное дело или уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, не дающим права на реабилитацию, или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Подсудимый согласился со взысканием с него процессуальных издержек. 

При таких обстоятельствах и на основании ст.132 ч.1,2 УПК РФ процессуальные издержки необходимо взыскать с подсудимого. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307, 308, 309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать К. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, и назначить ему по этой статье наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком 2 года.

Установить К. следующие ограничения: 

-не изменять место жительства, расположенного по адресу: 

<

адрес>, без согласия уголовно-исполнительной инспекции; 

-не выезжать за пределы территории муниципального образования «

<

адрес>» 

<

адрес> без согласия уголовно-исполнительной инспекции. 

Возложить на осужденного К. обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию на регистрацию 1 раз в месяц в день и время, назначенные уголовно-исполнительной инспекцией.

Меру пресечения К. оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.

Вещественное доказательство по делу: автомобиль 

<

данные изъяты>, находящийся на сохранении у К., оставить ему же. 

Гражданский иск Потерпевший №2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично, взыскав с К. в пользу Потерпевший №2 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Гражданский иск Потерпевший №1 о компенсации морального вреда удовлетворить частично, взыскав с К. в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

На основании ст.132 УПК РФ взыскать с К. в доход государства процессуальные издержки в виде оплаченного труда защитника Чернова О.В., назначенного на стадии предварительного расследования, в размере 1 646 рублей .

Оплатить потерпевшему Потерпевший №2 за счет средств федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 80 000 рублей, связанные с его расходами по оплате услуг представителя - адвоката Н.

Взыскать с К. в доход государства процессуальные издержки в сумме 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей, связанные с расходами потерпевшего Потерпевший №2 по оплате услуг представителя - адвоката Н.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 15 суток со дня постановления приговора.

Председательствующий судья А.А. Коновалов