Дело № 2-1407/2021

УИД 74RS0007-01-2020-010931-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 июня 2021 года г. Челябинск 

Курчатовский районный суд г.Челябинска в составе председательствующего судьи Губиной М.В. 

при секретаре Зиминой А.А. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО5 к ФИО14 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО1, ФИО2 обратились с иском к ФИО3 о компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование исковых требований указали, что ответчик является собственником 

<

адрес>, расположенной по адресу: г.

<

адрес>, 

<

адрес>, систематически в ночное время из указанной квартиры слышен громкий шум, тем самым нарушается их покой. Кроме того, истцы имеют заболевания, при наличии которых требуется покой. Данными незаконными действиями ответчика истцам причинены нравственные страдания, моральный вред они оценивают в 100 000 руб. 

Истец ФИО1, ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали, по основаниям указанным в иске.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала.

Третье лицо ФИО15 в судебном заседании участия не принимала, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом. 

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Из материалов дела следует, что ФИО1, ФИО2 проживают и являются собственниками квартиры, расположенной по адресу: г

<

адрес> проспект, 

<

адрес>.

ФИО3 является собственниками квартиры, расположенной по адресу: г.

<

адрес>, 

<

адрес>.

Из представленных в материалы дела документов также следует, что в декабре 2020 года ФИО1 обратился к Прокурору Курчатовского района г.Челябинска с жалобой по фактам нарушения тишины в 

<

адрес>, по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, а также невыполнения служебных обязанностей участковыми. 

В результате проверки доводов жалобы, заместителем прокурора района направлено требование в адрес начальника ОП Курчатовской УМВД России по г.Челябинску об устранении нарушения федерального законодательства (л.д. 76-81).

При этом, из материалов дела также следует, что ФИО1 обращался в ОП Курчатовский УМВД по г.Челябинску с заявлением о нарушении тишины в квартире расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, а именно ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д.85-88).

Ответчиком в материалы дела представлены копии договоров найма за разные периоды времени, из которых следует, что квартира расположенная по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, передавалась в наем ответчиком ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 (л.д. 89-124).

Согласно ответа УМВД России по г.Челябинску от ДД.ММ.ГГГГ, протоколы об административных правонарушениях в отношении ФИО11, ФИО12, ФИО8, ФИО9, ФИО13, ФИО10, не составлялись. 

Из ответа, представленного мировым судьей судебного участка № Курчатовского района г.Челябинска следует, что протокол об административном правонарушении в отношении ФИО15 по ст. 13 Закона Челябинской области «Об административных правонарушениях в Челябинской области» определением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ возвращен должностному лицу для надлежащего оформления. 

Постановлением по делу об административном правонарушении от 21 декабря 2020 года ФИО17 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 13 Закона Челябинской области «Об административных правонарушениях в Челябинской области».

В соответствии с ч. 4 ст. 17 Жилищного кодекса Российской Федерации, пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ч. 4 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации, граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Из указанных норм права следует, что осуществляемое гражданином пользование жилым помещением не должно нарушать прав и законных интересов других граждан, в частности соседей. Граждане, находясь в своем жилище, вправе пользоваться тишиной и покоем, как в ночное, так и в дневное время, при этом перечень действий, нарушающих тишину и покой граждан, не является исчерпывающим.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными 59 главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Положениями п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Право на тишину (или отсутствие шумового загрязнения) гарантировано Федеральным законом от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», ст. 8 которого гражданам предоставлено право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека.

Параметры факторов среды жизнедеятельности (например, шум, вибрацию и пр.), влияющих на здоровье человека, должны находиться в пределах, установленных санитарными нормами. Действующими санитарными правилами (Санитарные нормы допустимого шума в помещениях жилых и общественных зданий и на территории жилой застройки) установлены допустимые уровни шума, проникающего в помещения жилых зданий от внешних и внутренних источников, и допустимые уровни шума на территории жилой застройки.

Положения ч.1 ст. 23 Федерального закона от 30 марта 1999 г. №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» установлено, что жилые помещения по площади, планировке, освещенности, инсоляции, микроклимату, воздухообмену, уровням шума, вибрации, ионизирующих и неионизирующих излучений должны соответствовать санитарно-эпидемиологическим требованиям в целях обеспечения безопасных и безвредных условий проживания независимо от его срока.

Доказательств того, что уровень шума в принадлежащей истцам квартире, источником которого являются действия ответчика, превышает установленную норму, истцом вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Анализ приведенных положений закона указывает на то, что обязательными условиями наступления ответственности за причинение морального вреда являются противоправные действия причинителя вреда, наличие причинной связи между его действиями и вредными последствиями и вина причинителя в наступлении вредных последствий.

При этом представленные истцами медицинские документы, а именно выпиской эпикриз, справки ГБУЗ «ОКПНБ №», протокол исследования, не могут быть приняты судом в качестве доказательства, причинения истцам морального вреда, поскольку из указанных документов не следует, что за медицинской помощью ФИО1, ФИО2 обращались в связи с жалобами на шумное поведение ответчика, кроме того, причинно-следственная связь между имеющимися у истцов заболеваниями и действиями ответчика, отсутствуют.

В связи с отсутствием доказательств, подтверждающих, что ответчик ФИО3 совершила какие-либо противоправные действия в отношении ФИО1, ФИО2, повлекшие причинение им нравственных страданий, суд не находит оснований для удовлетворения требований истцов о взыскании компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Курчатовский районный суд г.Челябинска.

Председательствующий М.В. Губина 

Мотивированное решение изготовлено 24 июня 2021 года.