РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 июня 2024 года г. Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Ковалёвой А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Змеевой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-128/2024 (УИД 38RS0001-01-2023-004875-06) по иску:

Кукарина Александра Алексеевича, ФИО1, ФИО2 к Гаражно-строительному кооперативу «Автомото» о признании недействительным решение собрания,

иску Гаражно-строительного кооператива «Автомото», в лице председателя Рассушина Максима Сергеевича, к Кукарину Александру Алексеевичу о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов,

установил:

истцы Кукарин А.А., ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к Гаражно-строительному кооперативу «Автомото» (далее по тексту ГСК «Автомото») о признании недействительным решение собрания, в обоснование указали, что они являются членами ГСК «Автомото», в период с ** по ** состоялось общее собрание членов ГСК «Автомото», на котором согласно протоколу общего собрания обсуждались вопросы: выбор председателя ГСК «Автомото»; выбор секретаря собрания; прием новых членов и исключение старых; отчет председателя; отчет ревизионной комиссии; снятие полномочий органов управления ГСК «Автомото»; выбор органов управления ГСК; утверждение годовой сметы; инвентаризация имущества и постановка на баланс ГСК; способ ведения кассы и отчетов, онлайн касса; организация учета потребления электроэнергии; вынос счетчиков; сдача в аренду имущества ГСК; принятия решения по бесхозным боксам; закрытия периметра; должностные инструкции органов управления; формат книжек; документ о смене нумерации гаражных боксов; обсуждение и внесение изменений в устав ГСК; сдача в аренду ресурсов трансформатора; возможность электронного голосования; прочие вопросы. По результатам обсуждения указанных вопросов повестки дня был оформлен протокол собрания членов ГСК «Автомото» от **, за подписью членов правления.

Ссылаясь на статьи 65.1, 65.3, 116 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закон СССР от 26 мая 1988 года № 8998-XI «О кооперации в СССР» указывают, что принятые решения относятся к исключительной компетенции общего собрания. В нарушение действующего законодательства и устава ГСК председателем собрания и председателем ГСК был избран Рассушин М.С., который не является и никогда не был членом кооператива. При обсуждении вопроса, включенного в повестку дня за № – «закрытие периметра», обсуждался вопрос по застройке недостроенных мест, который не был включён в повестку дня. Более того, решение собрания является ничтожным, так как принято при отсутствии необходимого кворума.

Уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцы просят признать незаконным решение собрания членов ГСК «Автомото», оформленное протоколом собрания от **, по всем пунктам повестки дня, взыскать судебные расходы (л.д. 5-8, 16-19, том 1, л.д. 132-135, том 2).

В производстве Ангарского городского суда Иркутской области находилось гражданское дело № 2-703/2024 по иску ГСК «Автомото» в лице председателя Рассушина М.С. к Кукарину А.А. о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов. 

Определением суда от 31 января 2024 года указанные гражданские дела объединены в одно производство, гражданскому делу присвоен номер 2-128/2024.

ГСК «Автомото» в лице председателя Рассушина М.С., обращаясь в суд с иском к Кукарину А.А. о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, в обоснование указал, что ** член ГСК ФИО11 передал бывшему председателю ГСК Кукарину А.А. денежные средства в размере 9 440 руб., являющиеся платой за ежегодный целевой взнос, указанные денежные средства в кассу ГСК «Автомото» Кукарин А.А. не внес, незаконно присвоил их и до настоящего времени не вернул, что является неосновательным обогащением. Согласно акту ревизии по финансовой дисциплине ГСК «Автомото» от ** и акту ревизии о хозяйственной деятельности ГСК «Автомото» от ** выявлено, что председатель Кукарин А.А. в виде аванса периодически получал из кассы денежные средства на личные цели, которые до настоящего времени не вернул, задолженность составляет 37 000 руб. направленная досудебная претензия с просьбой вернуть денежные средства, оставлена без внимания. Просит взыскать с Кукарина А.А. в пользу ГСК «Автомото» неосновательное обогащение в размере 9 440 руб., денежную сумму, полученную в качестве аванса в размере 37 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 814,22 руб., расходы по оплате юридических услуг 6 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины (л.д. 162-163, том 2).

Уточнив неоднократно исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указал, что сумма неосновательного обогащения составляет 63 801,96 руб., складывается из денежных сумм: в размере 9 440 руб. полученных Кукариным А.А. ** от члена ГСК ФИО11 в качестве платы за ежегодный целевой взнос, и не внесенной в кассу ГСК «Автомото»; в размере 2 361,96 руб. полученных Кукариным А.А. ** от члена ГСК ФИО12 в качестве оплаты за потребленную электрическую энергию, и не внесенной в кассу ГСК «Автомото»; в размере 5 000 руб. полученных Кукариным А.А. ** от члена ГСК ФИО13 в качестве оплаты за потребленную электрическую энергию, и не внесенной в кассу ГСК «Автомото»; в размере 5 000 руб. полученных Кукариным А.А. ** от члена ГСК ФИО14 в качестве оплаты за потребленную электрическую энергию, и не внесенной в кассу ГСК «Автомото»; в размере 5 000 руб. полученных Кукариным А.А. ** от члена ГСК ФИО15 в качестве оплаты за вступительный взнос, и не внесенной в кассу ГСК «Автомото»; в размере 37 000 руб. полученные Кукариным А.А. из кассы ГСК в качестве аванса, которые потрачены последним на личные нужды, не связанные с деятельностью ГСК, не возвращенные до настоящего времени. Кроме того, согласно акту ревизии Кукариным А.А. было присвоено излишнее вознаграждение за январь и февраль 2023 года в размере 20 000 руб.; было присвоено и не возвращено клише ГСК на изготовление которой потрачено 25 212 руб.; из кассы Кукариным А.А. взяты денежные средства на транспортные расходы в размере 30 183,69 руб., указанные денежные средства не были внесены в смету расходов ГСК, а также не представляется возможным установить, что транспортные расходы были связаны с деятельностью ответчика в должности председателя ГСК «Автомото».

В редакции заявленных требований от **, ссылаясь на статью 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит взыскать с ответчика Кукарина А.А. в пользу ГСК «Автомото» денежную сумму в размере 122 443,77 руб., в том числе: 63 801,96 руб. - полученные от членов ГСК: ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, и не внесённые в кассу ГСК: 20 000 руб. - излишнее вознаграждение за январь и февраль 2023 года, 30 183,69 руб. – транспортные расходы, 8 458,12 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами. А также расходы по оплате юридических услуг в размере 6 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 644,88 руб., произвести возврат излишне уплаченной государственной пошлины в размере 1 781,67 руб. (л.д. 162-163, том 2, л.д. 7-14, 92-95, том 3).

Определением суда от 14 февраля 2024 года к участию в деле привлечена в качестве третьего лица, не заявляющая самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3, являющаяся казначеем ГСК «Автомото».

Определением суда от 16 мая 2024 года производство по гражданскому делу по иску ГСК «Автомото» в лице председателя Рассушина М.С. к Кукарину А.А. в части требования о взыскании денежных средств на изготовление клише ГСК в размере 25 212 руб. прекращено, в связи с отказом истца от требований в указанной части.

Рассматривая исковые требования Кукарина А.А., ФИО4, ФИО2 к ГСК «Автомото» о признании недействительным решение собрания суд исходит из следующего.

В судебном заседании истец Кукарин А.А., представитель истца ФИО4 – ФИО5, действующий на основании доверенности (л.д. 34-36, том 1), исковые требования поддержали с учетом уточнений к нему, повторив доводы, изложенные в иске, уточнениях к нему, представленных письменных пояснениях (л.д. 5-8, 16-19, том 1, л.д. 125, 132-135, 242-244 том 2, л.д. 20-21, 34, 108 том 3), указав, что в пункте 7.12 устава ГСК «Автомото» указано, что правление кооператива избирается общим собранием из числа его членов, так же в пункте 7.16 устава говорится о том, что правление кооператива возглавляет председатель кооператива, значит председатель кооператива является членом правления. К исключительной компетенции общего собрания отнесены вопросы отдельными строками: избрание председателя кооператива; заключение договора с председателем кооператива об управлении собственностью (пункт 7.2 устава), то есть уставом предусмотрены два способа выбора председателя кооператива - из членов ГСК и найма со стороны, если из членов ГСК не будет избран председатель кооператива. Рассушин М.С. не являясь членом ГСК, действуя по доверенности от члена ГСК, был избран председателем кооператива, что противоречит уставу, с ним должен был быть заключен договор найма, но такого вопроса в повестке дня не было. Более того, Рассушин М.С. имея право на основании нотариальной доверенности представлять интересы ФИО26 (член ГСК) на всех общих собраниях, участвовать в деятельности кооператива, принимать решения на общем собрании мог только от лица ФИО26, а не от себя лично, чем нарушил требования статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Документация ГСК «Автомото» была похищена после смерти предыдущего председателя кооператива ФИО6, поэтому правлением, выбранным на общем собрании, после смерти ФИО6 было принято решение провести сверку документов членов ГСК и после проведения сверки документов (за основу членства в кооперативе была взята членская книжка) ** на внеочередном общем собрании ГСК «Автомото» были приняты в члены ГСК 386 человек, соответственно кворума не было.

По седьмому вопросу повестки дня оспариваемого решения общего собрания также имеется ряд нарушений - согласно протоколу собрания были выбраны органы управления ГСК, а именно правление ГСК из пяти человек (ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21), председатель ГСК (Рассушин М.С.), ревизионная комиссия из трех человек (ФИО8 А.А., ФИО22, ФИО23), казначей ФИО3, что противоречит главе 7 устава, в котором говорится, что в правление входит только члены правления и председатель. Казначей в органах управления уставом не предусмотрен, более того - вопрос о выборе казначея в повестке дня не стоял. Также к органам управления была отнесена ревизионная группа, но она является согласно уставу ГСК контролирующим органом, а не управляющим. На собрании также решался вопрос о назначении и размере денежного вознаграждения председателя и казначея, который в повестке дня не стоял.

Более того, согласно пункту 7.5 устава ГСК внеочередное общее собрание членов кооператива может быть созвано по инициативе правления, председателя кооператива, по требованию ревизионной комиссии (ревизора), однако собрание от 18 и ** было созвано инициативной группой, что в корне делает собрание неправомочным и на нём не может быть решен ни один из вопросов, указанных в повестке дня.

** правление ГСК «Автомото» в группе ГСК и на доске объявлений разместило информацию о проведении ежегодного общего собрания **, на собрании не был собран кворум, поэтому его признали несостоявшимся. Во время проведения собрания представители инициативной группы провоцировали скандал, члены кооператива были введены в заблуждение и были настроены негативно на решение любых вопросов. Для подготовки нового собрания, с учетом предъявленных обвинений, требовалось больше времени чем 48 часов, как указано в уставе. Воспользовавшись ситуацией, инициативная группа 18 и ** провела внеочередное общее собрание и сняло органы управления безосновательно. Инициативная группа, обратившись ** в правление, с требованием собрать внеочередное общее собрание, не смотря на то, что ревизия финансово-хозяйственной деятельности была не окончена, нарушив срок рассмотрения обращения, который составляет 30 дней со дня регистрации, уже ** объявило о проведении своего внеочередного общего собрания.

Более того, в газете размещено объявление о проведении ** внеочередного общего собрания членов ГСК, тогда как в протоколах от ** и ** указано о проведении общего собрания, которое проводится после окончания финансового года. Согласно уставу ГСК внеочередное общее собрание может быть созвано по инициативе правления, председателя кооператива, либо по требованию ревизионной комиссии (ревизора), но никак не инициативной группы. 

Кроме того, ФИО5 в судебном заседании пояснял, что участвовал в общем собрании, но его голос не учитывался, так как он действовал по доверенности, а счет голосов был по поднятым членским книжкам, с наклеенными стикирами. Ранее входил в состав ревизионной комиссии, однако ему не дали доделать отчет, документы не предоставили, обвинив в сговоре с председателем Кукариным А.А., отстранили от работы без оснований.

Кукарин А.А. пояснял, что по уставу ГСК в случае каких-либо нарушений председателем, собирается собрание, на котором решается вопрос, например о вынесении в адрес последнего предупреждения или порицания, но никак не может быть собрано собрание инициативной группой, на котором принимается решение об отстранении председателя от должности. Тем более, что претензии в его адрес были по задолженности за электроэнергию в размере 70 000 руб., долг погашен. Участия в собрании не принимал.

В судебном заседании истец Кукарин А.А., представитель истца ФИО4 – ФИО5 просили исковые требования удовлетворить, признать недействительным решение собрания, оформленное протоколом от **.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, своевременно.

В судебном заседании представитель ответчика ГСК «Автомото» Рассушин М.С., действующий на основании устава, исковые требования не признал в полном объеме, поддержав доводы, изложенные в письменных возражения на иск (л.д. 125-127, том 1; л.д. 148 том 2). Суду пояснил, что членами ГСК «Автомото» являются те владельцы гаражных боксов, которые были приняты до ** председателем ФИО24 ** был принят первый устав ГСК в соответствии с которым в члены ГСК владельцев принимает общее собрание. ** был принят новый устав ГСК, действующий по настоящее время, в отношении принятия в члены он остался без изменения. С 2012 года по май 2022 года не проводилось ни одного общего собрания. В 2022 году было проведено три общих собрания, но, ни на одном не происходило принятия в члены ГСК граждан, купивших пай в виде гаражного бокса в ГСК «Автомото», таким образом граждане, купившие пай в виде гаражного бокса с ** по ** являются владельцами гаражных боксов но не являются членами ГСК. На общем собрании ** было принято 28 новых членов ГСК, купивших пай в виде гаражного бокса в промежутке с 2012 по 2021 годы. В данное время правлением ГСК «Автомото» производится сверка документов, подтверждающих право владения всех владельцев гаражных боксов ГСК, после чего на очередном общем собрании планируется принять всех прошедших сверку в члены ГСК. На сколько известно Кукарин А.А. покупал пай в виде гаражного бокса в промежутке с 2014 по 2018 годы, соответственно он не принят еще в члены ГСК «Автомото» и не является его членом, данными о периоде приобретении гаражных боксов в отношении других истцов не располагает. 

В пункте 4 устава перечислены права и обязанности членов кооператива. Так данный пункт наделяет правами членов кооператива участвовать в деятельности кооператива, как лично, так и через своего представителя. Дедушка Рассушина М.С. - ФИО25 являлся членом ГСК с 1980-х годов, после его смерти в 2005 году пай в виде гаражного бокса перешел его сыну - ФИО26, который Рассушину М.С. приходится дядей. ФИО26 был принят в члены ГСК «Автомото» в 2006 году ФИО24, и является членом кооператива по настоящие время. ФИО26 в соответствии с правами указанными в пункте 4 устава выписал нотариальную доверенность на Рассушина М.С. сроком на 10 лет. Таким образом Рассушин М.С. имеет право на основании нотариальной доверенности представлять интересы ФИО26 на всех общих собраниях, участвовать в деятельности кооператива, принимать от его лица решения на общем собрании.

Также, в уставе нигде не сообщается о том, что председатель может быть избран только из членов ГСК, таким образом если устав на прямую не запрещает выбирать в председатели ГСК любого гражданина, в том числе не являющегося его членом, значит это не запрещено. Таким образом, стать председателем ГСК может любой гражданин РФ, которого изберут большинством голосов на общем собрании.

По поводу обсуждения вопроса, включенного в повестку дня за № – «закрытие периметра», пояснил, что речь идет о закрытии периметра ГСК, для чего необходимо достроить 10 гаражных боксов, но из-за недостатка информации обсуждение данного вопроса было перенесено на следующее собрание, никаких решений по вопросу № не принималось на общем собрании **.

Кроме того, пояснил, что общее собрание является высшим органом власти в ГСК, оно может принимать любые решения, избирать и отстранять правление ГСК, председателя, казначея, ревизоров, а также принимать новый устав и вносить изменения в него. Именно общее собрание утверждает устав и вправе вносить в него любые изменения в рамках законодательства РФ. Не столь важно, как именно было созвано общее собрание, сколько то, какие решения принимались на нем.

Единственным важным значением для организации общего собрания является уведомление всех его членов. Для этого инициативная группа приложило максимум усилий, уведомление о проведении общего собрания было размещено через средства массовой информации за 10 дней как того требует устав ГСК (пункт 7.6), кроме этого уведомления были прикреплены на территории ГСК на все возможные столбы и видимые места при выходе и входе, также уведомления о проведении общего собрания были размешены на каждом гаражном боксе в ГСК. Председатель ГСК, действующий на тот момент Кукарин А.А. противодействовал этому, поручил охране снять все уведомления с гаражных боксов, а также снимал уведомление с информационной доски и столбов. Инициативной группе приходилось повторно клеить уведомления.

Инициативная группа была вынуждена организовать годовое общее собрание, поскольку действующее на тот момент правление проигнорировало пункт 7.4 устава, в соответствии с которым годовое общее собрание членов ГСК проводится не позднее 60 дней после окончания финансового года, в РФ финансовый год заканчивается совместно с календарным. Также были проигнорированные требования и обращения инициативной группы с просьбой организовать общее собрание.

Кроме этого, прописанные в пункте 7.6 устава ГСК нормы созыва внеочередного общего собрания являются указательными для членов правления и ревизоров. Фактически в этом пункте общее собрание указывает правлению ГСК, председателю, а также ревизорам как нужно действовать для организации внеочередного общего собрания, фактически наделяет обязанностью правление и ревизоров делать это в соответствии с тем регламентом, как прописано в уставе. Но это не значит, что общее собрание не может собраться само или по инициативе инициативной группы, если по каким-то причинам правление и ревизионная комиссия игнорирует устав ГСК, а фактически решение общего собрания, и не созывает общее собрание, как-то требует устав. Кроме того, инициативная группа организовывала очередное годовое собрание членов ГСК, а не внеочередное общее собрание, о котором ведут речь истцы. Фактически собрания от 18 и ** являются первыми легитимными собраниями ГСК «Автомото» после смерти председателя ФИО6. 

Более того, истцы в своих пояснениях ссылаются на пункт 7.5 устава ГСК как на самый главный аргумент, на основании которого общее собрание ** является недействительным поскольку было созвано инициативной группой, в то время как в пункте 7.5 устава ГСК указано что внеочередное общее собрание членов кооператива может быть созвано по инициативе правления, председателя кооператива, по требованию ревизионной группы. Но инициативная группа организовала годовое общее собрание членов ГСК, которое прошло 18 и ** и является очередным годовым и обязательным общим собранием, поскольку на нем утверждается смета расходов, из которой формируются членские годовые взносы. Регламент созыва очередного годового общего собрания членов ГСК в уставе не прописан, в уставе не указывается, кто именно должен созывать очередное годовое общее собрание.

Инициативная группа вынуждена была взять организацию данного собрания в свои руки, поскольку оно так и не было организованно правлением ГСК, несмотря на письменные просьбы и требования его организовать.

В соответствии с уставом ГСК (пункт 7.2) председатель избирается общим собранием и это является исключительным правом общего собрания. Общее собрание, при избрании председателя ГСК наделяет его полномочиями, указанными в пункте 7.16 устава. Также, общее собрание в праве заключить договор с председателем и возложить на него дополнительные полномочия, а именно управление собственностью, наделить его правом решать единолично вопросы по реализации общего имущества и возможно еще каких-то вопросов, которые по умолчанию относятся к компетенции общего собрания. Таким образом, дополнительный договор общего собрания с уже избранным председателем это лишь возможность возложить на него дополнительные полномочия, а не второй способ его избрания. Просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика ГСК «Автомото» ФИО7, действующий на основании доверенности от ** (л.д. 149, том 1), позицию председателя Рассушина М.С. поддержал, просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Суд, выслушав пояснения сторон, допросив свидетелей ФИО47, ФИО74, изучив письменные материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи с учётом положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает свое решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, оценивая все доказательства, представленные суду в совокупности. 

Разрешая настоящий спор, суд исходит из того, что статьи 123.1, 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации относят гаражный кооператив к некоммерческим корпоративным организациям, потребительским кооперативам. 

Статья 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет потребительский кооператив как основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов. 

Устав потребительского кооператива должен содержать сведения о наименовании и месте нахождения кооператива, предмете и целях его деятельности, условия о размере паевых взносов членов кооператива, составе и порядке внесения паевых взносов членами кооператива и об их ответственности за нарушение обязательства по внесению паевых взносов, о составе и компетенции органов кооператива и порядке принятия ими решений, в том числе по вопросам, решения по которым принимаются единогласно или квалифицированным большинством голосов, порядке покрытия членами кооператива понесенных им убытков (пункт 2). 

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 19 июня 1992 года № 3085-1 «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации» данный нормативный акт не распространяется на потребительские кооперативы, осуществляющие свою деятельность на основании Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации», а также на иные специализированные потребительские кооперативы (гаражные, жилищно-строительные, кредитные и другие). 

Следовательно, для гаражно-строительных и гаражных кооперативов отдельный закон не принят, а действие Закона РФ от 19 июня 1992 года «О потребительской кооперации в Российской Федерации» (статья 2), Федерального закона от 12 января 1996 года № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях" (пункт 3 статьи 1) на специализированные гаражные потребительские кооперативы не распространяется. 

Следовательно, применению подлежат положения Закона СССР от 26 мая 1988 года № 8998-XI «О кооперации в СССР» (далее - Закон о кооперации в СССР). 

На основании пункта 1 статьи 5 Закона кооператив является организацией граждан СССР, добровольно объединившихся на основе членства для совместного ведения хозяйственной и иной деятельности на базе принадлежащего ему на праве собственности, арендованного или предоставленного в бесплатное пользование имущества, самостоятельности, самоуправления и самофинансирования, а также материальной заинтересованности членов кооператива и наиболее полного сочетания их интересов с интересами коллектива и общества. 

В силу части 2 статьи 14 Закона о кооперации в СССР высшим органом управления кооператива является общее собрание, которое для руководства текущими делами избирает председателя, а в крупных кооперативах также правление. 

Частью 4 статьи 14 Закона о кооперации в СССР установлено, что правление кооператива (председатель кооператива, в котором нет правления) осуществляет руководство текущими делами кооператива и принимает решения по вопросам, которые не отнесены к исключительной компетенции общего собрания (собрания уполномоченных). Председателем правления является председатель кооператива. 

К исключительной компетенции общего собрания кооператива в соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 14 Закона о кооперации в СССР отнесено решение вопросов о приеме в члены кооператива, исключении из него, а также вопросов, связанных с выходом из кооператива. 

Согласно пункту 3 части 8 статьи 3 Федерального закона от 5 мая 2014 года № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» со дня вступления в силу настоящего Федерального закона к созданным до дня его вступления в силу потребительским обществам, жилищным, жилищно-строительным и гаражным кооперативам, садоводческим, огородническим и дачным потребительским кооперативам, обществам взаимного страхования, кредитным кооперативам, фондам проката, сельскохозяйственным потребительским кооперативам применяются нормы о потребительских кооперативах (статьи 123.2, 123.3 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В пункте 2 статьи 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что устав потребительского кооператива должен содержать сведения о наименовании и месте нахождения кооператива, предмете и целях его деятельности, условия о размере паевых взносов членов кооператива, составе и порядке внесения паевых взносов членами кооператива и об их ответственности за нарушение обязательства по внесению паевых взносов, о составе и компетенции органов кооператива и порядке принятия ими решений, в том числе по вопросам, решения по которым принимаются единогласно или квалифицированным большинством голосов, порядке покрытия членами кооператива понесенных им убытков. 

Согласно статье 11 Закона о кооперации в СССР в уставе кооператива определяются: наименование кооператива, его местонахождение, предмет и цели деятельности, порядок вступления в кооператив и выхода из него, права и обязанности членов кооператива, его органы управления и контроля, их компетенция, порядок образования имущества кооператива и распределения дохода (прибыли), основания и порядок исключения из кооператива, условия реорганизации и прекращения деятельности кооператива. В устав могут включаться иные не противоречащие законодательству положения, связанные с особенностями деятельности кооператива. 

Право собственности на гаражные боксы в кооперативе может возникнуть в силу закона у члена кооператива при выплате паевого взноса (пункт 4 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо у других лиц на основании соответствующих сделок по отчуждению, заключенных Кооперативом в установленном порядке. 

Истцы оспаривают принятое решения по основанию нарушения процедуры созыва: общее (согласно размещенному объявлению - внеочередное) собрание было созвано инициативной группой, что противоречит пунктам 7.4, 7.5 устава (пункт 1 части 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации), по основанию отсутствия кворума (пункт 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации), на собрании принимались вопросы, не включенные в повестку дня (пункт 1 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации), на собрании приняты вопросу, не относящиеся к компетенции собрания (пункт 3 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества. 

Решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение) (часть 1 статьи 181.3 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Положениями статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: допущено существенное нарушение порядка принятия решения о проведении, порядка подготовки и проведения заседания общего собрания или заочного голосования участников общества, а также порядка принятия решений общего собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; допущено нарушение равенства прав участников гражданско-правового сообщества при проведении заседания общего собрания или заочного голосования; допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения. 

Решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица. 

В соответствии со статьей 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в заседании или заочном голосовании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности.

Из приведенных норм усматривается, что вопросы созыва собрания, наличия кворума, легитимности лиц, участвовавших в голосовании, соблюдения порядка самого голосования и подсчета голосов имеют существенное значение для правомочности принимаемых собранием решений, а, следовательно, их законности. 

Как следует из материалов дела, ГСК «Автомото» создан в соответствии с решением Исполнительного комитета Ангарского городского совета депутатов трудящихся № от **, кооперативу присвоено наименование «Автомото» (л.д. 94 оборот, том 2). Постановлением мэра г. Ангарска № 239 от 8 февраля 1995 года (л.д. 101 оборот, том 2) произведена перерегистрация ГСК «Автомото», что подтверждается свидетельством № о государственной регистрации предприятия, организации учреждения, объединения (л.д. 103 оборот, том 2). 

Истцами, в материалы дела, в подтверждении своего права в судебном порядке как членами ГСК оспаривать принятое собранием решение, представлены членские книжки.

На имя ФИО1 членская книжка выдана ** взамен старой (л.д. 31), на имя ФИО2 – ** (л.д. 32), на имя Кукарина А.А. – ** (л.д. 33).

Рассматривая довод представителя ГСК Рассушина М.С. о том, что истцы, не являясь членами кооператива, не вправе оспаривать принятое собранием решение, суд исходит из следующего. 

Согласно пункту 1.1 устава ГСК «Автомото», утвержденного протоколом общего собрания членов кооператива от ** (л.д. 49-53, том 1) кооператив, зарегистрированный отделом регистрации администрации г. Ангарска № 239 от 8 февраля 1995 года, составляет объединение собственников гаражных боксов, которое обеспечивает реализацию прав собственников по владению, пользования и распоряжению собственностью.

Кооператив является некоммерческой организацией собственников гаражей в границах единого комплекса кооператива (пункт 1.4 устава).

В члены кооператива принимаются граждане, достигшие 16-летнего возраста, оформившие свои права в связи с действующим законодательством, желающие осуществлять цели и задачи кооператива (пункт 1.5 устава). 

Членом кооператива может быть каждый гражданин, достигший 16-летнего возраста, признающий устав кооператива и внесший вступительный взнос (п. 5.1 устава). 

К исключительной компетенции общего собрания относится решение вопроса о приеме в члены кооператива, исключении из него, а также вопросы, связанные с выходом из кооператива (пункт 7.2 устава).

В материалы дела судом приобщены членские книжки на имя ФИО1, выданной взамен старой **, которой уплачены членские взносы за период с 2016 года по 2022 год, на имя ФИО2, которая выдана последнему **, им уплачены членские взносы за период с 2019 года по 2022 год и на имя Кукарина А.А., выданная **, оплата членских взносов произведена за период с 2020 года по 2022 год.

Более того, ** на общем собрании членов ГСК «Автомото», оформленным протоколом № Кукарин А.А. был выбран в кандидаты на должность председателя ГСК «Автомото» (л.д. 150-151, том 1), ** на внеочередном общем собрании членов ГСК «Автомото», оформленным протоколом №, утвержден председателем (л.д. 152-153, том 1). 

В судебном заседании не оспаривалось, что истцы являются собственниками гаражных боксов, используют гаражи, имеют членские книжки, производят уплату текущих вносов в кооператив, даже в случае отсутствия их членства в кооперативе (принятии решения общего собрания о приеме их в члены кооператива), их права затрагиваются уставом кооператива, поскольку возлагают на них обязанность вносить оплату за фактическое пользование гаражом на основании положений устава.

В связи с этим, истцы, не принимавший участие в голосовании, вправе в судебном порядке оспаривать принятое собранием решение, и доводы представителя ГСК Рассушина М.С. в данной части являются несостоятельными. 

Установлено в судебном заседании, что ** в период времени с 19.21 час до 21.52 час. состоялось общее собрание членов ГСК «Автомото», оформленное протоколом №, в протоколе не указано кто был инициатором собрания, однако имеется отметка о том, что собрание открыл представитель инициативной группы ГСК «Автомото» Рассушин М.С., действующий на основании нотариальной доверенности, в интересах члена ГСК ФИО26, иные участники инициативной группы не указаны, как и нет отметок о том, являются ли они членами ГСК (л.д. 156-157, том 1).

В протоколе № от ** указано, что объявление о проведения общего собрания было размещено на стенде объявлений кооператива, и по всей территории кооператива ГСК «Автомото», также листовки о проведении общего собрания размещены на каждом гаражном боксе **. Кроме того, ** уведомление подано в средства массовой информации, в газету «Ангарские ведомости» и на информационный интернет-ресурс Живой Ангарск (Liveangarsk.ru).

Собрание проходило по адресу: ..., Специальная коррекционная школа № 1 г. Ангарска в актовом зале, присутствовало 146 человек, в том числе из зарегистрированных членов ГСК обладающих правом голоса 32 человека. Общее количество членов ГСК - 85 человек.

В протоколе указано, что участники зарегистрированы в уставном порядке в соответствии с прилагаемым списком регистрации участников собрания (приложение 1). Из них являются членами ГСК, участники которые были приняты в ГСК председателем до **, после указанной даты был принят устав, согласно которого в члены ГСК принимает общее собрание, являющееся высшим органом власти ГСК (пункт 7 устава). С ** принят новый устав, который является действующим, в отношении принятии участников в члены ГСК остался без изменения. С ** не было ни одного общего собрания, на котором происходило принятие в члены ГСК участников ГСК с зачитыванием ФИО принимаемых.

На повестку дня выносились следующие вопросы: выбор председателя ГСК «Автомото»; выбор секретаря собрания; прием новых членов и исключение старых; отчет председателя; отчет ревизионной комиссии; снятие полномочий органов управления ГСК «Автомото»; выбор органов управления ГСК; утверждение годовой сметы; инвентаризация имущества и постановка на баланс ГСК; способ ведения кассы и отчетов, онлайн касса; организация учета потребления электроэнергии; вынос счетчиков; сдача в аренду имущества ГСК; принятия решения по бесхозным боксам; закрытия периметра; должностные инструкции органов управления; формат книжек; документ о смене нумерации гаражных боксов; обсуждение и внесение изменений в устав ГСК; сдача в аренду ресурсов трансформатора; возможность электронного голосования; прочие вопросы.

По первому вопросу было принято решение об избрании председателем собрания Рассушина М.С., за проголосовало 143 человека, против 0, воздержалось 3.

По второму вопросу было принято решение об избрании секретарем собрания ФИО18, за проголосовало 119 человек, против 0, воздержалось 21. Собрание призвано неправомочным, кворум не состоявшимся, назначено повторное собрание на ** в 19.00 час. 

Согласно части 3 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации проведение заседания участников гражданско-правового сообщества и результаты голосования на заседании, а также результаты заочного голосования подтверждаются протоколом. Протокол составляется в письменной форме, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств (абзац второй пункта 1 статьи 160), и подписывается в случае проведения заседания председательствующим на заседании и секретарем заседания, 

В протоколе о результатах очного голосования должны быть указаны: 1) дата и время проведения заседания, место проведения заседания и (или) способ дистанционного участия членов гражданского-правового сообщества в заседании, а в случаях заочного голосования - дата, до которой принимались документы, содержащие сведения о голосовании членов гражданско-правового сообщества, и способ отправки этих документов; 2) сведения о лицах, принявших участие в заседании, и (или) о лицах, направивших документы, содержащие сведения о голосовании; 3) результаты голосования по каждому вопросу повестки дня; 4) сведения о лицах, проводивших подсчет голосов, если подсчет голосов был поручен определенным лицам; 5) сведения о лицах, голосовавших против принятия решения собрания и потребовавших внести запись об этом в протокол; 6) сведения о ходе проведения заседания или о ходе голосования, если участник гражданско-правового сообщества требует их внести в протокол; 7) сведения о лицах, подписавших протокол (часть 4 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Поскольку в судебном заседании собрание от ** не обжалуется, суд не входит в обсуждении вопроса о нарушении пунктов 4.1 и 7.3 устава, согласно которых только член кооператива имеет право участвовать в деятельности кооператива, в том числе обладает одним голосом на общем собрании.

Из представленного председателем кооператива списка членов кооператива усматривается, что на ** в ГСК зарегистрировано членов кооператива – 85 человек, то есть на общем собрании ** присутствовало менее 50% участников (32 человека). 

Как уже указывалось выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в заседании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества. 

Следовательно, для принятия собранием решения необходимо участие не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества. 

Отсутствие необходимого кворума в соответствии с пунктом 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным и достаточным основанием к признанию решения общего собрания недействительным в силу его ничтожности, безусловную отмену всех решений, принятых на таком собрании. 

Признавая несостоятельными доводы представителя ответчика Рассушина М.С. о том, что собрание от ** является правомочным независимо от наличия кворума, поскольку было повторным, суд исходил из следующего. 

Деятельность ГСК «Автомото» регламентируется его уставом (редакция от **, действовавшая на момент проведения собрания), пункт 7.4 которого определяет, что годовое общее собрание членов кооператива проводится не позднее 60 дней после окончания финансового года.

Внеочередное общее собрание членов кооператива может быть созвано по инициативе правления, председателя кооператива, по требованию ревизионной комиссии (ревизора) (пункт 7.5 устава).

Уведомление о проведении общего собрания осуществляется путем вывешивания объявлений на стенд объявлений на территории кооператива и уведомлением через средства массовой информации. Уведомление производится не позднее, чем за 10 дней до даты проведения общего собрания. В уведомлении указывается повестка дня собрания и по чьей инициативе созывается общее собрание (пункт 7.6 устава)

Так, в соответствии с пунктом 7.8 устава ГСК «Автомото», общее собрание правомочно, если на нем присутствуют более 50% членов кооператива или их представителей. В случае отсутствия кворума правление назначает новую дату и время поведения общего собрания. Вновь назначенное собрание может быть созвано в срок не ранее 48 часов и не позднее 30 суток с момента несостоявшегося ранее общего собрания и считается правомочным независимо от числа присутствующих членов кооператива.

Поскольку положения пункта 7.8 устава закрепляют более низкий порог для определения кворума при проведении общего собрания, чем это предусмотрено положениями части 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответственно положения указанного пункта устава противоречат нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, а потому не подлежат применению. 

По разъяснениям, содержащимися в пункте 108 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», решение собрания, принятое с нарушением порядка его принятия и подтвержденное впоследствии новым решением собрания, не может быть признано недействительным, за исключением случаев, когда такое последующее решение принято после признания судом первоначального решения собрания недействительным, или когда нарушение порядка принятия выразилось в действиях, влекущих ничтожность решения, в частности решение принято при отсутствии необходимого кворума (пункт 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Представителем ответчика представлен список членов ГСК «Автомото» на ** состоящее из 85 человек (л.д. 83, том 1), между тем в пункте 55 и пункте 77 указанного списка указан дважды бок 83 (ранее имел №), владельцем которого является ФИО27, в пункте 57 и пункте 79 дважды указан бокс 381 (ранее имел №), владельцем которого является ФИО28, причем последний, согласно ведомости регистрации к протоколу от **, присутствовал на собрании и им были внесены изменения в части собственника с ФИО29 на ФИО28 и даты возникновения права собственности на бокс с 2007 года на 2023 год (л.д. 71, том 1), далее в пункте 74 и пункте 83 дважды указан бокс 22 (ранее имел №), владельцем которого указана ФИО30, соответственно суд приходит к выводу, что на ** членов кооператива 82, а не 85 человек.

Согласно протоколу от ** (л.д. 54-58, том 1) зарегистрировано общее количество участников 138 человек, в том числе из них зарегистрировано членов ГСК обладающих правом голоса 36. 

Данный факт в судебном заседании участниками процесса не оспаривался, доказательств иного представлено не было, в связи с чем суд приходит к выводу, что на указанном выше собрании обладали правом голоса 36 человек.

Соответственно на ** численность членов ГСК составляла 82 человека, на собрании присутствовало 36 членов ГСК, что составляет менее 50 % участников, обладающих правом голоса (82/2=41). 

Предметом настоящего рассмотрения является решение общего собрания, принятое при отсутствии необходимого кворума, то есть оно является ничтожным, а потому исковые требования Кукарина А.А., ФИО1, ФИО2 о признании недействительным решение общего собрания ГСК «Автомото» оформленного протоколом № общего собрания членов ГСК «Автомото» от ** являются обоснованными.

Кроме того, с учетом установленных обстоятельств, результаты голосования, а именно подсчет голосов членов ГСК велся не верно.

Так судом установлено, что на этом же собрании приняты в члены ГСК 28 человек, которые согласно протоколу после избрания имели право голоса, однако из принятых в члены ГСК на собрании присутствовало 25 человек, а именно: ФИО31 (бокс 46), ФИО32 (бокс 85), ФИО33 (бокс 34), ФИО34 (боксы 431, 432), ФИО35 (бокс 327), ФИО36 (бокс 26), ФИО37 (бокс 146), ФИО38 (бокс 162), ФИО39 (бокс 326), представитель по доверенности от ФИО40 (бокс 236), ФИО41 (бокс 150), ФИО42 (бокс 211), ФИО43 (боксы 12, 13), ФИО44 (бокс 466), ФИО45 (бокс 182), ФИО19 (бокс 97), ФИО46 (бокс 198), ФИО21 (бокс 57), ФИО47 (боксы 449, 450, 483, 184), ФИО48 (фамилия в листе регистрации указана как ФИО9) (бокс 425), ФИО49 (бокс 245), ФИО3 (бокс 194), ФИО50 (боксы 448, 485) и ФИО51 (бокс 181), что согласуется со списком регистрации участников собрания (приложение 1 к протоколу от **) (л.д. 59-74, том 1). При том, суд учитывает, что в собрании принимал участие и ФИО17 (бокс 214), который не прошел регистрацию, согласно приложению к протоколу, но был избран в члены правления (вопрос 7).

Не принимала участия в собрании ФИО52 (бокс 66).

Указанная в протоколе от ** как вновь принятая в члены ГСК ФИО53 (бокс 105), уже являлась членом ГСК согласно списку членов ГСК «Автомото» на **, в котором она числится под №. 

Указания в протоколе от ** на вновь принятую в члены ГСК ФИО54 (бокс 428), вызывает сомнения, поскольку согласно списку регистрации участников собрания (приложение 1 к протоколу от **) бокс 428 принадлежит ФИО55, который присутствовал на собрании и проставил свою подпись в листе регистрации. 

Соответственно на **, с учетом принятых новых членов ГСК их численность составляла 108 человек (82+26), на собрании присутствовало 62 (36+26) член ГСК.

Так по 7 вопросу (выбор ревизионной комиссии) в отношении кандидата ФИО56 проголосовало 64 члена кооператива (за – 27, против – 25, воздержалось 12, 27+25+12=64), при численности присутствующих членов ГСК – 62 человека.

Кроме того, не все присутствующие члены кооператива голосовали по остальным вопросам повестки дня, так: по вопросу № (снятие полномочий органов управления ГСК) приняло в голосовании 55 члена ГСК; по вопросу № (выбор правления) – 54 члена, (выбор председателя) за Рассушина М.С. – 51 член, за ФИО57 (в протоколе фамилия при голосовании указана как ФИО58) – 52 члена; (выбор ревизионной комиссии) за ФИО5 – 49 членов, за ФИО57 – 45 членов, за ФИО23 – 56 членов, за Ленского – 53 члена; (выбор казначея) – 38 человек, (вопрос о назначении казначея) – 37 членов, (вопрос о назначением Горошинской) – 49 членов; по вопросу № (утверждение годовой сметы) приняло в голосовании 47 членов; по вопросу № (инвентаризация имущества и постановки на баланс ГСК) – 35 членов; по вопросу № (способ ведения кассы и отчетов, онлайн касса) – 48 человек; по вопросу № (вынос счетчиков) – 33 члена; по вопросу № (принятие решения по бесхозным боксам) – 41 член; по вопросу № (внесение изменений в устав) – по первому вопросу 43 члена, по второму 39 членов, по третьему 37 членов; по вопросу № (сдача в аренду ресурсов трансформатора) – 49 членов.

На основании чего, суд приходит к вводу о нарушении порядка подсчета голосов, что имеет существенное значение для правомочности принимаемых собранием решений, а, следовательно, их законности. 

Вопросы наличия кворума, легитимности лиц, участвующих в голосовании, соблюдение порядка самого голосования и подсчета голосов имеют существенное значение для правомочности принимаемых собранием решений. 

Между тем, как установлено судом, представленный стороной ответчика список членов кооператива не является списком, подтверждающим фактическую численность членов кооператива и собственников гаражей на **.

Так, согласно представленному реестру регистрации лиц присутствующих на собрании ** у членов ГСК (являющимися членами на **, согласно представленного списка) указаны следующие года возникновения права собственности на боксы: ФИО59 (бокс 209) – 2012 год, ФИО60 (бокс 284) – 2017 год, ФИО61 (бокс 326) - 2011 год, ФИО43 (боксы 12,13) - 2017 год, ФИО62 (бокс 175) - 2017 год, ФИО63 (бокс 474) - 2016 год, ФИО63 (бокс 475) - 2012 год, ФИО64 (бокс 40) - 2021 год, ФИО28 (бокс 381) - 2023 год, что расходится с доводами Рассушина М.С., озвученными в судебном заседании, о том, что членами кооператива являются лица, у которых возникло право владения гаражами до ** и которые соответственно приняты в члены ГСК. Более того, у членов кооператива ФИО65 (бокс 24), ФИО66 (боксы 10, 11), ФИО53 (бокс 105), ФИО67 (бокс 451), ФИО68 (бокс 139), ФИО69 (бокс 16), ФИО64 (бокс 377) указан год возникновения права собственности 2010, однако нет информации о том, что право собственности возникло до **. В реестре отсутствуют вообще сведения о времени возникновения права владения на боксы у ФИО70 (боксы 216, 217), ФИО71 (бокс 407), ФИО72 (бокс 452).

Рассушин М.С. в судебном заседании подтверждал, что в представленном списке членов ГСК и листе регистрации от ** имеются неточности.

Указанный список не содержит ссылок на документы, подтверждающие право собственности указанных в нем лиц на гаражные боксы и членство в кооперативе, то есть указанный список не отвечает принципам относимости и допустимости доказательств. 

Кроме того, согласно протоколу № внеочередного общего собрания членов ГСК «Автомото» от ** (л.д. 154-155, том 1) в связи с незаконным вывозом документов кооператива женой и сыном бывшего председателя ФИО73 и не возможностью установить кто является фактически членом кооператива, а также выявления должников, была назначена сверка членов ГСК по первичным документам вступления в члены кооператива. Сверка была начата **, до даты проведения собрания (**) на сверку явилось 386 человек. В повестку дня собрания был включен вопрос о включении в члены кооператива всех лиц прошедших сверку (пункт 6). По шестому вопросу было принято положительное решение, 386 человек были включены в члены кооператива ГСК «Автомото». Стороны в судебное заседание не представили сведения о том, что данный протокол кем-либо оспаривался и признан судом недействительным.

То есть на момент проведения общего собрания ** не было утвержденного единого списка, из которого можно было бы установить фактическую численность членов кооператива для установления их явки и последующего определения наличия кворума собрания, а следовательно, его правомочности. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства было установлено, что на общем собрании ГСК «Автомото» не было кворума, необходимого для принятия решений, следовательно, такие решения в силу прямого указания закона (пункт 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации) являются ничтожными. Кроме того, представленный протокол собрания членов кооператива составлен с нарушением, перечень которых приведен выше. 

При установленных судом вышеизложенных обстоятельствах, основываясь на приведенных выше нормах права, суд приходит к выводу о том, что вышеназванные нарушения по проведению общего собрания членов ГСК «Автомото» повлекли нарушение права истцов, в том числе, по снятию полномочий органов управления ГСК, в связи с чем, являются существенными, что свидетельствует о наличии достаточных оснований для удовлетворения требований Кукарина А.А., ФИО1, ФИО2 о признании недействительным решение общего собрания ГСК «Автомото» оформленного протоколом № общего собрания членов ГСК «Автомото» от **.

Допрошенные в судебном заседании, по ходатайству стороны ответчика, свидетели - ФИО47 и ФИО74 указывали на то, что у членов кооператива были претензии к бывшему председателю Кукарину А.А., который также препятствовал размещению информации о проведении собрания **, считая, что решения о снятии полномочий органов правления ГСК и назначении нового председателя в лице Рассушина М.С. являются законными.

Однако, при установленных обстоятельствах доводы истцов, о нарушении процедуры созыва общего собрание инициативной группой, избрании председателем ГСК Рассушина М.С., не являющегося членом ГСК, принятии на собрании вопросов, не включенных в повестку дня, правового значения не имеют, поскольку общее собрание членов ГСК, оформленное протоколом от **, принятое при отсутствии необходимого кворума, в соответствии с пункт 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации признано ничтожным.

На основании вышеизложенного, учитывая, что предметом настоящего спора является решение общего собрания, принятое при отсутствии необходимого кворума, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований Кукарина А.А., ФИО1, ФИО2 о признании недействительным решение общего собрания ГСК «Автомото» оформленного протоколом № общего собрания членов ГСК «Автомото» от **, в силу его ничтожности.

Разрешая требования ГСК «Автомото», в лице председателя Рассушина М.С. к Кукарину А.А. о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

По смыслу данной нормы, подающее иск лицо должно обладать спорным материальным правом, о защите которого оно просит, быть участником соответствующего правоотношения. 

Если же истец спорным правом не обладает и участником соответствующего материального правоотношения не является, он является ненадлежащим истцом, правовым последствием подачи иска которым является отказ в удовлетворении заявленных требований. 

Поскольку общее собрание членов ГСК, оформленное протоколом от **, на котором Рассушин М.С. избран в качестве председателя и наделен полномочиями действовать от имени ГСК на основании устава признано ничтожным, Рассушин М.С. как председатель ГСК «Автомото» спорным правом не обладает и участником соответствующего материального правоотношения не является, в связи с чем отказывает в заявленных требованиях в полном объеме.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, 

решил:

исковые требования Кукарина Александра Алексеевича, ФИО1, ФИО2 к Гаражно-строительному кооперативу «Автомото» о признании недействительным решение собрания, удовлетворить.

Признать недействительным решение общего собрания членов Гаражно-строительному кооперативу «Автомото», оформленное протоколом № 2023-002 общего собрания членов Гаражно-строительному кооперативу «Автомото» от 21 апреля 2023 года.

В удовлетворении исковых требований Гаражно-строительного кооператива «Автомото», в лице председателя Рассушина Максима Сергеевича, к Кукарину Александру Алексеевичу о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в течение месяца с даты составления мотивированного решения. 

Судья А.В. Ковалёва

Мотивированное решение суда составлено 25 июня 2024 года.