66RS0001-01-2025-003809-14

Дело № 33-3598/2026 (№ 2-4884/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 17.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

Ковелина Д.Е.,

судей

Орловой Е.Г.,

ФИО1,

при помощнике судьи Стельмах А.А., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Прокуратуре Свердловской области, Генеральной Прокуратуре Российской Федерации, Главному управлению Министерства внутренних дел России по Свердловской области, Министерству внутренних дел России, Следственному комитету Российской Федерации по Свердловской области, Следственному комитету Российской Федерации о компенсации морального вреда,

поступившее по апелляционной жалобе истца на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 06.11.2025,

заслушав доклад судьи Орловой Е.Г.,

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Прокуратуре Свердловской области, Генеральной Прокуратуре Российской Федерации, Главному управлению Министерства внутренних дел России по Свердловской области, Министерству внутренних дел России, Следственному комитету Российской Федерации по Свердловской области, Следственному комитету Российской Федерации, в котором просила взыскать компенсацию морального вреда.

В обоснование исковых требований истец указала, что с 22.05.2019 она занимала должность судебного пристава-исполнителя Кировского районного отдела судебных приставов города Екатеринбурга. 02.10.2019 она была вызвана в Главное следственное управление МВД России по Свердловской области, где была задержана в качестве подозреваемой и помещена в изолятор временного содержания. 03.10.2019 в изолятор к ней пришли исполняющий обязанности начальника отдела –старшего судебного пристава по Кировскому району г. Екатеринбурга и начальник отдела коррупции УФССП по г. Екатеринбургу и потребовали написать заявление об увольнении по собственному желанию, указав, что действуют по указанию Руководителя Управления ФССП по Свердловской области. Под давлением указанных лиц ФИО2 написала заявление об увольнении, которое передала исполняющему обязанности начальника отдела – старшего судебного пристава по Кировскому району г. Екатеринбурга. 04.10.2019 ФИО2 была уволена на основании вышеуказанного заявления и была освобождена из изолятора. 05.10.2019 истец отозвала заявление об увольнении, 08.10.2019 ФИО2 получила трудовую книжку.

09.06.2021 на основании апелляционного определения гражданской коллегии Свердловского областного суда ФИО2 была восстановлена на работе. В ходе рассмотрения указанного иска исполняющий обязанности начальника отдела –старшего судебного пристава по Кировскому району г. Екатеринбурга ФИО3 подтвердил факт посещения ФИО2 в ИВС ГУВД 

<

адрес> на основании разрешения следователя.

Жалобы ФИО2 в Прокуратуру Свердловской области, Следственный комитет Российской Федерации по Свердловской области. МВД Российской Федерации по Свердловской области, ГУ ФССП Свердловской области оставлены без удовлетворения. Не после рассмотрения гражданского дела, не на основании жалоб ответчиками не вынесены представления, не проведены проверки, не возбуждено уголовное дело.

Кроме того, решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга удовлетворен иск ФИО2 к адвокату ( / / )7 о взыскании компенсации морального вреда, в связи с умышленными нарушениями допущенной ей, привлечением адвоката к административной ответственности.

Поскольку решениями суда установлены нарушения, допущенные в отношении ФИО2, а ответчики отказались защищать ее права, полагает, что в результате их бездействия ей причинен моральный вред, который истец оценивает в 1 000 000 руб., который просит взыскать с ответчиков солидарно в свою пользу.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 06.11.2025 исковые требования оставлены без удовлетворения.

С таким решением истец не согласилась, принесла на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, удовлетворить заявленные истцом требования в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы указала, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, судом неверно применены нормы материального права, неверно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела. Суть претензий истца в том, что на ее обращения и жалобы о незаконности действий ( / / )5 и сотрудников ФССП, незаконно проникших в ИВС, ответчики отвечали, что оснований для процессуального реагирования не имеется, поскольку доводы истца о действиях следователя и сотрудников ФССП не подтвердились. Бездействие ответчиков послужило основанием для подачи искового заявления. По мнению истца, ответчиками не доказано отсутствие вины с их стороны.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец доводы апелляционной жалобы поддержала в полном объеме.

Представители ответчиков МВД России, ГУ МВД России по Свердловской области, СК РФ, СУ СК России по Свердловской области, Генеральной прокуратуры РФ, прокуратуры Свердловской области в судебном заседании по доводам апелляционной жалобы возражали, оснований для отмены решения суда не усматривали.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.

Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного извещения лиц, участвующих в деле о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в том числе, путем публикации извещения на официальном сайте Свердловского областного суда, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав явившихся участников процесса, проверив материалы дела и обжалуемое решение в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав, законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В силу ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно ч.1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Ст. 52 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Нормами права статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающие его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Аналогичные разъяснения содержатся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Исходя из смысла приведенных правовых норм, такой способ защиты права как денежная компенсация морального вреда, предусмотрен законом не для всех случаев причинения гражданину физических или нравственных страданий, а только для защиты от таких действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина, либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, которые подлежат защите в соответствии с законом в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что подлежит возмещению моральный вред, причиненный гражданину в связи с деятельностью правоохранительных органов и судов. Причем вред компенсируется независимо от вины этих органов лишь в тех случаях, если он причинен гражданину в результате незаконных действий: осуждения, привлечения к уголовной ответственности, применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. В указанных случаях компенсация морального вреда производится в порядке, определенном п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Все остальные случаи причинения вреда гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности перечисленных органов согласно п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат регулированию на основании положений ст. 1069 данного Кодекса.

На основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе, в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом ответственность государства за действия государственных органов и должностных лиц, предусмотренная статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает при совокупности таких условий как противоправность действий (бездействия), наличие вреда в доказанном размере, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими у потерпевшего неблагоприятными последствиями. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении требования.

По общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом на потерпевшем лежит бремя доказывания обстоятельств, связанных с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

По смыслу положений статей 15, 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о возмещении ущерба от незаконных действий может быть удовлетворено только в случае, когда доказаны одновременно факт причинения вреда, его размер, незаконность действий государственного органа (в данном случае органа следствия), причинная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.

Органы дознания и следствия вправе самостоятельно совершать определенные процессуальные действия, а заявитель в случае несогласия с данными действиями вправе их обжаловать, иного способа защиты прав заявителя в данном случае Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не предусматривает.

Судом установлено, что 23.07.2019 следователем СЧ ГСУ ГУ МВД России по свердловской области ( / / )5 принято к производству уголовное дело 

<

№> по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

02.10.2019 ФИО2 задержана.

На момент задержания ФИО2 являлась сотрудником Кировского РОСП г. Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области, в СЧ ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области с целью выяснения обстоятельств задержания обратились сотрудники собственной безопасности УФССП России по Свердловской области ( / / )4 и ( / / )6

03.10.2019 с согласия органов предварительного следствия (выдача разрешения на посещение л.д. 27) сотрудникам собственной безопасности УФССП России по Свердловской области ( / / )4 и ( / / )6 разрешено посещение в ИВС УМВД России по г. Екатеринбургу ФИО2 с целью выяснения обстоятельств задержания. Физическое, психологическое, моральное или какое-либо иное воздействие в отношении ФИО2 не оказывалось.

04.10.2019 ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, она допрошена в качестве обвиняемой, из-под стражи освобождена, в отношении нее избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении.

25.09.2020 Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 25.09.2020 исковые требования ФИО2 к ГУ ФССП по Свердловской области о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на службе, взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов удовлетворены частично, постановлено взыскать компенсацию морального вреда в размере 7000 руб., в оставшейся части требования оставить без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 09.06.2021 решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 25.09.2020 изменено в части отказа в удовлетворении требований о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе. В указанной части принято новое решение, которым признано незаконным увольнение ФИО2, истец восстановлена в должности с 09.10.2019. Кроме того, увеличен размер компенсации морального вреда до 15 000 руб., судебных расходов по оплате услуг представителя до 15 000 руб.

Указанными судебными актами установлено, что ФИО2 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ГУ ФССП России по Свердловской области совершил действия, которые вынудили истца подать заявление на увольнение. Само по себе написание заявления в изоляторе временного содержания и передача его ( / / )4, в тот момент исполняющего обязанности начальника Кировского районного отдела судебных приставов, не доказывает оказания давления на ФИО2

Кроме того, решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 08.06.2023 частично удовлетворены исковые требования ФИО2 к ( / / )7 о взыскании компенсации морального вреда, постановлено взыскать компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, в оставшейся части требования оставлены без удовлетворения.

Указанным решением установлено, что решением Совета Адвокатской палаты Свердловской области от 26.03.2020 (протокол № 3) установлено нарушение адвокатом ( / / )7 норм адвокатской этики, законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре в ходе оказания юридической помощи в отношении ФИО2, что выразилось в том, что, участвуя в допросе подозреваемого в качестве защитника ( / / )7, свои обязанности адвоката выполняла недобросовестно, вопреки интересам ФИО2, в связи с чем, за умышленное нарушение требований пп. 1, 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п. 1, 2 ст. 8, пп. 1, 6 п. 1 ст. 9,п. 1 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката к адвокату ( / / )7 применены меры дисциплинарной ответственности «предупреждение».

14.11.2019 ГУ МВД России по Свердловской области направлен ответ (л.д. 24) ФИО2 о рассмотрении обращения от 24.10.2019 по факту нарушения права истца на защиту, незаконное задержание, оказания давления и распространение сведений, порочащих честь и достоинство, допущенных при расследовании уголовного дела, в соответствии с которым фактов уголовного и уголовно-процессуального законодательства не выявлено.

18.11.2019 ГУ МВД России по Свердловской области направлен ответ (л.д. 23) представителю истца о рассмотрении обращения от 06.11.2019 по факту незаконного и необоснованного удержания ФИО2, а также оказания на нее давления и распространения сведений, порочащих ее честь и достоинство, допущенных при расследовании уголовного дела, в соответствии с которым фактов уголовного и уголовно-процессуального законодательства не выявлено.

27.05.2020 МВД России уведомило (л.д. 90) ФИО2 о перенаправлении ее обращения в ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области и прокуратуру Свердловской области.

05.06.2020 СУ СК России по Свердловской области направлено сообщение ФИО2 по факту ее обращения от 04.06.2020, в соответствии с которым ее обращение перенаправлено в прокуратуру Свердловской области (л.д. 27).

16.06.2020 ГУ МВД России по Свердловской области направлен ответ (л.д. 25) ФИО2 о рассмотрении обращения от 20.05.2020, поступившее из оперативно-розыскной части ГУ МВД России по Свердловской области, о проверке правомерности действий следователей, в соответствии с которым нарушений не установлено.

08.10.2021 СУ СК России по Свердловской области направлено сообщение ФИО2 по факту ее обращений от 22.09.2021 и 29.09.2021 по незаконной выдаче разрешений на производство оперативно-розыскных мероприятий, а также привлечения к уголовной ответственности следователя ( / / )5, в соответствии с которым оснований для регистрации и проведения процессуальных проверок в отношении ( / / )5 не имеется (л.д. 28).

25.10.2021 прокуратурой Свердловской области направлены ответы ФИО2 о рассмотрении ее обращений от 21.09.2021, 24.09.2021 по факту незаконной выдаче разрешений на производство оперативно-розыскных мероприятий, а также привлечения к уголовной ответственности следователя ( / / )5, в соответствии с которым выдача на посещение сотрудникам УФССП России по Свердловской области ФИО2 в изоляторе временного содержания не свидетельствует о нарушении прав, и не относится к расследованию уголовного дела (л.д. 29).

СУ СК России по Свердловской области представлен ответ на запрос, в соответствии с которым от истца поступали обращения от 02.06.2020, 03.06.2020, 07.07.2020, 27.01.2021, 22.09.2022, 29.09.2021, в которых фактически обжаловались действия сотрудников ГУ МВД России по Свердловской области. Указанные обращения рассмотрены, ФИО2 разъяснено, что в компетенцию органов СК России не входит выполнение надзорных функций по вопросам, указанным в обращениях. Указанные обращения перенаправлены в прокуратуру Свердловской области, кроме того, разъяснен порядок обжалования ответов (л.д. 92).

Приходя к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что в данном случае, вынесенные решения суда о восстановлении истца на работу в должности судебного пристава-исполнителя Кировского РОСП г. Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области, а также взыскании компенсации морального вреда с адвоката ( / / )7, в связи с нарушением последней норм адвокатской этики, не является основанием для взыскания компенсации морального вреда с ответчиков, поскольку нарушения допущены сотрудниками УФССП России по Свердловской области, адвокатом Ивановой Е.А., за действия указанных лиц ответчики ответственности не несут.

Также, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, при этом исходил из отсутствия совокупности условий, необходимой для наступления у ответчиков ответственности, предусмотренной ст.ст. 1070 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судом не установлено наличия противоправных действий сотрудников ответчиков, повлекших наступление негативных последствий для истца в виде физических и нравственных страданий.

Вопреки доводам апелляционной жалобы оснований не согласиться с выводами суда первой инстанций у судебной коллегии не имеется, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемом судебном акте, постановлены в соответствии с правильно установленными фактическими обстоятельствами дела, верной оценкой собранных по делу доказательств, основаны на правильном применении норм права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым суд дал оценку в соответствии с требованиями ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию истца с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований, между тем обозначенные доводы были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой судебная коллегия согласна.

Судебная коллегия полагает, что приведенные истцом в исковом заявлении обстоятельства не подтверждают виновное причинение ответчиками морального вреда ФИО2, не свидетельствуют о нарушении ее личных неимущественных прав, либо о посягательстве на принадлежащие ей нематериальные блага, в связи с чем не влекут безусловное право на возмещение причиненного морального вреда.

Как верно указал суд первой инстанции, все обращения истца рассмотрены надлежащим образом и в соответствии с установленным порядком, на все обращения ФИО2 были получены ответы, разъяснено право их обжалования, вместе с тем, указанным правом истец не воспользовалась.

Как верно указал суд первой инстанции, о невозможности обращения с жалобами на действия должностных лиц, в том числе в порядке ст. 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации истец не указывала.

Само по себе несогласие истца с ответами государственных органов и должных лиц, не является основанием для признания их действий незаконными, причиняющими моральный вред истцу. Каких-либо бесспорных доказательств о нарушении неимущественных прав истца, последней не представлено.

На основании вышеизложенного, суд обоснованно пришел к выводу о том, что истцом не доказана совокупность условий, необходимых для взыскания компенсации морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, были предметом исследования и оценки судом первой инстанции, повторяют позицию истца являвшихся предметом исследования в суде первой инстанции, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, нарушений норм процессуального законодательства, влекущих отмену решения, по делу не установлено.

Учитывая изложенное, коллегия приходит к выводу, что суд при разрешении спора руководствовался нормами права, подлежащими применению, с достаточной полнотой исследовал все доказательства, собранные в ходе разрешения спора, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, выводы суда не противоречат материалам дела, основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, судом приняты во внимание доводы участвующих в деле лиц, доказательства были получены и исследованы в таком объеме, который позволил суду разрешить заявленные требования.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

Апелляционная жалоба не содержит правовых оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене постановленного судом решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия.

определила:

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 06.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30.03.2026.

Председательствующий: Ковелин Д.Е.

Судьи: Орлова Е.Г.

ФИО1