П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Копейск 19 мая 2017 года

Копейский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего - судьи Мурашова А.В.,

при секретарях Земзюлиной Е.А., Малетиной Г.К.,

с участием государственных обвинителей – Рябцевой Е.В., Асадуллина Д.Ф., Бараева Д.И., 

потерпевших М.А.И., М.С.И.,

подсудимых ФИО1, ФИО2,

защитников – адвокатов Бухаровой Л.П., Глотова А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, родившегося ДАТА ИНЫЕ ДАННЫЕ, зарегистрированного и проживавшего по адресу: АДРЕС, ИНЫЕ ДАННЫЕ, 

ФИО2, родившейся ДАТА ИНЫЕ ДАННЫЕ, зарегистрированной по адресу: АДРЕС, проживавшей по адресу: АДРЕС, ИНЫЕ ДАННЫЕ, 

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2, 04 июля 2016 года около 5 часов, действуя группой лиц без предварительного сговора, будучи в состоянии алкогольного опьянения, совершили преступления при следующих обстоятельствах:

В указанное время ФИО1 и ФИО2 находились во дворе жилого дома по адресу: АДРЕС, где проживали М.А.И. и М.С.И., и куда они пришли в поисках ранее похищенного из их домовладения имущества. Во дворе похищенное ими обнаружено не было. Имея намерения продолжить поиски, а также поговорить с Б.В.Н., которого они подозревали в хищении, у ФИО2 и ФИО1 внезапно возник преступный умысел на незаконное проникновение в указанное выше жилище, совершенное против воли проживающих в нем лиц, с угрозой применения насилия. Действуя во исполнение преступного умысла, группой лиц без предварительного сговора, ФИО2 и ФИО1 в целях оказания психологического воздействия на находившуюся в доме М.А.И., облегчения совершения преступления, начали кидать в окно дома фрагменты кирпичей, демонстрируя таким образом готовность применения насилия. ФИО2, кроме того, в грубой форме высказала в адрес М.А.И. угрозы физической расправы. Далее во исполнение возникшего преступного умысла, воспользовавшись оказанным непосредственно перед этим психологическим воздействием на находившуюся в доме М.А.И., ФИО2, действуя в группе лиц с ФИО1, без предварительного с ним сговора подошла к окну веранды данного дома, толкнула руками раму окна, образовав проем, через который затем незаконно проникла на веранду указанного дома. ФИО1, также действовавший во исполнение возникшего преступного умысла, воспользовавшись оказанным непосредственно перед этим психическим воздействием на находившуюся в доме М.А.И., действуя в группе лиц с ФИО2, без предварительного с ней сговора, незаконно проник на веранду дома через образованный ФИО2 проем. Далее ФИО1 и ФИО2 подошли к двери ведущей на кухню дома, запертой изнутри на металлический крючок. ФИО1 стал с силой дергать за ручку двери. М.А.И., находившаяся в это время в помещении указанной кухни, реально опасаясь осуществления ранее высказанных угроз, пыталась удержать дверь изнутри для недопущения проникновения ФИО1 и ФИО2 в ее жилище. Однако, ФИО1, обладая значительным физическим превосходством, с силой дернув за ручку указанной двери, сломал указанное запирающее устройство, открыл данную дверь и вместе с ФИО2 прошел вовнутрь. Таким образом, ФИО1 и ФИО2 совместно и незаконно, действуя группой лиц без предварительного сговора, проникли в данное жилище против воли проживающих в нем лиц, угрожая при этом применением насилия. 

После совершения вышеописанного преступления, находясь в указанном жилом доме, и не обнаружив в нем искомые имущество и Б.В.Н., у ФИО2 и ФИО1, действующих группой лиц без предварительного сговора, внезапно возник преступный умысел на хищение имущества М.А.И. и М.С.И. Находящаяся в это время в доме М.А.И. взяла свой телефон и попыталась позвонить М.С.И. для вызова помощи. Однако, ФИО1, подошел к потерпевшей М.А.И., и ведя себя дерзко и агрессивно, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью устрашения, пресечения попытки вызова помощи М.А.И., а также возможного сопротивления со стороны последней и беспрепятственного завладения ее имуществом и имуществом отсутствующей в данном месте и время потерпевшей М.С.И., с силой нанес имеющейся при себе палкой, принесенной с улицы, используя ее в качестве оружия, один удар по левой руке М.А.И., отчего последняя испытала сильную физическую боль и выронила находящийся в данной руке свой мобильный телефон «Samsung GT-S3600i» («Самсунг ДжиТи-С3600и»). В это же время ФИО2, оказывала психологическое воздействие на потерпевшую М.А.И. путем демонстрации имеющегося у нее при себе ножа, держа его в правой руке, о существовании и наличии, а также демонстрации которого ФИО1 не был осведомлен. М.А.И., учитывая сложившуюся обстановку, физическое и численное превосходство нападавших, их дерзкое и агрессивное поведение, отсутствие реальной возможности обратиться за помощью к третьим лицам, а также наличие у ФИО2 в руке ножа, а у ФИО1 вышеуказанной палки, воспринимала преступные действия последних, действующих в группе лиц без предварительного сговора, как реальную угрозу для своей жизни и здоровья. ФИО1, продолжая свои совместные с ФИО2 преступные действия, действуя в группе лиц с ФИО2, без предварительного с ней сговора, убедившись, что воля потерпевшей к сопротивлению сломлена, осознавая, что их действия носят открытый характер и очевидны для потерпевшей М.А.И., осознавая, что находящееся в данном доме имущество представляет материальную ценность и ему не принадлежит, подобрал с пола вышеуказанный принадлежащий М.А.И. мобильный телефон «Samsung GT-S3600i» («Самсунг ДжиТи-С3600и»), стоимостью 1000 рублей, который передал ФИО2 ФИО2, действуя во исполнение своего преступного умысла, в группе лиц с ФИО1 без предварительного с ним сговора, воспользовавшись действиями ФИО1 по подавлению воли к сопротивлению М.А.И., тем, что он, используя указанную выше палку в качестве оружия, нанес ею удар по руке М.А.И., угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, а также тем, что демонстрируемый ею М.А.И. нож, последней также воспринимался как реальная угроза жизни и здоровью, осознавая, что находящееся в данном доме имущество представляет материальную ценность и ей не принадлежит, беспрепятственно сняла с полки шкафа в комнате указанного дома принадлежащий потерпевшей М.С.И. телевизор «LG 29LN450U» (ЭЛДжи 29ЛН450У), в комплекте с пультом дистанционного управления, общей стоимостью 8000 рублей, который по ее указанию подобрал Т.В.А. После чего, ФИО1 и ФИО2 с вышеуказанным имуществом с места совершения преступления скрылись. Совместными преступными действиями ФИО1 и ФИО2 потерпевшей М.А.И. была причинена физическая боль и материальный ущерб на сумму 1000 рублей, а потерпевшей М.С.И. был причинен материальный ущерб на сумму 8000 рублей. 

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал частично, от дачи показаний отказался в соответствии со ст. 51 Конституции Российской Федерации, в связи с чем по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашены показания ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования уголовного дела. 

Будучи допрошенным с участием защитника в качестве подозреваемого 04.07.2016, ФИО1 показал, что проживает совместно с ФИО2 03.07.2016 года в вечернее время они с ФИО2 дома употребляли спиртное. В ночное время, когда на улице уже рассветало, он с ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, решили сходить домой к М., чтобы посмотреть есть ли у тех дома их мотоблок и ноутбук. ФИО2 предложила посмотреть у М., так как ее сын Б.В.Н. ходит к тем в гости и мог унести данные вещи. С М-выми он лично не знаком. Они пошли к дому М., прошли во двор, где калитка не закрывается. Во дворе была собака, поэтому он взял во дворе на земле палку, чтобы отбиваться от собаки, если нападет. ФИО2 подошла к окну и стала стучать, но никто не открыл. Он с ФИО2 прошли со стороны двора дома, где ФИО2 подошла к окну толкнула раму и окно упало, стекло в окне разбилось. Они через разбитое окно пролезли на веранду дома, где подошли к двери в дом, та была закрыта. Он руками с силой дернул дверь, и та открылась. ФИО2 прошла внутрь квартиры, где им навстречу вышла М.А.И., с которой ФИО2 стала ругаться. Он зашел следом в дом. Он не высказывал никаких угроз, но в руке у него была палка. Он не видел, были ли в руках у ФИО2 какие-либо предметы. Он увидел, что М.А.И. взяла телефон и стала набирать номер, он подошел к той, и, ударил М.А.И. палкой по левой руке, телефон выпал из руки той на пол. Зачем он нанес удар, объяснить не может, возможно, чтоб не вызвали полицию. Он понимал, что их действия незаконные. Он подобрал упавший телефон М.А.И. и отдал его ФИО2 По ее указанию он взял телевизор и вышел из дома. Пока они находились в доме, он не слышал, чтобы ФИО2 высказывала угрозы в адрес проживающих, он также не высказывал угроз. Все произошло очень быстро, они быстро зашли, взяли телефон и телевизор и вышли. С собой ФИО2 нож не брала, он у той ножа не видел. Похищенный у М. телевизор и сотовый телефон они отнесли к себе домой. (т.1 л.д. 140-143).

При проверке показаний на месте 04.07.2016 подозреваемый ФИО1 с участием защитника дал показания, по существу аналогичные показаниям от 04.07.2016. дополнил, что ФИО2, зайдя в дом, прошла в комнату, сняла с полки телевизор, поставила его на пол, сказала ему забрать данный телевизор, что он и сделал. (т. 1 л.д. 144-153).

При допросе в качестве обвиняемого 11.07.2016 ФИО1 в присутствии защитника подтвердил ранее данные показания, дополнив, что мотоблок принадлежит ему, он приобретался в 1999 или 2000 году, хранился у него. О том, что мотоблок находится у М., он узнал от ФИО2. От нее также стало известно, что ноутбук принадлежит ей, и что ее сын отдал данный ноутбук М.. Ноутбук и мотоблок, это был только повод пойти. М.К.В. пошли с целью найти сына ФИО2 – Б.В.Н. Палку он взял на территории дома М., чтобы отогнать собаку. Нож он у ФИО2 не видел. Имущество похитили спонтанно, поскольку были пьяны. (т. 1 л.д. 160-161).

Будучи допрошенным с участием защитника в качестве обвиняемого 03.08.2016, ФИО1 подтвердил ранее данные показания, а также пояснил, что 03.07.2016 года в вечернее время они с ФИО2 употребляли спиртное. В ходе распития зашел разговор о том, что нужно сходить к М. и посмотреть, есть ли у них дома принадлежащий ему мотоблок и принадлежащий ФИО2 ноутбук. У него из сарая, расположенного во дворе дома, где он проживает, был похищен мотоблок, приобретенный в 1999 году. Пропажу мотоблока он обнаружил в конце июня месяца 2016 года. Он стал подозревать в этом сына ФИО2 – Б.В.Н., который после освобождения из мест лишения свободы в январе 2016 года, проживал вместе с ними в течении полутора месяцев и знал где находятся ключи от сарая. Кроме Б.В.Н. никто не знал, где лежат ключи. Когда он предъявил претензии по данному поводу Б.В.Н., тот отрицал свою причастность, но он все равно был уверен, что кроме Б.В.Н. никто не мог похитить мотоблок. Поскольку Б.В.Н. находился в дружеских отношениях с М-выми, часто приходил к тем в гости и оставался ночевать, то он предположил, что мотоблок может находится у М., ФИО2 также говорила ему об аналогичных предположениях. Около 5 часов 04.07.2016 года ФИО2 предложила ему сходить к М. и посмотреть, есть ли у них дома его мотоблок и ее ноутбук, который ее сын (Б.В.Н.) забрал и отнес по предположению ФИО2 к М.. Палку, которая находилась у него в руках, когда он зашел в дом к М., он взял во дворе дома М., чтобы отбиваться от собаки, никакого ножа он у ФИО2 не видел. Также он не согласен с тем, что ударил М. по руке с целью завладеть телефоном той. Он действительно ударил по руке М.А.И., но для того, чтобы не дать той позвонить, а когда телефон выпал, то он подобрал его и передал ФИО2 Настаивает на том, что телевизор и телефон они взяли не для того чтобы присвоить, а для того, чтобы заставить Б.В.Н. возвратить похищенный у него мотоблок и вернуть ноутбук. (т.1 л.д. 173-176).

Оглашенные показания ФИО1 подтвердил. При этом, пояснил, что у него дома находился мотоблок, который приобретался в кредит. Кредит платили его родители. Мотоблоком пользовались все совместно. Данный мотоблок был похищен и его родители считали, что они с ФИО2 его пропили. Они с ФИО2 подумали, что к совершению хищения причастен сын ФИО2 – Б.В.Н. Также у них пропал ноутбук. Б.В.Н. дружил с семьей М., часто оставался у них ночевать. Дом М. – ближайшее место, где можно было спрятать мотоблок. ФИО2 предложила сходить к М., поговорить с ними насчет мотоблока, если он там, то забрать его. Также с ее слов, у потерпевших мог находиться ноутбук. Он согласился. ФИО2 зашла во двор М., начала кидать камни в окно дома, отчего разбились стекла. При этом, ФИО2 и потерпевшая М.А.И., находившаяся дома, ругались между собой. Он в это время находился за воротами. Потом взял палку, зашел во двор, отогнал собаку. Во дворе мотоблока не было, спрятать его было негде. Они с ФИО2 обошли дом. ФИО2 дернула раму, она упала, через раму залезли на веранду, потом выбив дверь – в дом. В дом им никто входить не разрешал. В доме перебранка между потерпевшей и ФИО2 продолжилась. Потерпевшая поясняла, что про мотоблок ничего не знает. Он нанес один удар принесенной палкой по ладони потерпевшей, чтоб она не могла позвонить. Она выронила телефон, который он поднял, положил на сервант, а затем передал ФИО2 Также они забрали телевизор. Указанное имущество они взяли, чтоб им вернули их имущество: мотоблок и ноутбук, о чем они с ФИО2 сообщили потерпевшей. Ножа у ФИО2 он не видел. Понимает, что незаконно проникли в дом, взяли чужое имущество. Похищать они ничего не хотели, хотели вернуть свое. Совершили все это, поскольку были пьяны

Подсудимая ФИО2 в судебном заседании вину признала частично, показала, что проживает совместно с ФИО1 по адресу: АДРЕС ФИО1 или его отцом около 7 лет назад приобретался мотоблок. Она денег на его приобретение не давала. Брак с ним не зарегистрирован, но ведут совместное хозяйство. В 2016 году из мест лишения свободы освободился ее сын Б.В.Н., который какое-то время проживал совместно с ними, после чего ушел жить к М., проживающим по адресу: АДРЕС. В начале июля 2016 года ФИО1 сообщил ей, что из сарая пропал мотоблок. ФИО1 подозревал ее сына - Б.В.Н., поскольку тот знал, где хранятся ключи. Она неоднократно пыталась поговорить с сыном, ходила к М., но ей всегда отвечали, что он ушел, выставляли за ворота. В утро произошедших событий она надеялась застать у М. своего сына, решить все мирным путем. С собой позвала ФИО1 на тот случай, если мотоблок находится у М. и его необходимо будет забрать. Она беспрепятственно зашла во двор, поскольку ворота были сломаны, собака на нее не кидалась. ФИО1 оставался за воротами. Мотоблока она нигде не обнаружила, его нигде не было. У М. горел свет на кухне. Она постучалась в окно, выглянула М.А.И. На вопрос о том, где Б.В.Н., М.А.И. ответила, что его нет. Затем между ними произошел словесный конфликт, в ходе которого М.А.И. в нецензурной форме высказалась оскорбительно в ее адрес. Она (ФИО2) взяла с земли осколок кирпича и кинула в окно кухни, разбив стекло. Словесный конфликт продолжился. Затем она обошла дом с обратной стороны, на веранде через частично застекленную раму толкнула шкаф, подпиравший раму. Шкаф упал, на него упала рама, остатки стекла разбились. Через оконный проем она проникла на веранду. Позвала ФИО1, чтоб ей ничего не сделали. Проникая в дом ни о чем не договаривались. Тот аналогичным путем проник на веранду, дернул дверь, ведущую в дом, она открылась. ФИО1, когда проникал в дом, был с палкой. Где он ее взял, она не знает. Собака на тот момент была отцеплена, сидела у входа. Она (ФИО2) зашла в дом первая. М.А.И. прошла в зал, она за ней. Она спросила у М.А.И. про культиватор, та ее ударила. Она в ответ оттолкнула М.А.И. двумя руками, в этот момент увидела стоящий на тумбочке телевизор. Она начала его отключать, чтобы забрать. М.А.И. пыталась куда-то позвонить и Т.А.И. ударил ее по кисти палкой, которая у него была с собой. Удар для нее оказался неожиданностью, с ФИО1 они ни о чем не договаривались. Сам момент удара она не видела, знает об этом из материалов дела. Она сняла телевизор с тумбочки, попросила ФИО1 взять его, а сама забрала телефон. Перед уходом сказала М.А.И., что вернет телевизор, если они вернут мотоблок. Корыстной цели у них не было. Полицию в ситуацию с мотоблоком они вмешивать не хотели. Ножа у нее при совершении описанных действий не было. Телевизор и телефон ни ей, ни ФИО1 не принадлежал, они это понимали. Понимает, что права входить в дом у нее не было, и она это сделала незаконно. Если бы были трезвыми, не совершили бы такого.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашены показания ФИО2, данные ею в ходе предварительного расследования. 

Будучи допрошенной с участием защитника в качестве подозреваемой 04.07.2016, ФИО2 показала, что проживает с ФИО1 по адресу: АДРЕС. 03.07.2016 года в вечернее время она с ФИО1 употребляли спиртное. Ближе к утру они с ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, решили сходить к М., чтобы посмотреть есть ли у тех их мотоблок и ноутбук. Она предложила посмотреть у М., так как ее сын – Б.В.Н. ходит к тем в гости и мог унести данные вещи. Б.В.Н. недавно освободился из мест лишения свободы и некоторое время проживал с ними, но она того выгнала. С М-выми она знакома давно, но после смерти их матери с ними не общается, отношения не поддерживает. Они пошли к дому М., прошли во двор, где калитка не закрывается. Во дворе собака, поэтому ФИО1 взял во дворе на земле палку, чтобы отбиваться от собаки, если нападет. Она подошла к окну и стала стучать, но никто не открыл. Она взяла кирпич на земле во дворе и стала стучать в окно, также никто не открыл. Они прошли за дом со стороны двора, где она подошла к окну, толкнула раму, окно упало, стекло в окне разбилось. Через разбитое окно они пролезли на веранду дома, где подошли к двери в дом, ФИО1 руками с силой дернул дверь и та открылась, на двери был внутренний крючок, и ФИО1 вырвал тот, дернув за дверь. Она прошла внутрь квартиры, где ей навстречу вышла М.А.И., у которой она спросила где ее вещи, та ответила, что у той нет ее вещей, в результате чего между ними возник словесный конфликт и с обеих сторон посыпались оскорбления в адресу друг друга. ФИО1 зашел следом за ней в дом. Она визуально нигде в доме своих вещей не увидела и во дворе они тоже не нашли своих вещей, но она решила, что М.А.И. те спрятала. Она не высказывала никаких угроз, но, зайдя в дом, машинально взяла в руку нож кухонный со стола в кухне, она не обратила внимание, какой именно был нож. Нож взяла неосознанно, так как находилась в состоянии алкогольного опьянения, держала нож в руке, но применять не хотела, на М.А.И. не направляла. ФИО1, взяв палку во дворе, так с ней и зашел в дом. Она сказала М.А.И., что если та заявит в полицию, то она сожжет той дом. Она просто пригрозила, не намереваясь это сделать действительно. Далее она увидела, что М.А.И. взяла телефон и стала набирать номер, ФИО1 подошел к той и ударил М.А.И. палкой по левой руке, телефон выпал из руки той на пол. ФИО1 подобрал телефон М.А.И. и отдал его ей. Она сказала ФИО1, взять телевизор, стоящий в комнате в стенке. М.А.И. она сказала: «Вернешь мне все, что принес тебе мой сын, я верну тебе телевизор и телефон». Она на тот момент не понимала, что делает, находилась в состоянии алкогольного опьянения, сейчас понимает, что совершила уголовно-наказуемое деяние, что это чужое имущество, что никто им не разрешал его брать, что нельзя взять просто и ворваться в чье-то жилье. Все произошло очень быстро, они быстро зашли, взяли телефон и телевизор и вышли. Нож она бросила обратно на стол в кухне, когда они выходили из дома М.. Похищенный у М. телевизор и сотовый телефон они отнесли к себе домой. По дороге домой ФИО1 бросил палку в сторону от дороги, но где точно она не помнит. Она полностью признает свою вину, понимает, что не имела права проникать ночью в дом М. и похищать имущество тех, раскаивается в содеянном. (т.1 л.д. 184-187).

При проверке показаний на месте 04.07.2016 подозреваемая ФИО2 с участием защитника дала показания, по существу аналогичные показаниям от 04.07.2016, уточнив, что первым в дом зашел ФИО1, она за ним, она сняла с полки в стенке телевизор, поставила его на пол, сказала ФИО1 забирать телевизор, после чего они с похищенным покинули дом М.. (т. 1 л.д. 188-198).

При допросе в качестве обвиняемой 11.07.2016 ФИО2 в присутствии защитника подтвердила ранее данные показания, дополнив, что мотоблок принадлежал ФИО1, ноутбук – ее сыну – Б.В.Н. Также настаивала на том, что нож она взяла в доме, при себе у нее ножа не было. Имущество похитили с целью продажи. М.К.В. пошли ввиду алкогольного опьянения. (Т. 1 л.д. 209-210).

Будучи допрошенной с участием защитника в качестве обвиняемой 03.08.2016, ФИО2 ранее данные показания подтвердила частично, пояснив, что об угрозах в адрес М. она сказала сгоряча, будучи в состоянии опьянения. Пояснила, что цели хищения при проникновении в дом М. у них не было, роли между собой они не распределяли. Она шла, чтобы выяснить с М. отношения относительно вещей, которые та забрала у нее. Телевизор она забрала не с целью присвоения, а чтобы впоследствии вернуть взамен ее вещей. Полагала, что ее вещи спрятаны, потому она их не нашла. (т. 1 л.д. 220-222).

Оглашенные показания ФИО2 подтвердила частично, пояснив, что нож она не брала, ничем потерпевшей не угрожала, цели наживы у них не было. 

Судом исследованы следующие доказательства:

Потерпевшая М.А.И. в судебном заседании полностью подтвердила данные ею в ходе предварительного расследования показания, из которых следует, что она проживает по адресу: 

<

...>, совместно с сестрой – М.С.И. и ее тремя малолетними детьми. 03.07.2016 года в 6 часов утра М.С.И. ушла на работу, на сутки. Она оставалась дома с племянниками, в гости приехал брат – М.О.И., который остался ночевать. Около 12 часов ночи они легли спать. Около 5 часов утра она проснулась от лая собаки, в окно увидела, что во дворе находятся ФИО2 с сожителем ФИО1 С ФИО2 она знакома, но не общается. ФИО2 и ФИО1 кидали в собаку во дворе кирпичами, затем стали кидать в окна дома кирпичи, но окна не разбились. Она выглянула в окно и сказала, что вызовет полицию, но те не отреагировали на это. У ФИО2 в руках был нож. Более точно она его рассмотрела, когда та зашла в дом - нож с пластиковой рукояткой черного цвета, лезвие длиной около 10 см. - серебристое с односторонней заточкой. У них дома такого ножа нет, она уверена, что ФИО2 его принесла с собой. У ФИО1 в руке была дубинка черного цвета, ей показалось – резиновая, как у полицейских, но она может ошибаться, так как тот ею размахивал, поэтому она ее не разглядела. Затем, она увидела, что ФИО2 и ФИО1 обошли дом со стороны двора, подошли к окну в коридор, где разбили окно, уронили на пол шкаф, стоящий в коридоре у окна, вошли в дом. Далее услышала, что те подошли к двери и пытаются ее открыть, дергая с силой на себя. Дверь была закрыта изнутри на металлический крючок, она подбежала к двери и попыталась удержать, но не смогла, так как ФИО1 выдернул дверь, сломав крючок, и вместе с ФИО2 они ворвались в дом. Дети проснулись и заплакали, а М.О.И. убежал. ФИО2 и ФИО1 не высказывали угрозы применения насилия или угрозу ее с детьми жизни, все произошло очень быстро. Когда те ворвались в дом, то она побежала к своему телефону и попыталась позвонить сестре, держала телефон в левой руке и набирала телефон сестры, в этот момент к ней подбежал ФИО1 и с силой ударил ее по пальцам левой руки, где был телефон, дубинкой, отчего она испытала сильную физическую боль и выронила телефон. Телефон упал на пол, корпус раскрылся и задняя крышка отлетела в сторону. ФИО1, ничего не говоря, поднял ее телефон, куда он его положил, она не видела, потому что в этот момент закричала от испуга племянница, и она побежала к той. Племянники тоже проснулись и заплакали от страха. Она слышала, что ФИО2 сказала ФИО1 забрать телевизор, она в это время находилась к тем спиной. Когда повернулась, то увидела, что ФИО1 поднимает их телевизор с пола, а ФИО2 высказала в ее адрес угрозу поджога в случае обращения в полицию. ФИО1 взял телевизор и те ушли. В травмпункте у нее диагностировали ушиб 2 и 3 пальца левой кисти. Свой телефон «Самсунг» «раскладушка», кнопочный, в корпусе темного цвета, она оценивает в 1000 рублей. Вещей, принадлежащих ФИО2, у них нет. Действия ФИО2 и ФИО1 она воспринимала, как реальную угрозу своей жизни и здоровью, так как ФИО1 физически сильнее ее, их было двое, брат убежал, а она осталась дома одна с маленькими детьми, которые сильно испугались и плакали, и в руках у ФИО1 и ФИО2 были палка и нож. За свое здоровье и жизнь, а также за детей она сильно испугалась, так как ФИО2 и ФИО1 вели себя агрессивно, они были пьяны. Звать на помощь было бесполезно. Несмотря на то, что ФИО1 и ФИО2 не высказывали открыто угроз применения насилия, но у ФИО1 в руках была палка, и тот демонстративно размахивал ею из стороны в сторону, а у ФИО2 она увидела нож в руке, реально опасалась того, что те могут применить палку и нож в случае ее сопротивления, тем более, что ФИО1 сразу же и применил палку, ударив ее, когда зашел в дом. Ей было очень больно от удара палкой, и она испугалась очень сильно и за себя и за детей, заплакала и боялась уже оказывать какое-либо сопротивление тем. ФИО2 не направляла на нее нож и не размахивала тем, но держала нож в правой руке, держа за рукоятку, лезвие было вдоль руки направлено вверх, и ей было отчетливо видно, что это настоящий нож с металлическим лезвием, заточенный, поэтому было достаточно видеть нож и в силу сложившейся обстановки бояться, что ФИО2 может применить нож при ее сопротивлении, так как вели те себя очень агрессивно. Палка, которой ФИО1 ее ударил, была из какого-то плотного твердого материала, удар был очень сильный и она почувствовала, что это какой-то твердый предмет, и понимала, что в случае дальнейшего сопротивления ФИО1 может причинить ей или детям очень серьезные повреждения данной палкой. Когда ФИО1 и ФИО2 ушли, а М.О.И. вернулся, то она с телефона М.О.И. позвонила М.С.И. и рассказала о произошедшем, та через некоторое время приехала домой и также как и она не могла понять зачем ФИО1 и ФИО2 это сделали, что тем было нужно. Никаких вещей у них в доме ФИО2 или ФИО1 нет, никаких долговых обязательств между ними нет, они с теми не общаются. Также у них в доме была проведена проверка показаний на месте с участием ФИО2 и ФИО1 В ходе проведения проверки показаний на месте те все верно указывали, но ФИО2 настаивала, что нож та взяла у них в доме, хотя это неверно, потому что такого ножа у них в доме нет и не было, да и дети утверждают, что еще во дворе ФИО2 ходила с ножом в руке. Она точно не рассмотрела, был ли нож у ФИО2 в руке, когда выглядывала на шум на улицу, но в доме она уже точно у той увидела нож в руке. И после произошедшего такого ножа у них в доме не было, как утверждает ФИО2, что бросила нож обратно на стол в кухне. Уточнила, что когда ФИО2 и ФИО1 били кирпичом в стекло во дворе, то ФИО2 кричала, что если она не откроет дверь, то та ее убьет, поэтому она испугалась, находясь дома с маленькими детьми и видя во дворе агрессивно настроенную ФИО2, а еще и вместе с ней мужчину – ФИО1, у которого в руке была палка. Никаких требований о возврате имущества она от ФИО2 не слышала, когда та ворвалась к ним в дом, это позже ей от сотрудников полиции стало известно, что та так говорит. Также в ходе проведения проверки показаний на месте ФИО2 говорила, что искала свое имущество. Но в момент нападения, она не помнит, чтоб ФИО2 об этом говорила. В ходе проведения проверки показаний на месте ФИО1 сказал, что передал ФИО2 ее телефон, она это не отрицает, так как могла этого не заметить, потому что в этот момент закричала от страха племянница и она бросилась к той и находилась спиной к ФИО1 и ФИО2. ФИО2 и ФИО1 никто не разрешал врываться в дом. Она действительно сильно испугалась, и дети тоже сильно испугались, и она в тот момент реально воспринимала, что ФИО2 может применить в отношении нее или детей имевшийся нож. (т.1 л.д.87-90, 91-93).

Также пояснила, что она лично видела нож у ФИО2, когда та находилась на улице. 

Аналогичные по существу показания в судебном заседании дала потерпевшая М.С.И. Также пояснила, что похищенный телевизор марки LG она оценивает в 8000 рублей. Телевизор ей возвращен. 

В судебном заседании были оглашены показания несовершеннолетних свидетелей М.С.В., М.К.В., М.К.В., а также свидетелей М.О.И., З.Д.Э. 

Согласно оглашенным показаниям М.С.В. он проживает с матерью – М.С.И. по адресуАДРЕС. 03.07.2016 года мать (М.С.И.) уехала на работу, он с сестрой (М.К.В.), братом (М.К.В.), тетей (М.А.И.), дядей (М.О.И.) находились дома. Он лег спать, а ночью проснулся от шума в комнате, увидел, что М.А.И. удерживает дверь в квартиру, а кто-то «рвется» в дом. Затем, к ним в дом ворвался мужчина, у которого в руках была дубинка, и женщина, у которой в руках был нож. М.О.И. убежал за помощью. М.А.И. хотела позвонить М.С.И., но мужчина ударил ее по руке и забрал ее телефон. М.А.И. заплакала, а женщина сказала, что сожжет дом, если они позвонят в полицию, они очень испугались. Затем мужчина по указанию женщины забрал их телевизор. Потом они ушли, забрав их телевизор и телефон М.А.И. (т.1 л.д. 95-97).

Аналогичные по существу показания в ходе предварительного расследования уголовного дела давали несовершеннолетние свидетели М.К.В., М.К.В. (т.1 л.д. 98-100, 101-103).

Согласно оглашенным показаниям свидетеля М.О.И., его сестры М.А.И. и М.С.И. проживают по адресу: АДРЕС 03.07.2016 года он был у них в гостях, остался ночевать. М.С.И. уехала на работу, а М.А.И. с детьми была дома. Ночью он проснулся от шума. Увидел М.А.И., которая удерживала дверь, а кто-то с другой стороны рвался в дом. Он очень испугался, выскочил в окно и убежал, чтобы позвать на помощь. Когда вернулся через некоторое время, то от М.А.И. узнал, что к ним домой ворвалась мать знакомого Виктора – ФИО2 с сожителем, ударили М.А.И. и забрали телефон и телевизор. (т.1 л.д. 104-105).

Допрошенный в ходе предварительного расследования свидетель З.Д.Э., работающий старшим оперуполномоченным ОМВД РФ по г.Копейску Челябинской области, воспроизвел показания М.А.И., а также ФИО1, ФИО2 (т.1 л.д.109-112).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б.В.Н. показал, что подсудимая ФИО2 приходится ему матерью. В январе 2016 года он освободился из мест лишения свободы. Некоторое время жил у матери. Летом 2016 года проживал у М.. Им приобретался ноутбук, который он впоследствии дарил М.С.И. Ноутбук был его, матери не принадлежал. У матери с ее сожителем ФИО1 был мотоблок, который им был похищен и продан. За хищение мотоблока он осужден. Потерпевшим по хищению мотоблока был признан отец ФИО1 М.К.В. он мотоблок не привозил, сдал его скупщику. Б.В.Н., ФИО1 спрашивали его про мотоблок, но он отвечал, что не видел ничего. 

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с существенными противоречиями в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания Б.В.Н., данные им в ходе предварительного расследования уголовного дела. Из оглашенных показаний следует, что в январе 2016 года он освободился из мест лишения свободы. Сначала проживал в г.Катав-Ивановске, затем он приехал к своей матери в г.Копейск, которая проживает с ФИО1 по адресу: АДРЕС. Он прожил там пару месяцев. Потом начались конфликты, ФИО2 выгнала его из дома. Он стал проживать у сестер М.. М.С.И. он подарил принадлежащий ему ноутбук «Леново». У ФИО1 дома он мотоблок не видел, ничего из вещей матери и ФИО1 не брал. Когда он проживал у матери с ФИО1, он в доме биты не видел, также было 2 ножа с деревянными рукоятками, описанный следователем нож, который якобы был у матери в момент совершения преступления, в доме у ФИО1 и матери он не видел. (т.1 л.д.106-108). 

Оглашенные показания Б.В.Н. в судебном заседании не подтвердил, пояснив, что такие показания он не давал, протокол допроса не читал.

В судебном заседании также исследовались письменные доказательства: 

- Рапорт начальника дежурной смены ОМВД РФ по г.Копейску Челябинской области Н.А.С., согласно которому 04.07.2016 года в 05 час 45 минут от гр.М.О.И. поступило сообщение о том, что по адресу: 

<

...>, разбиты стекла. (т.1 л.д. 12).

- Рапорт дежурного ОМВД РФ по г.Копейску Челябинской области, согласно которому 04.07.2016 года в 10 час 47 минут в дежурную часть ОМВД РФ по г.Копейску Челябинской области из ГБ №1 г.Копейска поступило сообщение о том, что обратилась М.А.И. с диагнозом «Ушиб 2-го и 3-го пальца левой кисти». (т.1 л.д. 13).

- Протокол принятия устного заявления о преступлении, в котором М.С.И. сообщает о том, что 04.07.2016 года в ночное время ФИО2 с ФИО1 незаконно ворвались в ее дом по адресу: АДРЕС, и, причинив телесные повреждения М.А.И., похитили принадлежащее ей имущество. Желает привлечь виновных лиц к уголовной ответственности. (т.1 л.д.14).

- Протокол принятия устного заявления о преступлении, в котором М.А.И. сообщает о том, что 04.07.2016 года в ночное время ФИО1 и ФИО2 незаконно ворвались в ее дом, по адресу: АДРЕС, и, причинив ей телесные повреждения, похитили принадлежащее ей и ее сестре М.С.И. имущество. Желает привлечь виновных лиц к уголовной ответственности. (т.1 л.д.15).

- Протокол осмотра места происшествия и документов от 04.07.2016 года, согласно которому осмотрено помещение АДРЕС, а также двор указанного дома. В ходе осмотра похищенное имущество не обнаружено. В ходе осмотра изъят и осмотрен сертификат на похищенный телевизор «LG 29LN450U», который выполнен на бумажном носителе формата А4, в верхней части имеется надпись «Найфл» и номер «74576», имеется информация о покупателе «М.И.В.» и модель телевизора «LG 29LN450U». Кроме того, в ходе осмотра с поверхности пола изъят фрагмент следа подошвы обуви. (т.1 л.д.16-22).

- Справка МЛПУЗ ГБ №1 «Травматолого-ортопедическое отделение поликлиники» от 04.07.2016 года, согласно которой у М.А.И. диагностирован «Ушиб II-III пальца левой кисти». (т.1 л.д. 23).

- Заключение эксперта НОМЕР от 22.07.2016 года, согласно которому из представленного на экспертизу медицинского документа объективных признаков повреждений на теле М.А.И. не установлено. (т.1 л.д. 30-31).

- Протокол обыска, проведенного 04.07.2016 года по месту проживания ФИО1 и ФИО2 по адресу: АДРЕС. В ходе обыска изъяты: сотовый телефон «Samsung»; телевизор «LG» с пультом; сланцы темного и фиолетового цвета, принадлежащие соответственно ФИО1 и ФИО2 Изъятые предметы осмотрены. (т.1 л.д. 53-54, 113-120).

Постановлением от 01.08.2016 года сотовый телефон, телевизор с пультом, шлепанцы, сертификат на телевизор признаны вещественными доказательствами. (т. 1 л.д. 121).

- Заключение эксперта НОМЕР от 12.07.2016 года, согласно которому след подошвы обуви на темной дактилопленке размером 88х87мм, изъятый при осмотре места происшествия в АДРЕС, оставлен подметочной частью шлепанца на левую ногу, изъятого у ФИО1 (т.1 л.д. 62-64).

- Справка о стоимости имущества, согласно которой стоимость телевизора «LG» составляет 11745 рублей. (т. 1 л.д. 65).

- Справка о стоимости имущества, согласно которой стоимость телефона «Samsung» составляет 3590 рублей. (т.1 л.д. 94).

- Протокол выемки документов от 01.08.2016, согласно которому у потерпевшей М.С.И. изъята детализация телефонных соединений абонентского номера НОМЕР, находящегося в ее пользовании, за период с 01.07.2016 года по 31.07.2016 год. Документ осмотрен, установлено, что 04.07.2016 в 04 часа 59 минут 50 секунд поступило входящее смс-сообщение с абонентского номера НОМЕР, которым пользовалась М.А.И. Детализация признана вещественным доказательством. (т.1 л.д.126-128, 129-130, 131).

- Протокол явки с повинной ФИО1 от 04.07.2016, согласно которому тот сообщил, что 04.07.2016 в утреннее время они с ФИО2 подошли к дому ее знакомой А. по АДРЕС, взломали двери, прошли в дом, забрали телевизор, сотовый телефон, принадлежащие указанной знакомой. (т. 1 л.д. 134).

- Протокол явки с повинной ФИО2 от 04.07.2016, согласно которому та сообщила, что в утреннее время 04.07.2016 года они с ФИО1 подошли к дому ее знакомой М.А.И., взломали двери, проникли в дом, забрали телевизор и телефон, принадлежащие М.А.И. (т.1 л.д. 178).

- приговор Копейского городского суда Челябинской области от 10.03.2017 года. 

Судом также исследованы в судебном заседании иные письменные материалы, в том числе характеризующий материал на подсудимых.

Государственный обвинитель в судебных прениях просил действия подсудимых квалифицировать по части 3 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации – разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности и признав их допустимыми, суд считает позицию государственного обвинителя обоснованной частично, а квалификацию, предложенную органами следствия, неверной. 

По смыслу закона, под незаконным проникновением в жилище следует понимать противоправное тайное или открытое в него вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя. Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, признака незаконного проникновения в жилище, судам необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в жилище, а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. 

Доказательств того, что ФИО1 и ФИО2, проникая в жилище М. по адресу: АДРЕС, преследовали цель совершения кражи, грабежа или разбоя, а также, что умысел на завладение чужим имуществом возник до проникновения в жилище в ходе предварительного расследования не получено, в судебном заседании стороной обвинения не представлено. Выводы стороны обвинения об этом основаны на предположениях.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о необходимости выделения из объема вмененного органами следствия ФИО1 и ФИО2 обвинения действий по незаконному проникновению в жилище М. как отдельного преступления, которые необходимо квалифицировать по части 2 статьи 139 Уголовного кодекса Российской Федерации - незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, с угрозой применения насилия.

К такому выводу суд приходит исходя из анализа исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаний потерпевших, свидетелей, а также самих подсудимых, не оспаривавших противоправность своего вторжения в жилой дом М., совершенное против воли проживающих в указанном жилище лиц. При этом, данное преступление совершено с угрозой применения насилия, поскольку ФИО1 и ФИО2 в целях облегчения совершения преступления, оказали на находившуюся в доме М.А.И. психологическое воздействие, кидали фрагменты кирпичей в окно дома, тем самым демонстрируя свою готовность применить в отношении нее насилие. ФИО2, кроме того, в грубой форме высказала в адрес М.А.И. угрозы физической расправы, что следует из показаний потерпевшей М.А.И. Последняя, учитывая конкретные обстоятельства совершения преступления, количественное и физическое превосходство подсудимых, их агрессивное поведение, а также увиденные ею у подсудимых нож (у ФИО2) и палку (у ФИО1) реально воспринимала данную угрозу, опасалась ее реализации – применения к ней насилия.

Доказательств того, что ФИО1 и ФИО2 заранее, до начала своих преступных действий достигли договоренности об их совместном совершении, каким-либо образом распределили свои роли, в ходе предварительного следствия не получено, в судебном заседании не добыто, в связи с чем суд не находит в их действиях признака совершения преступлений «группой лиц по предварительному сговору». Однако установленным является факт совершения преступлений, описанных в настоящем приговоре, в группе лиц без предварительного сговора.

Исходя из исследованных судом доказательств, в том числе показаний потерпевших М.А.И., М.С.И., несовершеннолетних свидетелей М.С.В., М.К.В., М.К.В., других исследованных доказательств, подсудимые ФИО1, ФИО2 действуя совместно, группой лиц без предварительного сговора, совершили нападение в целях хищения имущества М.А.И., М.С.И. с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

На совершение именно нападения с корыстной целью с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, указывают совместные действия подсудимых. ФИО1, действуя внезапно и агрессивно в отношении потерпевшей М.А.И., с силой нанес палкой удар по руке М.А.И., от чего последняя испытала сильную физическую боль. ФИО2, воспользовавшись примененным ФИО1 насилием, подавлением таким образом воли к сопротивлению потерпевшей, присоединившись к действиям ФИО1, сама также выполняла объективную сторону разбоя - демонстрировала М.А.И. нож. М.А.И., учитывая сложившуюся обстановку, физическое и численное превосходство подсудимых, их дерзкое и агрессивное поведение, отсутствие реальной возможности обратиться за помощью, а также демонстрацию ФИО2 ножа, наличия у ФИО1 палки, примененное им насилие с использованием данной палки, все это в совокупности воспринималось М.А.И. в качестве реальной угрозы для своей жизни и здоровья. Напав на потерпевшую, ФИО1 вслед за применением насилия незамедлительно совершил действия по завладению имуществом потерпевшей М.А.И., подобрав ее телефон и передав его ФИО2 Та, в свою очередь, аналогичным образом совершила действия по завладению телевизором М.С.И. 

ФИО1, ФИО2 действовали умышленно, понимали противоправность своих действий, действовали с корыстной целью, желая завладеть чужим имуществом, что и было ими реализовано.

При нападении ФИО1, применил предмет, используемый в качестве оружия, - палку, которой он с силой нанес удар по руке М.А.И. Данная палка, ее применение представляли опасность для жизни и здоровья потерпевшей. ФИО2, осознавая применение ФИО1 указанного предмета, используемого в качестве оружия, воспользовалась этим для достижения своего преступного умысла, завладения и удержания имущества потерпевших. Таким образом и в действиях ФИО1 и в действиях ФИО2 имеется квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия».

Демонстрация ФИО2 имеющегося у нее при себе ножа, не может расцениваться в качестве применения предмета, используемого в качестве оружия, поскольку он лишь демонстрировался и реально, для причинения телесных повреждений потерпевшей не использовался. При этом, суд исходит из разъяснений, данных в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 (ред. от 24.05.2016) О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», который действовал на момент совершения ФИО2 и ФИО1 вменяемого им преступления. Изменения, внесенные Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 16.05.2017 № 17 «О внесении изменений в отдельные постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам», в данном случае ухудшают положение, а по тому, в силу положений ст. 10 УК РФ, применению не подлежат. Таким образом в рассматриваемом случае демонстрация ФИО2 ножа может рассматриваться исключительно как угроза применения насилия, опасного для жизни и здоровья, в связи с чем из обвинения подлежит исключению указание на использование ФИО2 ножа в качестве оружия. При этом, доказательств того, что демонстрация ФИО2 ножа охватывалась умыслом ФИО1 не имеется, сам он как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании дает последовательные показания о том, что ножа он у ФИО2 не видел, а потому выраженная ФИО2 таким образом указанная угроза, выраженная в демонстрации ножа, в силу положений ст. 14 УПК РФ не может вменяться в вину ФИО1 

С учетом изложенного суд квалифицирует действия ФИО1 и ФИО2 по нападению на М.С.И. с целью завладения принадлежащим ей и М.С.И. имуществом, по части 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации – разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

При этом суд считает возможным уточнить предмет, использованный в качестве оружия, указав при описании преступного деяния, что данным предметом была палка, поскольку она установлена исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе и показаниями потерпевшей М.А.И., подсудимого ФИО1

В основу своих выводов о виновности подсудимых в совершении описанных в приговоре преступлений суд считает необходимым положить показания потерпевших М.А.И., М.С.И., свидетелей, а также самих подсудимых, в той части, в какой таковые согласуются с установленными по делу фактическими обстоятельствами, с учетом оценки этих показаний в приговоре суда. Оснований для оговора потерпевшими и свидетелями подсудимых судом не установлено. Суд в качестве доказательств принимает также протоколы следственных действий и иные документы, исследованные в судебном заседании. Каких-либо неустранимых противоречий по делу не имеется, а выявленные – устранены в судебном заседании. Суд связывает таковые с давностью рассматриваемых событий, субъективным восприятием произошедшего.

В судебном заседании также были исследованы протоколы явок с повинной ФИО1 и ФИО2, однако они не могут быть положены в основу приговора, поскольку получены с нарушением требований ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ.

Поскольку вина ФИО1 и ФИО2 в совершении описанных преступлений является установленной, доводы стороны защиты о недоказанности их вины, об отсутствии у них умысла на хищение как в момент применения насилия к М.А.И., так и в ходе последующих действий, направленности их действий на возврат своего имущества, неожиданности действий ФИО1 по применению насилия для ФИО2, необходимости квалификации их действий по ст. 330 УК РФ, доводы ФИО2 об отсутствии у нее ножа, и иные приведенные подсудимыми и защитниками доводы, являются несостоятельными, не соответствуют фактическим установленным по делу обстоятельствам, опровергаются совокупностью исследованных доказательств. Суд расценивает позицию подсудимых как способ защиты, направленный на то, чтобы снизить степень своей вины.

В судебном заседании достоверно установлено, что у подсудимых не имелось ни реального, ни предполагаемого права на имущество потерпевших М.. Последние каких-либо долговых обязательств перед подсудимыми не имели. Ноутбук, как достоверно установлено в судебном заседании, принадлежал Б.В.Н. Мотоблока, равно как и подозреваемого в его хищении Б.В.Н., подсудимые ни во дворе дома М., ни в жилище не обнаружили. Хищением мотоблока ущерб подсудимым не причинен, а причинен – Т.В.С., что установлено вступившим в законную силу приговором Копейского городского суда Челябинской области от 10.03.2017. При таких обстоятельствах, действия ФИО1 и Б.В.С. не могут быть признаны самоуправными. 

Нарушение уголовно-процессуального законодательства, влекущих прекращение уголовного дела или оправдание подсудимых не допущено. 

Суд счел возможным изменить обвинение, поскольку указанные в настоящем приговоре действия подсудимых вменялись им в вину, не содержат признаков более тяжких преступлений и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимых и не нарушает их права на защиту.

При назначении подсудимым наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60, 67 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает требования справедливости, характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступлений, личность виновных, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимых, условия жизни семьи, а также характер и степень фактического участия каждого из подсудимых в совершении преступлений, значение этого участия для достижения целей преступлений, влияние на характер и размер причиненного вреда.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание суд каждому из подсудимых учитывает полное признание вины в незаконном проникновении в жилище, частичное признание вины в разбое, высказанное в судебном заседании раскаяние в содеянном, написание подсудимыми явок с повинной, наличие фактических брачных отношений, постоянного места жительства, неофициального трудоустройства, состояние здоровья, оказанное содействие в установлении места нахождения похищенного имущества, а ФИО1 – также мнение потерпевших, не настаивающих на строгом наказании.

Учитывает суд при назначении наказания и возраст подсудимых, имеющиеся положительные характеристики, а также удовлетворительные характеристики их участковым уполномоченным, возраст и состояние здоровья родственников подсудимых.

Однако суд не может признать указанные смягчающие наказание обстоятельства, а также возраст подсудимых значительно уменьшающими степень общественной опасности совершенных ФИО1 и ФИО2 преступлений и оснований для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ при назначении наказания не находит.

ФИО1 и ФИО2 совершены по одному преступлению небольшой тяжести, и по одному тяжкому преступлению.

ФИО1 и ФИО2 не судимы.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд признает и учитывает при назначении наказания обоим подсудимым за оба преступления в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение их группой лиц, поскольку в их совершении совместно участвовали два исполнителя без предварительного сговора, что увеличило общественную опасность преступлений, способствовало достижению преступных результатов. 

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд, учитывая характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельств их совершения и личности виновных, признает у учитывает каждому из подсудимых по каждому совершенному ими преступлению отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку нахождение их в состоянии алкогольного опьянения способствовало совершению ими вмененных преступлений, последние пояснили, что будучи трезвыми не совершили бы такого. 

Учитывая установленные отягчающие наказание обстоятельства основания для применения положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

С учетом вышеперечисленных обстоятельств, социального, материального и семейного положения подсудимых, конкретных обстоятельства дела, суд считает возможным не применять к ФИО1 и ФИО2 при назначении наказания по ч. 2 ст. 162 УК РФ дополнительные наказания в виде ограничения свободы и штрафа.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что достижению целей наказания – восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимых и предупреждению совершения новых преступлений, будет соответствовать назначение ФИО1 и ФИО2 наказания по обоим преступлениям в виде реального лишения свободы.

Окончательное наказание должно быть назначено по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО1 и ФИО2 должно быть назначено в исправительной колонии общего режима.

Вещественными доказательствами следует распорядиться в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 296-299, 302-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1, ФИО2 признать виновными в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 139, частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить каждому наказание в виде лишения свободы: 

- по части 2 статьи 139 УК РФ – сроком на 1 год 6 месяцев.

- по части 2 статьи 162 УК РФ – сроком на 6 лет.

В соответствии с частью 3 статьи 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО1 и ФИО2 определить каждому по 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу оставить ФИО1 и ФИО2 прежней в виде заключения под стражу. Срок наказания исчислять обоим с 19 мая 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 и ФИО2 период с 04 июля 2016 года по 18 мая 2017 года.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства: 

- детализацию звонков хранить при уголовном деле; 

- шлепанцы резиновые черного цвета и шлепанцы резиновые фиолетового цвета, хранящиеся при уголовном деле возвратить родственникам ФИО1 и ФИО2 по их письменному указанию; 

- сотовый телефон «Samsung», возвращенный М.А.И., оставить у нее, освободить М.А.И. от обязанности ответственного хранения; 

- телевизор «LG» с пультом, сертификат на телевизор, возвращенные М.С.И., оставить у нее, освободить М.С.И. от обязанности ответственного хранения;.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Челябинского областного суда в течение 10 суток со дня его постановления. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Стороны вправе подать ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционных жалоб другими участниками судопроизводства, затрагивающих интересы осужденного, ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции подается осужденным в течение 10 суток с момента вручения ему копии апелляционного представления либо апелляционных жалоб.

Председательствующий: