УИД № 69RS0036-01-2024-001659-56

Дело № 2-1234/2024 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Тверь 05 сентября 2024 года

Заволжский районный суд г.Твери в составе председательствующего судьи 

М.В. Богдановой, при секретаре В.А.Шараповой,

с участием истца ФИО6, ответчика ФИО1 и её представителя ФИО2, ответчика ФИО3, третьих лиц ФИО4 и ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к ФИО1 и ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО6, с учетом уточнений в порядке ст. 39 ГПК РФ, обратился в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 600000 рублей и к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 300000 рублей. 

Свои требования мотивировал тем, что в г. Твери по ул. 

<

адрес> у него имеется часть дома. В мае 2022 года ФИО1 и её дочь ФИО3 оскорбили его и его семью, называли «донецкими мразями», «украинскими тварями», «вонючими хохлами». Всё это происходило публично, на улице в присутствии большого количества прохожих людей. По данному факту он написал заявление в полицию. Он со своей супругой приехал в город Тверь в 2014 году из 

<

адрес> по программе переселения, официально работал, получил гражданство РФ, его дети родились в 

<

адрес>. В 2022 году он участвовал добровольцем в 

<

данные изъяты>, и ему, как участнику 

<

данные изъяты> противно такое отношение к нему и членам его семьи, унижает его честь и достоинство. Оскорблениями ФИО3, причинила ему моральные страдания и оскорбила честь и достоинство.

Кроме этого, со слов соседей он узнал, что ФИО1 всем показывает видео снятые на её телефон, связанные с подробностями его личной жизни, без его ведома и согласия, а именно как ребенок пописал под кустик, как он занимается хозяйственными делами с женой в огороде, и много других сведений порочащих его семью. ФИО1 занималась фото и видеосъёмкой его и его детей, и показывала всё снятое посторонним людям без его ведома и разрешения.

Несмотря на то, что разбирательство по делу ведётся в суде, ФИО1 установила видеокамеру кругового обзора с видом на его часть двора, без его согласия и других собственников, чем нарушила неприкосновенность частной жизни.

Определением от 22.07.2024, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5 и ФИО5

Определением от 22.08.2024, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7

Истец ФИО6 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что использует принадлежащий ему на праве общей долевой собственности земельный участок по адресу: 

<

адрес>, как дачу, где выращивает овощи и ягоды. Между ним и ФИО1 сложились неприязненные, конфликтные отношения. В результате оскорблений ФИО3 он испытал чувство обиды. Он считает себя достойным человеком, а она оскорбила его, назвав «хохлом». ФИО1 вмешивается в его личную жизнь, фотографирует и снимает видео его и членов его семьи, а затем показывает это соседям. Со слов ФИО4 ему известно, что ФИО1 показывала ей фотографию его ребенка. В настоящее время ФИО1 установила видеокамеру кругового обзора и постоянно следит за ними, что они делают. Он своего согласия на установку видеокамеры не давал. Ему неприятно постоянно находиться под наблюдением. Он приезжает на участок в основном по выходным, в будни бывает там редко. Жена и теща отказываются ездить на участок из-за того, что ФИО1 постоянно следит за ними. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. Дополнительно пояснила, что 01 мая 2022 года она не слышала, чтобы ФИО3 оскорбляла ФИО6 и его семью. Она подошла только к концу конфликта. Она сфотографировала, как ребенок ФИО6 испражняется под её окнами и показала ФИО4, чтобы показать, что творят соседи. В настоящее время эта фотография не сохранилась. Она снимала не ФИО6 и его семью, а его незаконные действия, чтобы обратиться в суд и правоохранительные органы. Видеокамеру она установила с целью обеспечить собственную безопасность. Она может просматривать видеозапись через телефон и с телефона регулировать обзор камеры. Согласие соседей на установку видеокамеры она не спрашивала. Порядок пользования земельным участком между сособственниками не определен. Её окна выходят на часть земельного участка, которой фактически пользуется ФИО6 

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. В возражениях указал, что описываемые в исковом заявлении события не происходили. Материалами дела № 2-106/2024 установлено, что помещение, находящееся в собственности истца не является пригодным для проживания, в нем полностью отсутствуют необходимые для проживания коммуникации (свет, отопление, вода). Истцом не доказано, что видеокамеры установлены исключительно с целью наблюдения за ним, с целью сбора, хранения и использования информации о его частной жизни, его персональных данных. Истец и ответчик ФИО1, совместно с третьими лицами являются сособственниками жилого и земельного участка, расположенных по 

<

адрес>. Истец данным жилым домом и земельным участком фактически не пользуется, в доме не проживает в связи с невозможностью его использования, как жилого помещения, в связи с его аварийностью (провалены полы, обрушен потолок). При этом часть дома, на котором находится камера, является частной собственностью ответчика, ответчик вынуждена была установить видеокамеры после размещения на территории домовладения расчлененного трупа животного, распыление газа в вентиляционное отверстие подвала её части дома, нарушение истцом требований пожарной безопасности путем захламления земельного участка. Зона обзора одной из камер, установленных на части дома ответчика, направлена на второй вход на земельный участок, расположенный с противоположной стороны от входа в часть жилого дома ответчика. Зона обзора данной камеры частично захватывает ограждение земельного участка, используемого истцом, верх крыши части дома истца и крышу теплицы истца, исключая возможность наблюдения за окнами и внутренними помещениями дома.

В ходе судебного разбирательства не нашел своего объективного подтверждения факт нарушения ответчиком ФИО1 прав истца на неприкосновенность частной жизни. Действия ответчика по установке видеокамер не является действиями посягающими на личную жизнь истца. Установка видеокамер в целях сохранности принадлежащего имущества не является нарушением гарантированных Конституцией РФ прав на неприкосновенность частной жизни. Истец, предъявляя данное требование, в действительности лишь предполагает нарушение своих прав. Истцом не доказано вмешательство ответчика в его частную жизнь, в материалах дела такие доказательства отсутствуют.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО6 не признала, просила в удовлетворении иска отказать. Дополнительно пояснила, что 01.05.2022 года в ходе конфликта с ФИО6 и его супругой ФИО7 она их не оскорбляла. Полагает, что истец говорит неправду. У неё есть родственники в Украине и она не употребляют таких слов и выражений. Ребенка истца ФИО1 сфотографировала, чтобы подать на истца в суд по порядку пользования участком. Истец пользуется большей частью земельного участка. Фотография не сохранилась у ФИО1, так как она плохо умеет пользоваться телефоном. Камеры ФИО1 установила, чтобы обезопасить себя. 

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании не возражала против удовлетворения исковых требований ФИО6 Дополнительно пояснила, что 01.05.2022 года она не присутствовала при конфликте ФИО6 и ФИО3. При ней ФИО3 и ФИО6 не ругались. ФИО6 отгородил свою часть земельного участка, чтобы его дети не бегали. Проход он оставил. ФИО1 показывала ей фотографию, но подробностей она не рассмотрела. ФИО1 говорила, что собирается подать на ФИО6 в суд. Другие видеозаписи и фотографии ФИО1 ей не показывала. Она против того, что ФИО1 установила видеокамеры и может следить за всеми. Свое согласие на установку камер она не давала. 

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании пояснил, что согласен с объяснениями ФИО4 

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание 05.09.2024 года не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в её отсутствие. До привлечения ФИО7 в качестве третьего лица, она была допрошена в качестве свидетеля. Как свидетель ФИО7 показала, что 01.05.2022 между её супругом ФИО6 и ФИО3 возник конфликт по поводу установленного ими забора. В ходе конфликта ФИО3 назвала ФИО6 «украинской мразью», «тварью», сказала «валите на свою украинскую землю, откуда приехали». Эти оскорбления были сказаны и ей и её супругу. От ФИО4 они узнали, что ФИО1 снимала их с детьми и показывала видео всей улице. На видео был изображен их пятилетний сын, их с супругом на видеозаписи не было. 

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах не явки не сообщил, письменных возражений не представил. 

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствии не явившихся лиц. 

Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО15. показал, что в мае 2022 года он вызвал ФИО6 на разговор. Разговор состоялся на улице около дома 

<

адрес>. Он попросил ФИО6 повторить то, что он сказал ему по телефону. В это время вышла супруга ФИО7 и сказала, что они их «задолбали». Жена Мариковского стала замахиваться на его супругу, но между ними встал племянник, который был вместе с ними. Его супруга ФИО3 ФИО6 ничего не говорила и не оскорбляла, разговор был между ним и ФИО6 Ему известно, что ФИО1 сфотографировала, как ФИО7 посадила ребенка какать под их окнами, чтобы собрать доказательства для суда. Видеокамеру ФИО1 установила в целях собственной безопасности. Видеозаписи она никому не показывает. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела и представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. Частью 1 статьи 22 Конституции Российской Федерации гарантировано право на личную неприкосновенность.

Согласно ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 того же Постановления).

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Судом установлено, что 04 мая 2022 года истец ФИО6 обратился к начальнику Заволжского отдела полиции УМВД России по городу Твери с заявлением, в котором просил провести профилактическую беседу с соседями Еленой и Людмилой, проживающими по адресу 

<

адрес>, о правилах поведения в быту. В этот же день у ФИО6 были взяты объяснения, в которых он указал, что у него в собственности есть часть дома, расположенная по адресу: 

<

адрес>. На протяжении длительного времени у его семьи с соседями из средней части дома Еленой и Людмилой происходят словесные конфликты на бытовой почве. Около 13 часов 02 мая 2022 года он приехал с семьей к дому и соседи стали предъявлять им претензии по поводу пользования домом и территорией, говорили, чтобы они уезжали к себе на родину в Украину. Оскорбляли его и его супругу нецензурной бранью. На его замечания соседи не реагировали, поэтому он решил обратиться в полицию. 

После проведения проверки, в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 19.1 КоАП РФ на основании пункта 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием события административного правонарушения отказано. 

Данные обстоятельства подтверждаются материалом об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении № от 04.05.2022 ст. 19.1 КоАП РФ. 

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец ФИО6 просит взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда за то, что она назвала его и его детей «мразями», «украинскими уродами» и сказала много других гадостей. 

В своем заявлении в полицию от 04.05.2022 года ФИО6 не указывал и не просил принять меры либо привлечь к административной ответственности за оскорбления ФИО3, а также не указывал ни в заявлении, ни в своих объяснениях, что она оскорбила его, назвав «мразью и (или)украинским уродом»

К административной ответственности по ст. 5.61 КоАП РФ за оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, ФИО3 не привлекалась. 

К показаниям ФИО7, допрошенной в ходе рассмотрения дела, в качестве свидетеля, о том, что оскорбления ФИО3 ФИО6 имели место быть, суд относится критически, поскольку ФИО7 является супругой ФИО6 и заинтересована в благоприятном для него исходе дела. Кроме этого, суд учитывает, что между ФИО8 и соседями ФИО3 и ФИО1 сложились длительные неприязненные отношения. 

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО4 показала, что не присутствовала при данном конфликте и оскорблений не слышала. Аналогичные пояснения она дала, как третье лицо. 

Иных доказательств, подтверждающих факт оскорблений истца со стороны ответчика ФИО3, истцом ФИО6 суду не представлено. Ответчик ФИО3 факт оскорблений ФИО6 и членов его семьи отрицает. 

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств, отвечающих требованиям ст. ст. 55, 59, 60 ГПК РФ, о факте оскорбительных высказываний, указанных в тексте искового заявления, в его адрес ответчиком ФИО3, в связи с чем исковые требования ФИО6 к ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 300000 рублей не подлежат удовлетворению. 

Разрешая исковые требования ФИО6 к ФИО1, суд учитывает следующее. 

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, пользование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускается.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2).

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. Такое согласие не требуется в случаях, когда использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах (пп. 1).

Пункт 1 ст. 152.2 ГК РФ устанавливает, что если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Как установлено в судебном заседании земельный участок с расположенным на нем жилым домом по адресу: 

<

адрес>, принадлежат на праве общей долевой собственности ФИО6, ФИО1, ФИО5, ФИО4 и ФИО5, что подтверждается выписками из ЕГРН и не оспаривается сторонами. 

Порядок пользования общим земельным участок письменным соглашением между сособственниками либо решением суда не определен. Между сособственниками ФИО6 и ФИО1 длительное время продолжаются споры относительно пользования земельным участком, что не оспаривается сторонами. 

Согласно заключению комплексной судебной строительно-технической и землеустроительной экспертизы № 391/11-23Э, проведенной по гражданскому делу № 2-106/2024, жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, состоит из трех основных блоков, общей площадью 134,9 м.кв. В принадлежащей ФИО6 части дома (№), имеющей изолированный выход, отопление, водоснабжение, канализация отсутствуют, помещения находятся в аварийном состоянии: обрушение деревянных настилов полов, чрезмерные прогибы чердачного перекрытия, протечки кровли, отсутствие инженерных систем, в связи с чем проживание в помещениях невозможно, в том числе по причине возможного обрушения чердачного перекрытия и кровли здания внутрь помещения. Площадь данного блока составляет 37,9 кв.м., что подтверждается копией решения Заволжского районного суда города Твери от 28.06.2024 года. 

Как установлено в судебном заседании и подтверждается объяснениями сторон, истец ФИО6 с семьей в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, не проживает, пользуется только земельным участком для выращивания овощей и ягод. 

Окна, принадлежащей ФИО1 части дома, в котором она постоянно проживает, выходят на часть земельного участка, которым фактически пользуется истец ФИО6, что не оспаривалось сторонами. 

Судом установлено, что ответчик ФИО1 в мае 2024 года установила на принадлежащей ей части дома уличную камеру видеонаблюдения «Умная камера WI-FI», что подтверждается актом от 05.05.2024, кратким руководством и не оспаривается сторонами. Ответчик ФИО1 может управлять камерой видеонаблюдения через приложение в мобильном телефоне, в том числе менять угол обзора и направлять на ту часть земельного участка, которой пользуется ФИО6

Судом установлено, что уличная камера видеонаблюдения была установлена ответчиком ФИО1 без согласия сособственников жилого дома и земельного участка на наружной стене дома с обзором на общий земельный участок, находящийся в общей долевой собственности истца, ответчика и третьих лиц в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего имущества. 

Установка видеокамеры была произведена ФИО1 в месте общего пользования в целях личной безопасности и сохранности принадлежащего имущества, в этой связи действия ФИО1 не являются нарушением гарантированных Конституцией РФ прав истца на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Доказательств иной цели установки видеокамеры ответчиком суду не представлено. 

Из материалов дела и объяснений сторон не следует, что видеокамера фиксирует жилые помещения истца, что не оспаривалось истцом. Видеокамера установлена на наружной стене дома и обеспечивает обзор мест общего пользования(общего земельного участка). Данных о том, что указанная камера позволяет вести наблюдение в жилом помещении, принадлежащем истцу, как и доказательств того, что ответчик ведет видеофиксацию, сбор и хранение информации в отношении истца, его личной и семейной жизни и нарушает права истца на неприкосновенность частной жизни, распространяет сведения о личной жизни истца, материалы дела не содержат и истцом не представлено.

Действия ответчика по установке камеры в месте общего пользования само по себе не являются действием, посягающим на личную жизнь других граждан-собственников, не является нарушением прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, поскольку земельный участок находится в общей долевой собственности истца, ответчика и третьих лиц, порядок пользования земельным участком между сособственниками в установленном законом порядке не определен. 

Также в судебном заседании было установлено, что ФИО1 вела фото и видеосъемку на мобильный, как она считает, противоправных действий истца, с целью последующего обращения в суд с исковым заявлением, что подтверждается объяснениями ответчиков, третьего лица ФИО4 и представленными ответчиком ФИО1 фотографиями жилого дома и земельного участка, на которых отсутствует изображение истца и членов его семьи. 

Кроме этого, ответчик ФИО1 сфотографировала, как супруга истца ФИО6 посадила своего маленького сына какать под её окнами. Кто и как был изображен на фотографии, установить не представляется возможным, так как фотография в мобильном телефоне ответчика не сохранилась. 

В судебном заседании установлено и подтверждается объяснениями ответчика ФИО1 и третьего лица ФИО4, что ФИО1 показала вышеуказанную фотографию ФИО4 Как следует из пояснений ФИО4, данных в судебном заседании, она не рассматривала подробно эту фотографию. А также ФИО1 пояснила ей, что собирает против ФИО6 доказательства его противоправных действий, чтобы обратиться с иском в суд. 

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ суд полагает, что в соответствии с требованиями закона, исходя из бремени доказывания, истцом в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств, подтверждающих факт распространения ответчиком ФИО1 сведений об нем, носящих порочащий характер, и их несоответствие действительности, а также наличие причинной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде нравственных страданий.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2005 года № 3 "О судебной практике о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", в силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Как указано в п.4 Обзора практики рассмотрения судами дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016г., отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска (сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности) является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Кроме этого, судом не установлен факт обнародования и дальнейшего использования ответчиком изображения истца и (или) изображения его несовершеннолетних детей. При этом, суд учитывает, что ответчик сфотографировала ребенка, когда он какал под её окнами, с целью подачи иска либо жалобы на истца о нарушении её прав. При этом сам факт произошедшего события истцом не оспаривался. 

Доказательств того, что ответчик ФИО1 фотографировала либо снимала видео с изображением истца и (или) его несовершеннолетних детей и в дальнейшем демонстрировала данные видео и фотографии иным лицам, истцом суду не представлено. Также истцом не представлено доказательств, что ответчик ФИО1 осуществляет сбор и хранение видеозаписей с изображением истца и его детей. Данные утверждения истца носят характер предположительный характер и не подтверждены допустимыми и достоверными доказательствами. 

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства и вышеприведенные положения закона, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО6 

Доводы истца об обратном основаны на неправильном толковании норм материального права применительно к обстоятельствам дела.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6, паспорт гражданина РФ №, к ФИО1, паспорт гражданина РФ №, о взыскании компенсации морального вреда в размере 600000 рублей 00 копеек и ФИО3, паспорт гражданина РФ 

<

...>, о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 300000 рублей 00 копеек - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Тверского областного суда с подачей жалобы через Заволжский районный суд г.Твери в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 19 сентября 2024 года.

Председательствующий М.В.Богданова