Дело № 2-100/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 июня 2017 года г. Челябинск

Советский районный суд г. Челябинска в составе: 

Председательствующего судьи Самойловой Т.Г.

при секретаре Гайнуллиной Т.Р.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара ее имуществу, в размере 195702 руб. 40 коп., указав, что в доме ответчика ФИО4, расположенном по адресу: 

<

данные изъяты>, произошел 17 апреля 2016 года пожар, в результате которого также был причинен ущерб дому ФИО3, расположенному по адресу: Челябинская 

<

данные изъяты>, размер которого подтверждается отчетом об оценке ООО «Техноком-Инвест». Просит взыскать с ответчика ФИО4 как лица, причинившего вред, стоимость восстановительного ремонта конструктивных элементов дома в размере 184670 руб., стоимость поврежденного движимого имущества в размере 4160 руб., а также возместить расходы по оценке ущерба в размере 6500 руб. и почтовые расходы в размере 372 руб. 40 коп. 

В судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель ФИО5 настаивали на удовлетворении заявленного иска, не согласившись с результатами судебной экспертизы по местонахождению очага пожара. Утверждали, что зона первоначального горения располагалась внутри перехода дома ответчика ФИО4, которой были нарушены противопожарные нормы.

Ответчик ФИО4 и ее представитель ФИО6 в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признали, поддержали изложенные в письменном виде возражения, содержащие доводы об отсутствии вины ФИО4 в возникновении пожара и возгорании дома 

<

данные изъяты>. Судебной экспертизой выявлены квалификационные признаки, указывающие на возникновение пожара вследствие поджога. 

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании просил удовлетворить исковые требования ФИО3, представив письменный отзыв на заключение судебной экспертизы по месту пожара. Поддержал данные ранее им в судебном заседании от 24 октября 2016 года пояснения (т. 1 л.д. 220 оборот). 

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, заслушав свидетелей, исследовав материалы настоящего гражданского дела, отказной материал 

<

данные изъяты> по факту пожара, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО3 в силу нижеследующего.

Судом установлено, что истец ФИО3 является собственником жилого дома 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 26 мая 2000 года. 

Ответчик ФИО4 является собственником жилого дома №

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Третье лицо ФИО7 является собственником жилого дома №

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>

Как следует из отказного материала 

<

данные изъяты>, 17 апреля 2016 года в 22-17 час. в пожарную охрану поступило сообщение о горении дома №

<

данные изъяты> по ул. 

<

данные изъяты>

В результате произошедшего 17 апреля 2016 года пожара были повреждены в 

<

данные изъяты> помимо дома 

<

данные изъяты> с надворными постройками по ул. 

<

данные изъяты> также дом №

<

данные изъяты> с надворными постройками и дом 

<

данные изъяты> с надворными постройками на этой же улице. 

Факт произошедшего пожара, уничтожение имущества ответчика ФИО4, повреждение имущества истца ФИО3 в судебном заседании стороны не оспаривали. 

В соответствии со статьей 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года №69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством. 

Истец ФИО3 просит взыскать ущерб, причиненный ее имуществу, в сумме 195702 руб. 40 коп. 

Согласно отчету об оценке ООО «Техноком-Инвест» №74-2016вс-00891, рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, причиненного конструктивным элементам жилого дома №

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, с учетом величины износа строительных материалов составляет (округленно) 184670 рублей, а рыночная стоимость ущерба, причиненного движимому имуществу – поликарбонат (2 листа размером 2,10 x 6,00 м), находящему на придомовой территории данного жилого дома, составляет (округленно) 4160 рублей. 

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2). 

К таким способам защиты гражданских прав относится возмещение убытков (статья 12 ГК Российской Федерации). 

В п. 1 ст. 15 ГК Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 года №14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», - вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК Российской Федерации. 

Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Из содержания норм главы 59 ГК РФ следует, что для наступления деликтной ответственности в виде возмещения вреда необходимо одновременное наличие доказательств факта причинения вреда; противоправности поведения причинителя вреда; вины причинителя вреда; причинно-следственной связь между наступившим вредом и действиями ответчика. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба. 

Истец ФИО3, обращаясь в суд с иском к ФИО4, свои требования обосновывала тем, что вероятной причиной пожара дома ответчика, изложенной в постановления ст. дознавателя 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> от 14 июня 2016 года под №

<

данные изъяты> является воспламенение сгораемых материалов в результате теплового проявления электрического тока при аварийных режимах работы электросети. 

В ходе рассмотрения дела истец также указывала на легковоспламеняемость конструктивных элементов дома ответчика. 

Для рассмотрения данных доводов судом был истребован отказной материал 

<

данные изъяты> по факту пожара, а также вещественные доказательства, изъятые с места пожара, и допрошены свидетели ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12

Постановлением ст. дознавателя 

<

данные изъяты> от 14.06.2016 года под №

<

данные изъяты> отказано в возбуждении уголовного дела по факту пожара в доме №

<

данные изъяты> по ул. 

<

данные изъяты> по ст. 168, ч. 1 ст. 129 УК РФ - в связи с отсутствием события преступления.

В рамках проведенного 

<

данные изъяты> расследования по факту пожара сотрудниками ФГБУ СЭУ ФПС «ИПЛ» по Челябинской области было проведено исследование, по результатам которого составлены технические заключения №139-16 и №140-16. 

В соответствии с техническим заключением №139-16 зона первоначального горения располагалась в юго-западной части перехода дома №

<

данные изъяты> по ул. 

<

данные изъяты>, внутри самого перехода. В качестве причин возникновения пожара указано как на воспламенение горючих материалов от теплового проявления электрической энергии при аварийном режиме работы электросети (электрооборудования), так и на воспламенение горючих материалов от источника зажигания открытого пламени. 

Из технического заключения №140-16 следует, что по результатам исследованного фрагмента алюминиевого проводника, имеющего локальное оплавление с признаками воздействия высокотемпературной электрической дуги, возникшей в результате аварийного режима работы, который был изъят в восточной части перехода дома №

<

данные изъяты>, не установлено время возникновения короткого замыкания (до пожара или во время пожара) в виду отсутствия возможности для проведения исследования алюминиевых проводников в лаборатории. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснил, что участвовал в тушении пожара. Когда он подошел к дому М-вых, стояла пожарная машина, горел вход в дом - сени или веранда, обшивка дома. Пожарные шланги были растянуты. Дождя не было, сильного ветра тоже. 

Свидетель ФИО9 пояснил, что после 22-00 часов ему позвонил в домофон ФИО6, сообщил о пожаре и сказал, что нужно обесточить дом, так как рубильник находится во дворе у ФИО9 Когда обесточили, свидетель побежал на пожар. Горела крыша дома М-вых, пожарных машин еще не было. С какой стороны горела крыша, он не обратил внимание. Пламя то в одну сторону, то в другую. Приехали пожарные спустя полчаса, одна машина. Он ничего не делал. Нечем было тушить, ждали пожарную машину. 

Свидетель ФИО10 пояснила, что она вызывала пожарных, когда о пожаре ей сообщил сосед Илья, который стоял на мансарде своего дома на 3 этаже. После этого она с ребенком уехала из поселка, так как боялась, что может быть взрыв газа. 

Свидетель ФИО11 пояснила, что вечером увидели с супругом огонь у М-вых за домом, за пристроем. Стали пытаться вызвать пожарных, не дозвонились. Открытое пламя вырывалось из-за пристроя или крыльца. Что именно горит, она не видела. Огонь видно было из-за пристроя. Пламя было открытое, высокое, метра 3-4, за пристроем. В ширину пламя было закрыто пристроем, в высоту нет. Дальше загорелся пристрой уже. Это все достаточно быстро случилось. Не с земли пламя, а сверху и сбоку. Загорелся пристрой, от него дом. Начал гореть дом, порывами ветра стало «швырять» деревяшки и на дом ФИО7. Пластиковая обшивка расплавилась, а уже под ней видимо деревяшки начали разгораться. Пожарные приехали только через час. В доме О-ных она никого не видела. Народ сбежался, стали пытаться потушить угольки, которые попали в подшивку. А когда не затушилось, люди начали ломать ворота. Вскрыли наружные ворота, потом гараж. Выкатили машину. Никто не говорил из-за чего начался пожар. 

Свидетель ФИО12 пояснил, что 17 апреля 2016 года был дома. Пожар увидел из окна, в отражении окон дома напротив. Когда вышел на улицу, увидел, что горит дом М-вых. Дом О-ных еще не горел. 

Данные свидетели не сообщили суду о конкретных причинах и очаге возгорания при пожаре 17 апреля 2016 года, поэтому их показания для суда не имеют юридического значения. 

В ходе рассмотрения дела судом по ходатайству истца была назначена судебная пожарно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ООО «Экспертъ-Бюро» ФИО13 для установления местонахождения очага возгорания и причин возникновения указанного пожара. 

Заключением эксперта ООО «Экспертъ-Бюро» №19/05/2017 г. установлено, что очаг пожара, произошедшего 17 апреля 2016 года в доме 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, был расположен в районе юго-западного угла забора на земельном участке перед домом 

<

данные изъяты> Непосредственная (техническая) причина возникновения пожара в доме №

<

данные изъяты> по ул. 

<

данные изъяты> была связана с взаимодействием источника зажигания в виде открытого пламени и искусственной горючей среды – интенсификатора (инициатора) горения в виде горючей или легковоспламеняющейся жидкости (ГЖ и ЛВЖ). В качестве окислителя в очаге пожара участвовал кислород воздуха, поступающий за счет свободного газообмена в очаг пожара. Имеются квалификационные признаки, указывающие на возникновение пожара вследствие поджога.

Выводы эксперта ООО «Экспертъ-Бюро» ФИО13 основаны на анализе материалов настоящего гражданского дела, отказного материала 

<

данные изъяты> по факту пожара, расписания выезда подразделений пожарной охраны для тушения пожаров, акта о пожаре (загорании), карточки по пожару, наряда на службу 3-й смены ДПК, копии страниц журнала пункта связи ПЧ по тушению пожара, копии карточки действий 61 ПСЧ ФГКУ «3 ОФПС по Челябинской области» по тушению пожара и схемы расстановки сил и средств на пожаре, цифровых изображений с места пожара, осмотров места происшествия с фото- и видеофиксацией хода осмотров.

Суд соглашается с выводами эксперта ООО «Экспертъ-Бюро» ФИО13, поскольку они обоснованы, мотивированы, логичны и последовательны, содержат подробный анализ произошедших событий, а также возможного развития событий и возможных причин возникновения пожара, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеет соответствующий опыт работы и квалификацию. 

В соответствии с ч.ч. 3 и 4 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение эксперта ООО «Экспертъ-Бюро» ФИО13, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством.

При этом суд считает, что оснований сомневаться в заключении эксперта ООО «Экспертъ-Бюро» №19/05/2017 г. не имеется, поскольку данное заключение составлено компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями, заключение составлено в полной мере объективно. 

Доводы истца, основанные на выводах технических заключений ФГБУ СЭУ ФПС «ИПЛ» по Челябинской области, составленных в рамках проведенного 

<

данные изъяты> расследования по факту пожара, о том, что вероятной причиной пожара дома ответчика является воспламенение сгораемых материалов в результате теплового проявления электрического тока при аварийных режимах работы электросети, опровергнуты результатами судебной экспертизы.

Так, по результатам микроскопического морфологического исследования фрагмента алюминиевого провода, изъятого 20 апреля 2016 года с места пожара ст. дознавателем 

<

данные изъяты>., выполненного ст. научным сотрудником кафедры «Материаловедения и физикохимии материалов» ЮУРГУ, канд. хим. наук ФИО14 с участием судебного эксперта ООО «Экспертъ-Бюро» ФИО13, были сделаны выводы об отсутствии локальности оплавления провода, а также оплавления, имеющего округлую форму, характерного для воздействия электрической дуги.

При этом, морфологическое исследование фрагмента алюминиевого провода специалистом ФГБУ СЭУ ФПС «ИПЛ» по Челябинской области при даче заключения о наличии следов локального оплавления округлой формы, характерного для воздействия электрической дуги, с использованием необходимого оборудования (микроскопа и др.) не производилось.

Судебным экспертом ФИО13 в процессе исследования также было установлено, что возникновение пожара не было связано с возникновением аварийного пожароопасного режима работы в электропроводке дома ответчика, что свидетельствует о том, что электропроводка не была под напряжением в момент возникновения пожара. По этой причине была исключена возможность возникновения в ней аварийного пожароопасного режима работы в виде короткого замыкания (К.З.), а также исключено оплавление электрической проводки от воздействия электрической дуги.

По результатам проведенного судебным экспертом ФИО13 анализа термических повреждений, имеющихся на месте исследуемого пожара, были установлены термические разрушения повышенной интенсивности в юго-западном углу каменной кладки забора дома №

<

данные изъяты> с внешней стороны, которые являются очаговыми признаками.

На основе анализа всех возможных версий возникновения пожара было установлено, что непосредственная (техническая) причина возникновения пожара была связана с взаимодействием источника зажигания в виде открытого пламени и искусственной горючей среды – интенсификатора (инициатора) горения в виде горючей или легковоспламеняющейся жидкости (ГЖ и ЛВЖ). В качестве окислителя в очаге пожара участвовал кислород воздуха, поступающий за счет свободного газообмена в очаг пожара.

Установленная экспертом ООО «Экспертъ-Бюро» ФИО13 причина пожара не противоречит выводам технического заключения №139-16 от 31 мая 2016 года специалиста ФГБУ СЭУ ФПС «ИПЛ» по Челябинской области ФИО15, согласно которому не исключается, что причина пожара могла быть связана с воспламенением горючих материалов от источника зажигания в виде открытого пламени. Кроме того, специалистом ФИО15 также указывается на наличие основного (квалификационного) признака поджога, а именно – быстрое развитие пожара от начальной стадии и далее.

Кроме того, данной причине пожара, связанной с взаимодействием источника зажигания в виде открытого пламени и искусственной горючей среды – интенсификатора (инициатора) горения в виде горючей или легковоспламеняющейся жидкости (ГЖ и ЛВЖ), не противоречат выводы технического заключения №140-16, где указано, что на основании исследований, проведенных 20 апреля 2016 года (спустя почти 2,6 суток после пожара) полевым методом (с использованием переносного газоанализатора АНТ-ЗМ), следов ЛВЖ и ГЖ не обнаружено. Согласно данным специальной технической литературы по исследованию пожаров, следы большой части легковоспламеняющихся жидкостей (ЛВЖ), используемых в качестве интенсификаторов горения при поджогах, не могут быть выявлены с помощью переносного газоанализатора уже через несколько часов после пожара. Таким образом, выявленное в рамках проведенного 

<

данные изъяты> расследования по факту пожара отсутствие следов ЛВЖ, используемых в качестве интенсификаторов горения при поджогах, могло быть связано не с отсутствием данных веществ на месте пожара, а с поздним применением газоанализатора для выявления данных следов ЛВЖ. 

Отсутствие доказательств противоправности поведения и действий ответчика ФИО4, а также отсутствие причинно-следственной связи между причиненным истцу вредом и какими-либо действиями (бездействием) ответчика являются основанием для отказа ФИО3 в удовлетворении заявленных требований о взыскании материального ущерба. 

Доводы истца о том, что причиной пожара служит нарушение ответчиком требований пожарной безопасности, носят лишь предположительный характер и не подтверждены надлежащими доказательствами. 

Доводы истца о виновности ФИО4 в ненадлежащем содержании находящихся на принадлежащем ей земельном участке построек, несоблюдении при этом норм пожарной безопасности не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела, как и доводы о возникновении пожара на территории, принадлежащей ФИО4 

Поскольку факт причинения вреда ответчиком истцом не доказан, иск о возмещении ущерба удовлетворению не подлежит, соответственно, отсутствует основание для возмещения истцу понесенных им судебных расходов. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного пожаром, произошедшим 17 апреля 2016 года на ул. 

<

данные изъяты>, - оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через суд, принявший решение. 

Председательствующий: 

<

данные изъяты> Самойлова Т.Г. 

<

данные изъяты>