№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 ноября 2020 года город Норильск Красноярского края

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Курунина С.В., при секретаре судебного заседания Махлаевой М.В., с участием административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков Л. рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России об оспаривании условий содержания в исправительном учреждении и присуждении компенсации за их нарушение,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФСИН России об оспаривании условий содержания в исправительном учреждении и присуждении компенсации за их нарушение, указав в обоснование, что с апреля 2014 года он отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, где содержится в дискриминационных условиях, унижающих его человеческое достоинство.

Так, он содержался в отрядах №№ 3, 6, 9, 11, где общая численность проживающих осужденных в разные периоды времени составляла в среднем 100 человек, при этом на одного осужденного приходилось от 0,9 до 2,7 кв.м свободной площади, что значительно меньше установленной Советом Европы нормы на одного человека.

Санитарные и бытовые зоны отрядов были труднодоступны для своевременного и беспрепятственного пользования в связи с их недостаточным наличием для большого количества проживающих, отсутствия условий приватности при отправлении санитарно-гигиенических процедур, отсутствии душевых кабин в отрядах.

Рацион питания в столовой был скудный и однообразный, в меню отсутствовали свежие овощи и фрукты, качество приготовления пищи было низкое.

Территория исправительного учреждения оборудована средствами видеонаблюдения с функцией записи, что при осуществлении видеонаблюдения сотрудниками женского пола при проведении таких мероприятий, как личный обыск, вызывает у административного истца чувство стыда, неполноценности и нравственного унижения.

Со слов администрации учреждения ему стало известно, что в связи с совершением и преступления определенной категории, он будет поставлен на профилактический учет, что в дальнейшем будет препятствовать его переводу в колонию-поселение, на облегченные условия отбывания наказания и условно-досрочному освобождению, поэтому полагает такие действия дискриминирующими его положение по сравнению с другими заключенными.

Административный истец, полагая ненадлежащими условия содержания в исправительном учреждении и ссылаясь на практику Европейского Суда по правам человека, просил признать незаконным действия (бездействие) административного ответчика и взыскать денежную компенсацию за нарушение условий содержания в сумме 498 000 рублей.

В ходе производства по делу к участию в нем в качестве административного ответчика было привлечено ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, в качестве заинтересованного лица – ГУФСИН России по Красноярскому краю.

В судебном заседании административный истец ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме по изложенным в административном исковом заявлении основаниям,.

Представитель административных ответчиков - ФКУ ИК - 5 ГУФСИН России по Красноярскому, ФСИН России ФИО2, принимающий участие в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, возражал против удовлетворения административных исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях, согласно которым осужденный ФИО1 прибыл в учреждение 28.04.2014, 09.06.2018 был переведен в отряд №11 (впоследуюшем – отряд №6), располагавшийся на 4 и 5 этажах здания «Общежитие №2» по 

<

адрес> где и содержится по настоящее время в спальном помещении №17.

Согласно части 1 статьи 99 УИК РФ нормы жилой площади из расчета на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратов. Законодательно не установлено, что расчет жилой площади производится без учета мебели, инвентаря и предметов хозяйственного обихода (имущества).

При проживании 7 осужденных в спальном помещении №17 площадью 31,5 кв.м нормы жилой площади соблюдались.

Максимальное количество осужденных в отряде №6 составляло 91 человек

Согласно п.9.11 (Таблица 13 п.п.34, 35) Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 02.07.2003 года № 130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовноисполнительной системы Минюста России» в общежитиях для проживания осужденных в умывальной комнате следует предусматривать 1 умывальник на 15 человек, в уборной в мужских исправительных учреждениях 1 унитаз на 15 человек.

Количество санитарных приборов в отряде проживания ФИО1. соблюдалось, имеется 21 раковина, 13 унитазов, из тринадцати санузлов пять полностью изолированы от других помещений, 8 санитарных узлов имеют ограждения высотой 120 см.

Действующее нормативное регулирование не содержит требования об оборудовании общежитий колоний строгого режима душевыми кабинами, помывка осужденных осуществляется в банно-прачечном комбинате по графику 2 раза в неделю

Минимальная норма питания осужденных установлена на основании Постановления Правительства РФ от 11.04.2005, №205 "О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время".

Вопреки убеждению административного истца выдача свежих фруктов осужденным данным актом не предусмотрена.

Пунктами 104, 105 Приказа ФСИН России от 02.09.2016 №696 "Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы" предусмотрено, что заведующий столовой (пищеблоком) совместно с медицинским работником медицинского подразделения и дежурным помощником начальника учреждения УИС производят контрольное взвешивание порций, а также проверяют санитарное состояние помещений столовой (пищеблока), технологического оборудования, столово-кухонной посуды и инвентаря.

Пробу пищи берут из каждого котла. Перед опробованием первого блюда содержимое котла перемешивается, из его середины разливательной ложкой берут небольшое количество супа и наливают в тарелку. Лица, указанные в пункте 103 настоящего Порядка, используя чистую столовую ложку, опробуют первое блюдо из тарелки. После опробования первого блюда из каждого котла тарелка и ложка промываются горячей водой. При опробовании второго блюда в тарелку кладут небольшое количество гарнира и соуса.

Для опробования мясных (рыбных) порций повар отрезает небольшой кусочек от готовой порции. Одновременно проверяется выход мясных (рыбных) порций.

Качество холодной закуски проверяется в холодном цехе так же, как и качество гарниров вторых блюд.

Результаты оценки качества пищи записывают в книгу учета контроля за качеством приготовления пищи и в бракеражный журнал.

В Книгах «Учета контроля за качеством приготовления пищи» столовой ИК-5 внесены сведения о пробе пищи, в том числе и по норме, предусмотренной ФИО1, медицинскими работниками МЧ-13 ФКУЗ МСЧ №24 ФСИН России, пища была оценена как хорошая, дежурными помощниками начальника колонии выдавалось разрешение о выдаче пищи.

Довод административного истца о снижении массы тела не подтвержден, поскольку при прибытии в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю 11.07.2013 его вес составил 62 кг, при проведении профилактического осмотра 24.01.2020 вес ФИО1 составлял 63 кг.

Доводы административного истца о нарушении его права осуществлением видеонаблюдения являются необоснованными, посколькупротиворечат требованиям ст.83 УИК РФ, приказу Минюста России от 04.09.2006 №279, согласно которым жилые и коммунально-бытовые объекты уголовно-исполнительной системы оборудуются средствами видеонаблюдения, в зонах приватности средства видеонаблюдения не установлены, а помещение для проведения обыска оборудовано ширмой.

Доводы административного истца о том, что наличие профилактического учета препятствует к переводу в колонию-поселение не основаны на законе, поскольку действующее законодательство не закрепляет наличие учета в качестве препятствия к переводу в колонию-поселение. 

Просил в удовлетворении заявленных требований отказать.

Заинтересованное лицо – ГУФСИН России по Красноярскому краю, надлежаще извещенное о времени и месте рассмотрения дела, представителя в судебное заседание не направило, об отложении рассмотрения дела не просило, в связи с чем в соответствии с положениями части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного лица, явка которого не является обязательной в силу закона и не признана таковой судом.

Заслушав участников судебного заседания, оценив доводы сторон, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, которая в каждом конкретном деле осуществляется в одной из форм отправления правосудия, в том числе путем обжалования в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц.

В силу пункта 2 части 2 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суды в порядке, предусмотренном данным кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, в том числе административные дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, должностных лиц, порядок производства по которым предусмотрен главой 22 названного кодекса.

Частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В соответствии с частью 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается одно из следующих решений: 1) об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление; 2) об отказе в удовлетворении заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными.

По смыслу части 1 статьи 218 и части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, является наличие обстоятельств, свидетельствующих о нарушении субъективных прав административного истца, при этом на последнего процессуальным законом возложена обязанность по доказыванию таких обстоятельств. Вместе с тем административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, совершенные действия (бездействия) соответствует закону.

Как предусмотрено частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (статья 21 Конституции Российской Федерации).

На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных и международных правовых норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (статья 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации). Вместе с тем, Конституция Российской Федерации наделяет федерального законодателя полномочием предусматривать ограничительные меры в отношении лиц, совершивших преступление и подвергнутых наказанию. Федеральный законодатель наделен полномочием предусматривать меры государственного принуждения в отношении совершивших преступления лиц, осужденных и подвергаемых по приговору суда наказанию, существо которого, как следует из части 1 статьи 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, состоит в предусмотренных данным Кодексом лишении или ограничении прав и свобод. Отбывание наказания в исправительных учреждениях уже предполагает издержки в условиях пребывания, которые не могут быть обеспечены в полной мере, как лицу, находящемуся на свободе.

Согласно статье 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года N 1314, одна из основных задач ФСИН России - обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей.

Согласно подпункту 6 пункта 3 названного Положения задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации. В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности, для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).Статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров (часть 1).Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. За счет средств предприятий, привлекающих к труду осужденных, им может быть организовано дополнительное питание сверх установленных норм. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. Осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства (часть 3).Минимальная норма питания осужденных установлена на основании Постановления Правительства РФ от 11.04.2005, №205 "О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время".В соответствии с пунктом 8 Приказа ФСИН России от 02.09.2016 №696 "Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы" начальник учреждения УИС отвечает за организацию питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, по медицинским заключениям издает приказы о зачислении больных осужденных, подозреваемых и обвиняемых на питание по нормам, установленным для больных.Согласно пункту 95 указанного Приказа руководство учреждений УИС организует систематический контроль за состоянием питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, основными задачами которого являются: проверка организации питания; проверка организации хранения продовольствия и его качественных показателей; проверка санитарного состояния столовых (пищеблоков); проведение систематического контроля за качеством приготовленной пищи и полнотой ее доведения до осужденных, подозреваемых и обвиняемых; проверка подготовки поваров; своевременное и качественное проведение контрольно-показательных варок пищи. В силу пункта 96 данного Приказа контроль за состоянием питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых осуществляется начальником учреждения УИС, его заместителями, медицинскими работниками медицинского подразделения, сотрудниками ОИХО, дежурным помощником начальника учреждения УИС.В соответствии с пунктом 103 этого Приказа до начала раздачи готовой пищи поварами ее качество проверяется заведующим столовой (пищеблоком) с медицинским работником медицинского подразделения, а при отсутствии в штатном расписании учреждения УИС медицинского работника - лицом, назначенным начальником учреждения УИС. Пунктом 104 приведенного Приказа предусмотрено, что заведующий столовой (пищеблоком) совместно с медицинским работником медицинского подразделения и дежурным помощником начальника учреждения УИС производят контрольное взвешивание порций, а также проверяют санитарное состояние помещений столовой (пищеблока), технологического оборудования, столово-кухонной посуды и инвентаря.В соответствии с пунктом 105 Приказа результаты оценки качества пищи записывают в книгу учета контроля за качеством приготовления пищи и в бракеражный журнал. Здесь же делается запись о санитарном состоянии столовой (пищеблока) учреждения УИС, качестве мытья посуды и уборки помещений, соблюдении правил личной гигиены и санитарно-эпидемиологических требований работниками столовой (пищеблока) учреждения УИС при обработке продуктов, приготовлении, раздаче и хранении пищи. Разрешение на выдачу пищи дает дежурный помощник начальника учреждения УИС, при этом он основывается на заключении о качестве пищи и санитарном состоянии столовой (пищеблока) учреждения УИС лиц, указанных в пункте 103 настоящего Порядка. Основной показатель качества готовой пищи - ее пригодность для употребления осужденными, подозреваемыми и обвиняемыми. В силу части 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительного учреждения несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных. Коммунально-бытовое обеспечение учреждений уголовно-исполнительной системы осуществляется на основании Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 27.06.2006 г. N 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", в котором предусмотрено, что его действие распространяется на оборудование исправительных учреждений независимо от даты постройки помещений и принятия данного нормативного акта и Приказа Минюста России N 130-ДСП от 02.06.2003 г., которым утверждена Инструкция СП 17-02 по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, в соответствии с п. 1.1 которой ее нормы должны соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем. 

Согласно п.9.11 (Таблица 13 п.п.34, 35) Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 02.06.2003 года №130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста России» в общежитиях для проживания осужденных в умывальной комнате следует предусматривать 1 умывальник на 15 человек, в уборной в мужских исправительных учреждениях 1 унитаз на 15 человек. 

Как установлено при рассмотрении дела, административный истец ФИО1 с 28.04.2014 отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю (ранее – ИК-5 ФКУ ОИК 36 ГУФСИН России по Красноярскому краю), с 09.08.2018 содержится в отряде №6 (ранее – отряд №11) в спальном помещении №17, площадь которого составляет 31,5 кв.м., при нахождении там 7 человек.

Таким образом площадь помещения, приходящаяся на одного осужденного, составляет 4,5 кв.м, то есть предусмотренные статьей 99 УИК РФ нормы не нарушались.

Довод административного истца о несоответствии санитарной площади свободного пространства спальной секции на одного заключенного требованиям минимальной допустимой площади, приходящейся на одного осужденного, как она определена действующим законодательством, отклоняется судом как несостоятельный, поскольку часть 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации закрепляет дифференциацию норм жилой площади для осужденных к лишению свободы в зависимости от пола, возраста, состояния здоровья, условий отбывания наказания конкретным осужденным и, с одной стороны, является юридической гарантией недопущения предоставления жилой площади ниже минимального размера, установленного законом, с другой - не препятствует реализации рекомендаций международных организаций (в частности, Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания) по вопросам исполнения наказаний и обращения с осужденными при наличии необходимых экономических и социальных условий (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2004 года N 174-О, от 20 октября 2005 года N 374-О, от 28 мая 2009 года N 638-О-О и от 16 декабря 2010 года N 1684-О-О, от 23 апреля 2013 года N 626-О). 

Судом установлено, что соответствующие нормы административным ответчиком соблюдены. Утверждение истца, касающееся нормы пространства, свободного от мебели и предметов быта, основано на ошибочном толковании положений действующего законодательства, в связи с чем подлежит отклонению. 

Для соблюдения осужденными чистоты и гигиены жилые помещения ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю имеют необходимое санитарно-техническое оборудование, туалетные комнаты.

Как следует из представленных административным ответчиком материалов, в отряде №6 при максимальном количестве осужденных 91 имеется 21 раковина, 13 унитазов, из тринадцати санузлов пять полностью изолированы от других помещений, 8 санитарных узлов имеют ограждения высотой 120 см.

При таком положении суд приходит к выводу, что административным ответчиком соблюдены нормы по обеспечению осужденных умывальниками и унитазами, при этом наличие в санитарных узлах перегородок высотой от 120 см обеспечивало условия приватности.

Вопреки доводам административного истца, действующим нормативно-правовым регулированием не предусмотрено оборудование в общежитиях отрядов исправительных колоний душевыми кабинами.

При этом помывка осужденных осуществляется в банно-прачечном комбинате дважды в неделю согласно установленному графику, что свидетельствует об отсутствии нарушения прав административного истца.

Доводы административного истца, касающиеся ненадлежащего рациона питания, опровергаются представленными административным ответчиком доказательствами, из которых следует, что организация питания в исправительном учреждении осуществляется согласно приказу Минюста России от 17.09.2018 №189 «Об утверждении норм питания и материально - бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время» (до 30.09.2018 - согласно приказу Минюста России от 26.02.2016 № 48, а до 26.02.2016 - согласно приказу Минюста России от 02.08.2005 № 125). В меню просчитывается выход готовых блюд. Приготовление блюд осуществляется в соответствии с технологическими картами. Не допускается повторение одних и тех же блюд более трех раз в неделю, а блюд из одинаковых продуктов в течении дня. Приготовление блюд осуществляется по трём нормам, согласно еженедельным меню-раскладкам. Контроль за качеством приготовленной пищи осуществлялся заведующим столовой, медицинским работником ФКУЗ МСЧ-13 ФСИН России, разрешение на выдачу приготовленной пищи отдавалось дежурным помощником начальника колонии после снятия пробы. 

Утверждения административного истца о нарушении его прав в результате осуществления видеонаблюдения на территории исправительного учреждения не основаны на законе, поскольку режим в исправительных учреждениях - это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания (ч. 1 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Использование технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, то есть ведение видеонаблюдения не может расцениваться как действие, унижающее человеческое достоинство лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, а напротив, направлено на предотвращение возникновения либо своевременное выявление каких-либо ситуаций, составляющих угрозу, как для административного истца, так и иных лиц, недопущение нарушение прав сотрудниками учреждения.

Применение к лицу, совершившему преступление, такого наказания, как лишение свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. В любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, т.е. такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2006 года N 63-0, от 20 марта 2008 года N 162-0-0 и от 23 марта 2010 года N 369-0-0). Таким образом, ограничение конституционных прав, в том числе на неприкосновенность частной жизни, является допустимым и оправданным в целях обеспечения личной безопасности осужденных, а также сотрудников учреждения.

Учитывая, что согласно представленным административным ответчиком материалам помещение для проведения личного обыска оборудовано ширмой, обеспечивающей условия приватности, а уголовно-исполнительное законодательство не содержит запрета на осуществление надзора сотрудниками-женщинами за поведением осужденных в месте их проживания, исходя из того, что спальные помещения в общежитии не являются местом, где должна обеспечиваться приватность для осужденных, доводы истца о нарушении правил приватности видеонаблюдением в мужской колонии сотрудниками женского пола несостоятельны.

Не основаны на законе и доводы административного истца относительно постановки его на профилактический учет как лица, склонного к посягательству на половую свободу и половую неприкосновенность, поскольку этой обстоятельство не закреплено в законе, как препятствие к переводу осужденных для дальнейшего отбывания наказания в колонию-поселение, данных о нарушении порядка постановки на такой учет суду не представлено, а кроме этого вопросы об изменении вида исправительного учреждения были разрешены соответствующими судами в порядке, установленном уголовно-процессуальным и уголовно-исполнительным законодательством, в связи с чем нарушения прав административного истца не усматривается.

Согласно части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваем действия (бездействие).

Административным истцом при рассмотрении дела не представлены доказательства нарушения своего права, требования ФИО1 являются следствием произвольного и неправильного толкования административным истцом норм права, регулирующих спорные правоотношения, в связи с чем подлежат отклонению как необоснованные. Поскольку факт ненадлежащего содержания в местах лишения свободы судом не установлен, отсутствуют и основания для взыскания компенсации по требованиям, связанным с незаконными, по мнению истца, условиями содержания в местах лишения свободы.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что права, свободы и законные интересы административного истца не нарушены, требования нормативных правовых актов, устанавливающих полномочия администрации исправительного учреждения, на совершение оспариваемых действий (бездействия), порядок и основания их совершения, соблюдены, их содержание соответствует приведенным нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, в связи с чем основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд 

решил:

в удовлетворении административного ФИО1 к ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России об оспаривании условий содержания в исправительном учреждении и присуждении компенсации за их нарушение – отказать полностью. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Норильский городской Красноярского края в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья С.В. Курунин

Мотивированное решение в окончательной форме 

будет составлено 13.11.2020.