№ 2-2674/2019

70RS0001-01-2019-004701-52

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2019 года Кировский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Шмаленюка Я.С., 

при секретаре Бондаревой Е.Е.,

помощник судьи Некрасова Е.В.,

с участием 

истца ФИО1,

представителя истца Сурда Е.А.,

представителя ответчика ФИО2,

представителя третьего лица – УМВД ФИО3,

представителя третьего лица – Генеральной прокуратуры Российской Федерации Черновой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с правом на реабилитацию, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. В обоснование заявленного требования указала, что 22.11.2014 возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. 23.05.2016 она допрошена в качестве подозреваемой по этому уголовному делу. 23.06.2016 уголовное дело прекращено, однако за ней не признано право на реабилитацию. После этого уголовное дело неоднократно прекращалось, постановления отменялись и производство по делу возобновлялось. 15.11.2017 производство по делу возобновлено в очередной раз, и в этот же день она допрошена в качестве подозреваемой. 20.11.2017 ей предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации и в отношении неё избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. 27.11.2017 ей предъявлено новое обвинение, её действия также квалифицированы по ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, она уведомлена об окончании следственных действий. Уголовное дело с обвинительным заключением поступило в Октябрьский районный суд г. Томска, где ей на период рассмотрения дела избрана та же мера пресечения. 10.09.2018 Октябрьским районным судом г. Томска вынесен приговор, которым она признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, ей назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года, а также с ней в пользу потерпевших взыскан материальный ущерб в размере 1185441 руб. Апелляционным определением Томского областного суда от 08.11.2018 приговор Октябрьского районного суда г. Томска от 10.09.2018 отменен, уголовное дело прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием в её действиях состава преступления, в удовлетворении гражданских исков отказано, за ней признано право на реабилитацию.

Действиями органов предварительного следствия и суда в результате незаконного уголовное преследования за совершение тяжкого преступления с 23.05.2016 по 08.11.2018, применением к ней меры пресечения с 20.11.2017 по 08.11.2018, взысканием крупной денежной суммы ей причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях. Она не имела возможности выехать за пределы г. Томска во время отпусков и длительных праздничных дней, она вынуждена тратить свое время не на семью, работу, а на доказывание собственной невиновности. Статьей 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прокурор от имени государства приносит в адрес реабилитированного извинения, однако такие извинения ей не принесены. Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 1000000 руб., судебные расходы по составлению искового заявления в размере 3000 руб., за участие представителя при рассмотрении гражданского дела в размере 5000 руб., почтовые расходы в размере 59 руб.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных действий относительно предмета спора, привлечены Генеральная прокуратура РФ и УМВД России по Томской области.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении иска настаивала. Подтвердила получение 14.02.2019 почтового отправления с письмом прокурора о принесении письменных извинений. 

Указала, что нравственные страдания она испытала в связи с фактом привлечения к уголовной ответственности, который получил огласку в трудовом коллективе, многие работники перестали с ней общаться, до сведения трудового коллектива ИП ФИО4 доведена информация о том, что она, якобы, перечисляла похищенные денежные средства себе на банковскую карту. Она ведет и вела добропорядочный образ жизни, противоправных деяний не совершала. Незаконное уголовное преследование негативным образом отразилось на жизни её семьи, поскольку она стала раздражительной, страдала депрессией, бессонницей. По собственной инициативе обратилась в Центр психологической поддержки. Наряду с приемом лекарственных препаратов стала курить и употреблять спиртные напитки, так как лечение от депрессии не помогало. Вследствие курения у неё появилось заболевание «бронхиальная астма». В период уголовного преследования она проходила гражданскую службу в Департаменте по социально-экономическому развитию села Томской области, где была вынуждена отказаться от повышения по службе во избежание огласки факта уголовного преследования. В составе документации работодателю необходимо было представить справку об отсутствии судимости. В справке могли найти отражение сведения о привлечении её к уголовной ответственности. 

Относительно довода о нарушении прав избранной в отношении неё подпиской о невыезде уточнила, что подписка о невыезде распространялась на запрет покидать г. Томск. С заявлением к следователю разрешить выезд из г. Томска не обращалась. Никаких выездов за пределы г. Томска она не планировала, так как наличие меры пресечения мешало строить ей планы. 

После прекращения уголовного дела 23.06.2016 она находилась в неведении относительно 

«судьбы» уголовного дела, при этом подписка о невыезде не отменялась. 

Указала, что нравственные страдания её усугубились тем обстоятельством, что при рассмотрении уголовного дела и обжаловании приговора в суде апелляционной инстанции было проведено 25 судебных заседаний, она находилась в статусе подсудимой. Все это время она испытывала страх, что ей будет назначено уголовное наказание в виде лишения свободы за преступление, которого она не совершала. В связи с незаконным уголовным преследованием у неё появилось новое заболевание – бронхиальная астма, хронический стресс. Дополнила, что письменными доказательствами ухудшения здоровья и фактов обращения в лечебные учреждения, периода временной нетрудоспособности, назначенного лечения не располагает. Указала, что незаконное уголовное преследование негативно отразилось на работе её супруга, брата и сына. Просила иск удовлетворить.

Представитель истца адвокат Сурда Е.А., действующая по ордеру, исковые требования поддержала, пояснила, что ФИО5 в период с 23.05.2016 по 08.11.2018 подвергалась незаконному уголовному преследованию, то есть около двух лет пяти месяцев. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении действовала в отношении истца непрерывно с 20.11.2017 по 08.11.2018 до даты вынесения оправдательного приговора. Указала, что за период незаконного уголовного преследования значительно ухудшилось здоровье, ФИО5 находилась и продолжает находиться в настоящее время из-за незаконного уголовного преследования в подавленном психологическом состоянии. Просила иск удовлетворить в заявленном размере.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО2 обоснованность иска не оспаривала, поскольку за истцом признано право на реабилитацию и установлен факт незаконного уголовного преследования с 23.05.2016 по 23.06.2016, с 15.11.2017 по 08.11.2018. В течение 1 года 5 месяцев следственные действия по уголовному делу не осуществлялись, мера пресечения не действовала. В материалах уголовного дела не имеется данных о том, что в период применения к ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде истец обращалась к следователю или к суду о разрешении возможности выехать за пределы г. Томска и ей в этом было отказано. Указала, что применение меры пресечения в виде подписки о невыезде не препятствовало истцу обращаться в лечебные учреждения г. Томска и проходить там лечение, однако доказательств указанным обстоятельствам не представлено. Отмечала, что размер компенсации морального вреда подлежит доказыванию, однако медицинские документы истцом не представлены, заявленный размер компенсации не подтвержден. Доводы истицы о том, что привлечение к уголовной ответственности негативно сказалось на судьбе мужа, брата и сына представитель ответчика считает недоказанными. Представитель обращала внимание на бездоказательность довода истицы об изменении в худшую сторону отношения к ней в трудовом коллективе, из представленной характеристики следует, что истец по месту работы в Департаменте по социально-экономическому развитию села Томской области истец характеризуется положительно. Просила в случае удовлетворения иска взыскать компенсацию морального вреда в минимальном размере. 

Старший помощник прокурора Октябрьского района г. Томска Чернова А.В. в судебном заседании указала, что в отношении ФИО1 имело место незаконное уголовное преследование с 23.05.2016. Считала не доказанными доводы истца о том, что привлечение к уголовной ответственности негативно сказалось на микроклимате семьи, истец не представила доказательства, что ей было предложено повышение по службе. Письменные доказательства того, что истец обращалась за психологической поддержкой в лечебное учреждение, не представлены. Не оспаривала, что факт применения в отношении истца мер пресечения в виде подписки о невыезде в рамках уголовного дела является основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда просила учесть личность истца, которая ни ранее, ни после прекращения уголовного преследования к уголовной ответственности не привлекалась. Считала, что исковые требования подлежат удовлетворению в размере не более 30 000 рублей. 

Представитель третьего лица УМВД России по Томской области ФИО3, выразил в суде позицию, аналогичную позиции ответчика и представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации. Считала иск в заявленном размере не подлежащим удовлетворению.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично. 

На основании ст.13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 04.11.1950), каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, а к их числу разделом 1 Конвенции отнесены право на свободу и личную неприкосновенность, право на справедливое судебное разбирательство, наказание исключительно на основании закона, право на уважение частной и семейной жизни и другие, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Статьей 8 Всеобщей декларации прав человека установлено, что каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных конституцией или законом.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (ст. 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53).

В соответствии со ст. 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Судом установлено, что 27.11.2014 старшим следователем по ОВД СЧ СУ УМВД России по г.Томску возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ в отношении неустановленного лица по факту хищения денежных средств в размере 126300 руб. у ИП ФИО4

В период с 27.01.2015 по 28.09.2017 постановлениями следователя производство по уголовному делу приостановливалось 10 раз в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 208 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Руководителем следственного органа, прокурором постановления следователя отменялись, предварительное следствие возобновлялось.

31.03.2015, 28.04.2015, 26.05.2015, 25.06.2015, 30.07.2015, 28.01.2016 срок предварительного следствия продлен до четырех, пяти, шести, семи, восьми, десяти месяцев.

Основаниями для продления срока предварительного следствия явилась, в том числе, необходимость изъятия у свидетеля ФИО1 (истец в данном споре) образцов почерка и подписи, проведение судебно-бухгалтерской, почерковедческой, фоноскопической экспертиз.

В рамках уголовного дела ФИО1 допрошена в качестве свидетеля 19.01.2015, 02.09.2015, у неё получены образцы подписи, почерка для сравнительного исследования. 

23.05.2016 ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 155-159 т. 5 уголовного дела). Продолжительность допроса 5 минут, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В этот же день в отношении ФИО1 применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке (л.д. 159 т. 5 уголовного дела).

23.05.2016, 27.05.2016 подозреваемая ФИО1 ознакомлена с заключениями эксперта (л.д.180 т. 4, л.д. 3, 118 т. 5 уголовного дела), 27.05.2016 у неё отобраны образцы отпечатков пальцев рук (л.д. 26 т. 6).

22.06.2016 постановлением следователя уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ввиду её непричастности к совершению преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 160-163 т. 5 уголовного дела).

Таким образом, с 23.05.2016 по 22.06.2016 (30 дней) в отношении ФИО1 осуществлялось уголовное преследование, мера пресечения в виде подписки о невыезде не избиралась. ФИО1 участвовала в пяти следственных действиях 23 и 27 мая 2016 года.

15.11.2017 ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 213-201 т. 5 уголовного дела). Продолжительность допроса 10 минут, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В этот же день ей избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 215 т. 5 уголовного дела)

20.11.2017 ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в этот же день она допрошена в качестве обвиняемой (л.д.220-225, 226-228 т.5). Продолжительность допроса 10 минут, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации. В этот же день ей избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 230 т. 5 уголовного дела).

20.11.2017 ФИО1 уведомлена об окончании следственных действий.

27.11.2017 следователем предварительное следствие возобновлено в связи с ошибкой в анкетных данных обвиняемой.

27.11.2017 ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в этот же день она допрошена в качестве обвиняемой (л.д.38-42, 43-45 т. 6). Продолжительность допроса 10 минут, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации. В этот же день она привлечена в качестве гражданского ответчика по иску потерпевших (л.д. 46 т. 6 уголовного дела).

30.11.2017 ФИО1 уведомлена об окончании следственных действий.

08.12.2017 следователем предварительное следствие возобновлено по ходатайству защитника обвиняемой для дополнительного допроса ФИО1

11.12.2017 обвиняемая ФИО1 дополнительно допрошена (л.д. 87-88 т. 6), продолжительность допроса 20 минут.

19.12.2017 следователем удовлетворено ходатайство защитника обвиняемой о предоставлении подлинников первичных бухгалтерских документов (л.д. 116 т. 6).

25.12.2017 ФИО1 уведомлена об окончании следственных действий.

26.01.2018 прокурором Октябрьского района г. Томска утверждено обвинительное заключение.

С 30.01.2018 уголовное дело находилось на рассмотрении в Октябрьском районном суде г. Томска, где с участием ФИО1 состоялось 20 судебных заседаний (л.д. 57-161 т. 7 уголовного дела).

Приговором Октябрьского районного суда г. Томска ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, ей назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года, удовлетворены гражданские иски потерпевших на сумму 1185441 руб. 

Апелляционным определением Томского областного суда от 08.11.2018 названный приговор отменен, уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено за отсутствием в её действиях состава преступления. Признано право на реабилитацию, в удовлетворении гражданских исков отказано.

В связи с приведенными выше обстоятельствами, суд приходит к выводу о том, что в периоды с 23.05.2016 по 22.06.2016, с 15.11.2017 по 08.11.2018 (один год один месяц) ФИО1 незаконно подвергалась уголовному преследованию, в отношении неё избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении с 15.11.2017 по 08.11.2018. В отношении ФИО1 применялась мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в период с 23.05.2016 по 22.06.2016. 

Следовательно, причиненный истцу незаконным уголовным преследованием моральный вред, в силу ст. 53 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит компенсации.

Из положений ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что основания и размер компенсации морального вреда гражданину определяются по правилам главы 59 и ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав и др. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В силу ч. 2 ст. 133 и ч. 2 ст. 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. 

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшим незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшим решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовное дело полностью или частично) по основаниям, перечисленным в ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, о чем в соответствии с требованиями ст. 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

На основании ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, в судебном заседании нашел свое подтверждение тот факт, что ФИО1 незаконно подвергалась уголовному преследованию по обвинению в совершении преступления по ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, отнесенным уголовным законом к категории тяжких преступлений. При этом судом учитывается, что при рассмотрении данного дела деяние, инкриминируемое ФИО1 органом предварительного следствия, квалифицировалось первоначально по ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, затем по ч. 4 ст. 165 Уголовного кодекса Российской Федерации.

С учетом признания за ФИО1 права на реабилитацию апелляционным определением, которым ФИО1 оправдана, причиненный ФИО1 незаконным уголовным преследованием моральный вред в силу ст. 53 Конституции Российской Федерации, ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации. По смыслу ст. 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности является основанием для компенсации морального вреда лицу, право которого на реабилитацию признано в установленном законом порядке.

Следовательно, у суда имеются законные основания и условия для привлечения государства к гражданско-правовой ответственности за нарушение личных неимущественных прав и благ, принадлежащих ФИО1

Как установлено в ходе рассмотрения дела, уголовное преследование в отношении ФИО1 по уголовному делу длилось около 1 года 1 месяца и все это время, имея статус подозреваемой, обвиняемой и подсудимой, истец испытывала нравственные страдания, привлечение к уголовной ответственности нарушило привычный и сложившийся образ её жизни, истец вынуждена была являться по вызовам следователя и суда в любое время, когда это потребуется.

По смыслу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации возникновение морального вреда, причиненного незаконными действиями должностных лиц, презюмируется, однако размер его подлежит доказыванию.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Суд считает обоснованными доводы истца и её представителя о том, что вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности нарушены личные неимущественные права ФИО1, право на доброе имя и деловую репутацию. При этом, само по себе незаконное уголовное преследование не могло не оказать негативного влияния на психологическое состояние истца.

Обоснованными являются также утверждения ФИО1 о том, что применением меры пресечения в виде подписки о невыезде нарушены её конституционные права - право на свободу передвижения, безотносительно к действительным намерениям истца выехать за пределы своего места жительства. Вместе с тем, из объяснений истца следует, что с ходатайствами о выдаче разрешения на выезд с места жительства (пребывания) к следователю либо в суд, она не обращалась.

По сведениям ИЦ УМВД Томской области ФИО1 к уголовной административной ответственности на дату проверки 15.01.2015, 02.02.2016 не привлекалась.

В период с 06.04.2006 по 05.12.2013 ФИО1 (до регистрации брака - ФИО6) осуществляла трудовую деятельность у индивидуального предпринимателя ФИО4 в качестве менеджера отдела маркетинга и сбыта, что подтверждается трудовым договором от 06.04.2006, приказом об увольнении работника от 25.11.2013 (л.д.174-177 т. 1 уголовного дела).

В период с февраля 2014 года ФИО1 осуществляет трудовую деятельность в Департаменте по социально-экономическому развитию села Томской области (л.д. 163 т. 2 уголовного дела).

Судом учитывается, что привлечение истца к уголовной ответственности связано с трудовой деятельностью ФИО1 у ИП ФИО4 в качестве менеджера и получило огласку, что не могло не сказаться на её авторитете среди трудового коллектива, отношениях в семье, с друзьями и знакомыми. 

Данные обстоятельства подтвердили допрошенные в ходе судебного заседания свидетели ФИО7, ФИО8, которые подтвердили, что после возбуждения уголовного дела изменилось психологическое состояние ФИО1, она стала подавленной, раздражительной. Свидетели, приходятся истцу супругом и руководителем на новом месте работы в Департаменте по социально-экономическому развитию села администрации Томской области. Соответственно, как родственник и руководитель свидетели непосредственно наблюдали поведение истца, её эмоциональное состояние в период привлечения к уголовной ответственности. 

Вместе с тем, доводы истца о предполагаемом нарушении трудовых прав в виде невозможности повышения по службе Департаменте по социально-экономическому развитию села администрации Томской области суд находит надуманными. Из характеристики, подписанной начальником Департамента в период рассмотрения дела в суде в 2018 году (л.д. 37 т. 7), следует, что ФИО1 трудоустроена на новом месте работы с 12.02.2014, характеризуется положительно. Работодатель не упоминает при характеристике личности ФИО1 тот факт, что она привлечена к уголовной ответственности. Препятствий в получении справки с указанием об отсутствии привлечения к уголовной ответственности у ФИО1 не имелось, что свидетельствует из сведений ИЦ УМВД России по Томской области. 

Сам факт незаконного привлечения истицы к уголовной ответственности свидетельствует о нарушении её личных неимущественных прав, принадлежащих ей от рождения: достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченной к уголовной ответственности за преступления, которые она не совершала.

Приходя к выводу об обоснованности заявленных исковых требований о компенсации морального вреда, в связи с правом на реабилитацию, суд принимает во внимание период времени незаконного уголовного преследования, количество процессуальных мер, проводимых в отношении истца, категорию преступления, в совершении которого обвинялась ФИО1

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об обоснованности доводов истца о том, что факт привлечения к уголовного ответственности получил широкую огласку в в трудовом коллективе по прежнему месту работы у ИП ФИО4, где она (истец) осуществляла трудовую деятельность на протяжении 6 лет, что не могло не сказаться на репутации истца, ранее к уголовной ответственности не привлекавшейся. 

Согласно статьям 50, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, и суд оценивает имеющиеся в деле доказательства.

В силу части 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть, представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (часть 1 статьи 118 Конституции Российской Федерации), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Дополнительные доводы истца об ухудшении состояния здоровья в связи с уголовным преследованием, какими-либо доказательствами не подтверждены.

Пояснения свидетелей о том, что длительное уголовное преследование существенно сказалось на /________/ истца суд принимает как частично обоснованный, в то же время допрошенные свидетели специалистами в области психиатрии не являются, письменных документов в подтверждение довода о наличии у истца признаков /________/ или иных заболеваний, суду не представлено.

Суд считает необоснованным дополнительный довод истца о причинении ей морального вреда фактом её тестирования с привлечением специалиста-полиграфолога, поскольку тестирование проведено не в рамках уголовного дела, а по инициативе работодателя ИП ФИО4 и с согласия самой ФИО1, что подтверждается материалами уголовного дела.

Доводы о том, что вследствие незаконного уголовного преследования оказалась под угрозой дальнейшая профессиональная деятельность её супруга, брата, сына, основанием для компенсации морального вреда не являются, поскольку указанные обстоятельства не являются предметом данного иска, а доказательств представленным утверждениям о причинно-следственной связи между необоснованным привлечением к уголовной ответственности и предполагаемым нарушением трудовых прав близких родственников истца не представлено.

Довод истца о том, что она вследствие уголовного преследования приобрела пагубные привычки в виде курения и злоупотребления спиртными напитками суд находит надуманными.

Значительная сумма материального ущерба, взысканная приговором суда, также не может быть принята во внимание при определении размера компенсации морального вреда, поскольку приговор в части удовлетворения гражданских исков не приводился в исполнение.

Суд не входит в обсуждение доводов истца о предполагаемых нарушениях уголовно-процессуального закона при производстве по уголовному делу, поскольку оценка процессуальных действий следователя и собранных по уголовному делу доказательств дана в апелляционном определении, которым истец оправдана.

Довод о том, что в ходе судебных прений по уголовному делу прокурор просил суд вынести в отношении истца обвинительный приговор и назначить 4 года лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года и взысканием ущерба в размере 1185441 руб., не являются основанием для компенсации морального вреда, поскольку поведение участников уголовного судопроизводства регулируется нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Прокурором в письменной форме принесены истцу извинения.

При определении размера компенсации морального вреда суд оценивает представленные доказательства, принимает во внимание степень нравственных страданий истца, учитывает личность истца, её индивидуальные особенности, избрание в отношении обвиняемой меры пресечения в виде подписки о невыезде, длительность уголовного преследования.

При оценке довода истца о том, что в связи с незаконным уголовным преследованием она испытывала неопределенность по поводу «судьбы» уголовного дела, судом учитывается, что неоднократкное приостановление и возобновление уголовного дела имело место на стадии, когда ФИО1 находилась в статусе свидетеля. 

Учитывая все обстоятельства дела, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу истца, составляет 100 000 руб.

На основании п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации.

В силу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает финансовый орган.

Как устанавливает п. 3 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно ч.1 ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов Российской Федерации.

В соответствии с приказом Министерства финансов Российской Федерации от 12.02.1998 № 26 «О порядке организации и ведения Министерством финансов РФ работы по выступлению от имени казны РФ, а также по представлению интересов Правительства РФ в судах» (с учетом Приказов Министерства финансов Российской Федерации от 30.12.2004 № 378, от 17.01.2005 № 1), обязанность по организации и ведению в судах работы по выступлению от имени казны Российской Федерации возложены на Управления Федерального казначейства Минфина России по республикам, краям, округам, областям, каждому из которых Министерством финансов Российской Федерации выдаются соответствующие доверенности.

Таким образом, обязанность компенсации морального вреда законом возложена на Министерство финансов Российской Федерации.

Распределяя судебные расходы, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Расходы на оплату услуг представителей ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отнесены к издержкам, связанным с рассмотрением дела.

Согласно части 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из толкования вышеуказанной нормы следует, что разумность пределов является оценочной категорией, определяется судом с учетом особенностей конкретного дела.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При рассмотрении данного гражданского дела интересы истца представляла Сурда Е.А., действующая на основании ордера.

Истец ФИО1 оплатила представителю Сурда Е.А. денежные средства в размере 3000 руб. за составление искового заявления и 5000 руб. за участие в судебных заседаниях.

Факт оплаты подтверждается квитанциями к приходному кассовому ордеру от 07.11.2019 и 16.12.2019. Относимость квитанций к рассматриваемому делу у суда сомнений не вызывает, поскольку ордер адвоката имеется в материалах дела.

Представитель истца участвовала в одном судебном заседании, кроме того представитель участвовала в досудебной подготовке 10.12.2019, что следует из расписки.

Представитель истца подготовила в интересах ФИО1 исковое заявление.

Оценив письменные доказательства, суд приходит к выводу, что факт несения истцом расходов по оплате услуг представителя Сурда Е.А. в размере 5 000 руб. за участие в суде и за составление искового заявления нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания. 

Определяя размер подлежащих возмещению расходов, суд принимает во внимание сложность дела, объем проделанной представителем работы, документальное подтверждение несения расходов, учитывает принцип разумности, характер проведенной представителем работы по оказанию юридической помощи, продолжительность судебных заседаний, соотносимость понесенных расходов с объемом защищаемого права, результат рассмотрения иска, приходит к выводу о необходимости взыскания судебных расходов в общем в размере 5 000 руб. (2000 руб. за составление искового заявления и 3000 руб. за участие в судебных заседаниях). 

Суд считает, что сумма судебных расходов в размере 5 000 руб. отвечает требованиям разумности. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. 

Принцип пропорционального распределения судебных издержек в данном случае применению не подлежит, поскольку исковые требования истца носили неимущественный характер.

Заявление о взыскании почтовых расходов является обоснованным и подлежащим удовлетворению в контексте положений ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, факт несения расходов на отправку иска ответчику подтвержден кассовым чеком от 08.11.2019. В связи с чем расходы истца в этой части также подлежат возмещению ответчиком.

Истец при обращении в суд с исковым заявлением от уплаты государственной пошлины освобождена на основании п. 11 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, при этом Министерство финансов Российской Федерации в силу п. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации также освобождено от уплаты государственной пошлины при участии в деле в качестве ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с правом на реабилитацию, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в общем размере – 5000 рублей, почтовые расходы – 59 рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Томский областной суд через Кировский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято 26.12.2019.

Судья (подпись) Я.С. Шмаленюк

Верно. 

Судья Я.С. Шмаленюк

Секретарь Е.Е. Бондарева