Дело № 2-4338/2020 26 октября 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Уланова А.Н.,

с участием прокурора Латыпова В.Ф.

при секретаре Кононенко А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к органу опеки и попечительства МА МО Урицк, МА МО Урицк, ФИО1, о признании действий по осуществлению опеки в отношении ФИО2 незаконными, признании незаконным порядка ведения опекунского дела, незаконным действия по контролю за имуществом подопечного, действий по госпитализации незаконными, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 подал в суд иск, в котором, неоднократно уточнив требования, просит признать незаконным нарушение органом опеки и попечительства МА МО Урицк требований к порядку назначения опекунов, ведению опекунского дела, составления описи имущества недееспособного ФИО2 и отсутствие ответов на обращения

Кроме этого просит признать незаконными действия ФИО1 по защите имущественных прав подопечного, а также действия, направленные на уменьшение имущества недееспособного ФИО2 с 21 ноября 2018 года.

Просит признать сумму денежных средств ФИО2 в размере 75 000 рублей полученную ФИО1 посредством снятия со счёта подопечного в период с 20 ноября 2018 года по 10 января 2019 года неосновательным обогащением ответчика.

Признать незаконным уклонение ФИО1 от передачи соопекунам и внесения в опись имущества подопечного ФИО2 суммы его пенсионных накоплений в размере 3 618 586 рублей; признать указанную сумму неосновательным обогащением ответчика.

Признать незаконными действия ФИО1 по распоряжению имуществом, подвергнутым описи, незаконным, признать уменьшение наследственной массы ФИО2 на сумму 3 618 586 рублей.

Обязать просит орган опеки и попечительства МА МО Урицк включить сумму 3 618 586 рублей в опись имущества подопечного, признать незаконным бездействие органа опеки по не направлению сведений об опекунах в налоговый орган.

Также просит суд признать незаконными действия ФИО1 по госпитализации подопечного незаконными.

Просит взыскать с каждого ответчика компенсацию морального вреда по 1 рублю.

Требования иска основывает на том, что ФИО2 признан недееспособным, в его отношении установлена опека, опекунами назначены истец и ФИО1

Полагает, что при назначении опекунов орган опеки неполно исследовал обстоятельства в отношении каждого из опекунов, допустил ошибочную оценку возможности назначения соопекунов, что привело к неверному назначению двух опекунов.

Ссылается, что подавал обращения в отдел опеки, которые в опекунском деле отсутствуют, ответ на них он не получал.

Полагает, что при назначении опеки допущены нарушения в порядке составления описи имущества, что привело к не включению ряда сумм, уменьшению имущества опекаемого, а равно лишила истца как наследника прав на имущество.

Ссылается, что незаконное юридически значимое поведение ответчиков причинило истцу моральные страдания, привело к заболеванию, что положено в основу требований о компенсации морального вреда.

Истец, ФИО3, явившийся в судебное заседание, настаивал на требованиях иска.

Представитель ответчика, ФИО1, ФИО4, действующий на основании доверенности, явился в судебное заседание, возражал против требований иска.

Представители ответчика, органа опеки и попечительства МА МО Урицк (самого МО Урицк), ФИО5, ФИО6, действующие на основании доверенностей, явились в судебное заседание, возражали против требований иска.

Третье лицо, МИФНС России №22 по Санкт-Петербургу, извещённая судом о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом и заблаговременно, представителя н направила.

Суд в порядке статьи 167 ГПК Российской Федерации определил рассматривать спор в отсутствие третьего лица.

Прокурор в своём заключении указал, что доводы истца не подтверждены материалами дела, отсутствуют доркащзательства причинно-следственной связи между заболеванием истца и поведением ответчиков, действия опеки и опекуна соответствуют закону, поэтому полагал требования подлежащими отклонению.

Выслушав стороны, изучив материалы настоящего гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что решением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 6 августа 2018 года ФИО2, 

<

дата> года рождения, признан недееспособным.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 21 ноября 2018 года решение Красносельского районного суда Санкт-Петербурга оставлено без изменения. Решение вступило в законную силу.

Постановлением местной администрации внутригородского муниципального образования Санкт-Петербурга муниципального округа Урицк от 29 декабря 2018 года № 22-О над недееспособным ФИО2 установлена опека и ему назначено два опекуна – ФИО1 и ФИО3.

ФИО2, 

<

дата> года рождения, является инвалидом I (первой) группы бессрочно и родным отцом ФИО1, 

<

дата> года рождения, и ФИО3, 

<

дата> года рождения.

29.07.2019 года ФИО2 умер.

Согласно материалам наследственного дела, за принятием наследства после смерти ФИО2 обратились его сыновья – ФИО1, представив завещание, составленное ФИО2 в его пользу, и ФИО3 как наследник по закону.

ФИО2, ФИО3, ФИО1 зарегистрированы по месту жительства по адресу: Санкт-Петербург 

<

адрес>

7 февраля 2019 года специалистом ООП МАМО «Урицк» составлена опись имущества подопечного ФИО2, согласно которому, сведений о наличии хранящихся в квартире по указанному выше адресу денежных средств, принадлежащих ФИО2, не имеется. Указано на наличие счета, открытого на имя ФИО2 в Банке Открытие, валюта – рубли. Представлена ксерокопия карты Банка Открытие на имя ФИО7 № 

<

№> Опись подписана специалистом ООП, ФИО1, ФИО3 подписать опись отказался, о чем составлен акт.

31 июля 2019 года в ООП МАМО «Урицк» опекуном ФИО2 – ФИО1, в соответствии со ст. 25 Закона «Об опеке и попечительства», представлен отчет опекуна об использовании имущества совершеннолетнего недееспособного гражданина и управлении этим имуществом за отчетный период с 01.01.2019 года по 31.07.2019 года.

В отчете в разделе 1.3 «денежные средства, находящиеся на счетах в кредитных организациях» указано на наличие четырех счетов ПАО «Сбербанк России», открытых на имя ФИО2, на наличие остатка на счете в Банке Открытие – примерно 195 000 руб.

В разделе 3 отчета «Сведения о доходах совершеннолетнего недееспособного гражданина» указано: пенсия – примерно 300 000 руб.

В разделе 5 отчета «Сведения о расходах, произведенных за счет имущества совершеннолетнего недееспособного гражданина» указано: питание – 45 000 руб., лекарства – 26 000 руб., памперсы 2 000 руб., всего 73 000 руб.

При этом, 31.07.2019 года ФИО1 в адрес главы МАМО «Урицк» представлено заявление, согласно которому, ФИО1 не имел возможности представить выписки из пенсионных счетов в ПАО «Сбербанк России», открытых на имя ФИО2, ввиду отказа Банка в их выдаче.

Указал, что денежные средства со счетов, открытых на имя ФИО7 в ПАО «Сбербанк России» ФИО1 не снимал; денежные средства со счета в Банке Открытие после назначения опекуном ФИО2, ФИО1 сняты в январе 2019 года в общей сумме 30 000 руб.. Ссылался на то, что ФИО1 осуществлялись расходы на содержание отца, а именно: покупка продуктов питания, памперсов, влажных салфеток, лекарств, одежды, средств гигиены и др., ФИО1 оплачивались коммунальные платежи в полном объеме. Расходы на содержание ФИО2 осуществлялись за счет собственных средств ФИО1

Представленный ФИО1 отчет был утвержден врио главы МАМО «Урицк» 31.07.2019 года.

В силу пункта 1 статьи 31, пункта 3 статьи 36 Гражданского кодекса Российской Федерации опека и попечительство устанавливаются для защиты прав и интересов недееспособных или не полностью дееспособных граждан. Опекуны и попечители обязаны заботиться о содержании своих подопечных, об обеспечении их уходом и лечением, защищать их права и интересы.

Пункт 1 части 1 статьи 29 Федерального закона от 24 апреля 2008 года №48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» предусматривает, что опека прекращается в случае смерти подопечного.

Смертью ФИО2 установленная в его отношении опека прекращена, следовательно, истец, ФИО3, как опекун, утратил право на иск в защиту интересов подопечного, а равно в защиту своих права как опекуна.

Согласно статье 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Согласно статье 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно статье 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина. 

Статьей 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что принятие наследником части наследуемого имущества означает принятие им всего причитающегося наследства.

По смыслу статьи 1141 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства более близкой очередью наследования исключает призыв к наследованию иных наследников.

Как указано ранее ФИО2 при жизни составил завещание, в силу которого все своё имущество оставил ответчику – ФИО1, который принял наследство по завещанию в установленном порядке.

Принятие ФИО1 наследства по завещанию в силу положений статей 1111, 1141, 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации лишает ФИО3 прав на наследование по закону, следовательно, истец не является наследником прав и обязанностей умершего отца.

Поскольку истец не унаследовал права ФИО2, то требования иска в части защиты имущественных прав умершего, приращении наследственной массы, не подлежат удовлеторению, поскольку заявлены неуполномоченным на подачу иска лицом.

Юридически значимое поведение ФИО1, который принял наследство, встал во всех правоотношению в порядке универсального правопреемства на место своего отца ФИО2, не подлежит проверки по требованиям лица, которое к наследованию не призывается.

Таким образом, требования иска, изложенные в пунктах 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, подлежат отклонению с учётом требований статей 2, 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку прав истец на заявление таких требований не имеет как опекун лица, которое умерло, равно не получил этих прав как наследник, поскольку не призывается к наследованию.

То обстоятельство, что свидетельства о праве на наследство не выдавалось, не порождает каких-либо прав и обязанностей, поскольку круг наследников не определяется выдачей свидетельства, либо иным распорядительным действием нотариуса, но определяется фактическим действиями лиц (составление завещание, принятие наследства).

Закон не связывает с выдачей свидетельства о праве на наследство каких-либо правовых последствий в области определения круга наследников.

Подача заявления о принятии наследства истцом не порождает у последнего права на иск, поскольку в ходе рассмотрения дела судом истец не представил доказательства своих наследственных прав, завещание не оспорено в настоящее время, равно истец не установил прав на обязательную долю, а ответчик от наследования не отстранён.

Относительно требований о понуждении орган опеки направить сведения об опекунах в налоговый орган, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии с п. 5 ст. 85 Налогового Кодекса РФ органы опеки и попечительства обязаны сообщать об установлении опеки, попечительства и управлении имуществом в отношении физических лиц - собственников (владельцев) имущества, в том числе о передаче ребенка, являющегося собственником (владельцем) имущества, в приемную семью, а также о последующих изменениях, связанных с указанной опекой, попечительством, управлением имуществом, в налоговые органы по месту своего нахождения в течение 10 дней со дня принятия соответствующего решения.

Приказом ФНС России от 17 сентября 2007 года N ММ-3-09/536@ "Об утверждении форм сведений, предусмотренных статьей 85 Налогового кодекса Российской Федерации" (далее - Приказ от 17 сентября 2007 года N ММ-3-09/536@) утверждена форма ОП "Сведения об установлении опеки, попечительства и управлении имуществом в отношении физических лиц - собственников (владельцев) имущества".

Приказом ФНС от 22 ноября 2010 года N ММВ-7-6/632@ были внесены изменения в Приказ от 17 сентября 2007 года N ММ-3-09/536@.

Письмом ФНС РФ от 11 февраля 2011 года N ПА-4-6/2246@, разъяснен порядок применения утвержденных Приказом ФНС от 22 ноября 2010 года N ММВ-7-6/632@ форм: ОП, ИР, РФП, согласно которого в соответствии со ст. 38 Гражданского кодекса Российской Федерации при необходимости постоянного управления недвижимым и ценным движимым имуществом подопечного заключается договор о доверительном управлении имуществом.

Вместе с тем, в соответствии с формой ОП, утвержденной Приказом N ММВ-7-6/632@, органы опеки и попечительства обязаны сообщать в налоговые органы обо всех фактах установления опеки и попечительства в отношении физических лиц - собственников (владельцев) имущества вне зависимости от наличия либо отсутствия договора доверительного управления.

Существенным для направления указанных сведений является то обстоятельство, что у подопечного имеется имущество, которое передано в управление.

Поскольку имущество подопечного в управление не передавалось, то оснований для подачи сведений не имелось.

Кроме этого суд полагает принять во внимание, что нарушение, о котором указывает истец, предусмотрено частью 2 статьи 15.6 КоАП Российской Федерации, следовательно, допустимым доказательством наличия нарушения выступает постановление в рамках дела об административном правонарушении.

Поскольку такого постановления не представлено, то оснований полагать, что орган опеки не исполнил какую-либо обязанность, в части представления сведений в налоговый орган, не имеется.

Относительно несогласия истца с госпитализацией ФИО2 суд принимает во внимание, что из оригинала медицинской карты №

<

№> стационарного больного ФИО2 следует, что 26 июня 2019 года госпитализация осуществлена сотрудниками ГССМП в связи с состоянием здоровья и показаниями к госпитализации.

Сама госпитализация произведена СПб ГБУЗ «Госпиталь ветеранов войн», тем самым оснований полагать, что состояние здоровья ФИО2 не требовало лечения в стационаре, у суда нет, иное истцом не доказано.

В соответствии со статьёй 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В рамках рассмотренного дела судом не установлено нарушений в юридически значимом поведении ответчиков, как следствие никакие личные неимущественные права истца не подверглись негативному воздействию, которое порождало бы право на компенсацию морального вреда.

Кроме этого, суд принимает во внимание, что истец не представил доказательств причинно-следственной связи между своим заболеванием (больничным листом) и поведением ответчиков.

Таким образом, оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

В части не рассмотрения обращений истца, суд принимает во внимание следующее.

Статьей 33 Конституции РФ закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Согласно частям 1 и 3 статьи 8 Федерального закона от 2 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" (далее Закон о порядке рассмотрения обращений) гражданин направляет письменное обращение непосредственно в тот государственный орган, орган местного самоуправления или тому должностному лицу, в компетенцию которых входит решение поставленных в обращении вопросов.

Письменное обращение, содержащее вопросы, решение которых не входит в компетенцию данных государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица, направляется в течение семи дней со дня регистрации в соответствующий орган или соответствующему должностному лицу, в компетенцию которых входит решение поставленных в обращении вопросов, с уведомлением гражданина, направившего обращение, о переадресации обращения, за исключением случая, указанного в части 4 статьи 11 данного Федерального закона.

Суд принимает во внимание, что истец не указал конкретное обращение, на которое не получил ответ, при этом ответчиком представлены ответы на все обращения истца, которые имеются в деле.

Таким образом, права истца не нарушены.

Суд полагает отметить также и то, что обращения истца носили специальный характер, поскольку он выступал как опекун недееспособного, обращения связаны с порядком осуществления опеки.

Поскольку опека прекращена, то какие-либо права истца в данной области более не нарушаются, восстановлению не подлежат в любом случае.

В таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения иска нет.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: 

Решение суда в окончательной форме принято 29 октября2020 года.