Дело № 2 - 51 / 2017 год

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

7 апреля 2017 года г. Барыш Ульяновской области

Барышский городской суд Ульяновской области 

в составе председательствующего судьи Гавриловой Е.И., с участием адвоката филиала № 1 по г.Барышу Ульяновской областной коллегии адвокатов Ашировой Н.И., представившей удостоверение № 39 и ордер № 354 от 03.02.2017г., при секретаре Киселевой Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1, действующей в интересах ФИО2 и ФИО3, к ФИО4 о признании завещания недействительным и признании недействительной записи в государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 18.10.2016 г., 

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 в интересах ФИО2 и ФИО3 обратилась в суд с иском, в котором просила признать недействительными завещание от 04.02.2016 г., сделанное Н.В.А. ( бабушкой истцов по отцу ) в пользу своей родной сестры - ФИО4, и запись в государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 18.10.2016г. В обоснование заявленного иска указано, что Н.В.А., 00.00.0000 года рождения, умерла 00.00.0000 в р.п.им.Ленина Барышского района Ульяновской области, находясь у своей сестры – ФИО4, куда последняя в феврале 2016 года перевезла ее из г.Сызрани Самарской области для проживания с связи с парализацией. При вызове на дом нотариуса ФИО5 было оформлено завещание, согласно которому Н.В.А. все свое имущество завещала ФИО4 Считают, что поскольку Н.В.А. страдала психическим заболеванием и состояла на учете в психоневрологическом диспансере в г.Сызрани, и кроме того была практически парализована в результате случившегося с ней приступа 

<

данные изъяты> в 00.00.0000 года, то на момент составления завещания она была недееспособной, в связи с чем завещание следует признать недействительным. 

В судебное заседание истцы Н-вы, а также их представители – ФИО1 и ФИО6 не явились, о дне заседания извещены надлежащим образом.

В судебном заседании 10 февраля 2017 года представители истцов – ФИО1 и ФИО6, поддержав исковые требования, привели аналогичные доводы. Кроме того, из пояснений представителя ФИО1 следует, что Н.В.А., имея психическое заболевание и находясь в связи с данным заболеванием на диспансерном учете с 00.00.0000 года, от лечения уклонялась, не открывала дверь посещавшим ее врачам. Ответчице было известно о наличии у Н.В.А. психического заболевания, однако нотариуса об этом она не уведомила. При жизни Н.В.А. говорила, что свою квартиру в г.Сызрани она оставит своим внукам ( истцам по делу ). Отношения между Н.В.А. и ее внуками были хорошие, внуки приезжали к ней. Н.В.А. прожила в Барышском районе непродолжительное время, и вскоре там умерла. Считает, что при составлении завещания на Н.В.А. было оказано давление. 

В судебном заседании ответчица ФИО4 против иска возражала. Из ее пояснений следует, что действительно в конце 00.00.0000 года после выписки из больницы она привезла свою сестру Н.В.А. по ее просьбе к себе домой. В разговоре с сестрой ей стало известно, что та хочет оформить завещание на нее, несмотря на наличие двух внуков, которых, как она говорила, таковыми не считает. По ее просьбе она пригласила домой нотариуса, которая оформила завещание. Действительно сестра лежала в психиатрической больнице в г.Сызрани с заболеванием, возникшим на нервной почве в связи 

<

данные изъяты>, а также в связи со скандалом с мужем, но было это очень давно. В последующем никаких психических заболеваний у сестры не проявлялось, психически сестра была совершенно здорова. Никаких жалоб от соседей на поведение сестры не было, сестра вела себя нормально, всю жизнь работала, лишь в последние 2-3 года сестра не могла работать из-за болезни ног, в это время ей помогал соцработник. Она часто общалась с сестрой, как при встречах, так и по телефону. 

Ответчицей ФИО4 в суде заявлено ходатайство об отмене обеспечительных мер, принятых судьей Сызранского городского суда Самарской области 25.11.2016 г. в виде наложения ареста и запрета проводить регистрационные и иные действия с квартирой, расположенной по адресу: г.Сызрань Самарской области, ул.Декабристов д.404 кв.113.

Представитель ответчицы – адвокат Аширова Н.И. позицию ответчицы поддержала.

Третье лицо нотариус нотариального округа Барышский район ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дне заседания извещена надлежащим образом. Представлено ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

В судебном заседании 10 февраля 2017 года нотариус ФИО5 пояснила, что действительно по просьбе ФИО4 она выезжала в р.п.Ленина Барышского района для оформления доверенности и завещания от имени сестры ФИО4 – Н.В.А., так как у последней были больны ноги и она не могла сама прибыть к нотариусу. Из личной беседы с Н.В.А. ей стало известно, что та имеет квартиру в г.Сызрани, которую она хочет оставить своей сестре – ФИО4, несмотря на наличие двух внуков, которых, как она сказала, не хочет знать. При этом беседа между ней и Н.В.А. состоялась наедине. По поводу психического заболевания Н.В.А. ей ничего не было известно, в противном случае она отложила бы нотариальные действия с целью получения необходимой информации. На наличие у Н.В.А. психического заболевания ей ничего не указывало. Н.В.А., выслушав зачитанные ею документы, сама в них расписалась, при этом расписывалась уверенно и хорошо, расписалась и в реестре за получение документов. Ее нисколько не удивил тот факт, что завещание Н.В.А. составила на свою родную сестру. 

Третье лицо нотариус нотариального округа г.Сызрань Самарской области ФИО7 и представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области в судебное заседание не явились, о дне заседания извещены надлежащим образом, возражений по иску не представлено.

Проверив письменные материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям. 

Согласно ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ч. 4 ст. 35 Конституции РФ право наследования гарантируется. Это право включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом на случай смерти, так и право наследников по закону и по завещанию на его получение.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных названным Кодексом.

В соответствии с п. 1 ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

В силу п. 1 ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, включить в завещание иные распоряжения.

В силу п. 1, 2 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные в гл. 9 ГК РФ (ст. 166 - 181).

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, в том числе право отчуждать его в собственность другим лицам.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. (ст. 22 ГК РФ).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, т.к. это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Н.В.А. на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: г.Сызрань Самарской области, ул.Декабристов д.404 кв.113. 

Завещанием от 04.02.2016 г., удостоверенным нотариусом нотариального округа Барышский район ФИО5, зарегистрированным в реестре за № 1-265, Н.В.А. все свое имущество, какое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещала ФИО4 00.00.0000 года рождения, которая приходится наследодателю родной сестрой. Нотариусом в завещании указано на то, что личность завещателя им установлена, дееспособность его проверена.

Установлено, что 00.00.0000 Н.В.А. умерла, о чем 00.00.0000 составлена запись о смерти №, что подтверждается свидетельством о смерти, выданным отделом Управления ЗАГС Ульяновской области по Барышскому району.

Из материалов дела следует, что 17.10.2016 г. ФИО4 были выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на квартиру, расположенную по адресу: г.Сызрань Самарской области, ул.Декабристов д.404 кв.113, на недополученную пенсию и на денежные вклады, удостоверенные нотариусом нотариального округа г.Сызрань Самарской области ФИО7 по реестру за номерами №№ 3-2410, 3-2411, 3-2412.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 03.11.2016 г. право собственности ФИО4 на недвижимое имущество - квартиру, расположенную по адресу: г.Сызрань Самарской области, ул.Декабристов д.404 кв.113, зарегистрировано 18.10.2016 г. № 63-63/008-63/008/350/2016-3303/2. 

Оспаривая вышеуказанное завещание, истцы обратились в суд с настоящим иском, утверждая, что поскольку Н.В.А. страдала психическим заболеванием и состояла на учете в психоневрологическом диспансере в г.Сызрани, и кроме того была практически парализована в результате случившегося с ней приступа 

<

данные изъяты> в 00.00.0000 года, то на момент составления завещания она была недееспособной.

Между тем, при рассмотрении данного дела суд исходит из тех обстоятельств, что истцами не представлено бесспорных доказательств в обоснование обстоятельств, на которые они ссылаются, поскольку для разрешения данного спора правовое значение имеет не только факт наличия психического заболевания, но и степень тяжести такого расстройства, влияющая на способность человека понимать значение своих действий и руководить ими.

Так, из показаний свидетеля С.О.А. в судебном заседании 20.02.2017 г. следует, что она является племянницей Н.В.А. и ФИО4 по линии отца. Ей было известно, что у Н.В.А. было какое-то психическое заболевание, но было это очень давно. Она же ничего неадекватного в поведении Н.В.А. никогда не замечала, никаких жалоб от соседей на ее поведение не было. Н.В.А. проживала одна, сама все делала по дому. Как ей известно, у Н.В.А. на внуков была обида, она не хотела с ними общаться.

Свидетель М.Л.С. ( подруга ФИО4 ) в судебном заседании 20.02.2017 г. показала, что очень хорошо знала Н.В.А., которая ранее часто приезжала к ФИО4 Знала она Н.В.А. в течение 35 лет. Неадекватности в поведении Н.В.А. она никогда не замечала.

Из показаний свидетеля М.В.В. в судебном заседании 20.02.2017 г. следует, что в течение 13 лет он состоял в браке с дочерью ФИО4 Он хорошо знал сестру своей тещи - Н.В.А., часто ездили к ней вместе с женой и тещей. Неадекватности в поведении Н.В.А. он никогда не замечал и если бы у нее были какие-то отклонения, то он, как бывший сотрудник милиции, это бы сразу определил.

Как следует из амбулаторной карты ГБУЗ СО Сызранский ПНД, ФИО8 впервые попала в поле зрения психиатров в 00.00.0000 году, неоднократно лечилась в психиатрической больнице г.Сызрань с диагнозом 

<

данные изъяты> Последняя госпитализация в психиатрическую больницу с 03.12.2003 г. по 02.02.2004 г., выписана с улучшением в удовлетворительном состоянии. После выписки к врачу-психиатру не обращалась, лекарства не принимала. Медсестра посещала Н.В.А. с 2004 г. по 2013 г., но каждый раз ее не было дома, соседи сообщали, что Н.В.А. ведет себя спокойно, не конфликтует, проживает одна. Дверь никому не открывает – боится, с работы возвращается только вечером, поведение без особенностей. Кроме того, медсестра в 2004 г. и 2005 г. периодически видела Н.В.А. на рабочем месте – на рынке, Н.В.А. выглядела опрятно, внешне спокойна, в беседу вступала неохотно, жалоб не предъявляла, говорила, что все у нее хорошо, в диспансер приходить отказывалась, больной себя не считала, приглашения на прием к врачу оставляла без внимания.

Судом исследованы дневниковые записи Н.В.А., согласно которым последняя вела учет расходов на коммунальные платежи, фиксировала показания счетчиков, цены на лекарства, номера телефонов родственников, социальных работников, скорой помощи, работников ЖКХ, график приема врачей в больнице, расписание городских автобусов, отражала принципы диетического питания, записывала рецепты.

С целью полного и всестороннего рассмотрения дела по существу, а также для проверки доводов истцов о том, что умершая Н.В.А. в момент составления завещания – 04.02.2016 г., не могла понимать значение своих действий или руководить ими, по ходатайству представителя истцов определением суда от 03.03.2017 г. по делу назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 673 от 13.03.2017 г., выполненного ГКУЗ Ульяновская областная психиатрическая больница им. В.А. Копосова, Н.В.А. при жизни 

<

данные изъяты>. На это указывают данные медицинской документации о неоднократных госпитализациях в психиатрический стационар с указанным диагнозом в связи с обострением галлюцинаторно-параноидной симптоматики, определение 2 группы инвалидности, показания свидетелей о лечении в психиатрической больнице в г.Сызрань по поводу заболевания, возникшего «

<

данные изъяты> На основании материалов гражданского дела, представленной медицинской документации и дневниковых записей испытуемой можно утверждать, что на протяжении последних лет в течении психического заболеваний Н.В.А. наблюдалась стойкая ремиссия, поскольку с 2004 г. она в поле зрения врачей-психиатров не попадала, вела социально активный образ жизни, работала, пользовалась телефоном, поддерживала отношения с родственниками, самостоятельно обращалась в больницу по поводу соматических заболеваний; исходя из показаний свидетелей, поведение было правильным и адекватным; слабоумия, помрачение сознания и психопродуктивной симптоматики (бред, галлюцинации) у нее не отмечалось, поэтому на момент составления завещания от 04.02.2016 г. Н.В.А. могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Данное заключение содержит однозначный вывод, что при подписании завещания, удостоверенного нотариусом нотариального округа Барышский район ФИО5 по реестру № 1-265, Н.В.А. действовала в своем интересе, понимая значение своих действий.

Неспособность лица в момент составления завещания, заключения иной сделки понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания, договора недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Как указывалось выше, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Вместе с тем, бесспорных доказательств в подтверждение своих доводов истцами суду не представлено. Из оспариваемого завещания не усматривается, что оно не соответствует требованиям закона, оно совершено в письменной форме, удостоверено нотариусом, которым установлена личность наследодателя, в завещании указаны место и дата его составления, в момент составления завещания Н.В.А. обладала дееспособностью, завещание подписала сама лично Н.В.А., в завещании содержится только ее распоряжение, содержание завещания содержит ясно выраженное намерение завещать принадлежащее ей имущество ФИО4 Оснований для признания завещания недействительным не имеется. При жизни завещатель Н.В.А. официально не была признана недееспособной. Также не представлены доказательства о наличии обстоятельств, свидетельствующих о том, что у Н.В.А. в момент составления завещания 04.02.2016 г. отсутствовала дееспособность, либо, что она находилась в состоянии, когда не могла понимать значение своих действий.

Бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцами сделано не было.

По смыслу закона, присущий гражданскому судопроизводству принцип диспозитивности означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом. Способ защиты нарушенного права (ст. 12 ГК РФ) определяется лицом самостоятельно, что на основании статей 40 и 41 Гражданского процессуального кодекса РФ, выражается также в праве выбора ответчика, к которому предъявляются исковые требования. Обращаясь в суд с иском, истец самостоятельно распоряжается принадлежащим ему процессуальным правом на предъявление иска и определяет для себя круг ответчиков.

Поскольку при рассмотрении дела достоверно не установлено, что у Н.В.А. при составлении завещания от 04.02.2016 г., была иная воля, не направленная на отчуждение своего имущества ФИО4, суд с учетом обстоятельств дела, с учетом вышеуказанных положений гражданско-процессуального законодательства приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

В силу ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, помимо прочего, суммы, подлежащие выплате экспертам.

Как установлено в суде, по данному делу была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза в ГКУЗ Ульяновская областная психиатрическая больница им. В.А. Копосова, расходы по проведению которой были возложены на представителя истцов ФИО1 Экспертиза была проведена, однако оплата расходов по ее проведению произведена не была. Стоимость экспертизы составила 8050 руб.

С учетом обстоятельств дела, с учетом того, что исковые требования истцов оставлены без удовлетворения, суд считает, что указанные расходы по проведению экспертизы следует взыскать в пользу экспертного учреждения с истцов Н-вых.

Для обеспечения исковых требований по заявлению истцов определением судьи Сызранского городского суда Самарской области 25.11.2016 г. наложен арест и запрет проводить регистрационные и иные действия с квартирой, расположенной по адресу: г.Сызрань Самарской области, ул.Декабристов д.404 кв.113. 

Определением судьи Сызранского городского суда Самарской области 09.12.2016 г. данное гражданское дело передано в Барышский городской суд по подсудности. 

Согласно ст.139 ГПК РФ обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда. 

По смыслу закона институт обеспечения иска является средством, гарантирующим исполнение будущего судебного решения. Обеспечение иска состоит в принятии мер, с помощью которых гарантируется в дальнейшем исполнение судебных решений.

В силу части 1 статьи 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. Исходя из смысла закона, отмена обеспечения иска допускается в том случае, когда отпала необходимость в сохранении мер по его обеспечению, а также когда имеются достаточные данные, свидетельствующие о наличии гарантий исполнения судебного решения.

В силу части 3 статьи 144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. 

С учетом конкретных обстоятельств дела, с учетом вышеуказанных положений закона, суд приходит к выводу о необходимости снятия вышеуказанных обеспечительных мер.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1, действующей в интересах ФИО2 и ФИО3, к ФИО4 о признании завещания недействительным и признании недействительной записи в государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 18.10.2016 г. - оставить без удовлетворения. 

Взыскать в пользу ГКУЗ Ульяновская областная психиатрическая больница им. В.А. Копосова расходы по проведению экспертизы: с истца ФИО2 – 4025 руб., с истца ФИО3 - 4025 руб. 

Отменить меры по обеспечению иска, принятые на основании определения Сызранского городского суда Самарской области от 26 ноября 2016 в виде наложения ареста и запрета проводить регистрационные и иные действия с квартирой, расположенной по адресу: г.Сызрань Самарской области, ул.Декабристов д.404 кв.113.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Барышский городской суд в течение одного месяца. 

Судья Е.И. Гаврилова

Мотивированное решение изготовлено 10 апреля 2017 года