УИД 66RS0023-01-2024-000909-63

Дело № 2а-465/2024

Мотивированное 

решение

 изготовлено 08.11.2024

Решение

Именем Российской Федерации

г. Новая Ляля Свердловской области 25 октября 2024 года

Верхотурский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего Талашмановой И.С.

при помощнике судьи Колотковой С.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 54» ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ликвидационной комиссии ФКУ ИК-54, ФКУ МСЧ-66 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в связи с отменой дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в карцере, 

при участии административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФИО2,

установил:

ФИО1 обратился в Верхотурский районный суд с иском к ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда в связи с отменой дисциплинарного взыскания в размере 300 000 руб. 

В обоснование требования указал, что 22.02.2019 он был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде водворения в карцер сроком на 10 суток. Постановлением и.о.Уральского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ от 17.04.2024 было отменено дисциплинарное взыскание в виде водворения в карцер. В связи с необоснованностью и незаконностью решения администрации ФКУ ИК-54 о водворении административного истца в карцер и нанесении ему моральных и физических страданий, а также ненадлежащими условиями содержания, являющимися бесчеловечными и нанесшими неизгладимый моральный и психологический вред, просил взыскать компенсацию морального вреда.

В дополнениях к исковым требованиям указал, что во время содержания в карцере в течение 10 дней ему не выдавалась кипяченая питьевая вода, отсутствовал бачок под такую воду, приходилось пить из-под крана. Камера находилась в ужасном состоянии, без ремонта, и по внешнем виду было видно, что уборка не производилась длительное время, при этом ему не был предложен уборочный инвентарь. Выдаваемые спальные принадлежности были с истекшими сроками эксплуатации и в плохом состоянии, грязные, в пятнах. В камере отсутствовал репродуктор. Стены со стороны улицы были сырые и промерзшие. В камере невозможно было находиться без верхней одежды, так как температура была очень низкой, в ночное время доходило до замерзания воды в сливном бачке унитаза. Санитарный узел не имел никакой изоляции. Камера не имела вентиляции. Отсутствовала литература ИУ. Освещение камеры не соответствовало нормативно-технической документации, в камере было сумрачно, была установлена одна лампочка не более 60 ватт и которая находилась в углублении стены. Водоснабжение осуществлялось только холодной водой. Не выдавал средства личной гигиены. Спальное место шириной около 60 см, длиной около 180 см, при росте 186 см истец испытывал дискомфорт, спать приходилось в верхней одежде и головном уборе, в обуви. Резко ухудшалось состояние здоровья, истцу несколько раз вызывали врача. Был лишен возможности употребления табака, что наносила истцу психические и физическое страдания. Режим содержания в карцере отличается от обычного содержания в ПФРСИ, время отбоя смещено на 1 час, было нарушено устоявшееся время сна, что довело до бессонницы и ухудшения состояния здоровья. 

Административный истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержал по доводам, изложенным в иске, дополнительно суду пояснил, что при помещении в карцер меняется режим содержания, если при обычных условиях предусмотрен подъем в 6:00 час., то содержащиеся в карцере в 5:00 час. утра, приходится менять свой режим, все это сказалось пагубно на его процессе по уголовным делам, ознакомление с материалами уголовного дела происходило в карцере, это повлияло на линию защиты. Сотрудниками колонии работы, предусмотренные приказами ГУФСИН и ФСИН с подозреваемыми, обвиняемыми не проводились, их выводили в 5 утра на прогулку и все. На третьи день содержания ему стало плохо, это было зафиксировано медицинской службой, было сильное давление, но они продолжили содержать его в карцере.

Стороной административного ответчика в материалы дела представлен Приказ Минюст России от 15.05.2024 № 147 «О ликвидации федеральных казенных учреждений Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по свердловской области», в соответствии с которым ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области указано в Перечне ликвидируемых учреждений. Правопреемником указано ФКУ ИК-53 ГУФСИН России по Свердловской области. 

Приказом ФСИН России от 27.05.2024 № 376 «Об осуществлении мероприятий, связанных с ликвидацией ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области» утвержден состав ликвидационной комиссии, в состав которой вошла ФИО2 - старший юрисконсульт юридической группы ФКУ ИК-53. 

В ходе рассмотрения дела судом к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ликвидационная комиссия ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области в лице председателя ликвидационной комиссии ФИО3, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России.

По имеющейся информации, на дату рассмотрения дела все осужденные из ИУ вывезены, сотрудники ФКУ ИК-54 сокращены, уволены либо переведены в другие исправительные учреждения. Интересы ФКУ ИК-54 по доверенности представляет юрисконсульт ФКУ ИК-53 ФИО2

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ликвидационной комиссии ФКУ ИК-54 ФИО2 представила суду письменные возражения на административное исковое заявление, где указала, что 22.02.2019 в соответствии с требованиями ст. 38, 40 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» ФИО1 был привлечен врио начальника ФКУ ИК-54 ФИО4 к дисциплинарной ответственности в виде водворения в помещение карцера сроком на 10 суток. 17.04.2024 указанное постановление отменено и.о. Уральского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях советником юстиции ФИО5 с указанием на то, что материалы проверки не содержат сведений о принадлежности изъятого телефона ФИО1 Административный ответчик не согласен с предъявленным административным исковым заявлением, считает необходимым пояснить, что ФИО1 пропущен срок обращения в суд, поскольку события, с которыми он связывает причинение ему морального вреда, имели место в 2019 году. Кроме того, административным истцом не представлены доказательства причинения ему физических и нравственных страданий вследствие тех действий должностных лиц ФКУ ИК-54, на которые он указывает в исковом заявлении. Административный истец полагает, что нарушение его прав подтверждается постановлением Уральского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 17.04.2024, которым отменено дисциплинарное взыскание, однако сам по себе факт признания действий и решения администрации исправительного учреждения незаконными не являются безусловным основанием для компенсации морального вреда. Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья; право на получение квалифицированной юридической помощи и в необходимых случаях право пользоваться помощью переводчика; право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии; право на доступ к правосудию; право на получение информации, непосредственно затрагивающей права и свободы, в том числе необходимой для их реализации; право на свободу совести и вероисповедания; право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки; право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе (п. 2). С учетом указанных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, считает, что применение к осужденным к лишению свободы мер взыскания, в том числе и в случае их последующей отмены, не относится к условиям содержания данных лиц в исправительном учреждении. Изложенные в дополнении к исковому заявлению доводы ФИО1 не могут расцениваться судом как нарушение условий содержания административного истца в период его содержания в ПФРСИ. Просила в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 отказать в полном объеме.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФИО2 с требованиями не согласилась, поддержала доводы письменных возражений на административное исковое заявление. Просила в удовлетворении требований отказать. Дополнительно суду пояснила, что постельные принадлежности ему выдавались, верхняя одежда в карцере запрещена, доводы о том, что он спал в верхней одежде, не обоснованы, верхняя одежда выдается только перед прогулкой. По поводу температурного режима пояснила, что это был 2019 год, срок хранения журнала фиксации температурного режима истек, журнал уничтожен. Кипяченой водой камера была оснащена, радиоточка имелась, отопление осуществляется через котельную, вытяжка осуществляется путем открытия окон, уборка в камерах осуществляется хозобслугой, производится, когда осужденные находятся в прогулочном дворике. Факт предоставления постельных принадлежностей с истекшим сроком хранения невозможно подтвердить, как и опровергнуть. По поводу приватности пояснила, что когда воспроизводится запись с камеры, место, где находится унитаз закрыто черным квадратом, такие технические возможности. Литература даже в карцере выдается, обращений о выдаче литературы зафиксировано не было. Литература располагается возле каждой камеры, выдается вместе с пишущими принадлежностями. Средства личной гигиены в камере были. По заболеваниям все документы имеются в МСЧ, медкарта тоже у них. Курение разрешено в прогулочном дворике, им выдают сигареты на время прогулки, о нарушении своих прав он мог обратиться в прокуратуру, этого не было сделано, в самом карцере курить нельзя, сигареты свои, сигареты не выдаются. 

Представитель ответчика ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России направил в суд отзыв на административный иск, где указал, что осужденный ФИО1 в период с 03.08.2018 по 16.06.2021 содержался в ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области. Находился под диспансерным наблюдением в филиале «Медицинская часть № 22» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в связи с имеющимся заболеванием, в рамках которого ему проводились необходимые клинико-лабораторные, инструментальные обследования, консультации врачей-специалистов, получал рекомендованное медикаментозное лечение в полном объеме

Состоял на дополнительном питании в соответствии с приложением 5 п. 1 приказа Министерства юстиции РФ от 17.09.2018 № 189 «Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время».

Медицинская помощь оказывалась в объеме и условиях, определяемых медицинским работником, с учетом состояния пациента на момент обращения в связи с имеющимися заболеваниями.

Медицинский контроль за состоянием здоровья ФИО1 осуществлялся в амбулаторных условиях филиала «Медицинская часть № 22» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в рамках профилактических медицинских осмотров, обращений за медицинской помощью и динамического наблюдения.

Медицинское обеспечение ФИО1 в филиале «Медицинская часть № 22» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России организовано в соответствии с требованиями Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы».

Вместе с отзывом представили копию амбулаторной карты ФИО1

Представитель ФКУЗ МСЧ-66 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен.

На основании положений ст. 150, ч. 6 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц. 

Заслушав объяснения явившихся лиц, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пп. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, ч.ч. 1, 2 ст. 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ст. 7, 13 Федерального закона от 26.04.2013 № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», ст.ст. 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст.ст. 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24.06.1999 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», ч. 5 ст. 35.1 Федерального закона от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», ст. 2 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения». Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2).

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено и следует из материалов административного дела, что ФИО1. содержался в ПФРСИ при ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 03.08.2018 по 03.09.2018, с 14.10.2018 по 25.01.2020, с 07.10.2020 по 18.11.2020, с 05.05.2021 по 16.06.2021.

В настоящее время содержится в ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области.

Относительно требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с отменой дисциплинарного взыскания судом установлено следующее. 

22.02.2019 постановлением врио начальника ФКУ ИК-54 ФИО4 на ФИО1 наложено взыскание в виде водворения в карцер на 10 суток.

Основанием для применения указанного вида дисциплинарного взыскания явилось то, что 13.02.2019 в 12:50 час. во время проведения общего обыска камер ПФРСИ № 1, в камере № 34 в стыке между плитами перекрытия потолка был обнаружен и изъят сотовый телефон марки «Эксплей», спрятанный ухищенным способом, который принадлежал подследственному ФИО1, содержащемуся в данной камере. 

Постановлением и.о.Уральского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО5 от 17.04.2024, взыскание, наложенное врио начальника ФКУ ИК-54 ФИО4 от 22.02.2019 о водворении подследственного ФИО1 в карцер сроком на 10 суток отменено. 

ФИО1 обратился в суд с настоящим административным исковым заявлением и просит взыскать компенсацию морального вреда в связи с отменой дисциплинарного взыскания.

Разрешая заявленное требование, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения. 

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина 

Таким образом, сам по себе факт признания действий, решений администрации исправительного учреждения незаконными не может являться безусловным основанием для компенсации морального вреда.

Как установлено, административный истец реализовал свое конституционное право и обжаловал решение о применении в отношении него дисциплинарного взыскания в установленном законом порядке, взыскание прокурором было отменено.

Из изложенных выше законоположений, разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» следует, что применение к обвиняемым, содержащимся под стражей мер взыскания, в том числе и в случае их последующей отмены, не относится к условиям содержания данных лиц в исправительном учреждении.

Также ФИО1 просит взыскать компенсацию за ненадлежащие условия содержания в карцере. Рассматривая доводы истца (каждый довод), судом установлено следующее.

Из объяснений представителя административных ответчиков следует, что в связи с ликвидацией ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области, с июля 2024 года осужденные, обвиняемые переведены в другие исправительные учреждения, сотрудники отсутствуют, имущество, в том числе документация учреждения вывезено, передано по актам ФКУ ИК-53 ГУФСИН России по Свердловской области и ГУФСИН России по Свердловской области. Представить фотографии камеры в настоящее время невозможно. 

Как следует из справки ФКУ ИК-53, в период содержания подследственного ФИО1, 1984. г.р., в ПФРСИ № 1 при ФКУ ИК-54 в камера карцера № 1 камера была оборудована:

- откидной металлической кроватью (полотно койки имеет каркас из стального уголка сечением 45x45x4 мм со сплошным заполнением из досок толщиной 40 мм. Габаритные размеры полотна 700x1900 мм.) 

- подставкой для бака для питьевой воды с кружкой (кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.); 

- табуретом для сидения; 

- столом для приема пищи; 

- унитазом; 

- умывальником; 

- уборочным инвентарем (совок, веник, тряпка для мытья пола); 

- одним окном размером 1250x920 мм. с открывающейся форточкой размером 500x300 мм.; 

- вентиляционным окном, расположенным над входной дверью в камеру размером 300x300 мм.; 

- светильником дневного (в количестве двух ламп мощность 36 Вт) и ночного освещения (в количестве одной лампы мощностью 60 Вт).

- санитарное состояние камеры на момент содержания подследственного ФИО1 удовлетворительное. Ежегодно проводились текущие и косметические ремонты камер ПФРСИ.

- мягкий инвентарь еженедельно, а постельные принадлежности не реже одного раза в неделю сдавались в банно-прачечный комбинат для проведения дезинфекции и стирки. Также проводилась своевременная замена мягкого инвентаря и постельных принадлежностей с истекшими сроками.

- централизованным отоплением и водоотведением. Температурный режим соблюдался.

- вентиляция камеры осуществлялась путем открывания форточки и оборудованным вентиляционным окном над дверями камеры, также вентиляция камеры проводилась при выводе подследственного ФИО1 из камеры согласно распорядку дня.

- подследственный ФИО1 ежемесячно обеспечивался средствами личной гигиены.

Относительно довода об отсутствии в карцере в течение 10 дней кипяченой питьевой воды.

Пунктом 40 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 04.07.2022 №110, установлено, что администрация учреждения обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Приказ ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» требований об оборудовании карцера баком под питьевую воду не содержит.

Согласно п. 31 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 № 110 установлено, что при отсутствии в камере водонагревательных кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности.

Согласно объяснениям представителя административных ответчиков кипяченая питьевая вода выдавалась в соответствии с Правилами. Ведение каких-либо журналов регистрации выдачи питьевой воды законодательством не предусмотрено. 

Относительно довода о том, что камера карцера находилась в плохом состоянии, без ремонта, судом установлено, что здание ШИЗО (ПФРСИ) согласно техническому паспорту 2005 года постройки, срок эксплуатации не является существенным, кроме того, как следует из объяснений представителя административных ответчиков, в здании ПФРСИ ежегодно проводятся текущие ремонты. 

В связи с изложенным, суд относится критически к данному доводу административного истца.

Относительно довода о том, что уборка в карцере не производилась длительное время, и ему не был предложен уборочный инвентарь.

Согласно п. 397 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, уборка в камерах карцера производится ежедневно подозреваемыми и обвиняемыми, в них содержащимися. В случае отказа подозреваемого и обвиняемого от уборки в камере он привлекается к ответственности в соответствии со ст. 39 Федерального закона № 103-ФЗ. На время проведения уборки камеры подозреваемому или обвиняемому выдается уборочный инвентарь.

Согласно объяснениям представителя ответчиков уборка в камерах осуществляется хозобслугой из числа осужденных, когда осужденные находятся в прогулочном дворике. Какие-либо журналы по данному виду деятельности в исправительном учреждении не ведутся. 

Учитывая изложенное, суд относится к данному доводы истца критически. 

Относительно довода о выдаче спальных принадлежностей с истекшими сроками эксплуатации установлено следующее.

Согласно ст. 40 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание подозреваемых и обвиняемых в карцере одиночное; в карцере подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются индивидуальным спальным местом и постельными принадлежностями только на время сна в установленные часы; в период содержания в карцере подозреваемым и обвиняемым запрещаются переписка, свидания, кроме свиданий с защитником и проведения бесед членами общественной наблюдательной комиссии с ними, а также приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости, получение посылок и передач, пользование настольными играми, просмотр телепередач; посылки и передачи вручаются подозреваемым и обвиняемым после окончания срока их пребывания в карцере; подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в карцере, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью один час.

Таким образом, на исправительное учреждение возложена обязанность предоставить подозреваемому, обвиняемому спальные принадлежности, что, согласно объяснениям истца, и было сделано, соответственно, свою обязанность ФКУ ИК-54 выполнило. Доказательств, подтверждающих/опровергающих плохое состоянии постельных принадлежностей в связи с истечением срока их эксплуатации в настоящее время не может представить ни одна из сторон. Учитывая, что ранее ФИО1 не обращался к администрации с подобными жалобами, таких доказательств также не было представлено, суд находит данный довод необоснованным.

Относительно довода об отсутствии в камере карцера репродуктора судом установлено.

Согласно Приказу ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» оборудование карцера репродуктором не предусмотрено. Обязательным является наличие в камере карцера только откидной металлической кровати, табурета для сидения, стола для приема пищи.

Относительно довода о том, что в камере была низкая температура, находился в верхней одежде, установлено следующее. 

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 03.11.2005 № 204-дсп утверждена Инструкция об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы. Приказ зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 10.11.2005 № 7150.

Согласно данной Инструкции, лицу, водворяемому в карцер, запрещается брать с собой имеющиеся у него продукты питания и личные вещи, за исключением предметов личной гигиены (кроме бритвенных принадлежностей). Наказанные водворением в карцер подвергаются полному обыску и переодеваются в одежду специального образца.

В силу п. 387 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, подозреваемым и обвиняемым запрещается брать с собой в карцер продукты питания и личные вещи, за исключением комплекта нательного и нижнего белья, двух полотенец, кружки из алюминия или пластмассы, очков с пластиковыми или стеклянными линзами в неметаллической оправе, тканевых или пластмассовых футляров для очков, средств гигиены (мыла, зубной щетки, зубной пасты (зубного порошка), туалетной бумаги), тапочек, одной книги (одного журнала или одной газеты) либо одного экземпляра религиозной литературы, предметов религиозного культа индивидуального пользования, предназначенных для нательного ношения (по 1 предмету), учебников (для несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых).

Учитывая изложенное, довод административного истца о наличии у него в период содержания в карцере верхней одежды суд находит сомнительным. Кром того, как установлено выше, здание ПФРСИ не является старой постройкой, согласно представленной технической документации на территории колонии имеется своя котельная, система отопления, учитывая также обязанность исправительного учреждения обеспечивать надлежащие условия содержания подозреваемых, обвиняемых, осужденных, данный довод суд находит необоснованным.

Кроме того, из медицинских документов ФИО1 не следует, что ему в период содержания в карцере ему требовалась медицинская помощь в связи с простудными заболеваниями. Указано лишь о выдаче противотуберкулезных препаратов, для профилактики, как поясняли стороны в судебном заседании, в связи с содержанием в соседней камере больного туберкулезом. 

Относительно довода об отсутствии приватности в санитарном узле, представитель административных ответчиков пояснил, что согласно техническим параметрам видеозаписи, при воспроизводстве записи с камеры, место, где находится унитаз закрыто черным квадратом. Кроме того, в камере карцера ФИО1 содержался один, в связи с чем, требование о приватности суд находит необоснованным.

Относительно довода об отсутствии вентиляции в камере, судом установлено, что камера карцера оборудована вентиляционным окном, расположенным над входной дверью в камеру, а также вентиляция осуществляется путем открывания форточки, и двери при выводе подследственного из камеры на прогулку, что подтверждается справкой административного ответчика и представленной технической документаций на здание ПФРСИ. 

Таким образом, данный довод не нашел своего подтверждения.

Относительно довода об отсутствии литературы в исправительном учреждении. 

Как указано выше, пунктом 387 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110, подозреваемым и обвиняемым запрещено брать с собой в карцер личные вещи, за исключением одной книги (одного журнала или одной газеты) либо одного экземпляра религиозной литературы, предметов религиозного культа индивидуального пользования, предназначенных для нательного ношения (по 1 предмету), учебников (для несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых). 

Иная литература может быть выдана по запросу подозреваемого, обвиняемого. Как следует из объяснений сторон, ФИО1 по поводу предоставления ему какой-либо литературы к администрации учреждения не обращался. 

Относительно довода о плохом освещении в камере, судом установлено следующее.

В соответствии с п. 2 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 04.09.2006 № 279 «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» его положения распространяются, в том числе и на следственные изоляторы (помещения, функционирующие в режиме следственных изоляторов) и тюрьмы.

Абзацем 2 пп. 13 п. 60 Наставления установлено, что в камерах предусматривается общее и дежурное освещение. Общее освещение обеспечивается светильниками с люминесцентными лампами или с лампами накаливания, которые устанавливаются на потолке и ограждаются металлической сеткой. Для дежурного освещения централизованного управления применяются светильники с лампами накаливания мощностью 15 - 25 Вт, которые устанавливаются над дверью и закрываются плафоном с металлической сеткой, предотвращающей доступ к ним.

Согласно справке, представленной стороной ответчика, камера карцера оборудована светильником дневного (в количестве двух ламп мощностью 36 Вт) и ночного освещения (в количестве одной лампы мощностью 60Вт). 

Учитывая представленные стороной административного ответчика доказательства, а также отсутствие жалоб со стороны административного истца в период его содержания и после, в течение длительного времени, на освещение в камере, суд отклоняет указанный довод.

Относительно довода об отсутствии горячего водоснабжения, судом установлено следующее.

Как следует из технической документации, в ФКУ ИК-54 горячее водоснабжение не предусмотрено. Кроме того, горячее водоснабжение отсутствует на территории всего г.Новая Ляля. При этом, на территории исправительного учреждения имеется банно-прачечный комплекс, отапливаемый дровами, где осужденным предоставлялась помывка 1 раз в неделю и в котором осуществлялась стирка постельного белья для спецконтингента.

Учитывая изложенное, данный довод судом отклоняется.

Относительно довода о невыдаче средств личной гигиены.

Согласно ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Таким образом, средства личной гигиены подозреваемым и обвиняемым выдаются только по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств. Вместе с тем, в камерной карточке имеются сведения о том, что при помещении ФИО1 в карцер при себе у него имелись: мыло, паста, щетка. Также судом не установлено, и сторонами в материалы дела не представлено доказательств обращения ФИО1 к администрации исправительного учреждения с просьбами/заявлениями о выдаче ему средств личной гигиены.

Учитывая изложенное, данный довод административного истца является необоснованным. 

Относительно довода о том, что в камере карцера размещена кровать не соответствующая требованиям ГОСТ, со спальным местом шириной около 60 см, длиной около 180 см. Рост административного истца составляет 186 см, в связи с чем истец испытывал дискомфорт во время содержания в карцере. 

Согласно Приказу ФСИН России от 27.07.2007 № 407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России», разделу II Оборудование помещений для содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, пунктам 12.1 – 12.4 Кровать камерная Койки карцерные, кровати имеют следующие параметры: каркасы из стального уголка сечением 45х45х4 мм с решетчатым заполнением из стальных полос сечением 50х4 мм. Габаритные размеры полотен 700х1900 мм.

Согласно объяснения представителя административных ответчиков, кровати в исправительных учреждениях должны соответствовать установленным стандартам, закупаются через определенные процедуры госзакупок, покупка иной мебели, не соответствующей требованиям, исключается.

Учитывая изложенное, данный довод истца суд находит недоказанным.

Относительно довода о том, что во время пребывании административного истца в карцере его состояние здоровья ухудшалось, ему несколько раз вызывали врача, судом была исследована копия медицинской карты ФИО1, представленная ФКУЗ МСЧ-66, при исследовании которой установлено, что в феврале 2026 года ФИО1 выписывались препараты: изониазид, тамбутол – противотуберкулезные средства. 

Согласно объяснениям сторон, данные препараты были выписаны истцу в профилактических целях, так как в соседней камере был помещен и содержался больной туберкулезом.

Иных препаратов, в том числе, противопростудных, жаропонижающих, противовирусных, либо от давления, которые бы были назначены административному истцу, медицинская карта не содержит. Все записи осмотров содержат сведения об отсутствии жалоб со стороны истца, указано - температура в норме.

Таким образом, данный довод истца не нашел своего подтверждения.

Относительно довода об отсутствии возможности употреблять табак.

Согласно Правилам Правилам внутреннего распорядка курение в камере карцера запрещено. Вместе с тем, лица, содержащиеся в карцере выводятся на прогулку, ежедневно, не менее чем на 1 час. Курение в прогулочных дворах не запрещено.

Как установлено судом, и не оспаривается истцом, его выводили на прогулку, таким образом, у него имелась возможность употребления табака. 

Учитывая изложенное, данный довод судом отклоняется.

Относительно довода о нарушении прав истца в период содержания его в карцере в связи с нарушением устоявшегося времени сна, так как время отбоя и подъема смещено на 1 час.

В соответствии со ст. 40 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» водворение в карцер является наказанием, применяемым к подозреваемым и обвиняемым за определенные виды нарушений.

Согласно распорядку дня, установленному в исправительном учреждении, подъем для лиц, содержащихся в карцере установлен в 05:00 час., отбой в 21:00 час., для лиц, содержащихся в ПФРСИ подъем установлен в 06:00 час., отбой в 22:00 час.

Учитывая, что изменение временного промежутка является незначительным, а также время пребывания административного истца в карцере коротким – 10 дней, что не могло существенного повлиять на состояние здоровья истца, суд не находит оснований для признания данного довода обоснованным. 

Таким образом, исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что доводы административного истца о ненадлежащих условиях его содержания в карцере ПФРСИ при ФКУ ИК-54 не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

Представителем административных ответчиков в опровержение доводов административного истца были представлены соответствующие доказательства, исследованные в судебном заседании, из содержания которых нарушений, указанных в административном исковом заявлении судом не усматривается. 

Также, суд отмечает, что само по себе наличие неудобств, ограничений, неизбежно связанных с содержанием в местах лишения свободы, не влечет присуждение компенсации.

Не установлено и обстоятельств, свидетельствующих о совершении (допущении) административными ответчиками действий (бездействия) с намерением причинения административному истцу физических или нравственных страданий.

Следовательно, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что административному истцу причинены страдания и переживания, степень которых превышает неизбежный уровень страдания, неотъемлемый от содержания в пенитенциарных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания.

Учитывая изложенное, суд считает не доказанными обстоятельства нарушения прав административного истца, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения заявленных административных требований.

В силу ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении прав, свобод и законных интересов. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Как следует из материалов дела, ФИО1 считает свои права нарушенными в период содержания в карцере ПФРСИ с 22.02.2019 на 10 суток. 

17.04.2024 данное дисциплинарное взыскание было отменено прокурором. Соответственно, о нарушении прав ему стало известно в апреле 2024 года. 

С административным иском обратился в суд в июне 2024 года, таким образом, срок на обращение в суд не пропущен. 

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения административных исковых требований ФИО1

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 54» ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ликвидационной комиссии ФКУ ИК-54, ФКУ МСЧ-66 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в связи с отменой дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в карцере, отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы, представления через постоянное судебное присутствие в городе Новая Ляля Верхотурского районного суда Свердловской области. 

Председательствующий И.С. Талашманова

Копия верна. Судья И.С. Талашманова